Ло
Люди, в начале своих странствий, жили миром с природой. Не брали слишком много, а если и брали, то отдавали ей столько же. И помогала земля людям, уберегала от диких животных, голодными днями укрывала полями и ягодами, растила орехи в еду. Не требуя ничего. Лишь уважения. Все изменилось, когда несколько людей, отбившись от селения, в тайне убили троих волков, дабы вкусить мяса. Ибо видели, как животные ели его. И не отдали природе ничего взамен, не извинились и стали держать этот поступок в тайне. От природы нельзя ничего утаить. Братья волков распространили историю среди всей земли. И не осталась природа в стороне. И решила наказать людей за их поступок и затопить поля с кореньями в пищу. Так она и поступила. То время – в небе стоит плач. Не зная о поступке своих братьев, не смогли понять, за что природа так разгневалась на них. Никогда она не посылала беды без причины. А те, кто послужил зачином к наказанию, затаились. Те дни были плохи для всех. Человек много ночей голодал, ибо не давала природа в то время еды. Волки же оплакивали свою потерю. Мамы рыдали над своими сыновьями, братья скулили, опустив морды до земли. Когда и на третий день земля не дала плода для пищи, народ обозлился. Дети кричали, их матери смотрели на мужей. Тогда один из них вышел и сказал. - Мы долго жили бок о бок с землей. И вот чем она отплатила. Если мы не сделаем хоть что-то, наши дети погибнут. И закружил в холодном воздухе глас народа. То был гул согласия. И взяли они камни и палки и перевязали их травой, и пошли в лес. Природа хотела проучить людей, но не убивать. Это был последний день, завтра она хотела дать мужам втрое больше пищи нежели раньше. Во столько раз, во сколько они терпели. Но не ждала земля отпора. И шли мужи. И били, и рвали, и брали. И бежали волки. И скакали зайцы. И летели вороны. И никого не щадили люди. Три дня и три ночи гнали. И заселили люди тот лес рядом с рекой. И дети ели, и жены радовались, а мужи веселились. Земля не могла ничего ответить людям. Она не знала, не ждала, затаилась. Праздная жизнь была в то время. Животные метались от дерева к дереву, не находя дороги в нору. Птицы врезались в деревья, ища сородичей. Охота была легкой. Ягоды, что природа аккуратно давала людям, теперь оказались съеденными. Коренья, что успевали вырасти после каждого подарка земли, были вырваны. И ел народ, и был счастлив, и создавал еще больше семей. Но жизнь такая длилась недолго. Через три круга малого светила завопияли дети. Появились новые, прошлые выросли и требовали больше. И не оставалось мужам ничего. Лишь двигаться вперед. Природа давно простила людей, но была слишком горда, чтобы обратиться к ним. Люди же были не только горды, но и злопамятны. Не простили они землю, но еще больше гневались. В своих ошибках искали ее вину. И снова пошли мужи вперед с копьями и топорами. И не могла оправится природа от щемящего страха. Они создали орудие для убийств. И кричала вся живая сущность о приближающейся смерти, но молодые наивные животные не верили. И сковал природу ужас необъемлющий, и призвала она все свои силы дабы сдержать напор. В тот же день задули ветра ледяные, небо закрыли тучи темные, скрылось солнце за ними и осело ближе к земле. Задрожали люд человеческий, схватились друг за друга, но не помогло. И не было выбора у них. Вернулись мужи назад, собрали шкуры с поверженных зверей, и стали охотится для тепла своих близких. И еще больше стало умирать животных. Держала земля холод вездесущий три цикла луны небесной, и отпустила подле. Окрепши после мороза, люди стали жить активнее. И двигались они все дальше. И оставляли за собой лишь срубленные деревья, обшарпанные кусты да следы народа. И поняла природа. Не разумеют люди язык боли и трудностей. Нельзя с ними так обращаться. Лишь укрепляются и готовятся ударить в ответ. И долго думала земля над идеей своей, долго копила силу свою, не мешала людям жить. Те, лишь продолжали расти и порабощать. И вЫносила идею природа, и взяла все накопленные силы, и вдохнула в них жизнь, и заковала в них единственную мысль. И пустила она силу по ветру в дом главы народа. В ту ночь в главном шатре родился сын. Преемник вождя. Никто не видел его. Лишь мать с отцом и самая приближенная к ним. Никого не впускали в шатер до утра. А утром, вынесли на обозрение народу наполовину закутанного младенца, вся левая сторона была укрыта кожей волка. Одного из трех впервые убитых волков. Не успели люди как следует осмотреть ребенка, как его тут же внесли обратно. И послышался оттуда стук камня о камень и плач ребенка. И прозвали его в народе “Ло”, что означало тайна. Вождь принял это имя, не оспаривая. Мать лишь заплакала и вернулась в шатер. Ло не видели в племени несколько лет. Говорили он выходил ночью, но все, кто его видел, не могли вспомнить его лицо. С рождением Ло, племя перестало бояться животных. Будто по чьему-то слову, они не подходили ближе. Одной ночью за племенем раздался никому незнакомый высокий вой. Однако ночь была сладка. Никто не проснулся. Лишь отец знал тот вой. Так выл его сын при рождении, он не мог спутать. Открыв глаза и встав на ноги, у отца пошли слезы. В их шатре не оказалось мальчика. Жена спала рядом и спала глубоко. Отец, вытирая слезы, вышел из шатра в тяжелой тишине. В свете слабого небесного диска легко было увидеть его новое оружие. Это было последней вещью, что смогли придумать люди, когда животные внезапно отступили. Он ждал момента, когда пустит его в ход. Кадык его дрогнул, нога повернулась, и он, неслышно ступая, бросился в лес. - Никто не мог этого сделать кроме них. Зайдя в лес, он взял из-за пазухи заостренный тонкий кол. Медленно поместил его на один из пальцев и потянул к себе. Орудие довольно, но сдавленно затрещало. Натянутые сплетенные волосы держали напряжение. Рука вождя начала уставать, но ему было все равно. Медленно ступая по ветвям, он продвигался в глубь чащи. Он услышал еще один звонкий гул и понял, что на правильном пути. Пред ним разлеглась поляна, чистая от деревьев. Сверху, в свободных от кроны местах пробивался холодный свет. Посреди нее, Среди заснувших от тьмы листах, Стоял зверь. Он был огромных размеров, Не шел ни в какое сравнение с белками или волками, Взор его был обращен в другую сторону. Он стоял на четырех искусных ногах, Они венчались копытами. Его шерсть отливала ночной водой в ясный день. А на голове… На голове у него был собственный мир, Он разделялся на две части и шел вверх, вмещая в себя свет. Он кончался угловатыми и отдельными отростками. Вдруг, голова резко повернулась на вождя. Рука дрогнула, но не отпустила кол. Пару секунд они смотрели друг другу в глаза. Казалось, он хочет о чем-то поведать, что-то рассказать. Поздно. Пальцы обрезало, резким движением, В воздухе просвистел кол и вонзился Животному в грудь. Он продолжал смотреть отцу в глаза, пока не упал. Вождь замер от осознания своего поступка. Его пальцы разжались. Что-то мягко упало на траву. Позже на колени упал отец. Слезы застлали ему глаза, Он пополз к умирающему сыну, Ни что ему уже не поможет. У вождя на руках лежал мальчик. Один из его глаз был полностью черным, С этой же стороны на голове росло столь красивое, Но столь непонятное для людей волшебство. Одна рука его, одна нога его заканчивались копытом И были явно, не человеческими. Губы дитя зашевелились, и отец припал к нему головой. - Не надо, больше… Только и смог разобрать он. *** Так и прошло единение природы с человеком. Она собрала последние силы чтобы оставить людям другое послание - Дитя. Дитя, что сможет смотреть на этот мир с разных сторон. Это дитя был Ло. Лишь почувствовав горечь утраты собственной крови, Люди смогли открыть глаза на свои ужасные поступки. В тот вечер было создано слово “Сь”. Мир. С тех пор природа отправила в океан жизни новое существо, Совместными усилиями оно получило имя. Лось.
