Восход красной Луны

      Мои мысли внезапно прервал Борис.       — Когда нам выдадут одеяла? — спросил он, глядя на меня с некоторым укором.       — Сейчас, я спрошу об этом на складе, — был мой ответ, после чего я пулей вылетел за дверь. Склад находился на пути в актовый зал, поверну сейчас налево, тогда выйду как раз к нужному помещению. Как я мог забыть про постельные принадлежности? Наверное, я слишком сильно волнуюсь... Но из-за всех моих теперь уже соседей? Волнует ли меня мнение всех их или же?.. Неважно, я уже на месте.       Рядом с помещением находится небольшая сторожка. Если повезёт, сегодня будет смена Галины Доберман. Очень добрая женщина, всегда старается нам помочь с поиском необходимых комплектов, даже если они неучтённые...       Не повезло. Сегодня здесь работает Артём Шипенко, тот ещё скользкий тип, иногда просто не дающий нам находящиеся на складе вещи, даже если мы хотим их взять по требованию директора или кого-то из воспитателей.       — Тебе что-то нужно, лис-с-с-с? — спросил он, глядя на меня злым взглядом, показывая свой раздвоенный язык.       — Да, Артемий Захарьевич. Мне нужны три постельных комплекта белья, — сказал я, стараясь не смотреть ему в глаза. Говорят, он может ими гипнотизировать.       — На с-с-складе нет такого количес-ства. Только два, — с этими словами он жестом потребовал у меня следовать за ним.       Мы молча шли мимо стеллажей, забитых разными вещами: от детского питания до строительных досок и шурупов.       Видимо, в обязанности кладовщика не входит сортировка вещей, раз они лежат в кучах.       Внезапно змей остановился, что-то высматривая на полках. Как странно распорядилась эволюция с этим видом! Им были даны руки, при этом они не лишились своих особенностей, вроде ядовитых желез или характерного шипящего произношения слов. С такими лучше не спорить, если не умрёшь от их яда, то будешь медленно задушен их основным телом. Но что-то я отвлёкся, кладовщик уже нашёл один из наборов, протягивая его мне. После того, как бельё оказалось у меня, он сразу же отправился в сторону соседнего стеллажа. Но пока змей искал второй комплект, я решил осмотреться.       На полках было много вещей, в том числе и детской одежды. В такую у нас одевают в основном совсем маленьких подопечных, ведь с 4-5 лет у них обычно уже есть своя ещё до нахождения. Парням-мобианцам в принципе она почти не нужна, у нас достаточно густой мех, скрывающий в том числе и мужское достоинство. Кстати, у некоторых девушек тоже, так что на пляж некоторым можно и без плавок и купальников ходить. Но за такое чаще всего штрафуют, всё же эксгибиционизм в цивилизованном обществе не жалуют. Хотя... Зависит от региона, например, уроженцы из Киберграда говорили, что там есть несколько пляжей, где одежда вовсе не надевается и находится под запретом. Нудистские? Да, вроде бы так их называли. В общем, из-за их открытия сильно увеличился туризм в портовый город, в основном местный, поскольку авария на Химзаводе и беспорядки не очень завлекают гостей с материка. Хотя... Дон Хук посещал его в прошлом году, а он довольно известная фигура в Юмериканском бандитском синдикате. Может, он отправился сюда отдохнуть просто потому, что больше некуда? А чёрт его знает, но факт остаётся фактом — у нас для туристов популярнее всего такие места. Наша нация деградирует настолько, что даже у меня в мыслях иногда возникает желание посетить такой. Просто из любопытства, а что если? Впрочем, потом сразу же отбрасываю её подальше. Уж точно не мне, находясь в Метрополисе под вечным замком, об этом думать...       Стоп, а это ещё что? Где-то в метре от нас лежала груда одежды. И это было бы нормально, здесь такое встречается часто, если бы не одна деталь. Эта одежда как-то странно пахнет, как будто бы... гнилью? Я оглянулся, ища кладовщика. Тот всё ещё искал интересующую меня вещь. Думаю, он не заметит, если я отойду на пять минут.Тихо, следя за тем, чтобы не было никакого шума, я подошёл к этой куче. Странно, по виду это самая обычная одежда, но запах... Как будто сгнившие яйца кто-то кинул. Возможно, если я возьму одну, получится понять, что это...       Украдкой посмотрев на копающегося змея и убедившись, что он не смотрит, я взял одну из ближайших ко мне вещичек. Это была оранжевая футболка с рисунком фламинго на ней. Нет, этого не может быть! Но, возможно, моя догадка верна... Будет лучше взять это с собой, возможно, при лучшем анализе получится узнать, насколько мои подозрения верны... Кладовщик всё ещё отвлечён, это хорошо. Подобную вещь стоит положить во внутренний карман, вряд ли что-то с ней случится. Убрав вещь к себе, я аккуратно вернулся на исходное место. Вовремя, через минутки две-три Артемий, найдя среди всего разнообразия постельный комплект, развернулся, протягивая его мне.       — Спасибо, но... — хотел сказать я о нужности третьего набора, но меня перебили.       — Но ч-что? — спросил кладовщик, смотря на меня с интересом.       — Нам н-нужен е-ещё од-дин, — еле произнёс я, начиная продумывать возможные пути отступления.       Шипенко смотрит на меня сверху вниз, на его лице что-то отдалённо похожее на усмешку.       — Больше не-ет. Ух-ходи, пок-ка я отдаю тебе эти вещ-щи, — прошипел он, глядя прямо на меня. Он пытается заставить меня уйти почти ни с чем? Впрочем, сейчас лучше не злить его, иначе я на практике получу ответы на свои вопросы по той футболке. Пока что придётся смириться с поражением.       Я вас хорошо запомню, Артемий Шипенко, и припомню всё произошедшее.       Кладовщик оформил необходимые бумаги, после чего отпустил меня с двумя комплектами. Кому-то точно не хватит... Может быть, Амелия сможет обойтись без одеяла? Зачем ей, вообще, спальный комплект, если роботы просто отключаются для сна?       С этими мыслями я зашёл в комнату номер девять. В ней была только роботизированная девушка.       — Принёс? — спросила Амелия с характерным её голосу металлом.       — Да, но раздобыть получилось только два, — сказал я, потупив взгляд. Какой стыд... Из-за моих глупых страхов теперь кому-то не хватит одеяла, он (или она) простудится и заболеет, и это всё будет моя и только моя вина. Я даже не смогу помочь в борьбе с простудой, потому что я могу только ускорить регенерацию, но не выработку иммунитета. По крайней мере, пока что, по телевизору иногда мелькал Пель Александров, чудесный доктор, лишь своим присутствием исцеляющий больного. Но от моего взгляда не скрылась светло-зелёная аура, характерная для целителей. У меня самого такая, только более тёмная и заметная.       Возможно, все мои мысли видно на лице, потому что девушка-робот поменяла форму своих глаз на дисплее на дружелюбные полуокружности, приоткрыв рот так, что он стал похож на кошачий.       — Ничего страшного, на складе точно отсутствовал ещё один комплект? — спросила она со спокойной интонацией, внимательно следя за каждым моим движением.       — Нет, скорее всего, он был. Но работающий сейчас кладовщик... Он... — я начал запинаться. Как ей объяснить всю суть ситуации, передать всё то напряжение, что я испытывал в тех помещениях?       Видя моё смятение, Амелия, сделав какие-то свои выводы из разговора со мной, решила закончить мои страдания.       — Понятно... Можешь сообщить его имя и фамилию? Эта информация может пригодиться в будущем, — на этих словах её глаза вернулись в изначальную, овальную форму.       — Артемий Шипенко Захарьевич, — сказал я прежде, чем осознал, как роботизированная... А кто она, собственно, по виду? Надо будет выяснить, в документах об этом не было указано.       — Можно задать тебе один вопрос? — сказал я, решив выяснить ответ на один из вопросов, интересовавших меня.       — Да, конечно, — сказала она, улыбаясь мне всеми своими металлическими зубами.       Механическая челюсть... Какая прелесть! В такую лучше палец не совать — перекусит и даже не почувствует.       — Какого вида ты была до роботизации? Ты не похожа на обычных робианцев, но напоминаешь мне кошек, — решил поинтересоваться я прямо. Пытаясь завуалировать свой вопрос, я бы лишь запутал Амелию, и она просто бы прекратила разговор.       Видимо, я задел болезненную тему. Её глаза поменяли форму, став очень узкими, имитируя таким образом прищур.       — Не думаю, что тебе это важно. От прежней меня остался только разум, всё остальное заменил жидкий металл. Какой смысл искать прошлое, в которое я больше никогда не вернусь?! — ответила она тихо, с необычайной жестью в голосе. Удивительно, что её голос может звучать ещё жёстче. Как будто металлический скрежет.       — Нет, я спросил это просто из интереса, — выйдя из размышлений, возразил я. — И если тебе неприятно говорить об этом, я не заставляю, — попытался оправдать я свой вопрос. Чёрт, зачем я это делаю? Или мне просто интересна эта необычная девушка?       — Нет, мне не неприятно. Просто это напоминание о моей прошлой жизни, когда у меня было всё: дом, семья, друзья, школа, различные вкусняшки. Я очень скучаю по всему этому... — на этих словах её глаза вновь поменяли форму. Теперь это были жёлтые овалы, от которых шли голубые струйки слёз. Мои чуткие уши уловили слабое всхлипывание.       Должно быть, сложно жить, когда даже твой плач отображается на лице лишь в виде плоской картинки. Тем более потеряв всё, что было в прошлой жизни в придачу... Наверное, оно и к лучшему, что я не помню своих родителей.       Нет, она не должна чувствовать эту боль! Возможно, я и не звезда, дающая свет и живительное тепло всем и каждому, но в моих силах помочь этой несчастной девушке. Я положил руку на её плечо. Это было сложно, но всё же я дотянулся. Она вздрогнула от моего прикосновения, ненадолго её всхлипывания прекратились. Амелия взглянула на меня, убрав с дисплея ладони.       Эмоция всё та же, но дорожки из слёз стали толще и длиннее. Будет лучше, если я обниму бедолагу. Может, она и холодная на ощупь, но её душа страдает... Я не могу позволить этому продолжаться! Я поделюсь с ней теплом своей души, даже если она аннигилирует меня после этого.       Медленно обхватив её шею, я застыл, ожидая её реакции. Она не шевелилась, лишь немного наклонившись под моим весом. Возможно, обдумывала мои действия. Я же, видя её растерянность, начал гладить её другой рукой по голове.       Такая холодная! Но я обязан дать утешение хоть кому-то! Пусть сам я и никогда не получал его, но я не такой, как обитатели этого детдома. У меня есть то, что называют добрым сердцем!       Девушка-робот начала немного подрагивать подо мной. Неужели решила вырваться из объятий? Внезапно воздух прорезал странный звук. Это было кошачье мурчание! Мне стоит продолжать гладить. Ей определённо это нравится!       Она всё сильнее вибрирует подо мной, слезы уже давно пропали, сейчас она испытывает удовольствие.       Наверное, со стороны это выглядит очень мило. Внезапно из-под юбки сзади выходит какой-то странный, похожий на трубу, предмет. После чего он встал вертикально, изредка дёргаясь из стороны в сторону. Это же хвостик!       Амелии точно нравится, когда её гладят. У неё сейчас даже зажмурены глаза от удовольствия. Ну, точнее, её дисплей это имитирует, превратив овалы глаз в две полуокружности, направленные дугами вниз. Правда, иногда она пыталась меня схватить за руку, но я, желая её развеселить, отдёргивал её медленно, отчего хвост всё чаще вилял, а её глаза приоткрылись, внимательно следя за моей не слишком быстро двигающейся ладонью.       Так могло продолжаться вечно, но внезапно в комнату зашла Эстингита.       — Ня-нян! — послышался протяжный звук умиления со стороны двери. Я повернул голову.       Стоящая возле приоткрытой двери волчица никак на это не отреагировала. На её лице был еле заметный румянец. С задором поймав мою ладонь зубами, Амелия, не увидев ответной реакции от «добычи», проследила за моим взглядом. Волчица, заметив наш интерес в свою сторону, ойкнула и собралась уже уйти из комнаты.       — Стоять! — со злостью в голосе сказала кошка. Готов поклясться, я слышал в её голосе шипящие нотки. Как радиопомехи.       Застыв на одной ноге, Эстингита посмотрела в нашу сторону. В её голубых глазах застыл страх.       — Что ты здесь делаешь?! — с уже явными шипящими нотами спросила металлическая. Кажется, она в любую секунду кинется на лавандовую.       — Я... Я просто зашла в комнату, я не подсматривала за вами, — на этой фразе волчица опустила голову вниз. Румянец на её щеках будто бы стал ещё сильнее       — Я лишь хотела спросить у тебя, на месте ли Луносвет. Он был нужен мне... — последнее она еле слышно прошептала.        — Это никак не извиняет тебя! Ты ворвалась в моё личное пространство и теперь... — проговорила кошка, на последней части фразы сильно замедлив свои слова. По щекам волчицы полились слёзы. Похоже, она действительно не хотела тревожить роботизированную. Но для чего ей нужен был я?       В это время Амелия попыталась вырваться из моих рук. Хорошо, но я не позволю ей навредить кому-либо. Даже если после этого я снова буду на больничной койке. Или на кладбище, если повезёт...       Я отпустил металлическую девушку, но прежде чем она рванула на свой предмет ненависти, я загородил её собой. Кошка остановилась, её до этого ярко-красные овалы превратились в жёлтые значки вопроса.       — Зачем ты защищаешь эту проныру? Прочь с дороги! — глаза вновь вернулись к кровавым кружкам.       — Потому что я не могу допустить здесь кровопролития, — сказал я, удивляясь спокойному и холодному тону. — Вдобавок ко всему, Эстингита искала только меня, я уверен, у неё не было в планах подглядывать за тобой, — дополнил я к своему прошлому аргументу.       Иногда сам удивляюсь своим действиям. Я же обычно не вмешиваюсь в конфликты, стараясь избежать их любой ценой. Но что изменилось сейчас? Неужели мне в голову ударил адреналин? Или это из-за чего-то ещё? Сейчас это неважно, вполне возможно, что мне придётся драться с «киборгом-убийцей». Или «дроном», что сути не меняет.       Похоже, робокошка сейчас настроена серьёзно. Её правая рука начала таять, но сам металл не стекал. Через секунду на месте ладони была внушительная пушка. Судя по всему, энергетическая. Амелия, нацелив её на меня, прорычала:       — Немедленно отойди, пока я не убила тебя!       Ты что, угрожаешь мне? И куда делся хвост? Всё равно если придётся с ней сражаться, простая сила тут не поможет. У меня её и так нет, я больше подхожу под класс поддержки. Необходимо обхитрить её, либо не дав выстрелить вовсе, либо заставить подстрелить опоры, из-за чего может упасть крыша. Но последнее убьёт и меня с Суно, поэтому такой расклад нас не устраивает. Попробую победить дипломатически.       Внезапно волчица вышла из-за моей спины. Её лицо было заплакано, а в руках она держала... кулёк конфет? Погоди, ты действительно хочешь откупиться от Терминатора конфетами?       — Прости меня, Амелия. Мне, действительно, очень стыдно за свои действия. Сейчас у меня нет ничего, кроме этого. Пожалуйста, прости меня за мою глупость, — тихо, но уверенно сказала Эстингита.       Похоже, она решила сама избавиться от проблемы. Нет, эту проблему вполне могу решить я, мне не нужна помощь!       Глаза Амелии вновь превратились в вопросительные знаки. Но пока что пушка всё ещё нацелена на меня. Прошли жуткие секунды тишины. Я не мог пошевелиться, не привлекая внимания кошки. Волчица стояла, смотря на обиженную её действиями роботизированную. А девушка-робот пока что просто застыла. Скорее всего, просчитывает варианты решения проблемы.       — Сколько постельных наборов тебе выдали? — прошептала Эстингита, наклонившись прямо ко мне.       — Только два, — также довольно тихо ответил я. По её мордочке сложно было определить, как она отреагировала на эту новость, потому что сейчас на ней было полное отсутствие каких-либо эмоций. Возможно, она просто хочет скрыть их от меня... В этот момент у Амелии глаза изменились на обычные жёлтые овалы.       — Хорошо, Эсти. Я прощаю тебя, но одними конфетами ты здесь не отделаешься. Я попрошу у тебя необходимое мне через время. А пока что ты поделишься со мной и Луносветом сладостями, — сказала она спокойно, не сводя глаз с волчицы. Мне показалось, что робокошка усмехнулась, с триумфом глядя на побеждённого противника, вынужденного выплачивать репарации.       Сиреневая, послушавшись Амелию, молча начала раскрывать кулёк. В нём было всего лишь двенадцать конфет «Синее пятно». Насколько я помню, такие конфеты выдают всем новичкам, прибывшим из-за рубежа.       Но волчица не говорила с акцентом. Возможно, она из русскоязычной страны. По четыре конфеты она дала каждому. Сначала я не хотел принимать свою порцию. Но посмотрев ей в глаза, я увидел огорчение. Волчица изначально хотела поделиться со мной?.. Я, не выдержав её жалобного взгляда, взял конфеты. Положу пока во внутренний карман, может, потом пригодятся. Амелия действовала точно также, видимо, решила скушать потом. Я без понятия, как она ест и что там происходит у неё внутри. Судя по увиденному, она точно не просто роботизированная. Изменила ли она себя намеренно, установив импланты? Нет, никакая из доступных и дешёвых технологий не сможет создать что-то подобное. Разве что у Эггмана будет что-то подобное, этот технократический фанатик мог вдохновиться образом Хаоса, бога разрушения. Остаётся только гадать, был ли это неудачный эксперимент или же рядом со мной сейчас милая, но очень опасная машина. Волчица, видя наши действия, решила последовать за нами, тоже убрав конфеты, а вместе с ними и сам кулёк. После этого кошка, лукаво посмотрев на нас, вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Мы остались одни.       — Луносвет? — тихо позвала меня сиреневая. Её голос звучал обеспокоенно, что, впрочем, неудивительно, учитывая недавно произошедшее.       — Да? — спросил я у неё как можно более спокойным голосом, чтобы не напугать ещё сильнее.       — Мне бы хотелось... — на этих словах она прервалась, отвернувшись в сторону, но щёки вновь предательски покраснели. После небольшой паузы она, собравшись с духом, продолжила. — Мне бы хотелось, чтобы ты показал мне расположение важных комнат. Для меня это очень важно... — уже увереннее сказала волчица.       Если так хочешь, то можно устроить. Возможно, получится немного лучше узнать возможного противника. Или союзника, если удастся правильно построить отношения. Последнее для меня будет предпочтительнее.       — Хорошо. Что бы ты хотела увидеть в первую очередь? — спросил я, обдумывая возможные маршруты. Ей, в первую очередь, может понадобиться столовая. Туда добраться несложно, она находится рядом с актовым залом.       — Мне бы хотелось узнать маршрут до кабинета физики, — её ответ поставил меня в тупик. Ей действительно интересны точные науки или она просто хочет... Привлечь моё внимание? К сожалению, ответ на этот вопрос мне пока недоступен. Впрочем, как и на многие другие. Неважно, раз она хочет, я отведу её до кабинета физики.       — Как хочешь. Следуй за мной, — с этими словами я направился в сторону двери. Эстингита последовала, тихо дыша и неотрывно следя за каждым движением. Решив не обращать на это внимания, я просто открыл дверь. Пока я переступал порог и придерживал дверь, чтобы пропустить свою спутницу, мне всё время казалось, что я иду с кем-то явно более важным, чем просто моя соседка по комнате. Откуда у меня берутся эти мысли? Аккуратно прикрыв за собой, я обернулся. Глаза довольно быстро привыкли к темноте, из-за чего я прекрасно видел волчицу. Она, заметив мой обеспокоенный взгляд, посмотрела на меня и улыбнулась. Прекрасно, она тоже хорошо видит в темноте. Путь до кабинета физики, да? Маршрут не из близких, он находится вообще в другом конце здания. Рядом с больничным крылом.       Около двух часов мы бродили по коридорам. Не такая уж и быстрая прогулка! Кабинеты информатики, физики, столовая, женский туалет (который располагался рядом с мужским, что аксиома в планировке зданий на моей родине. По крайней мере, так мне говорил ОБЖшник, когда приходил на занятия трезвым), складские помещения.       Практически всё время в пути мы молчали. Лишь иногда, когда волчица задавала мне вопрос, тишина прерывалась, уступая место короткому разговору. Беседа у нас не задалась, она постоянно отворачивалась, рассматривая побитые временем, а иногда и не только им, стены.       Последним пунктом назначения был кабинет робототехники. Отлично, получится хоть в последний раз встретиться с доктором Роботником.       — Это и есть кабинет робототехники? Снаружи он почти ничем не отличается от остальных, — заметила Эстингита, зевая, прикрыв ладонью рот.       — Ты ещё не видела его изнутри. Далеко не всё невзрачное снаружи, такое же внутри, — заметил я, почесав основание носа.       — Что ж, посмотрим. Но как по мне, помещение такого типа должно хоть как-то отличаться от остальных, — сказав это, лавандовая повернулась в сторону двери.       Решив не медлить, я постучал в дверь. За ней послышалось бормотание, из которого я смог услышать только «нахрена припёрся» и «ёбаный рот этой администрации». Через несколько мгновений дверь открылась. На пороге стоял тяжело дышащий док с усталым лицом, покрытым капельками пота, и держащим в руках плоскогубцы. Но увидев меня, он широко улыбнулся.       — Луносвет, ты вовремя! Решил помочь мне со сбором вещей для отъезда? Буду очень признателен за помощь, — сказал он типичным для него басом. — О, вижу сегодня ты не один. Здравствуйте, девушка. Я — доктор Айво Роботник, бывший преподаватель робототехники, — сказал он, протянув руку моей спутнице.       — Очень приятно. Я — Эстингита Суно. А почему бывший? — поинтересовалась та, пожимая её в ответ.       — Потому что меня уволили с должности преподавателя. Якобы у них найдётся достойная замена такому... — вздохнул док, объясняя моей подруге эту нелёгкую ситуацию. — «Старому усатому идиоту, выжившему из ума», — передразнивая кваканье директора, сказал преподаватель. — Луносвет, разве я настолько плохо преподаю? Разве у меня на уроках бывает скучно? — внезапно спросил он у меня.       — Разумеется, нет. Иначе я бы ни за что не собирал бы с вами машины, не оставался бы с вами допоздна в кабинете, — ответил я, используя все аргументы в пользу дока.       — Но всё же меня увольняют, несмотря на весь мой опыт, все мои знания... И самое главное, они требуют от меня унести с собой всё оборудование, в том числе и созданное здесь. Но его слишком много, и всё забрать просто не выйдет. Луносвет, могу я отойти с тобой ненадолго? Нужно кое-что обсудить, — выложил прямо учёный.       — Да, конечно. Эстингита, ты сможешь сама дойти до комнаты? — поинтересовался я у волчицы.       — Да, конечно. И зови меня Эсти, — ответила лавандовая, чьи щёки тут же начали покрываться румянцем. После этого я повернулся к доктору, пока позади слышались тихие шаги, удаляющиеся от нас. Он указал в сторону двери, приглашая пройти в кабинет. Отправляясь туда, я был готов увидеть полупустые полки, голые столы, но никак не это. Все механизмы были на месте. Ящик инструментов спокойно лежал на полке справа от двери, рядом был корпус сферической системы автополива. Чуть поодаль, на первой парте, находились рожковые гаечные ключи самых разных размеров: от 6×7 до 30×32. Внезапно я запнулся обо что-то. Хах? Штангенциркуль?       — Как видишь, я не могу упаковать всё. Думаю, будет лучше не оставлять их здесь, а передать тебе. Во внутреннем кармане они точно поместятся, несмотря на твои низкие показатели энергии Хаоса — предложил идею доктор.       — Почему ты не хочешь использовать для этого багажное отделение? — поинтересовался я, разглядывая кучу деталей, наваленных на последней парте.       — У меня денег не осталось. Вдобавок ко всему, ты точно найдёшь применение им, а выкидывать жалко. Так что... Забирай их себе, я же забрал всё, что смог, — объяснил Роботник, расчёсывая свои длинные усы. Предложение, конечно, заманчивое. Но мне даже негде будет их использовать.       — Я бы с удовольствием их забрал. Но не думаю, что у меня будет помещение для их использования... Моя комната слишком мала, тем более теперь я в ней совсем не один, — ответил я, водя из стороны в сторону хвостами. Серьёзно, я бы и рад их взять, но у меня нет помещения, где можно было бы их использовать.       — Насчёт этого не переживай, у меня есть решение. В этом здании есть система вентиляции, она проходит по всем помещениям, в том числе и довольно старым. Например, используя дрон мне удалось обнаружить несколько пустых комнат. Я сравнил их местоположение с данной мне картой помещений и не нашёл ни их, ни других входов туда. Похоже, они были запечатаны много лет назад. И что ещё интереснее, я нашёл в одном из помещений дневник своего деда! Понимаешь, он работал здесь! В нём написано, что Джеральд Роботник работал над проектом «Тень», закрытым пятьдесят лет назад, — сказал он, торжественно вручая мне карту вентиляции. Видимо, он создал её, основываясь на данных от дронов.       — Подождите, это закрытый проект на космической колонии «Ковчег»? — сказал я, поражённый внезапно явившейся информацией. Профессор Джеральд Роботник жил и работал в этом здании?! Что ж, тогда понятно, почему здесь такие высокие потолки. Боевые машины GUN (или, если переводить их название на русский, ОБЕД — объединённые боевые единицы демократии. А что? Предателям, бросившим на произвол судьбы Юмерику, настолько нелепая аббревиатура очень даже подойдёт! Ну не называть же мне их Героями Армии Наций? Эти «герои» только на рейды приграничья с Банановой республикой и способны. Защитники Объединённых Наций, как же! Отчего же вы не уничтожили Эггмана сразу, как только тот начал представлять угрозу? Почему вы трусливо бежали, чтобы затем вернуться на готовенькое?!) довольно велики, и для их перевозки такие потолки идеально подходят.       — Полагаю, твоё молчание означает, что ты согласен, — прервал моё удивление учёный, похлопывая по плечу.       — Да, я заберу оставшиеся детали, — сказал я, пытаясь представить все перспективы, открывшиеся передо мной.       Божечки-кошечки, я же смогу проводить полноценные исследования и создавать сложнейшие механизмы. Я смогу подмять под себя весь детдом и управлять ими всеми. Хотя нет, это не лучшее применение таким технологиям. Я буду миротворцем, поддерживающим порядок и защищающим слабых и беззащитных, превратив это место в то, о чём я мечтал, когда появился здесь! Ухухуху!       Роботник, попрощавшись со мной, ушёл в сторону своей комнаты, оставив в моих руках план вентиляции. Я же, выглянув из-за двери и убедившись в своей безопасности, убрал карту в личное хранилище и принялся собирать детали и инструменты, сортируя их в своём кармане по виду, размеру и качеству.       Так я провёл следующие три часа. Вот, осталась последняя деталь — замеченные мною ранее рожковые гаечные ключи. Готово! Так, а сколько сейчас времени? Мысленно я открыл панель своего статуса. Ого, уже половина одиннадцатого! Долго же я тут находился. Взяв оставленные доком ключи, которые были на рабочем столе, я закрыл дверь. Что ж, возвращаюсь домой.       Шёл я довольно долго, благо что торопиться было незачем. Теперь передо мной открылись далёкие горизонты. И любой мой наполеоновский план будет выполним! Огромные роботы, полностью автоматизированные фабрики, даже собственное убежище от всех, теперь всё это будет реально! Ух, меня прямо распирает от нетерпения попробовать эту лабораторию!       Вот я и дошёл до дома. Полагаю, мои квартиранты уже спят. Главное – аккуратно закрыть за собой дверь. Что-что, а по морде получить из-за её хлопка я точно не хочу. Медленно я нажал на ручку и потянул на себя. Смотри-ка, даже не скрипнула! Теперь осторожно прикрываю за собой. Готово! Так, как я и думал, соседи уже спят. Броненосец, разумеется, отжал одеяло. Иначе и быть не могло, у таких как он нет принципа «делиться со слабыми», только «забирай, пока можешь». А зачем Амелии одеяло? Она же роботизированная, ей оно не должно быть нужно. Ой, а что это с Эсти? Вся дрожит, пытаясь свернуться в комочек. Бедняга, надо ей как-то помочь... Повезло, что она лежала на нижнем ярусе моей кровати. Я, аккуратно поднимаясь по гнилым ступенькам, стараясь не скрипеть, подобрался к своему месту. Отлично, одеяло и подушка на месте! Чтобы не шуметь, я взял их за краешки и переместил во внутренний карман. Теперь нужно осторожно спуститься. Есть!       Ничего, мёрзнущая, скоро согреешься! Я достал сначала подушку из своего хранилища. Как бы мне её подложить? Придётся приподнять ей голову, чтобы была возможность подложить подушку.       Ого, какая мягкая шерсть! У меня она пусть и пушистая, но явно не настолько. А здесь, просто дотронувшись, ладонь будто утопает в пуху! Но главное – положить подушку. Другой рукой я это сделал, придерживая левой щёку лавандовой.       Теперь просто укрою одеялом. Как только одеяло оказалось на её теле, она перестала дрожать. Прекрасно, но мне кажется, что чего-то не хватает... Оставлю ей конфеты! Когда проснётся, будет очень удивлена такому повороту событий. Силой мысли я открыл инвентарь. Есть два вида конфет: одни я получил от неё сегодня, другие — держал для «плохих времён». Оставлю и те и другие, штук пять-шесть.       — П-пожалуйста, не уходи! Нет, не оставляй меня! — внезапно закричала волчица. Нет, это просто кошмар, нужно успокоить её.       — Ш-ш-ш, тише, тише, я здесь. Я рядом, — прошептал я, успокаивающе гладя Эстингиту по голове. Похоже, у бедной девушки детство было ничуть не лучше, чем у меня. Если не хуже...       Мой тихий голос и поглаживания подействовали. Волчица успокоилась, мерно дыша и тихонько сопя. Хе-хе, это выглядит забавно! Хорошо, моя работа здесь закончена. Отправлюсь сам спать.       После осторожного подъёма я постарался как можно меньше шевелиться, дабы не разбудить Эсти.        Брр, а тут, действительно, холодно! Укроюсь хвостами, их объёма хватит для покрытия. В таком положении пушистого калачика я довольно быстро вырубился.       Сегодня был богатый на события день, стоит отдохнуть перед следующим.