Другой Иной

      — …записываем домашнее задание. Всех благодарю, все свободны. — Эрик поверить не мог, что время летело с такой скоростью. Казалось бы, вот он совсем недавно изъяснялся перед Вальбургой о том, кто таков, разбирал дела Блэков, вправлял мозги Сириусу…       Студенты радостно зашевелились на своих местах, наперебой выкрикивая прощания.       Эрик поверить не мог, что прошло уже больше трех лет.       Все было чересчур быстро, размыто, что следить за последовательностью событий не представлялось возможным. Вот только вчера, кажется, он помогал Сириусу перебраться во Францию, пытался улизнуть от причитающего Кричера…       Младший Блэк, стараниями Дамблдора, конечно же, был лишен возможности не то, что забрать Гарри — ему категорически запрещалось общаться с крестником. По крайней мере, до выяснения каких-то «обстоятельств». Эрик в момент ознакомления с заключением скрежетал зубами от негодования, а бумаги в его руках были на грани уничтожения, и плевать лорд хотел на печати и подписи. Вернула его в реальность Вальбурга, заявившая, что ей заключение нужно целым документом, а не горсткой пепла. В то время у Эвальда в голове была лишь одна мысль — почему? Почему Дамблдор это делает?       Утешало лишь одно — Сириус на свободе, а не в Азкабане. Но можно ли назвать свободой ту «золотую клетку», кою ему создали в магической Британии? Блэка подозревали в сотрудничестве с Хвостом. Настоящий предатель все же улизнул из-под носа Министерства. Не без помощи одного артефактора, ведущего свою игру, но ему это удалось. О том, что Питеру конкретно отредактировали память, знать никому абсолютно необязательно. А в случае чего у Эрика есть весомый аргумент в свою защиту — бедный Петтигрю увидел Миклая.       Бес все так же отравлял жизнь своим прескверным характером, и знало о его службе Эвальду не так много людей, что, в целом, упрощало ситуацию. Миклуха активно промышлял в Чаще и за ее пределами, наводя болезни на крупное бесхозное зверье, изгоев и заплутавших путников, но время от времени прилетал требовать с Хозяина. Эрик успел порядком намучиться с этим деспотом, и давно бы отправил его восвояси, если бы тот не был столь полезным экземпляром. Да и, черт возьми, когда ему еще выпадет шанс получить в прислужники такую диковинку? Со временем колдун даже приноровился угадывать, чего захочет от него эта мигрень с крылышками.       Эвальд спокойно позволял Миклухе гнобить «неугодных» людей, а через время привык настолько, что совесть его уже не мучила. А ведь вначале, когда он вспоминал все слова беса о своей нелестной участи, брюнет так переживал, что станет плохим человеком… Ан нет, теперь его все больше чем устраивало, и если бы не внутренний стержень и понятия о чести, выжженные глубоко внутри отпечатком былой-не-наставшей войны — Эрик вполне себе мог уподобиться «нечистым» магам, которые как раз занимались подобным. Насобирают себе кучу нечисти, заключат контракты, обговорят условности, и вот тебе раз — там чума, здесь пожары и засуха… Зато у людей появляется своеобразный «резерв» и множество привилегий. Черномор прибил бы сразу.       Класс опустел быстро, и молодой алхимик остался в одиночестве за своим столом. Брошенный в окно усталый взгляд позволил заметить, что весна уже в самом разгаре: солнечный диск висит высоко в небе, согревая оттаивающую землю, шумит вдали лес, летают птицы, распевая песни на своем языке… Эвальд обреченно улыбается, откидываясь на спинку рабочего кресла — впереди еще проверка самостоятельных и составление итоговой контрольной. Если старшие курсы хоть как-то способствовали облегчению сего действа — говорили о том, чего понимают и не понимают, чтобы никто в очередной раз ничего не взорвал, — то младшие все задания (даже простые рунические связи!) умудрялись исковеркать настолько, что кто-то обязательно, да попадал в лазарет с ожогом или другой травмой. Эрику страшно думать, что в следующем учебном году у него вновь будет четвертый курс, когда первый урок практики закончится весьма плачевно — только ожогами уже не отделаешься.       — Это какой-то кошмар. — Невесело покачал головой маг, приглаживая растрепавшиеся волосы. — Как потом Дамблдора в Хогвартсе не подорвать… — В Лукоморье Эвальд преподавал всего ничего — три года. Как и обещал Черномор — он принял юношу на условиях прохождения практики. Первый год оказался не таким загруженным, как последующие, ведь тогда приходилось просто наблюдать со стороны, получая необходимый опыт. Эрик почти не вмешивался в учебный процесс старшаков, спокойно работал с юными студентами, которых располагал к себе с первого же занятия, и уделял время восстановлению магического потенциала, который знатно поутих из-за игр со временем.       Маленького Гарри лорд Блэк навещал не так часто, как хотелось бы, но эту участь приняла на себя Вальбурга, обязавшаяся следить за подрастающим волшебником. С сыном леди Блэк не шла на контакт и по сей день, но отношения с уровня «хреново» перескочили до самого, что ни на есть, сотрудничества. Возможно Блэкам было действительно проще находиться рядом лишь в таком положении.       Поттер же рос вполне себе обычным ребенком, только вот ментальные закладки, время от времени появляющиеся в головах Дурслей, Эрика раздражали. Альбус — хитрый жук, пошел сложным путем. Обновляющиеся через определенный период времени чары. При всем своем желании покончить со стариком сразу же — Эвальд не мог этого сделать. Хотя бы потому что у него было слишком мало информации.       Кто союзники, и есть ли они вообще? Что движет Дамблдором помимо желания раскрыть тайну бессмертия? «Безусловно, я бы дал ему номер телефона Константина…» — ехидно думал иногда Эрик, представляя выражения лиц и светлого, и темного лордов, когда им предоставят информацию и прошлом Бледнякова — «Но делать я этого, конечно же, не буду… Он был плохим мальчиком, все такое…».       Эрик еще долгое время, после того, как приехал сюда, старался забыться, уйти подальше от лишних и таких угнетающих мыслей о игре Альбуса Дамблдора, но так и не смог этого сделать. Волшебник клялся себе, что все те годы, данные ему на спокойную жизнь, он посвятит саморазвитию, а не самокопанию и разгадкам теорий, однако жизнь распорядилась иначе. Эвальд понял, что не может не думать о планах Дамблдора. Даже сейчас, когда, кажется, директору вообще не нужен Поттер.       "Прав был Снейп тогда - как свинью на убой растили..." мрачные мысли часто посещают голову колдуна. Эрик до сих пор пытался как можно четче собрать картину минувших дней, вспоминал школьные годы, людей, которые находились рядом... Он просто надеялся, что Гарри Поттеру в этой жизни повезет больше, чем ему когда-то, а для этого Эрик теперь приложит все усилия.       - Не могу вновь позволить Альбусу сделать многих дорогих мне людей фигурками на своей доске. - Печально качает головой Эрик, обращаясь к сидящему на шкафу черному ворону. Птица непонимающе склоняет голову, издав выразительное "кар", и даже машет крыльями, выражая свое несогласие, мол "позволить то не можешь, а вот он наверняка захочет". А если захочет, то сделает.       Эвальд усмехается, пододвигая к себе нужные бумаги и стопки с работами студентов - работа помогает отвлечься, но не надолго. Столько всего еще нужно сделать...       Маг бы соврал в первую очередь себе, если бы сказал, что не пытался все эти годы найти Альвиса - Лихов как в воду канул. Эрик не думал, что юноша в те времена его обманывал, но... может ли быть так, что Эвальд все же чем-то насолил Магии настолько, что бывший товарищ не может найти его, несмотря на все свои слова о возможной незримой связи? Миклай об этом ничего не знал, а когда слушал про прошлое хозяина, то выкатывал глаза, которые от удивления чуть ли не лезли на лоб, и крутил пальцем у виска. Бесы хоть и дьявольские отродья, но даже они с Лихом предпочитают не связываться.       Ворон каркнул еще раз, после чего слетел со своего места, покружив над головой Эвальда, и сел на стол, задумчивым взглядом изучая своего создателя. Экземпляр, находящийся перед Эриком, был лучшим его творением за все прошедшие годы. Чудеса артефакторики и алхимии, никак не отличить от живого существа. Хотя, по своему ворон был жив - волшебник умудрился сделать ему стальное сердце.       - Ну чего тебе неймется, Хель? - Отодвинув пернатого с одного из развернутых свитков спросил Эрик. Ворон, будто извиняясь за вторжение в личное пространство алхимика поскреб лапкой по деревянной поверхности, покорно поклонившись, но после - вновь каркнул, обращая на себя внимание. - Ох... Думаешь, меня ждет Константин?       Хель отчасти был создан волей случая: в очередном походе в горы с Бледняковым, Эвальд нашел умирающую птицу лежащей на камне. Зная о некромантических способностях наставника, Эрик внезапно вспомнил о своих бредовых идеях, которыми грезил, когда ему только исполнилось двадцать пять, и он был ничего не смыслящим в жизни глупцом. "Я не беру во внимание то, что мне сейчас только двадцать два стукнет... Могло бы быть тридцать четыре... Хотя, по магии, кажется, уже тридцать семь..." вопросительно глядя на птицу, явно пытающуюся ему что-то сообщить, Эвальд пытался вспомнить свой точный возраст. Это было не так важно в тот момент, когда Констатин смотрел на него, как на восьмое чудо света, и говорил, что птице уже не помочь, так как та стала жертвой какой-то изголодавшейся нечисти, и была отравлена инферно.       Именно тогда черта характера Эрика под названием "а почему бы, собственно, и нет?" победила во внутренней борьбе, Хель получил шанс на спасение. Правда, полноценное тело сохранить не удалось - темный яд, попавший в птичью тушку вместе со слюной нечисти этого не позволил. Зато Эвальд смог поупражняться в некромантии, за что все-таки отхватил от Бледнякова, но "душу" ворона удержать смог. Теперь Хель был просто незаменимым помощником и отменным почтальоном. Сириус, который узнал об этом чудо-питомце, долгое время пытался выпросить его себе, в обмен предлагая разного рода ерунду. Эрика это знатно веселило.       - Кар! - Очередной недовольный возглас в ответ на кучу перебранных вариантов заставил алхимика поморщиться. Он уже успел по-быстрому просмотреть половину работ, а Хель все никак не успокаивался.       - Ну чего же тебе надо, неугомонная ты тушка? - Осторожно протянув руку к ворону, не встретив сопротивления, Эвальд коснулся пальцем его головы, ощутив на коже щекочущее касание иссиня черных перьев. Хель замер, встретившись с колдуном взглядами. На секунду Эрику показалось, что у него вся жизнь пролетела перед глазами, а в голове раздался звенящий шум, похожий на звук разбившегося стекла. Где-то далеко, на периферии сознания, словно щелкнул спусковой крючок. Представший перед глазами образ старухи, уходящей куда-то в туманную даль, заставил дернуться.              Волшебник активно тер глаза кулаками, пытаясь отдышаться - создалось впечатление, что за эти короткие мгновения от пробежал марафон. Хель же все так же выжидающе смотрел на него, словно спрашивая, понял ли Эрик на этот раз.       К Эвальду внезапно возвращается чувство облегченности, словно с плеч только что сняли непосильный груз.       - Ах вот оно что... - Маг хмыкает, вновь зачесывая рукой непослушные темные пряди и качает головой, слабо улыбаясь ворону. Была у Хеля еще одна причуда - слишком тесно после того инцидента стал связан он с Нави. "Хоть Кощей и запретил, конечно, все это дело, но..." улыбка внезапно становится шире, птица даже пятится назад, стараясь не задеть стоящую чернильницу. - Один раз живем, Хель... Думаешь, есть шанс найти его?       Ворон вновь каркает, но уже удовлетворенно. Слишком рисковая особь, любит аферы, склонен к импульсивности - как Констатин говорил - недалеко ушел от создателя.       - Тогда заканчиваю с делами на этой недели, и на выходные отправляемся на очередной экстремальный курорт! - Весело заключает Эрик, хлопнув в ладоши, пока ворон в ответ радостно хлопает крыльями. - А в ближайший длинный уикенд навестим моего юного подопечного...       Конечно же, после столь грандиозного времяпрепровождения предстоит долго объясняться перед Бледняковым и бегать от проклятий, пущенных в сердцах Ягой. Но это будет потом. Сейчас можно хотя бы не думать о Дамблдоре. ***       Сириус уже несколько лет подряд просыпается с чувством какой-то недосказанности. Он по старой доброй привычке, ставшей уже традицией, идет на небольшую кухоньку, варит себе кофе, подолгу сидит с задумчивым лицом за столом, просматривая документы. Молодой человек никогда не думал, что его жизнь так изменится из-за знакомства с одним лишь человеком, который окажется еще и Лордом рода.       По совету Эрика брюнет все же решил "взяться за ум"(хоть по мнению самого Сириуса он никогда его и не опускал далеко) и покопаться в своей родословной, чтобы найти себе дело по душе. Еще во времена учебы Блэк думал, что будет работать в Аврорате, вместе с Джеймсом, но теперь, в свете последних событий...       "Там работают одни кретины..." - это единственное, что Блэк мог сказать о Министерстве Магии. Не то, что работать - ему думать об этом месте было противно. Сейчас Сириус сотрудничал с одной юридической конторой, и нашел это деля для себя весьма занимательным. Спокойно, со своим экстримом... Его все полностью устраивало.       В свободное время Блэк погружался в чтение книг, несмотря на всю свою неусидчивость, и все пытался набиться в подмастерья к Константину. Тот, кажется, был в тихом ужасе от таких просьб, но внешне оставался непоколебим. Возможно, сказывался тот самый легендарный "опыт с Эриком". Чем лорд так поднапряг некроманта, что тот с Блэками не хотел связываться, Сириус не знал, но надеялся, что рано или поздно Бледняков согласится. Это действительно затягивало и пришлось по душе.       Самым большим разочарованием стало то, что родной крестник был вынужден жить с чужими людьми. Не то, чтобы совсем чужими, но Блэк долгое время ходил подавленным и злым из-за столь идиотского решения Министерства. Альбус же приторным голоском говорил, что ему жаль, но, как обычно, поделать он ничего не может. В те моменты Сириусу хотелось просто заорать от досады, вцепиться в ворот злосчастной мантии директора и спросить, просто невзначай поинтересоваться - почему? Почему Дамблдор - великий светлый маг, старающийся ради всеобщего блага, ровным счетом не может ничего сделать?! Блэк быстро избавлялся от подобных желаний и мыслей - не без помощи Эрика, конечно же. Артефакты, которые он давал, успокоительные зелья, которые делал - все это было для Сириуса бесценно, ведь иначе, рано или поздно, маг бы определенно сорвался, чем бы только усугубил и так печальную ситуацию. Он - сообщник Хвоста? Ха!       "Вот и сыграла твоя преданность, Бродяга, против тебя...". Крысу хотелось придушить. Петтигрю нашелся не сразу - Сириус тогда еще только готовился к своему переезду. Но поставить его - Блэка - под подозрение? Верх безумия.       В Азкабан не хотелось. В зале суда в самый последний раз он еле сдержал истерический смех. И стоило бы нормально поблагодарить Вальбургу, ведь сам Сириус, тогда потерянный, разбитый и разочарованный вряд ли бы сам смог толково объяснить произошедшее, но молодого человека хватило лишь на сухое, безэмоционально "спасибо", брошенное куда-то в сторону, пока женщина, сидящая с ним в коридоре, только кивнула, дав понять, что услышала.       Успокаивало то, что Эрик, время от времени навещающий его, привозил с собой вести от Вальбурги и воспоминания, связанные с Гарри - во всей этой чертовой ситуации маленький мальчик, гуляющий с тощей, угрюмой на вид женщиной, и еще одним тучным пареньком в парке, был отдушиной, согревающей сердце. Миссис Дурсль, кажется, была сестрой Лили - это Сириус помнил достаточно хорошо. Но обе были словно небо и земля - настолько разные, что сразу и не скажешь. Эрик же после того, как Блэк возвращался из Омута Памяти в приподнятом настроении не считал за дерзость завести разговор о поступлении Гарри в Хогвартс.       Лорд много спрашивал Сириуса о том, как он отнесется к тому, если Поттер окажется не на Гриффиндоре, как рассчитывают практически все. Не будет ли Блэк считать его Когтевранским ботаном, если мальчик вдруг попадет на "орлиный" факультет. Сириус уже понимал, к чему клонит Эрик. Брюнет уже привык, что вездесущая синеглазка как будто идет на шаг впереди планеты всей, поэтому, сопоставив факты, осознавал, что Гриффиндор для мальчика-который-выжил будет очередным бонусом в копилку "клейма героя". Не хотелось бы, чтобы Гарри пострадал из-за "ничего не могущего сделать Альбуса".       Мысли о том, что крестник может оказаться на любом факультете, конечно, обременяли, а уж особенно не хотелось думать, что Поттер окажется в змеиных подземельях, но... Со временем думать об этом стало как будто проще. Блэк побывал в Лукоморье, где Эрик сейчас преподавал, и только недавно узнал, что сам лорд Блэк был темным. Вот уж действительно - Темный Лорд. Еще лет пять назад, узнай Сириус такую информацию о новом члене рода - знать бы не захотел, и плевался проклятиями не хуже Вальбурги. Но после визита в ту школу... Точно такой же "темный" директор оказался радушным, веселым человеком, который всерьез получал удовольствие от преподавания, а не простого просиживания штанов в своем кресле. Яга была потрясающей колдуньей, Ибрагим, которого Блэк увидел лишь мельком, даже помахал новому гостю рукой, хоть и слыл "нелюдимым" профессором. К Константину у Бродяги был отдельный разговор - Бледняковым он воистину восхищался.       Удивительно было то, что между двумя "факультетами" с такими громкими названиями - Светлый и Темный - не было обостренных конфликтов. Это повергло Блэка в неописуемый шок. Дети спокойно общались, дружили, в шутку задирали друг друга, но не грызлись так, как это было между Грифами и Слизнями в лучшие годы Сириуса. Вообще. После столь неожиданного открытия Бродяга проходил пару дней в состоянии апатии, но быстро оправился, стоило Эрику предложить пойти и посмотреть библиотеку.       Там был кот. Просто Кот. Волшебное животное-библиотекарь. До него Блэк думал, что удивить его ничем не получится. Он ошибся.       С тех пор, как маг побывал в Лукоморье, Эрик еще несколько раз навещал его лично, изредка вновь спрашивая о будущем Гарри.       Сириусу, после долгих раздумий и внутреннего противостояния убеждений и правильности происходящего, внезапно стало... все равно? Он сам не мог до сих пор ответить на этот вопрос. Для него главным стало благополучие Гарри.       - Какая там, к черту, разница, какой факультет? - Как-то все же заявил Сириус, сидя в одном из кресел в уже "хмельном" настроении, и перебалтывая в бокале янтарную жидкость. Эрик в этот раз привез с собой неплохой виски. Причиной приезда стало его официальное начало работы в качестве педагога. - Главное, чтобы человек был хор-хороший. А Гарри, безусловно, хор-роший человек... Вот... - Блэк на секунду задумался, впав в легкий ступор, нечитаемым взглядом сверля небольшой стол, стоящий перед ним. - Да вон, даже Регулуса я любил... Брат, как никак... Лишь бы... Лишь бы не уподоблялся этим... Слизеринцам, Мерлин их подери... Тьфу ты, чтоб там Нюни... Северусу икалось...       Лорд лишь заливисто рассмеялся на его замечание, предложив выпить за здоровье младшего Поттера. Сириус идею поддержал.       Но если отставить все плюсы и минусы ситуации и основательно во всем разобраться... У Блэка был еще один небольшой пунктик, по сей день остающийся неразрешенным. Люпин. Сириус не видел его, пожалуй... давно. Последний раз - чуть ли не за месяц до убийства Поттеров. Тот, кажется, собирался отлучиться по своим "пушистым" проблемам. В тот день он так и не понял, куда и зачем именно отправился Римус, но теперь... Теперь когда-то лучший друг наверняка как и все остальные считал его предателем. От этого осознания хотелось самому уподобиться волку и от отчаяния выть на луну, дабы поделиться с безмолвным диском своим негодованием из-за несправедливости этого мира. Возможно, так станет легче.       В первый год после переезда во Францию Сириус пытался связаться с Люпином, но попытки оказались неудачными, а после и Эрик сказал, что пока что этого делать не стоит, не забыв упомянуть, что всему свое время. Тогда Блэк очень хотел спросить, какое, мать его, время лорд имеет ввиду, если его самого буквально может начать презирать близкий друг, но встретившись взглядом с внезапно заледеневшими сапфировыми глазами Сириус не нашел, что сказать. Эрик как будто что-то знал.       Он уже перестал удивляться - лорд был человеком непредсказуемым, и несмотря на теплые доверительные отношения, сложившиеся между ними, Сириус его справедливо побаивался. Во-первых - Дамблдор даже не в курсе, что у рода Блэк есть лорд. Дамблдор. Сам Дамблдор не знает чего-то, что известно "простонародью", как любил иронизировать Эрик, сравнивая директора и обычных смертных.       "У них определенно что-то личное...". Эта догадка ставила в очередной тупик: что могло быть общего у восемнадцатилетнего, на тот момент, паренька и директора Хогвартса, в котором этот самый паренек не учился?       С одной стороны Сириуса все же задевало то, что Эрик словно скрывает свое прошлое от него, ведь слепому было понятно, что даже Вальбурга знает о происходящем. Почему так?       Пожалуй, "почему?" и было ключевым вопросом, который Сириус Орион Блэк задавал себе все это годы. Однако, кое что все-таки радовало: лорд, зная о натуре Бродяги, который всегда стремился идти против правил, обещал, что с Гарри брюнет увидится все же раньше, нежели будут завершены треклятые разбирательства.       Альбус как будто специально...       Сириус уже долгие годы сгорал от нетерпения, но поделать ничего не мог. Осознание того, что сам Гарри даже не догадывается, что у него есть такой крутой крестный, добивало. Это несправедливо.       ...походу дела, Альбус действительно специально. ***       - Я сдала!!! Сдала-сдала-сдала!!! - Залетающий в кабинет огненный вихрь заставляет Эрика дернуться и вжаться в спинку кресла, пока на него не накинулись с благодарными объятиями. В такие моменты он сомневается, точно ли перед ним та самая Алиса Сергеевна Лисова, которую он знал когда-то очень давно. Юная девушка невысокого роста, со сверкающими от счастья глазами, сейчас чуть-ли не водящая вокруг преподавателя хороводы, лишь отдаленно напоминала ту женщину, у которой всегда все было схвачено, а за внешним оптимистичным настроем скрывалась готовность решить любую проблему в секунду ее возникновения.       - Алиса... Алиса, господи-боже-мой... - Со слабой улыбкой пробормотал Эрик, пытаясь уследить за снующей туда-сюда девушкой. Сегодня пришли результаты экзаменов, которые сдавали студенты, остающиеся на практику. Как и говорила Алиса однажды - она сдала на высший бал ценой недосыпа и разрушенной психики. Сейчас же судить о подобном было сложно. - Алиса, я за тебя безумно рад, но если кабинет сейчас взорвется, пострадают все...       Подранный кот, пригревшийся в лучах июльского солнца на высоком подоконнике, согласно фыркнул, хриплым и противным голосом издав пронзительный "мряв". О коте Эрика Альфардовича ходили легенды - это существо было воистину демоническим отродьем. В руки студентам не давалось, профессоров не жаловало, гуляло везде, где хотело, и даже не терялось в лабиринте. Черномора, правда, кот все же побаивался, и его кабинет обходил стороной, но многие ученики-очевидцы говорили, что это существо - кот, а не директор - бодалось на окраине леса с крупными животными, изредка выходящими погреться на опушку.       Девушку слова Эрика все же вразумили, и она прекратила метаться из стороны в сторону, подходя к учительскому столу. Положив перед Эвальдом папку с результатами, она стала раскачиваться с носка на пятку, предвкушающе потирая руки, пока ее губы расплывались в предательской улыбке.       Эрик заинтересованно стал изучать предоставленные бумаги, порой останавливаясь на письменном заключении экспертов, которое следовало в конце каждого зачетного листа.       - Я просто хотела сказать, что если бы не вы и Яга... - Только теперь Эрик понял, что после того, как бывший алхимик у темных свалил свою непосильную долю педагога на него, он... точно так же свалил из школы. Все, мол, наработался на всю жизнь. Кажется, тот дедок сейчас промышлял где-то на окраине рощи знахарством, чуть дальше одного из прибрежных сел.       - Не-не-не... - Тут же замахал руками Эвальд, не желая слышать восхваления своего преподавательского таланта. - Это ты экзамены сдавала, а не мы с Ягой. Я вообще недавно пришел, ничего не знаю. - Он тут же успокоился, усмехнувшись, и с заметной гордостью во взгляде посмотрел на бывшую ученицу. - Но результат действительно потрясающий. Тем более проектная работа. Я бы с радостью стал Мастером для такого смышленого человека, но, к сожалению, мой стаж... - "Жаль, что прошлая жизнь не учитывается..." - ...и забитый график не позволяют этого сделать. - Прежде, чем Алиса успела в шутку возмутиться, Эрик задал вопрос, интересующий его с того момента, как он вернулся из Чащи в очередной раз, получив от Константина далеко не похвалу. - А к Яге кто на стажировку в этом году? Были среди вас бессмертные?       Лисова задумалась, опершись руками о столешницу.       - Ну... К Бледнякову точно никто не идет... - И учитель и девушка после секундной немой паузы одновременно прыснули, покачав головами.       - Ничего нового.       - Ну как обычно, в целом...       Очередные смешки вызвали синхронно сказанные фразы, после чего Алиса продолжила.       - Пара ребят решила у Черномора счастья попытать. - На удивленный взгляд Эрика она пояснила. - Демонологами решили стать. Без рун и нужных знаний никуда. - Лисова вздохнула, вспоминая, что в этом году на практику осталось не так много людей, как в прошлом. Многие предпочли вернуться "за предел", некоторые уедут заграницу и будут развиваться там... - Еще кто-то у Ибрагима хотел превращениям обучаться, этого точно не помню. А у Яги... Да, тоже кто-то со мной зелья сдавал. Точно не на алхимический профиль.       - Понятно все с вами. - Эвальд внезапно прикрыл рот ладонью, зевая и чуть потягиваясь, щуря глаза, закрытые стеклами очков. - В любом случае, повторюсь - я рад.       Алиса счастливо улыбнулась, кивнув.       - А что насчет вас?       - Меня? - Эрик изумленно округлил глаза. - А что насчет меня?       - Вы же достаточно молоды, правда... - Девушка явно намекала на то, что учителя не видела даже на старших курсах во время своего обучения. - И явно не здешний, но ваши умения воистину поражают. - Тут же похлопав себя по карманам, она быстро извлекла из одного газетную вырезку, принявшись ее разворачивать. На чуть мятом листе были новости двухлетней давности, в которых было упомянут псевдоним Эрика и пара разработок, явно запатентованных и вызвавших фурор в те дни. - Я просто... хотела узнать, где обучались именно вы... - Лисова застенчиво опустила глаза, стараясь скрыть свое волнение.       Эвальд понимал, что если он скажет правду - это будет звучать бредово. Да и не стоит распространяться подобной информацией. "Здесь, в Лукоморье, у Константина..." почему к Бледнякову никто не хотел идти после завершения курса - дело понятное. Очень быстро захочется сбежать. Интерес Алисы тоже обоснован, и Эрику прекрасно известно, каких высот добьется эта скромная на вид девчушка.       "Надо... срочно что-то такое выдумать... Логичное..." в такие моменты он глубоко жалел, что все, что могло быть правдой - еще не наступило, а то, что есть на данный момент - Эрику не знакомо.       - Ты же вроде в будущем хочешь преподавать здесь, верно?       - Угу. - Лисова уже забирала обратно свои бумаги, трепетно перебирая их, словно до сих пор не могла поверить в указанный результат. - Но, если опустить мою страсть к алхимии, артефакторика и целительство мне тоже по своему интересны. Нужно же быть разносторонне развитым человеком... - Она хитро улыбнулась, фыркнув. - Не ваши ли слова о том, что в этой жизни нужно быть готовым ко всему?       Примирительно подняв руки и усмехнувшись, Эвальд откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя куда-то перед собой.       - Да, твоя правда. - Эту фразу он действительно повторял довольно часто, особенно студентам младших курсов, которые часто жаловались на незапланированные самостоятельные. Тем не менее, именно эти работы им быстро полюбились, так как задания зачастую были интересными, и сам Эрик готов был помочь разобраться с тем, чего тот или иной ученик не понимал. Эвальд никогда не ругался на низкий балл, не повышал голос на уроках, и всегда находил общий язык даже с самыми "заносчивыми засранцами" из студенческого коллектива. Среди них даже отлынивающие от тяжелых, якобы, предметов неожиданно полюбили занятия алхимией. - Но секрета никакого нет. В основе всего, пожалуй, только личный интерес и постоянное развитие в нужной области. - Поправив очки, молодой человек поднялся из-за стола, обходя его по кругу и направляясь к одной из книжных полок, расположенных у стены. Алиса внимательно наблюдала за тем, как учитель ищет что-то среди множества учебников и справочных материалов. - Библиотека здесь просто кладезь знаний, что-то читал в своей личной или находил в магазинах. Но, признаюсь, зачастую натыкался на интереснейшие свитки или дневники в лавках перекупа. Может, кто-то продал в свое время, что от родственников досталось, а для них интереса не представляло...       - Это кощунство! - Возмущенно заявила Алиса, нахмурившись. Девушка крайне бережно относилась ко всем книгам и бумагам, что попадали ей в руки, а в особенности к тому, что дарили родители. У отца, как и у Эрика, тоже была "личная библиотека", но она в основном состояла из рукописей и записных книжек тех или иных магов, живущих в восемнадцатом-девятнадцатом веке. Реже там можно было найти что-то более раннее, но Сергей все же очень любил собирать именно такие записи.       - Согласен. Но что поделать. Для кого-то подобное, к сожалению, мусор. - Эвальду стыдно было признаться, что когда то он са с пренебрежением относился к книгам и учебе в принципе, а единственным заинтересовавшим пособием стал учебник Принца-Полукровки. И этот "легендарный соавтор" в итоге оказался злосчастным профессором по зельеварению, которого Эрик точно так же недолюбливал. "Интересно, Снейпа сразу до седых волос довести, рассказав о своем прошлом, или немного подождать?" Вероятно, какая-то часть Эрика все еще любила поиронизировать над профессором. - Нашел! - Наконец заметив нужный корешок, волшебник осторожно извлек книгу с полки, удостоверившись, что это точно оно. Вновь подойдя к Алисе, он протянул ей увесистый справочник, который девушка тут же стала вертеть в руках и листать.       - Что это... - Последовавшее за недоговоренной фразой "о-о-о" свидетельствовало о том, что ответ Лисовой уже не требуется. - Это... - Удивлению Алисы явно не было предела, тем не менее она все же подняла на Эрика недоуменный взгляд. - Разве...       - Да, пожалуй, считай это подарком за успешную сдачу экзаменов.       - Я не могу! - Внезапно девушка пошла на попятную, пытаясь всучить книгу обратно учителю. - Я ничего такого не сделала, я могу купить, и...       - Не стоит. - Эвальд улыбнулся, мягким движением руки вновь толкая протянутое чтиво к девушке. - Сделала ты достаточно много, и я не думаю, что в нынешних книжных ты найдешь точно такой же полный экземпляр. - "А ведь я не предложил ничего редкого...". Книга была обычным справочником, кои были изданы ограниченным, но не таким уж и маленьким тиражом, а впоследствии - перепечатаны. По мнению Эрика из него убрали много нужного, посчитав "опасным для использования". Все подобные сборники сейчас имели дату публикации пятидесятого года, как раз после поражения Грин-де-Вальда. Возможно, это и послужило первопричиной. - Я не так уж много теряю, учитывая, что это всего лишь точная копия, коей обычно пользуются на занятиях старшекурсники. - Еще раз улыбнувшись, Эвальд прошел на свое место, садясь в кресло. Алиса все еще неверующе таращилась на книгу. Эрик пришел, когда она была на дополнительных курсах, и виделись они не часто, но...       - А разве... - Девушка попыталась еще раз выразить свой протест, несмотря на предложенную ценность.       - Брось, Алиса. - Эвальд все же чуть поморщился, отмахиваясь. - Тебе еще учиться и учиться, а это намного облегчит задачу. Тем более - в летнее время Кот вряд ли даст вынести что-то из библиотеки, а заниматься ты будешь. Да и освоишься - вернешь, если захочешь.       - Но...       - Подарки - не отдарки. - Поставил точку в этом бессмысленном споре волшебник. - А я тебе уже подарил.       - А я...       - Подаришь мне свой статус здесь, как преподавателя.       - Как у вас все просто. - Сухо покивала Алиса, прижимая книгу к себе.       - Да вся жизнь то на самом деле простая до невозможности штука, в философском смысле, конечно... - Невозмутимо пожал плечами Эрик. - Люди просто любят все усложнять.       - Почему только в философском? - Девушка изогнула одну бровь, отчего напомнила ту себя, которую Эвальд часто видел на совещаниях в кабинете Черномора.       - Потому что на вопросы ответить зачастую легче, чем довести дело до исполнения. Вот тебе проще сказать, что ты, например, сдашь входной тест на переквалификацию в какое-нибудь агентство, или всерьез его сдать?       Алиса прыснула.       - Ну так то да, сказать всегда проще...       - Вот поэтому... - Эрик повел подбородком в сторону книги, которую девушка держала в руках. - Читай, практикуйся. Тем более я верю, что ты-то точно ничего не взорвешь...       - Я постараюсь. - Звонко рассмеявшись, Лисова посмотрела на свои наручные часы, и тут же о чём-то вспомнив поспешила распрощаться с учителем. Эвальд еще некоторое время сидел, смотря на захлопнувшуюся за ее спиной дверь, словно пытаясь просверлить в ней огромную дыру, чтобы убежавшая Алиса точно услышала возмущенное:       - В смысле "постараюсь"?       Миклуха еще раз довольно зафырчал наверху, свесив морду и внимательно наблюдая за всем происходящим действом, отчего усы его нелепо покачивались из стороны в сторону, когда кот водил носом. Эрик обреченно закатил глаза, обернувшись к отдыхающему бесу.       - А ты что смотришь? Заняться болье нечем, что ли? - На морде зверя появилось несвойственное обычным котам выражение недопонимания. - Вон, сейчас Вальбурге письмо отнесешь, как раз проверишь, как там обстановка... И не делай такие глаза, потом лети на все четыре стороны, порти неугодных... - Эвальд знал, насколько опасна эта фраза, но всегда старался ее употреблять в верном контексте. Миклай же такого наворотить может, что потом самого алхимика проклинать будут во всех концах Земли.              Кот недоверчиво пошевелил ушами, распахнув кривую клыкастую пасть, словно пробуя воздух, и высунул раздвоенный красноватый язык, трепеща им не хуже змеи.       - Да, да. Заодно Хеля разыщешь, но жрать его, точно так же, как и Гарри - нельзя.       Миклай поморщился, забавно дернув носом из-за кошачьей ипостаси, но все же легким прыжком, напоминающим скорее полет благодаря широкому взмаху крыльями, оказался на столе перед Эриком, усевшись на край, и внимательно рассматривая лежащие перед магом бумаги.       - И еще, знаешь... - Эвальд устало вздохнул, стянув очки с переносицы и откладывая их в сторону, чтобы случайно не сбить рукой. - Иногда мне кажется, что не хватает таблички "ход истории изменен"... - Нервно теребя артефакт-подвеску, спрятанную под тканью белой рубашки, Эрик по привычке начал кусать пересохшие губы. Миклай задумчиво склонил голову вбок, сверкнув огромными желтыми глазищами, один из которых уже давно был испещрен очередными боевыми шрамами.       Эвальд отчасти был в чем-то прав, ведь про Альвиса Лисова так ничего и не услышал. ***       - Гарри! Гарри, сейчас же просыпайся! - Недовольный голос тети Петунии, казалось, мог поднять даже мертвеца. Сопровождающий сию мелодию утра стук в дверь только усиливал эффект, и мальчик неохотно открыл глаза, попутно шаря рукой по стоящей рядом с койкой тумбе. Очки нашлись довольно быстро: скрепленные скотчем на дужках и мостике они производили впечатление часто ломающейся вещи. - Иначе вы оба опоздаете! Не подводи хотя бы Дадли!       Жил младший Поттер в комнате, отведенной под склад вещей родного сынишки Дурслей, но это его никоим образом не смущало. Для своих пяти лет Гарри был очень сообразительным ребенком. Возможно, виной тому были не самые теплые отношения с родственниками и постоянная необходимость узнавать этот мир самому. Вернон и Петуния, безусловно, были не очень рады повороту событий, который преподнес им далекий восемьдесят первый, но тем не менее приняли решение оставить парня у себя.       Миссис Дурсль, в роковой день получившая такой "гостинец" под дверь, не знала, какие чувства испытывать, и какой сумасшедший оставил ребенка одного на крыльце осенней ночью. Но "это же волшебники, что с них взять"... Вернон о "ненормальных" и слышать не хотел, но все же относился к племяннику терпимо. Порой мужчина мог выйти из себя, стоило Гарри провернуть что-то, выходящее за рамки "приемлемого", но в основном, когда все было спокойно - внимания на мальчишку не обращал, будто его не существовало. Лишь изредка о припрягал Поттера к помощи в делах, по типу "принеси-подай", оправдывая это тем, что от Гарри должна быть хоть какая-то польза.       На удивление Петунии, которая, в основном, приучала мальчика мыть посуду и протирать пыль, боясь, что ведро с водой он опрокинет, Гарри с видимым интересом помогал мистеру Дурслю, когда тот чинил машину или другую технику в доме, попутно ворча что-то о "пользе".       Сегодня же детям предстояло пойти в школу, из-за чего супруги с раннего утра были на нервах, боясь, что что-то пойдет не по плану. К этому "не по плану" как раз относилось либо желание Дадли поспать подольше, либо "выкрутасы" Поттера. Тёте же Гарри постоянно говорил, что сам не знает, как и что происходит. О том, что он волшебник, Дурсли все же рассказать не удосужились.       - Вернон, у тебя точно заведется машина?! - Петуния с надрывом интересовалась у мужа всем, что могло выйти из-под контроля, ее было слышно даже на лестнице. Гарри все еще тер глаза кулаком, направляясь к ванной и сжимая в свободной руке старые очки. Дальнейшие перепалки старших ему были не интересны.       С отражения в зеркале, висящем над раковиной, на него щурясь смотрел растрепанный мальчишка со странным шрамом в виде молнии на лбу. Поттеру всегда говорили, что это последствие какой-то аварии, произошедшей в его младенчестве. Появление этого шрама являлось датой смерти обоих родителей. Каким именно образом - тётя тоже не говорила. Лишь поджимала губы, выказывая свое явное пренебрежение к данной теме, и бросала сухе "авария".       Порой, правда, были некоторые странности в поведении Дурслей - они были будто сами не свои. Петуния ни с того ни с сего могла начать кричать, Вернон срывался на мелочи. Дадли... Кузен сам по себе не особо жаловал Поттера, в основном - из-за ревности к родителям. И все же, мать смогла объяснить младшему Дурслю, что он и так навсегда останется главным ее любимцем, а за Гарри, на правах старшего братца, должен присматривать. В итоге происходило все в точности наоборот.       - Боже мой, Гарри! - Тётка заглянула в ванную комнату именно тогда, когда мальчик стал чистить зубы. - Ты всё еще не собран... Дадли... Дадли с тобой не было? - Поттер, сделав удивленные глаза, стоя к Петунии вполоборота, пожал плечами, намекая, что вообще не знает, где кузен. - Ох, опять он "на пять минут" лег... Дадли!!       "У тети слишком громкий голос..." думал про себя Гарри, промывая щеку под струей холодной воды. Наблюдать за Дурслями, когда не было у них периодов "обострения" было забавно. Дадли всерьёз был слишком ленив, не очень ответственен, и любил командовать. Вот только пока сам Гарри был просто подвижным ребенком, постоянно разбивающим колени на площадках и во время прогулок, стараясь то угнаться за котом, то подружиться во время игр с другими детьми, Дадли... Дадли со стороны напоминал великого хана, которого все должны беспрекословно слушать и носить на руках. Поттер просто наделся, что тот нее станет в будущем бандитом, про коих очень любил смотреть дядя по ТВ. Кузен в такие моменты почему-то представлялся огромным, круглым забивным мужиком, у которого много денег. Ездил Дадли-бандит в размышлениях Гарри на какой-то дорогой машине с кучей телохранителей, и почему то имел прозвище "кабан". Кузену, в целом, подходило.       "Больше никогда не буду смотреть программы с дядей..." это плохо влияло на воображение.       Поттер уже спустился вниз, попутно глянув на время. "Мы еще даже рано..." Тетя как обычно начала драматизировать невовремя.       - Доброе утро, дядя Вернон. - Поздоровался мальчик с мужчиной, который сидел в своем излюбленном кресле и читал газету. Дурсль только сухо покивал на приветствие, не отрываясь от напечатанного текста.       - Будь таким вежливым и в подготовительной, малец. Лишь бы жалоб на тебя не было. - Судя по тону Вернона, ему самому не в радость терпеть закидоны супруги.       Поттеру ничего не оставалось, кроме как послушно кивнуть, и пойти забирать глаженные вещи. Дурсли на этот раз не поскупились, купив ему новую форму. Чаще всего можно было рассчитывать на старые вещи кузена, которые Петуния подшивала вначале сама, чтобы сидели по размеру, а затем, когда Гарри показался ей достаточно умным для такого "нелегкого" дела - стала учить его орудовать иглой. Но старой школьной формы у Дадли определенно быть не могло, поэтому сейчас Поттер с плохо скрываемым восторгом рассматривал свои новые вещи.       - Только ничего не порви и не испачкай. - Напоследок бросил Вернон, когда мальчик побежал наверх, чтобы побыстрее собраться. - Деньги...       Да, пожалуй мистер Дурсль слишком любил деньги.       Остальное время до выхода из дома для Гарри пролетело быстро - он сидел в своей комнате и старался не попасться под горячую руку тетки, пытающейся уговорить кузена все же пойти в школу. Дадли же внезапно решил отдать предпочтение сну, постоянно и с запинками заявляя, что он для высшей цели на земле, а не для простых смертных деяний по типу учебы.       - ...никаких фокусов, Поттер... - Уже в машине Вернон с хмурым выражением на уставшем лице перечислял основные правила на "н". Некоторые касались обоих мальчишек, некоторые - только легендарной жертвы французского опеля волана де-Морт.       Гарри же и не собирался ничего вытворять. Особенно в подготовительных классах, когда о нем будет складываться первое впечатление. Дурсли, конечно же, точно начнут ругаться и сажать под замок, ежели что-то пойдет не так. Обычно те самые приступы и случались, когда был задет необходимый триггер.       О многом, что происходило в его не слишком разнообразной жизни, Поттер, естественно, умалчивал. Например, вряд ли бы старшие оценили, скажи он о странной женщине, которую периодически видел на улицах. И маленький мальчик, увлеченный катанием на карусели или чтением, сидя на качелях, вряд ли бы обратил на нее внимание, если бы не одна странность - никто из других детей и взрослых ее будто не видел. Один лишь Гарри изредка бросал косые взгляды в сторону незнакомки, от которой мог разглядеть четко только силуэт, и продолжал заниматься своими делами. Почему-то упорно складывалось такое впечатление, что ему не навредят.       Однажды Гарри видел и странное отношение людей к себе, как, например, когда попал с Дурслями в большой торговый центр в Лондоне - на день рождения Дадли поехали именно туда. Многие - когда родственники пропали из виду, уведенные кузеном рассматривать игрушки - подходили к Поттеру, улыбались и здоровались. "Многие", возможно, понятие растяжимое, ведь мальчик не привык ко вниманию со стороны, и три случайно встреченных человека, одетых несколько нелепо, напоминающие аниматоров были уже чем-то необычным.       Подошедшая вовремя Петуния чуть ли не маньяками и извращенцами их назвала, потребовав отстать от ребенка, после чего увела Гарри за собой. Поттер, отчасти, ее понимал - нельзя доверять незнакомцам. Тем более тем, которые выглядят доброжелательно, впервые появившись в твоей жизни. Все же от зомбоящика дяди Вернона был прок.       - Давайте-давайте, поторапливайтесь! - Петуния прикрикнула в основном на Гарри, в то же время вытягивая из машины сына. - Дадли, покажи себя в лучшем свете.       - Я не хочу в школу-у-у... - Заканючил Дадли, всем своим видом источая вселенскую тоску из-за несправедливой участи. Поттер осторожно вылез из салона, на всякий случай с еще больше аккуратностью, нежели обычно, закрывая дверь. Вернон терпеть не мог, когда к его машине относились небрежно.       Мальчик предпочел постоять чуть в стороне от тетки, пытающей уговорить кузена успокоиться, и наблюдал за идущими детьми. Почти все выглядели точно так же, как и они с Дадли - в новой, красивой отглаженной форме, держащие в руках небольшие портфели или рюкзаки на спине. Гарри примерно понимал желание родственников поскорее отдать их в руки преподавателей - у Дурслей появиться больше времени, а сами мальчики пойдут в начальные классы уже подготовленными. Одно лишь было странно во всей ситуации - Поттеру вновь казалось, что что-то во всей этой благодати не так. То ли елки не слишком зеленые, то ли Дадли недостаточно много требует... Впрочем, подобные мысли быстро сменяются восторгом от предстоящего дня и обучения. Радовало то, что скоро он сможет полноценно писать и, возможно, у него почерк будет лучше, чем у кузена. Читать Гарри умел вполне неплохо, хоть порой и не до конца понимал, что именно значит то, или иное предложение. Мальчик прекрасно понимал, что на секции и кружки, как, например, тому же Дадли, ему рассчитывать не стоит. Оставалось только надеяться, что после занятий будут какие-нибудь внеурочки или физкультура.       Дадли же нашел новую тему для протестов - он не хотел учиться с Поттером в одном классе. ***       Мужчина чуть ли не вприпрыжку бежал рядом с ним, отчего его волосы нелепо подскакивали вверх-вниз, напоминая болтающие уши бассет-хаунда. Эрик с легкой полуулыбкой качал головой, стараясь вникнуть в восторженное бормотание Сириуса, который был до чертиков счастлив тем, что увидел, как Гарри пошел в школу.       - Пусть и не в Хогвартс, конечно... - Возбужденно расхаживал маг туда-сюда, стоило только лорду заявиться на порог его дома и сообщить, что его обещание будет выполнено сиюминутно, и изгоревавшийся крестный, наконец, дождется чего-то без двенадцати лет в Азкабане. Сириус тут же дернулся в сторону зеркала, зачем-то приводя себя в порядок и укладывая волосы, проведя по ним руками. - В Хогвартс то оно всегда успеется, да, от этого он никуда не денется, а вот в маггловскую школу... У-у-ух, хотел бы я покатать его на мотоцикле... - Блэк вновь помрачнел, сутулясь, цепляясь руками за край тумбы. - Но... подожди... - Радость от услышанной новости внезапно сменилась разочарованием осознания. - Я же не смогу его... да?...       Эвальд с таким же мрачным видом кивнул, поджав губы, но тут же подошел к Сириусу, положив руку ему на плечо.       - Эй. Не переживай так. - На непонимающий взгляд Блэка он пояснил: - Вы все равно рано или поздно встретитесь лично, несмотря на завихрения Альбуса. - Эрик весело фыркнул, тут же сгребая ошарашенного подобным жестом Бродягу в охапку и раскачивая из стороны в торону в довольно узком коридоре. - Представь, как Гарри будет рад хотя бы одному живому родственнику, а? А тогда он уже наверняка будет знать, что он волшебник, и ждать какого-то... чуда, я не знаю. Сири, по факту, ты единственный, кто у него остался. - Лорд внезапно вновь посерьезнел, отстраняя мужчину от себя, но продолжая удерживать за плечи. Взгляд Блэка словно прояснился. - Поэтому, пожалуйста, Сири... без глупостей. Я понимаю, какого это - томиться в ожидании... - "Возможно больше, чем кто либо другой из моих знакомых... Разве что Константин...". - И именно поэтому, прошу... Будь готов ждать, сколько потребуется. - Эрик внезапно настолько пристально всмотрелся в его глаза, что Сириусу на секунду почудилось свое отражение в чужой сапфировой радужке. - Не губи себя раньше времени из-за драных... обстоятельств.       "Я просто не вынесу еще одной твоей смерти... Гарри тоже".       - Думаешь... - Блэк кивнул, благодарно положив свои ладони на чужие предплечья и улыбнувшись, хоть подобный жест теперь стоил ему неимоверных усилий. - ...меня ждет что-то за простое желание увидеть крестника даже со стороны?       - Я... в том то и дело, что не знаю. - Эрик вздохнул. - Но я не хочу тобой рисковать. А вдруг Азкабан? А вдруг Дамблдор с его "мальчик мой"? Министерство вряд ли рискнет нарываться на проблемы с Вальбургой лично, но никто ему не запретит тебя и вовсе сослать из страны, уже без права на возвращение...       - Я понимаю. - Сириус фыркнул, невесело качая головой. Альбус стал казаться старым маразматиком, определено что-то принимающим, и распространяющим на территории школы. Ну иначе как объяснить то, что никто не нашел ТАКОЕ решение проблемы с подозрением Сириуса в сотрудничестве с Хвостом... слишком радикальным? - Тогда... как насчет охотника с собакой?       - Читаешь мои мысли, Бродяга. - Лорд довольно усмехнулся, отходя на шаг. - Добираться будем в ступе Яги...       - Неужели она... - Неверующе вытаращил глаза Сириус.       - Нет, она не сжалилась. Я все лето проходил курсы пилотирования сим агрегатом, руления при помощи помела, а так же драил котлы в ее лаборатории не хуже, чем первокурсники на отработках.       - Котлы?       - Надо же было чем то уважить бабушку...       - Он так вырос, Эрик! - Восхищенно констатировал Сириус, ушедший в свои мысли. - Так похож на Джейми, правда, а глаза как у Лили... - Идущий следом за ним по маггловскому району артефактор даже не поморщился при упоминании старшего Поттера. Эрик все же убедил себя, что подобные абсурдные мелочи не стоят его драгоценных нервов, которые через несколько лет порядком истреплет один поедатель лимонных долек. - А Вальбурга... Ох черт, как думаешь, он меня правда узнает? - Блэк внезапно замер на месте, отчего идущий позади чуть не впечатался в его спину. Хоть Эрик и добрался до отметки своего роста "старого времени" ненамного, но превышающей рост Сириуса, подобное столкновение грозило падением обоим. - Я ще его... вот таким вот помнил... - Блэк потерянно развел ладони в стороны, стараясь подобрать размер годовалого карапуза.       - Тц. Сири, ты стал слишком сентиментальным, не знал? - Эвальд мягко улыбнулся, поравнявшись с мужчиной и подстраиваясь под возобновленный шаг. Бродяга только скривился, отмахнувшись, но поспешил спрятать лицо за волосами. - Конечно он тебя узнает, куда ему деваться... - Внезапно голову артефактора посетила не самая хорошая идея. Заинтересованный, слегка опасный взгляд направленный на себя Сириус даже не заметил. - Как подойдешь к нему, как вспомнишь былые годы, скажешь "Здравствуйте, я ваш крестный", и-и-и-и... - Не ожидавший следующего ходя Блэк чуть не завопил не своим голосом. Лорд вновь переиграл его, резко разворачивая к себе, и поудобнее обхватив руками, поднял вверх, раскручиваясь на месте.       - Эрик, ты сумасшедший! - Блэк внезапно заржал, раскинув руки в стороны и представляя себя самолетиком. Он прекрасно помни, что подобные вольности родственник позволял себе редко, и определенно не на людях, но подобный безбашенный номер мгновенно отвлек Бродягу от угнетающих мыслей о возможном будущем.       - Я знаю! - Внезапно оглушающий возникший ветер заставлял буквально кричать,заразившись смехом Сириуса. - Я просто дегустировал кротовуху с Черномором!       - Кого?! - Блэк все так же заливисто смеялся, стараясь не выскользнуть из чужих рук. Оба Блэка абсолютно игнорировали проходящих мимо людей, смотрящих на них не совсем одобрительно.       - Тебе лучше не знать... - Прыснул Эрик, все же замедляясь и пытаясь отдышаться, пока Сириус предпочел безвольно болтаться в его объятиях, изредка посмеиваясь и качая головой, очевидно думая о своем. - Ни одному зельевару не под силу изобрести противоядие от сиего творения...       - Снейпу идейку подкинь. - В шутку сморщил нос Бродяга, стараясь посмотреть на Эвальда. - Он же с ума сойдет, если ты усомнишься в его компетентности, и это подтвердиться его провалом в поиске противоядия от... Директор у вас, конечно, веселый человек...       Необычное слово, брошенное Эриком наверняка необдуманно, для Сириуса было в новинку. Он его даже в мыслях произнести нормально не мог.       Наконец почувствовав под ногами твердый асфальт, Блэк смерил спутника задумчивым взглядом, после чего сложил руки на груди, кивнув головой в сторону ближайшего поворота.       - Пойдем там, народу меньше. - Теперь только вернуться обратно на Гриммо двенадцать...       По дороге, указанной Сириусом, навстречу действительно редко шли люди. Хотелось просто прогуляться, вслух размышляя над предстоящими делами. Чары отведения внимания, пара хороших авторских артефактов - ни один случайный прохожий - будь то маггл, маг или Альбус - даже не посмотрит в их сторону, не ища целенаправленно.       - ...Хогвартс? - Сириус всю оставшуюся дорогу интересовался планами лорда на будущее, касательное преподавания в школе чародейства и волшебства. В целом, он поддерживал эту идею, зная, что тогда Гарри точно будет под надежной защитой. Эрику Бродяга почему-то стал доверять больше, чем самому себе. На нем не только ответственность за его обещания. Это лорд Рода. Этот человек помог не допустить многих ужасных последствий, сократив их до возможного минимума. Это - семья. И хотя у главы однозначно было что-то личное именно к Дамблдору, Сириус видел в нем достойного человека, способного нести ответственность за свои действия, причем осознанные. "Что бы было, если бы тогда я не отправился в бар, а погнался за Питером? Черт, я вообще ничего не знал...". - Ты всерьез хочешь преподавать там... что? ЗОТИ? Самоубийца?       - Отчасти. - Лукаво отозвался Эрик, возводя глаза к заволоченному тучами небу. - Алхмию. Не думаю, что артефакторика это лучшая идея, да и... это уже потом. А так...       - Стой-стой-стой, дружище... - Блэк непонимающе усмехнулся, замахав руками. - Снейп тебя живьем сожрет, ежели ты ему сопер...       - Не собираюсь я воевать со Снейпом! - Возмутился Эрик, нахмурившись. - Алхимия и зельеварение - разные вещи. Я уважаю зельеваров за их нелегкий труд и всякие примочки, которые способны как спасти жизни, так и на пустом месте их забрать, но алхимия, дорогой мой Сириус, это больше про преобразования и вариации реакций, хм! - Похоже, лорда всерьез задел нелепый комментарий Блэка. Но судя по веселым бесенятам во взгляде - тот лишь играл нужный образ. - Думаешь, зелье способно в конце процесса свернуться в цельный каменный образец, годящийся для последующей обработки? Нет конечно! Это все сложный, трудоемкий процесс, но обычные зелья оледенения или "термосы" можно вполне отнести именно к алхимии, а не к зельеварению, ведь... Сириус? - На лице товарища отразился явный слом шаблона. Кажется, для него всерьез эта информация была уму непостижимой. Эрик снисходительно улыбнулся, бросив свое повествование, которое могло затянуться надолго. - Эх ты... А еще в некроманты хотел...       - Да не суть. - Блэк вздохнул, качнув головой. - Но кстати... Сроду в хогвартсе алхимию не преподавали, насколько помню. Или очень, очень редко... - Бродяга задумчиво уставился в небо, как и Эрик ранее. Наверняка будет дождь. - Что ты делать будешь? Будет очень подозрительно, если... ну... ни с того ни с сего заявится алхимик из заграницы...       - О, Сириус... - "Я так рад, что ты спросил....". Блэк уже заведомо приготовился к очередной затянутой речи, из которой поймет только слово "алхимия", но никак не ее определение. - Поверь мне... - Синие глаза лорда будто на секунду блеснули алым. Сириус редко замечал подобное, но все же знал, что таковой цвет течет у главы и в ауре, и в магии. Цвет войны и крови. Он не знал, врожденный это оттенок, или приобретенный, но... Он прекрасно понимал, что будет, если подобное направить в негатив. Так порой смотрел отец. - Я сделаю так, что Альбусу до скрипа зубов в его притоне понадобится такой алхимик, какого днем с огнем не сыщешь. - На лице мага появилась нехорошая улыбка. - А искать меня, поверь, он будет очень и очень долго, пока я сам не решу придти в его загребущие лапки. - Голос Эрика дошел до устрашающего шепота, практически над самым ухом Блэка, которого волшебник придерживал за плечо. Сириус отчетливо ощутил, как по спине прошлась армия мурашек. Наваждение тут же пропало, стоило мило улыбнувшемуся Эрику вновь отстраниться, положив руки на пояс. - Ну так что придется Хогу довольствоваться лучшим из лучших алхимиков! А так... пара нечаянных статей в газете, появления на всеобщих тусовках... Старина Альби определенно будет искать среди подобного. Особенно, если у человека есть мучительский опыт... - Загадочное выражение лица лорда Сириуса пугало.       - Может... все-таки учительского?...       - Нет.       Эрика не покидало стойкое чувство дежавю.       "А я же должен быть на столе у Черном... тьфу. Перед. Перед столом Черномора сегодня вечером, на общем собрании..." весьма печальная мысль, ведь впереди Эрика, как и Гарри, ждет весьма насыщенный учебный год, а так же излюбленный четвертый курс с кучей травм.       Однако... Придется Альбусу Дамблдору уже сейчас начинать ощущать острую потребность в таком предмете, как алхимия в учебной программе. А пока там Эвальд дозреет на своей ветке...       - Свалюсь на голову, как яблоко Ньютону. - Усмехнулся лорд, когда Сириус уже топтался на крыльце дома, не решаясь зайти. - Может, Альби для себя что и откроет.       - Что например?       - Дверь например, Сириус. - Хохотнул Эвальд качая головой, и подойдя ближе дернул ручку. ***       Он еще издали заметил стайку хорьков, которые прыгали по нетронутому снегу, теряясь в сугробах. Отчего то все они напоминали пятьдесят оттенков Малфоя. Где-то вдали, в отблесках снежной крошки, отражающей тусклый солнечный свет прямо за толстые стволы деревьев, крался шишига, выбравшийся на зимнюю охоту. Обычно, в такую стужу они носа дальше своих нор не показывали. Видно, в этот сезон заморозков все совсем плохо.       Эрик после многочасового блуждания по Чаще, вновь ничего не обнаружил. В "опасные" районы он после одного раза совсем не совался, еле выбравшись оттуда целым - не его уровень. Но, судя по всему, именно там было много чего полезного и нужного. Под кронами высоких сосен, наглухо закрывших небо, Эрику встретилась лишь пустая покосившаяся избушка. Без куриных ножек, с выбитыми, темными окнами - она просто стояла, наполовину ушедшая в землю с одной стороны. Еще осень в те дни была, вроде. Вероятно, когда-то там жил кто-то из лесной нечисти. А, может, и вовсе Лихо обитало.       Снегопад уже давно закончился, заметя следы волшебника, тучи разошлись.       Оставаться в Чаще на ночь и правда было сродни самоубийству. Но может быть, именно это поможет?       Эвальд за множество своих походов понял, что здесь действует один неозвученный закон - своих не трогают. Не трогаешь ты - не тревожат тебя. Но на чужаков, увы, это не распространялось. Местных можно было понять - не каждому понравится, когда в его дом вторгаются незнакомцы.       Ледяной ветер, гуляющий меж деревьев, нещадно задувал под плотно запахнутый серый тулуп, заставляя ежиться от ощутимого холода. Не спасали даже вышитые руны и прикрепленные пуговицы-артефакты. Отражения солнечных бликов от снега порой резали глаза, вызывая невольные слезы. Однако, здесь всегда так спокойно...       Теперь Эрик полностью понимал стремление многих стихийников и отдельных магов жить в уединении где-то в глубинке. Красиво... Со временем дикая Чаща стала нравиться больше, чем территория Певерелл-кастла. Гоблины за приличную сумму согласились уладить все вопросы о конфиденциальности информации и неразглашении реставрации. Замок был воистину величавым и потрясающим, окруженный точно таким же лесом, живности в котором почти не было из-за нехватки магии долгие годы. На царящую вокруг разруху Эрик внимания не обращал. Куда больше, чем руины и разваливающиеся от одного прикосновения стены его привлекали неплохо сохранившиеся подземные помещения. Самое главное, что кастл скрыт от посторонних глаз. Вероятно, даже Магия не ожидала, что спустя столько лет объявится наследник. В будущем жилище Эвальд провел около недели, все это время согласовывая планы и суммы с рабочими, а так же исследуя территорию.       Сейфы Слизерина и Мраксов, на удивление, тоже долгое время никто не тревожил. Эрику почему-то постоянно казалось, что Темный Лорд в свое время забрал оттуда все ценное для себя, так как идиотом не был, но... У гоблинов все вновь оказалось донельзя сложно - к сейфам открывался полный доступ только после вхождения в наследство, или для более "старших" достойных родственников. Так как с фамилией Слизерина людей не было, а Том так и остался Реддлом, предпочтя взять себе прозвище Воландеморт, сейфы долгие годы стояли нетронутыми даже при потенциальном живом владельце. Для гоблинов это, естественно, было не очень выгодно, так что сразу по поднятию Эвальдом вопроса о Певерелл-кастле ему было предложено ознакомиться с достаточно обширным списком возможностей, которые открывала ему новая фамилия.       В мыслях о предстоящих затратах - в том числе и трате своих нервов - Эрик брел через заснеженное поле с редко растущими на нем елями. Присутствие нечисти было хорошо заметно: черти создавали вихри, со звонким гулом гоняя их по полю, кто-то шарил прямо в сугробах, отчего снег скрипел со всех сторон. На мага внимания не обращали. Возможно, виной тому была ощутимая печать договора с бесом, из-за которой Эвальд сам ощущался среди чертей как "свой". Несколько раз Эрик замечал вдали снующих волчат с разноцветной шерстью. Многих, из-за медного окраса легко было можно спутать с лисами.       "По своему... уютно. Мне нравится..." от внезапно возникшей в голове мысли колдун усмехнулся, мерным шагом рассекая глубокий снег. Он уже долгое время чувствовал что-то давнее, забытое сознанием. Что-то сродни тому безмолвному шоку, который испытал Эвальд при виде смеющейся старухи в своем сне. А может и не сон это был вовсе. Слабо заметный блей шрам, пересекающий левый глаз, напоминал о той услуге, которую Лихо оказало ему в том ритуале. А потом он сам связался с его созданием. Порой Эрику казалось, что связался так намертво, что эта незримая нить, превратившаяся в тугой, прочный канат, тянулась вслед за ним через время, отмотанное назад. Только вот почему то сейчас эта связь, долгое время водившая его кругами по недружелюбной чаще решила напомнить о себе, отзываясь скребущими по сердцу когтями.       Маг сам не понял, как сорвался на бег, уносясь в беспамятстве вглубь леса. Он уже много раз задавался вопросом, за какие грехи или заслуги ему досталось все, что он имел на данный момент, но сам ответить не мог на этот вопрос. Ноги несли его сами, словно Эрик перестал себя контролировать из-за накативших воспоминаний. Оставалось только на всякий случай покрепче ухватиться за рукоять кинжала, спрятанного под одеждой - палочка тут почти никогда не поможет.       Впереди оказался небольшой обрыв, по которому Эвальд буквально съехал боком, поскользнувшись на заледеневшей земле. "Ну вот и все... Добегался..." взвесив все "за" и "против" в сложившейся ситуации, когда маг оказался буквально посреди непонятных засохших кустов, очевидно, являющихся для кого-то спальным местом, Эрик понял, что "против" все же перевешивает. Здесь есть звери. Звери, пожалуй, были похуже мертвяков, хотя бы потому что сейчас им не объяснишь, что в их жилище ты свалился случайно. Эвальд замер, слыша какое-то шевеление в стороне. Сквозь пелену снега, осевшего на ресницах из-за удачного проезда лицом вниз, нельзя было разглядеть, что именно шуршит сухими ветками. Эрик пытался проморгаться, стараясь лишний раз не шевелиться. Резкое ощущение рядом чьего то пушистого бока заставило напрячься, особенно когда чужое теплое дыхание защекотало ухо.       "Лишь бы не Пушок... и не медведь... Лишь бы не трехголовый медведь...". Мини-горыныча ему однажды увидеть удалось, с тех пор Эвальд не принимал то, у чего было больше одной головы. "Где Миклай вообще, черт бы его побрал?!". Договаривались же, что тот будет ошиваться где-то поблизости, ожидая, когда хозяина потребуется нести назад. Нет вот, наверняка сидит где-нибудь на берёзе и ржёт, пока Эрика пытается обгрызть неведомое чудо-юдо.       Эвальд поморщился, сквозь зубы прошипев тихое "фу, нельзя", предполагая, что упал в спальник какого-то волка. Судя по запаху мокрой собачьей шерсти - он угадал. Но была еще одна странность... В ответ Эрику донеслось вполне себе осознанное... бормотание? Брюнет неверующе замер, все же быстро утерев рукавом лицо, очищая его от влаги и снега. Животное словно осознавало, что произошло, и само находилось в непонимании. На волшебника пристально уставились два серых глаза. Волчьих глаза. Каштановая спутанная шерсть топорщилась в некоторых местах нелепыми колтунами, а на хвосте так и вовсе напоминала длинные волнистые лохмы, промокшие от сырости.       Колдун улыбнулся. Впервые за долгое время улыбка была искренней и доброй, а не постоянной вымученно-вынужденной, чтобы держать вид "у меня все отлично". Эрик медленно потянулся ладонью к животной морде. Волк недоверчиво отстранился, приоткрыв пасть, будто пробуя на вкус воздух и витающую вокруг магию, и тут же звериные зрачки совсем по-человечески сузились, и зверь сам склонил голову вперед, позволяя себя коснуться.       - Неужели... - На морде животного, Эрик замерзшими пальцами четко ощущал некогда знакомые шрамы. Улыбка волшебника стала более обреченной и неверующей, пока волк заинтересованно склонил голову, пытаясь понять, действительно ли происходит то, о чем он думает. Когда то казалось, что мужчина перед ним является лишь фантомным воспоминанием из снов. Много лун прошло с тех пор, как расплывчатый неясный силуэт приобрел четкие контуры, превращаясь в образ человека. Он не мог точно сказать, встречал ли его когда-то, но определенно... Знал его. В волчьей шкуре он не совсем помнил, когда в последний раз видел людей. Возможно, они были здесь, в Чаще - приходили за травами и другими ингредиентами, но никогда не заходили в такие глубинные районы. Здесь в основном блуждали только смельчаки, имеющие связь с Нави, или оборотни, цепляющие на себя людской облик. Да и вряд ли бы Морока обрадовался, узнай, что в сердце Чащи пробирается обычный смертный. Если старик этого человека еще не угробил, то он ему не особо мешает. А Эрик тем временем медленно указал на след на левом глазу. - Ты... - "О да, давайте говорить с животными...". - Ты помнишь?... Альвис...       Волк тут же вскинулся, подскакивая на ноги с громким скулежом и забавно замахал ушами высунув язык и обходя Эвальда по кругу. Знает. Он знает его имя. Обычно его произносила только мать. Своим шипящим, загробным голосом, больше похожим на далекий шёпот в чаще леса. Звала свое дитя она редко, зачастую не вспоминая даже о его существовании. А ведь когда-то он тоже носил человечески облик, ему на "выпускной" дарованный, и спокойно мог жить среди людей. Но несколько лет назад все будто изменилось. Он остался здесь, вновь блуждая в ожидании, и не предпринимал попыток выйти из Чащи.       - О, великий Мор, это какое-то чудо... - Бормотал Эрик, внимательно глядя за снующим туда-сюда волком, явно о чем то размышляющим. Тот не был слишком крупным, как показалось вначале - наоборот, по большей части эта ипостась Альвиса, о которой Эвальд знал, но ни разу не видел, была пушистой. Если отбросить в сторону сомнения, то шерсть этого волка очень напоминает текстуру волос давнего друга. Зверь же вновь подошел к нему, уткнувшись носом в складки тулупа и отчаянно скуля. Волшебник неловко потрепал его по загривку, поднимая взгляд на стремительно темнеющее небо и сгущающиеся вновь тучи, предвещающие долгую метель. - Я... я даже думал, что... - Да, Эрик действительно думал, что сказанные Альвисом в его прошлом слова были ничем иным, как случайной забавой, дабы успокоить друга. Василиса же допускала возможность того, что создания Нави вполне себе могут, как и Смерть с Жизнью - существовать через время. - Я не верю, дружище, просто не верю...       Волк согласно гаркнул, садясь напротив и отряхиваясь. Судьба, как обычно, распорядилась иначе, чем можно было это представить. Человек же тем временем поднялся на ноги смахивая снег с одежды. Эрик уже точно знал, что там, где есть звери - мертвяков не будет. Мелкая нечисть его не не особо пугала.       Теперь стоял только еще один вопрос: неужели теория алхимика о веревке была не просто шуткой, и спустя столько лет блужданий он все же распутал ее, чтобы что-то, или кто-то смогло ее потянуть? "Отчего я так подорвался?". Как будто знал, куда идти и что делать. Эвальд посмотрел на ждущего Альвиса снизу вверх, не понимая, превратится тот в человека и скажет что нибудь, или так и будет ходить в животном обличии. Но, если так подумать, превратится он абсолютно обнаженным, как оборотень? Это не проблема, благодаря Алибею и его бытовой магии Эрик в состоянии наколдовать одежду.       - Ну что, пёс... - Устало вздохнул волшебник, присаживаясь перед зверем уже на корточки. - Нашел я тебя, черт возьми, столько лет спустя... Ирод окаянный, не мог, что ли, сам прийти? Кто мне в моем прошлом, не наступившем будущем такие пламенные речи вещал, мол, "встретимся, найдемся, чего уж там... ". - Волк смятенно вытаращил глаза, тут же опуская голову. - Эх ты... Вот верно говорили, что с Лихом лучше не связываться, одни напасти... Сколько раз я уже спину срывал с этими походами, а?       Волк ворчливо забурчал, переминаясь с лапы на лапу и всем своим видом выражая недовольство внезапным допросом.       - Ладно. - Эрик добродушно улыбнулся, вновь вставая и оглядываясь по сторонам. В нем все еще бушевали эмоции от неожиданности встречи и непонимания происходящего. И эти заросли очень похожи на те, которые... Вопросов с каждой минутой становилось все больше. - Идем домой, дружище. Кощей ме голову откусит, ежели вновь узнает о том, что я полез, куда не следует. Но я подстраховался, и сказал Яге. Так что, в целом, это не необдуманный поступок. - Тут же аргументировал Эрик свою оплошность. - Да и вообще, не так глубоко мы в Чаще, прада... - На морде волка отчетливо стал заметен несвойственный животным скептицизм. - Правда?..       Мог бы Альвис сейчас говорить, с радостью бы сообщил, что Эрик вновь сотворил что-то непонятно-удивительное. Отчасти, маг был прав, и ничего страшного здесь с ним не произойдет, ведь Чаща сама по себе делится на четыре круга: некую опушку, саму Чащу - куда соваться неподготовленному человеку не следует, "темень" в которой и живут многие нечистые, жаждущие крови, и тот, на который Эвальд забрел сейчас. Можно сказать, самый спокойный, что удивительно. Дальше - только Сердце. Туда даже сам зверь не рискует соваться. Многие лесные между собой поговаривали, что в Сердце Чащи находятся могили многих богов, а темень - это их призраки прошлого и силы, этих призраков охраняющие, чтобы них она них не смотрел. Мертвым-то там - раздолье. Мертвым уже ничего от этой жизни не нужно, это живым всегда всего мало, и что они сотворят, забравшись в обитель высших некогда существ - неизвестно. Особенно, еси ими движет жажда наживы, корысть, и стремление править. За этим Морока то и следит в основном... Грибы-ягоды то вырастут еще - бери - не хочу.       - Ты смотришь на меня так, будто я только что совершил самое страшное преступление в жизни... - Скис Эрик, глядя на слишком умный взгляд волка.       Альвис же отчего-то стал думать, что алхимик действительно сходит за своего - Чернобог ведь. На неприятности и несчастья уже не нарвется - он сам их создаст. ***       Трудно изменить то, к чему привык. Да даже не привык, прикипел, мать его, всей душой! Начиная от лимонных долек, заканчивая своими грандиозными планами, касающимися, безусловно, всеобщего блага. Альбус Дамблдор был не просто добрым дедушкой. Помимо своей доброты и открытости к этому миру директор обладал великолепным талантом, располагающим к манипулированию людьми. Как и с любым "просто попробую", талант со временем перерос в хобби, которое стало чуть ли не ежедневным ритуалом, без которого Альбус не мог нормально заснуть.       Сейчас все шло строго по его плану. Практически все.       Директор был очень рад, что с Сириусом все в порядке, и он не находится в таком жутком месте, как Азкабан, убиваясь горем и болью. Он еще обязательно увидит крестника. Как же до скрежета зубов Альбус этому рад.              Не получится выйти из тени, совершив очередное доброе дело и еще раз превозвысив себя в глазах будущего героя всея Магической Британии. Не спасет он несправедливо осужденную жертву.       Дамблдор же всегда старался придерживаться мнения, что всему свое время. Ему только нужно правильно пользоваться этим временем в свое всеобщее благо.       Гарри наверняка обрадуется письму из Хогвартса, возможности избавиться от гнета семейки извергов. До того времени нужно только подготовить все, чтобы Поттер чувствовал себя здесь, как дома. Как дома у кукловода, который управляет здесь абсолютно всем. Новая, красивая фигурка, затмевающая все предыдущие экземпляры. А что до жизни в Хогвартсе... Гарри конечно же найдет себе хороших, правильных друзей, поступит на факультет доблестных и честных, ведь ему предстоит быть героем.       В сценарии Альбуса, как и в любом произведении, появлялись провалы и несостыковки, как, например, в ситуации с Сириусом, но директор, как хороший режиссер и постановщик все равно желал создать прекрасную картины, чтобы насладиться ей в полной мере, и делал для этого все возможное. Добавлялись новые пункты, варианты развития событий. Возможно, некоторым людям действительно скучно жить. Альбус любил сюрпризы. Сюрпризом для всего его окружения несомненно станет то, что они являются актерским составом, и каждому отведена своя роль. Не чудесно ли?       Альбус любит сюрпризы, а боги обычно учитывают желания тех, за кем наблюдают.       Стук в кабинет отвлекает от мыслей насущных.       - Войдите. - Коротко произносит директор, поудобнее устраиваясь в кресле. "Северус?". Не нет, вместо ожидаемого Снейпа в кабинете появляется Макгонагалл, явно не в лучшем расположении духа. - Минерва? Что-то произошло?       - Да, Альбус, произошло. - Женщина явно негодовала. - Это уже пятое письмо за этот учебный год, а он ведь даже не подошел к концу! Я бы не стала поднимать переполох, если бы этот раз на мой запрос не пришел ответ из других школ. Ты ни о чем не знал?       - Какое письмо? - Дамблдор непонимающе подался вперед, принимая из рук профессора конверт с печатью министерства. - Это...       - Пересмотр учебной программы, Альбус! Видите ли, для тех, кто в будущем захочет работать в министерстве, уже недостаточно обычной базы! Зельеварение и трансфигурация, как оказалось, уже не в почте. - Минерва поджала губы. Ее явно задевало новое поучение из министерства.       Дамблдор удивленно вскинул брови, но ничего не сказал.       - А с чего вдруг такой ажиотаж?       - Это все министр. - Тут же вздохнула женщина. - Кажется, я догадываюсь, о чем идет речь. Пришли вместе с новенькими трудоустраиваться не наши Хогвартские... Очевидно, это роль и сыграло. Якобы "для улучшения результатов стоит...". Я, конечно же, писала в другие учебные заведения, но Альбус! Изучать некромантию в школе - дикость! Представь, что могут натворить слизеринцы, если...       - Почему некромантию?       - Альбус... - Макгонагалл недоверчиво уставилась на задумавшегося директора. - Только не говори мне, что...       Дамблдор же, естественно, уже знал обо всех письмах. Особенно, когда Багнолт на собрании значимых лиц, где естественно просто не мог не присутствовать Альбус, рассказывала о достижениях новых работников. Уже тогда директор задумался о том, что неплохо бы иметь под рукой личного боевого мага.       - Почему же, Минерва? - Он чуть настороженно посмотрел на профессора, понизив голос. - Времена сейчас неспокойные... Никто не знает, вернется ли Воландеморт вновь... - При упоминании Темного Лорда Минерва вздрогнула. - ...нужно быть начеку. Тем более, что многие Пожиратели сейчас на свободе. - Один так вообще в школе зелья преподает, ну, ничего страшного. - Я и сам не особо горю желанием менять программу, благодаря которой уже выпустилось множество перспективных студентов... - Альбус с печальным выражением лица покачал головой. - Но все же, если другого выхода не останется...       - Почему вы не дадите Снейпу преподавать ЗОТИ? - Внезапно поинтересовалась Макгонагалл, обращаясь к бывшему коллеге уже как к уважаемому директору школы чародейства и волшебства. - Я думаю, что он прекрасно заменит всех этих... простите клоунов, которые присылают свои резюме. - Или директор сам специально просматривает лишь самое нелепое.       - Но если должность действительно проклята, Минерва...       - Альбус! - Возмутилась женщина. - Вы взрослый человек! Неужели всерьез думаете, что должность....       - Тому есть доказательства, увы. - Альбус развел руками, удрученно вздыхая.       Макгонагалл еще немного помолчала, глядя на Дамблдора чересчур пристально, но под непоколебимым взглядом из-под очков половинок сдалась, махнув рукой.       - Делайте, что хотите, Альбус. Вы директор. - И поспешила оставить этот неприятный разговор, покидая кабинет.       Дамблдор же задумчиво перевел взгляд в окно, наблюдая, как снежинки медленно падали с неба на землю, изредка кружась в необычных танцах.       - Да, я директор... - Обратился он сам к себе, откладывая конверт в сторону. Минерва только что натолкнула его на весьма интересную мысль.       Не всегда же ему довольствоваться только Снейпом?