Такую странную любовь не видел свет, но видел бог.
31 октября 2022 г., 23:06
Примечания:
Будем очень рады вашим отзывам и оценкам)
День близился к вечеру, а работы меньше не становилось. Бесконечное копание в многочисленных бумажках, которые здесь было принято называть важными документами, казалось бессмысленным и никому не нужным. То, что всегда было для Реджины любимой работой, сейчас не приносило абсолютно никакой радости, оставляя после себя только скуку и усталость. При мысли о том, что скоро всё навсегда изменится по спине пробежал холодок, который Миллс списала на стресс и излишнюю загруженность. Признать пусть даже перед самой собой, что мысль о том, что её мир вот-вот перевернётся с ног на голову, заменив твёрдый бетонный пол под ногами на хлипкий натяжной потолок, который порвётся от одного только неосторожного шага изящной ножки в туфле от Кристиана Лабутена, вгоняет в дикий ужас, для Реджины Миллс было слишком большой роскошью. Стук в дверь прервал ход ее мыслей.
— Да, — раздался усталый голос, который, как бы женщина не пыталась придать ему уверенности и властности, всё же не мог скрыть её состояния. Мужчина в возрасте с одного взгляда распознав её настроение, прошёл в кабинет плотно закрывая за собой дверь. Миллс чуть резковатым движением отложила очки в сторону, потирая руками переносицу в надежде, что это поможет собраться с мыслями и настроить себя на публичное выступление, которое с каждой минутой всё отчётливее осознавалось неизбежным.
— Реджина, женщина из министерства приехала, все наши уже в зале, ждем только тебя, — как можно мягче, стараясь лишний раз не давить, произнёс Роберт.
— Да-да — машинально, будто бы совсем не слыша его слов, произнесла брюнетка, в то время как подсознание всё глубже погружало в собственные мысли, угрожая потопить её в них с головой.
— Ну что не так? Все же хорошо складывается, наша больница скоро расшириться, будем спасать больше людей, ты теперь начальница двух больниц, а это очень престижно. Ты хоть понимаешь, какой это успех? Сколько в этой стране женщин, добившихся того же, пять? Что не так? — Роберт присел на стул напротив начальницы и аккуратно взял её за руку, слегка сжав хрупкую ладонь в своей, изучая ее напряженное лицо.
— Не может быть все так просто… Я не знаю, как это объяснить, просто чувствую, что что-то произойдет. Знаю, ты скажешь, что это всё нервы и завалы на работе и про что ты там ещё обычно говоришь, но нет. Это другое, не знаю, что это, но предчувствия ещё никогда не были настолько стойкими — Миллс поднялась из-за стола, подходя к графину воды. Медленно наполняя стакан водой, Реджина не переставала думать об этом. Что-то внутри неё на подкорке сознания будто бы кричало, что она упускает что-то важное.
— Ты просто накручиваешь себя. Я знаю, что тебе это тяжело даётся, но прошу тебя, позволь себе поверить, что хорошие события в твоей жизни возможны. Хотя бы сегодня. — Голд мягко улыбнулся, глядя в карие глаза, из которых практически исчез свет.
— Нет, еще эта женщина из министерства, они просто так не приезжают… — Реджина резко выдернула руку, запуская пальцы в густые тёмные волосы
— Почему ты просто не можешь порадоваться? Хватит, Реджина, прекрати топить саму себя в этом болоте! Рано или поздно тебе придётся начать жить! — Роберт дотронулся до её, пытаясь обратить на себя внимание брюнетки.
— А я рада, что не видно? — она стремительно вскочила из-за стола, дотянувшись до графина с водой, наполняя стакан и залпом выпивая содержимое.
— Пошли, послушаем, как тебя назначают главной. — тяжело вздохнув припечатал мужчина, не оставляя ей шансов на отказ.
— Дай мне минутку, я сейчас приду.
— Не задерживайся, — Голд покинул кабинет оставляя ее со своими мыслями. Миллс подошла к зеркалу рассматривая свое отражение, черные волосы, которые она сегодня с утра выпрямляла были идеально уложены. Черное платье обтягивало ее миниатюрную фигуру, подчеркивая красивые изгибы тела. Миллс придирчиво осмотрела себя, после чего, утвердительно кивнув, направилась на первый этаж где находился конференц зал. Сердце колотилось, как бешеное, угрожая выпрыгнуть из груди. Миллс оглянулась по сторонам, она едва ли не физически ощущала, как за ней кто-то гонится, это кто-то или что-то, оно рядом. Предчувствие накрыло её с головой, заставляя лёгкие с ещё большей скоростью гонять воздух. Постаравшись взять себя в руки, она мысленно повторила слова Голда, сжав дрожащие пальцы в кулак. Возможно в этот раз ей всё же хотелось, чтобы всё было хорошо…
Миллс вошла в зал уверенной походкой, сохраняя за собой статус королевы в этих стенах. Что бы не творилось у неё внутри, она сделала всё, чтобы не единая живая душа, кроме разве что Роберта, не смогла этого заподозрить. Найдя Голда глазами, она уловила его лёгкий кивок, ощущая незримую поддержку. Реджина остановилась, начиная вступительную речь, рассказывая, как будет проходить работа с новыми людьми, какие изменения будут внесены в работу больницы, краем глаза заметив, как под конец ее речи в зал вошла статная женщина.
— Мисс Френч, передаю Вам слово, — она неискренне, но уверенно улыбнувшись, передала микрофон женщине.
— Спасибо мисс Миллс, всем добрый день, — по залу послышались приветствия. — Как всем вам уже известно исходя из экономических причин министерством было принято решение об объединении Университетской больницы Томаса Джефферсона с больницей Святой Анны. В совокупности учреждение будет располагать огромным штатом персонала и новейшим медицинским оборудованием, что позволит добиться максимальной эффективности в лечении пациентов, однако вместе с тем увеличится и объём работы главврача, в связи с чем перед нами встал непростой выбор…
— Да-да-да, сложности, возможности и прочая дребедень, мы в курсе. Я всё-таки предлагаю перейти сразу к обеденному перерыву, — перебив её, озвучил один из хирургов.
— Поесть Вы всегда успеете, мистер… — задохнувшись от возмущения ответила женщина.
— Киллиан Джонс, можете не благодарить за то, что сэкономил нам всем время, — представился темноволосый мужчина, вальяжно сидевший в заднем ряду.
— Так вот, в связи с этим решено было распределить обязанности руководителя на двух равноправных управляющих, одним из которых станет ваш нынешний руководитель Мисс Реджина Миллс, а теперь, позвольте представить человека, который по решению Министерства назначается вторым руководителем объединённой больницы Томаса Джефферсона — двери зала открылись и в помещение вошёл светловолосый мужчина с приятной улыбкой и пронзительным ясным взглядом. Все в недоумении уставились на вошедшего, но для двоих в этой комнате сейчас это не имело никакого значения, голубые омуты столкнулись с ошарашенным обезумевшим карим взглядом. Реджине Миллс будто воткнули нож в спину. Из лёгких вышибло воздух, мир вокруг начал нарезать круги перед глазами, будто бы у неё в одно мгновение вышибли почву из-под ног. Пухлые губы приоткрылись в попытке вдохнуть больше воздуха, позволяя брюнетке удержаться на грани сознания. Больше всего ей сейчас хотелось верить, что это лишь игра подсознания, что у неё опухоль мозга, глубокая кома или она в конце концов просто сошла с ума, женщине отчаянно хотелось, чтобы перед её глазами была галлюцинация, потому что осознавать, что бывший муж прямо сейчас стоит в метре от неё было смертельно. Это медленно и болезненно разрывало её изнутри на части. Ещё больнее стало, когда в его взгляде она не нашла ни тени удивления. Он знал. Они не виделись десять лет, он не звонил, не пересекались. Ничего. А теперь он появляется здесь, разрушая до основания то подобие жизни, которое она с трудом построила.
— Мистер Локсли, прошу Вас, Вам слово — мисс Френч освобождает ему место рядом с Миллс. Зал все также в недоумении переводит взгляды с веселого Робина на бледную как смерть Реджину.
— Мисс Миллс, с вами все нормально? — Белль беспокоится за ее состояние, поймав стеклянный взгляд карих глаз.
— Я… Мне нехорошо, извините, — практически шёпотом одними губами произносит брюнетка, стремительно покидая помещение на ватных ногах. В глазах стоят слёзы, а внутри всё сдавливает, не позволяя дышать.
***
Холодный воздух разносил так и не подписанные бумаги по комнате, но Реджина стоя у распахнутого окна казалось не чувствовала этого. Едкий дым циркулировал в лёгких, что как бы ей не хотелось никак не отвлекало от проблем. Ещё один окурок полетел вниз из окна высотки. Протянув руку, Миллс вытянула из пачки последнюю сигарету. А ведь она бросила курить десять лет назад. Или думала, что бросила? Как бы она не старалась, сейчас даже это не помогало привести нервы в порядок. Это абсурд, это насмешка богов! Там внизу не может быть он. Господи, да за что? — Ну что полегчало, милая? — Миллс выкинула сигарету в окно, медленно поворачиваясь к бывшему мужу. Одно его довольное улыбающееся лицо взбесило ее. Реджина начала оглядывать стол на предмет чего-то тяжелого. — Сейчас полегчает, милый, сейчас, — Реджина коварно улыбнулась, увидев вполне приличную папку, взяла в руки проверяя на тяжесть и довольно улыбнулась. — Э, ты чего удумала? — Сейчас узнаешь, скотина, сейчас, мой хороший, — обходя стол проговаривала она, наступая на отходящего от нее Локсли. — Сдурела что ли, хотя ты здоровой точно никогда не была. А ну положила я сказал, — врезаясь в дверцу шкафа, мужчина оказался в заложниках. — Не бойся, откачаем, как никак в больнице работаем, — замахнувшись со всей силы влепила ему по плечу. Локсли успел прикрыть лицо руками, далее Миллс начала наносить удары еще сильнее. — Сумасшедшая, понятно! Ты чего творишь?! — выхватил папку из ее рук и откинул в сторону. — Ты здесь работать не будешь! — прокричала Реджина, смотря сверху вниз на мужчину. — Против министерства не попрешь, милая, будешь видеть мое лицо каждый день, — приближаясь к ней издевательски повторял он, видя, как она сильнее беситься. — А это мы еще посмотрим, ясно? — ядовито проговорила прямо в губы, похлопав его по щеке. Отойдя от него Реджина начала наматывать круги по кабинету, не переставая усердно думать. — Я тебе и так все могу сказать, будем работать вместе, в этом кабинете, каждый день… — в следующую секунду Локсли ошарашенно уставился на бывшую, видя предмет, который точно полетит в него — поставила цветок на место, ненормальная! — Я сейчас его тебе знаешь куда засуну, — Миллс схватила полудохлый цветок и прицелилась, в туже секунду Локсли выбежал из кабинета, закрывая за собой дверь и держа ее с той стороны. — Здрасте, — Робин обернулся, видя скопившийся народ. — Здрасте, что надо? — в следующую секунду в дверь прилетело что-то тяжелое, а потом все услышали звук разбитого стекла. Врачи испуганно переглянулась, смотря на нового босса, что все также держал дверь. — Локсли, я тебя со свету сживу! — послышался крик из кабинета мисс Миллс. — Охотно верю, мисс Миллс. Что хотели собственно? Начальница ваша просто так радуется новым изменениям, — объяснил Робин. — Мы тогда позже к мисс Миллс зайдем, — пробормотал Киллиан, — пошлите ребята, начальство ссориться. — Да где ж я так нагрешила? — услышал Локсли, осторожно заглядывая в кабинет. — Завтраки мне не готовила, плохой женой была, — Локсли затыкается, видя ее убийственный взгляд, повернувшись к нему Реджина продолжает курить, сверля взглядом. — Мы наверно не с того начали, женушка, — Локсли наконец устроился в кресле напротив нее. — Катись к черту, муженёк, — сделала очередную затяжку. — Где-то я это уже слышал… точно, когда разводились. — Смотрюю, развод пошел тебе на пользу, — отметил Локсли, внимательно рассматривая бывшую возлюбленную. — Не могу сказать того же, постарел, поседел, — Робин усмехнулся сарказму бывшей жены. — Обижаешь, только вчера подкрасился, взял на пробу светло-русый блонд, как тебе? — улыбаясь, он сделал шаг в её сторону. — Отвратительно. С тебя кстати новый цветок. — Реджина отшатнулась, запоздало поймав себя на мысли, что это вышло резче, чем должно было, но по-другому не получалось. Нет. Она слишком много пережила, чтобы сбежать от своего прошлого, она просто не имеет права подпустить его близко после всего, что произошло. Потому что слишком больно, потому что это значит перечеркнуть всё. — Уходи. — Реджина, я не… — как бы Локсли не поддерживал их взаимные препирательства, на самом деле его правда волновало её душевное состояние, но он знал, что в свои мысли Миллс никого и никогда не пустит. — Пошёл ко всем чертям, я тебе сказала! Или ты оглох? — прервав его на полуслове, надрывая голосовые связки крикнула женщина. Робин на мгновение замер, открыв было рот, чтобы ещё что-то сказать, но мгновение спустя скрылся за дверью, оставляя её наедине с собой. Слыша хлопок двери за спиной, брюнетка тяжело выдохнула. Всё это было слишком. Слишком для одного чёртового дня, который не задался с самого начала. Сжимая руками переносицу, Миллс утопала взглядом в серо-сизом туманном небе, пронизанном иглами высоток. Ледяной воздух пронизывал до костей, влетая сквозь распахнутое окно, и трепал волосы. Предчувствия никогда её не подводили, как бы ей самой не хотелось верить в обратное. Горькая ирония вязкой тиной разливалась внутри. Хотелось кричать, но голосовые связки не слушались. Голду она припомнит его слова завтра, когда будет в порядке, и они вновь развяжут извечный спор о взглядах на жизнь, её пессимизме и его жизнелюбии. Она обязательно будет в порядке, потому что другого выхода просто не было, она должна сохранять твёрдость характера и непоколебимость решений, чтобы управлять десятками человек персонала, спасать жизни и ни под каким предлогом не подпустить Локсли близко. Однажды это уже стоило ей слишком многого. Завтра она обязательно будет в порядке, а сегодня её сердце вновь разбито, душа разодрана в клочья, а разум пожираем демонами прошлого. И можно только надеяться, что пара бутылок алкоголя или ещё пачка сигарет смогут что-либо изменить.***
Возвращаясь домой, Миллс дрожащими пальцами пыталась отыскать на дне сумки ключи, вот только в тот момент, когда связка ключей была захвачена цепкими пальчиками, внимание привлекла большая коробка прямо перед дверью, отчего предмет недавнего интереса полетел на пол, потеряв значимость для хозяйки квартиры. Первым, что пришло в голову, почему-то был какой-то нелепый розыгрыш, за который завтра она даст по шее кому-то из сотрудников хирургического отделения, следующей версией было взрывное устройство, подложенное под дверь кем-то из недоброжелателей, и только после этого женщина аккуратно потянула за красивый бант. Это было странно, слишком давно она не получала таких подарков. Или вместе с грёбаным Локсли решила вернуться полностью абсолютно вся её прошлая жизнь? Быстрым движением подняв ключи и отперев дверь квартиры, Миллс перешагнула порог, скидывая туфли и в нетерпении, но всё ещё с небольшой опаской открывая коробку. Каково же было удивление Реджины, когда из коробки она вытащила аккуратный симпатичный в красивом цветочном горшке… кактус. Сомнений в том, кто был автором столь необычного подарка теперь не осталось. «Чёртов Локсли! Да как ему вообще хватило наглости?! Вот же гад!» Вопреки собственным мыслям губы почему-то тронула лёгкая улыбка. Кактус. А что, с другой стороны поливать не нужно, хорошо впишется в её график. Это было в его предсказуемом, дерзком и таком родном стиле, по которому, сколько бы Реджина не утверждала обратное, она всё равно скучала. Поставив горшок на самый светлый подоконник и немного полив растение, Миллс мысленно добавила в список дел на завтра пункт «Наехать на бывшего за дерзость» и, рухнув на кровать, провалилась в беспокойный сон.***
Рабочий день подходил к концу и весь персонал хирургического отделения потихоньку скапливался комнате отдыха, чтобы выпить чаю и обсудить нашумевший рабочий день. — Ох, чёрт, кошмарный день! Я к вечеру уже практически имени своего не помню! Если подобный дурдом будет продолжаться каждый день, легче будет повеситься, можно подумать мне пациентов не хватает! — втирая в сухую кожу ладоней увлажняющий крем, жаловалась Эмма. — Да не переживай ты так, Свон. Само как-нибудь образуется. Ну повоюют пару дней, кнопки друг другу на стул поподкладывают, соли в кофе понасыпают, да успокоятся. В конце концов какой у них выбор? — спокойно ответил Дэвид, не видя в происходящем серьёзной проблемы. — Ну не знаю, не знаю… Ты что Реджину не знаешь? Эта женщина если во что-то упрётся, может и до ядерного взрыва довести, а всё равно не остановится, — поддержала Эмму Руби. — А между прочим ситуация приобретает интересный оборот, — вмешался в разговор подоспевший позже после операции Джонс, налив себе кофе, которое перед ночным дежурством было как нельзя кстати. — Я тут нашёл пару любопытных фактов об этом Локсли, и что-то мне подсказывает, что жизнь наша обещает быть интересной. — Киллиан включил режим сплетницы? А вот это уже что-то новенькое, — усмехнулась Келли. — Будете подкалывать, так и не узнаете, что Локсли бывший муж Миллс, — обиженным голосом пригрозил Джонс. — Ой-ой-ой, боюсь-бо… Стоп, что ты сейчас сказал?! — подавившись глотком чая, закашлялась Свон. — Этот остроумный красавчик и наша Миллс? Ты шутишь что ли? — с неверием переспросила Лукас, которой даже представить подобное было сложно. — Десять лет счастливого брака, дамы и господа, как бы парадоксально это не звучала, — театрально взмахнув руками, подтвердил Киллиан. — Да ладно?! Как этот Локсли вообще жив остался? — равнодушным не остался даже извечно невозмутимый Дэвид. — Десять лет — долгий срок. После такого люди обычно на пустом месте не расходятся… — интерес в голосе Эммы сменился задумчивостью. — На самом деле ходят слухи, что они потеряли важного пациента, кото… — закончить Джонсу так и не дали. — Вам что, заняться нечем, бездари! Немедленно оторвали свои задницы и свалили работать!!! — на всю больницу рявкнул влетевший в помещение Локсли. Дважды повторять никому не пришлось, секунду спустя комната отдыха опустела. Робин, ополоснув лицо холодной водой из-под крана, попытался привести в порядок сбившееся дыхание, встряхивая сжавшимися от злости в кулаки руками. Сколько бы разногласий и противоречий не было между ним и Реджиной, в одном они сходились во мнении. Эту историю не готов был вспоминать ни один из них. Даже когда все отношения рухнули, это осталось их тайной за семью печатями.
