Призрачная свадьба

      На окраине Илина располагалось небольшое поместье. Оно казалось красивым, однако было заброшено на протяжении многих лет, из-за чего всё внутри запылилось и пришло в негодность. Да и тишина на территории поместья казалась странной и неестественной: не слышался щебет птиц, стрекот насекомых… Даже ветер почти не шумел. Стоя у ворот, братья Лань задумчиво рассматривали давно заброшенное место, где, по словам местных жителей, затаилась какая-то нечисть, пугавшая всех в округе. — Значит, здесь живёт злой дух? — задумчиво поинтересовался Лань Сичэнь, повернувшись к городскому главе. Именно он встретил долгожданных заклинателей и сопроводил их к обители нечисти, не доверив эту миссию кому-то из подчинённых. — Да, достопочтенные заклинатели! — спешно закивал глава Сюй. — В поместье давно бродит призрак, не дающий покоя жителям Илина, — заверил он, с благоговением глядя на двух прославленных Нефритов Гусу Лань. — Прошу вас, избавьте нас от злобного духа! — Откуда же он взялся, уважаемый глава Сюй? — продолжил расспрос Лань Сичэнь, пока его брат ступил на территорию поместья и задумчиво оглядывался по сторонам, изучая обстановку и оценивая степень затаившейся угрозы. — Дело было лет пятнадцать назад, — начал свой рассказ глава Сюй. Сухонький старичок задумчиво поглаживал свою густую бороду, вспоминая о прошлом. — Тут жила семья Вэй. Славные были люди! Вэй Чанцзэ когда-то был правой рукой главы ордена Юньмэн Цзян, но покинул его, когда встретил ученицу бессмертной, Цансэ-санжэнь, — неторопливо рассказывал старик. — Они долго странствовали по Поднебесной, пока не обосновались здесь, в Илине. Тут родился их сынишка, Вэй Усянь… — кивал в такт собственным словам глава Сюй. — Хотя тут вообще много детишек было: чета Вэй приглашала к себе беспризорников и сирот по всей округе и воспитывала их, как собственных детей. Много их тут было! Детишек-то! – повторил он. — И все ходили счастливые, чистенькие, сытые, воспитанные… Ворья в ту пору стало намного меньше, потому что супруги Вэй заботились о сиротах и обучали их как заклинателей, — спокойный голос главы Сюй убаюкивал, но Лань Сичэнь продолжал его задумчиво слушать, внимая каждому слову. — Славное было время! — Полагаю, они вам и с местной нечистью помогали? — поинтересовался Лань Сичэнь, бросив короткий взгляд на брата, который отошёл на значительное расстояние, пока изучал окрестности поместья. — Да, они всегда помогали нам, а мы не оставались в долгу и щедро оплачивали их услуги, — подтвердил глава Сюй, слабо улыбнувшись. — Что же с ними случилось? — уточнил Лань Сичэнь, хотя подозревал, что ничего хорошего, раз на территории царило запустение, а где-то неподалеку поселился призрак. — Вы же помните войну с орденом Цишань Вэнь, так? Конечно же, он знал, что орден Цишань Вэнь в попытке заполучить верховную власть в мире заклинателей развязал войну с другими орденами, сжёг Пристань Лотоса, едва не напал на Гусу Лань… К счастью, внутренние распри быстро погубили Цишань Вэнь, и новый глава быстро заключил мир с другими орденами. Глава Сюй дождался кивка от собеседника и продолжил рассказ: — Незадолго до начала войны, один из наследников, Вэнь Чао, проезжал через Илин. Услышав о наших заклинателях, он решил посетить их. И во время его визита что-то пошло не так. Кто-то говорит, что Вэнь Чао возжелал одну из воспитанниц супругов Вэй себе в наложницы, другие поговаривают, что он положил глаз на самого Вэй Усяня… Правду не знает никто, ведь в ту же ночь Вэнь Чао и его люди вырезали всех обитателей поместья… Бедные детки! Никто не выжил. — А вскоре и сам Вэнь Чао скончался при загадочных обстоятельствах, — вспомнил Лань Сичэнь. В ту пору ходило множество разных слухов, но правду о гибели второго господина Вэнь никто так и не узнал. Первый Нефрит Гусу Лань тогда был ещё ребёнком, и поэтому не слишком многое знал о произошедшем. А поскольку слухи и сплетни в их ордене были запрещены, он не мог получить сведения от других людей, лишь довериться официальной версии, которая гласила, что Вэнь Чао сошёл с ума и был убит своими слугами. Вероятно, правда была известна лишь участникам событий. — Верно, господин Лань! — поспешно подтвердил глава Сюй. — Да вот только после смерти четы Вэй и их воспитанников тут завёлся злой дух. Он не пускает чужаков на территорию поместья, не даёт нам привести его в порядок и продать желающим. Любой, кто ступает за ворота после захода солнца, теряет рассудок! — жаловался старичок. — Вот значит как… — задумчиво протянул Лань Сичэнь, поняв, что всё упиралось в деньги. Глава Илина хотел выгодно продать пустующее поместье, но из-за обосновавшегося тут духа не мог воплотить свое желание в жизнь. Видимо, если бы не удачное расположение поместья, про него бы быстро забыли, да так и оставили бы заброшенным. Однако ордену Гусу Лань уже заплатили, а потому им с братом следовало избавить жителей Илина от озлобленного духа. — Известно, чей именно призрак творит зло? — уточнил Лань Сичэнь. — Увы, господин Лань, этого мы так и не знаем, — покачал головой глава Сюй. — Он ни разу не показывался людям, а если кто-то его и видел, то сошёл с ума и не может ничего рассказать, - снова повторил он. Лань Сичэнь наблюдал, как младший брат, закончив осмотр двора, неторопливо вошёл в главное здание поместья. Сам он не спешил заканчивать беседу с главой поселения, желая выяснить как можно больше подробностей о произошедшей здесь трагедии и бывших жильцах поместья. — Есть ли ещё что-то важное, что нам стоит знать? — мягко поинтересовался Лань Сичэнь. — Так сходу и не отвечу, — пожал плечами глава Сюй. — Осмотрите всё тут, днём здесь ещё безопасно. А после, перед Ночной Охотой, вы сможете отдохнуть в моей резиденции. Я уже распорядился подготовить для вас покои и трапезу… — Это очень любезно с вашей стороны, глава Сюй, — улыбнулся Лань Сичэнь и коротко поклонился старику. — А теперь, прошу меня простить. Я должен присоединиться к брату. Пока старший брат расспрашивал городского главу и выяснял все обстоятельства дела, Лань Ванцзи исследовал территорию поместья. Снаружи не ощущались никакие признаки энергии обиды: поместье выглядело ровно так, как выглядело бы любое другое заброшенное строение, до которого никому не было дела. Грязь, затхлость и запустение. Тёмные следы крови на деревянных досках крыльца. Сломанная мебель и брошенные без присмотра вещи. «Видимо, сейчас злой дух затаился, раз не получается его почувствовать, — предположил Лань Ванцзи, смело ступив на крыльцо. Под ногой неприятно скрипнула половица. — Но почему же вокруг не слышно ни птиц, ни насекомых? Те не появляются здесь из-за призрака? Неужели он настолько силён? Или причина кроется в чём-то другом?». Исследуя комнату за комнатой, Лань Ванцзи пытался ощутить присутствие тёмной энергии, но вокруг было спокойно. Словно злого духа и не было поблизости. Однако это противоречило неестественной тишине вокруг, что означало одно: призрак где-то затаился и теперь выжидает удобный момент, чтобы напасть. Или, что было куда менее вероятно, ему просто не было никакого дела до незваных гостей. Лань Ванцзи методично исследовал первый этаж: парадный зал, кухня и комнатка для слуг остались позади. Там он не нашёл ничего интересного или значимого. «Возможно, призрак скрывается в жилых комнатах? — предположил юноша, неспешно следуя по… учебному классу? По крайней мере, большое количество столов и разбросанных по всему помещению книг наводили именно на такие мысли. Лань Ванцзи прошёлся между аккуратными рядами столов, разглядывая оставленные книги и свитки, покрытые ровным толстым слоем пыли. Комната, как и все предыдущие, выглядела так, будто в неё не входили уже долгие годы. Лишь на одном из столов лежал ярко-алый мешочек с благовониями, не тронутый временем. Он выглядел совсем новым и совершенно не подходил подобному месту. — Откуда он здесь? — удивился Лань Ванцзи, бездумно взяв красивую вещицу в руки. Мешочек приятно пах сандалом. — Не мог же он пролежать тут несколько лет… Но и подбросить его… Как такое возможно? — размышлял он, склонившись к находке. — Никто здесь не проходил… до меня…», — он оглянулся на собственные следы, ярко выделяющиеся на грязном полу. — А-Чжань, как твои успехи? — мягко поинтересовался Лань Сичэнь, вырвав его из размышлений. Лань Ванцзи едва заметно нахмурился: ему не понравилось, что из-за многочисленных мыслей он потерял связь с реальностью и не заметил приближение старшего брата. Ему было всего семнадцать, и сегодня официально проходила его первая самостоятельная Ночная Охота, без учителей или других младших адептов, под присмотром лишь одного родственника. Увы, он уже показал себя не с лучшей стороны. — Тут ничего нет… — недовольно проговорил Лань Ванцзи. И пусть на его лице не отражалось никаких эмоций, а голос со стороны казался спокойным, Лань Сичэнь прекрасно различал мельчайшие полутона и оттенки настроения младшего брата. И понимал, насколько тому неприятно сталкиваться с собственным несовершенством. — Ты совсем ничего не обнаружил? — уточнил Лань Сичэнь, который и сам пока не заметил присутствие злого духа, что настораживало. — Только это, — вздохнул Лань Ванцзи и показал брату мешочек с благовониями. Слишком яркий для столь мрачного места. Внутри помимо благовоний нашлась прядь чёрных волос, перевязанная алой лентой. — А-Чжань… Где ты это взял? — тихо проговорил Лань Сичэнь, с трудом сдержавшись и не отшатнувшись в сторону. — Здесь, — просто ответил Лань Ванцзи, не понимая, почему брат столь остро отреагировал на его находку. — Ты понимаешь… что это? — осторожно уточнил Лань Сичэнь, глядя на мешочек так, будто он нёс в себе несколько десятков жестоких проклятий. — Брат? — уточнил Лань Ванцзи, не до конца понимая, что желал до него донести старший брат. — Обычно такие мешочки с благовониями девушки дарят своим возлюбленным, — объяснил Лань Сичэнь, с грустью рассматривая родственника. — Однако, если дева умерла… подобный дар означает, что она желает скрепить себя узами брака прежде, чем её дух покинет этот мир, — рассказывал наследник ордена Гусу Лань. — От чего брат так встревожен? — удивился Лань Ванцзи, прижав мешочек к груди. Почему-то ему казалось важным не позволить другому человеку прикоснуться его находки. Даже если «другой человек» являлся его ближайшим родственником, которому он доверял больше, чем самому себе. — Раз ты коснулся девичьего подарка, то обязан скрепить себя узами брака с призраком, иначе до начала новой луны тебя настигнет проклятье, и ты погибнешь, — вздохнул Лань Сичэнь, сожалением посмотрев брату в глаза. — Не думал, что тебя коснётся подобная судьба… — Что? — шокировано воскликнул Лань Ванцзи. Невольно его рука дрогнула и разжалась. Яркий мешочек упал на грязный пол, мгновенно потеряв презентабельный вид. — А если его уничтожить и изгнать призрака? – с надеждой спросил он. — Неприлично подобным образом обращаться с чужим свадебным подарком! — проворчал чей-то голос совсем рядом. – Впрочем, трогать чужие вещи без разрешения тоже неприлично, господа благородные заклинатели! – недовольно добавил неизвестный. Братья Лань синхронно обернулись в сторону говорившего. Им оказался высокий юноша, на вид одного возраста с Лань Ванцзи. Его длинные волосы цвета вороного крыла свободно спадали по плечам, лишь слегка подвязанные алой лентой. Из-под простого чёрного ханьфу выглядывали красные нижние одеяния. А лицо… Лань Ванцзи никогда не видел настолько красивых людей, практически совершенных. Заворожено глядя в тёмно-серые глаза незнакомца, юноша не придал значения ни чуть нахмуренным бровям, ни слегка поджатым губам. Лишь зацепился взглядом за маленькую аккуратную родинку под губой. Однако один недостаток всё же нашёлся: молодой человек был давно мёртв, ведь сквозь живых невозможно ничего увидеть, да и бесшумное появление также не было свойственно живым людям. — Меня зовут Лань Сичэнь, это мой младший брат, Лань Ванцзи. Прошу нас простить за то, что потревожили ваш покой… молодой господин… — мягко улыбнулся Лань Сичэнь, приветственно поклонившись призраку. Он всегда вёл себя учтиво по отношению к другим вне зависимости от статуса, будь то слуга, глава другого ордена или… дух, для изгнания которого его наняли. В конце концов, решить конфликт мирным путём было бы намного лучше, чем вступать в бой. Особенно, если незнакомец не демонстрировал агрессию и не нападал первым. — Моё имя Вэй Усянь, — коротко кивнул призрак. Его лицо едва заметно расслабилось. – А в Гусу Лань все такие хорошенькие? – вдруг поинтересовался он, задумчиво взглянув на заклинателей. – Мама говорила, у вас в ордене нет ни одного адепта с некрасивым лицом, — хмыкнул он, по белоснежной одежде и лентам на лбу быстро определив, кто перед ним находился. — Бесстыдник! – недовольно бросил Лань Ванцзи, чтобы скрыть смущение из-за слов духа. — Молодой господин Вэй, — Лань Сичэнь выступил вперёд, невольно закрыв собой младшего брата, чтобы тот не совершил какую-нибудь глупость под влиянием эмоций. – Жители Илина жалуются на то, что их беспокоит некий озлобленный призрак, — спокойно проговорил он, глядя прямо в глаза собеседнику. В ответ Вэй Усянь громко рассмеялся. — Что за вздор? – с трудом выдохнул он, закончив смеяться. – Это не я врываюсь к ним в дома, пытаясь хозяйничать! – возразил Вэй Усянь. – Почему я должен терпеть чужаков на своей территории? — Молодой господин Вэй, вы уже давно умерли, — мягко напомнил Лань Сичэнь, понимая, что перед ними очень сильный дух, раз им не пришлось прибегать «Расспросу», чтобы пообщаться с ним. Да и глава Сюй ясно дал понять, что призрак мог касаться других людей и даже причинять им вред. — А то я не заметил! – хмыкнул Вэй Усянь, закатив глаза. — От чего же вы не отправитесь на круг перерождения? Вас что-то удерживает в этом мире? – миролюбиво продолжил разговор Лань Сичэнь, внимательно следя за собеседником. — Не хочу! – пожал плечами Вэй Усянь, разглядывая заклинателей в ответ. — Вздор! – буркнул Лань Ванцзи, теряясь между непониманием, лёгким смущением и настороженностью. — Молодой господин Лань, ты красив как небожитель, но с таким каменным лицом… кто захочет стать твоей женой? – хохотнул призрак, беззастенчиво ухмыльнувшись. – Быть тебе вечным холостяком! — Боюсь, совсем скоро А-Чжаню всё же придётся вступить в брак, — покачал головой Лань Сичэнь. И пусть на его лице застыла доброжелательная улыбка, она не достигала глаз. – Раз уж он нашёл мешочек для благовоний, то теперь нам нужно узнать имя невесты и провести церемонию, пока А-Чжаня не настигло проклятье. — Имя невесты? – переспросил Вэй Усянь, растеряно глянув на Лань Ванцзи. — Мгм, — согласился тот, осторожно подняв мешочек и положив его себе в рукав. — Но он мой! – возмутился Вэй Усянь, потянувшись к Лань Ванцзи, но Лань Сичэнь преградил ему дорогу, не дав приблизиться. — Вам подарила его ваша невеста, молодой господин Вэй? – осторожно уточнил Лань Сичэнь, мягко удерживая призрака за плечи. Под ладонями ощущался могильный холод. А сама возможность подобного прикосновения многое сообщила ему о силе призрака — Невеста? Нет! – покачал головой Вэй Усянь, не пытаясь оттолкнуть заклинателя, чтобы ненароком не навредить ему. Наоборот, он аккуратно высвободился из чужих рук и отступил назад. – Я сам его сделал! Братья Лань удивлённо замерли, внимательнее всмотревшись в лицо призрака. А тот, словно не заметив их реакцию, лишь невинно улыбнулся и легко почесал кончик носа указательным пальцем. — Мне было любопытно, чем занимались сестрицы… Я лишь хотел подсмотреть, а они убедили меня самого попробовать, — неловко рассмеялся Вэй Усянь, оправдываясь перед двумя заклинателями. Лань Ванцзи заворожено вглядывался в его лицо. Ещё пару минут назад ему казалось, что Вэй Усянь самый красивый человек в Поднебесной. Но теперь, рассмотрев его улыбку, он осознал, что это действительно так. И теперь они должны были заключить брачный союз… Происходящее больше походило на сон. Пришлось быстро закусить внутреннюю сторону щеки, чтобы с помощью боли вновь ощутить связь с реальностью. — Выходит, вы теперь невеста, молодой господин Вэй, — заметил Лань Сичэнь. Его лицо также выражало растерянность и недоумение. Слишком многое произошло за короткий промежуток времени. Чересчур много потрясений для одного дня. И, тем более, для первой Ночной Охоты его драгоценного младшего брата. И если ради его безопасности, чтобы избежать проклятья, требовалось устроить свадьбу двух юношей. Что ж… Он мог на это пойти. «Конечно, ситуация необычная, — рассуждал Лань Сичэнь. – Мешочек принадлежит юноше, который вовсе не хотел вступать в брак, это не было его предсмертным желанием… Значит, проклятье может и не коснуться А-Чжаня, но… стоит ли рисковать?». — Я? Невеста? – тут же возмутился Вэй Усянь. И даже инстинктивно сделал ещё несколько шагов назад. – Да ни за что! – отрезал он, скрестив руки на груди. — Боюсь, если вы откажете в этой скромной просьбе, на моего брата падёт проклятье, — тяжело вздохнул Лань Сичэнь, сделав шаг в направлении призрака. Тот снова отступил. – А я буду вынужден уничтожить вашу душу, молодой господин Вэй, чтобы избавить А-Чжаня от этой проблемы… — Хм… — задумчиво протянул Вэй Усянь. А Лань Ванцзи молчал, продолжая жадно разглядывать призрака. Его улыбка по-настоящему завораживала. «Жаль, что он уже мёртв… — с сожалением подумал Лань Ванцзи. – Он мог бы стать моим мужем по-настоящему. Мы бы жили в Гусу Лань, и я бы показал ему своих кроликов… Он бы… Ему бы понравилось, — размышлял юноша, который прежде никогда не заглядывался ни на девушек, ни на других юношей. – Почему мы не могли встретиться при других обстоятельствах?». — Молодой господин Вэй, я говорил с главой Сюй, — меж тем продолжил говорить Лань Сичэнь. – Он отзывался о вас как о добром и сострадательном человеке. Неужели вы откажете моему брату в помощи? Раз вы сами повинны в случившемся… – мягко спросил он. — Нет, я… — Вэй Усянь замялся и опустил взгляд. Недолго помолчал, собираясь с мыслями. – Если это поможет, то… ладно. — В таком случае, прошу вас отправиться с нами, в Гусу Лань, — довольно улыбнулся Лань Сичэнь. Он считал, что всё складывалось очень удачно: его любимый младший брат не только узнал что-то новое благодаря Ночной Охоте, но и завёл приятеля своего возраста. И, что было особенно приятно, они смогли избавить Илин от озлобленного призрака без лишних споров и конфликтов. Оказалось, что Вэй Усянь очень любил поболтать. За время пути от Илина до резиденции Гусу Лань он не замолкал ни на минуту: он рассказывал про свой дом в Илине, про своих многочисленных шиди и шисюнов, про хорошеньких шицзе и шимэй, беззастенчиво делился историями из детства, рассказывал про Ночные Охоты, на которых успел побывать… За несколько часов полёта на мечах братья Лань многое узнали о неугомонном призраке, который не проявлял ни капли злобы или агрессии и совершенно не походил на того, кто мешал жителям Илина. Скорее, это они нарушали спокойствие его посмертия. «Эх, он же совсем безобидный, если не лезть на его территорию, — мысленно посетовал Лань Сичэнь. – И пусть он невероятно сильный дух, особого вреда он не причиняет. Да и вряд ли стал бы кого-то беспокоить просто так. Хорошо, что глава Сюй захотел продать поместье. Иначе мы бы никогда не повстречали молодого господина Вэя…». Лань Ванцзи на удивление терпеливо выслушивал рассказы Вэй Усяня, периодически он даже отвечал на вопросы призрака и вставлял комментарии, что сильно удивляло Лань Сичэня. Никогда прежде он не видел своего младшего брата настолько оживлённым и заинтересованном в ком-то. И было не похоже, что Лань Ванцзи просто хотел избавиться от возможного проклятья. Нет, скорее, он действительно был заинтересован в Вэй Усяне, раз столь просто общался с ним. И это при том, что в родном ордене у Лань Ванцзи не было ни друзей, ни приятелей. Он почти ни с кем не общался, и уж точно никогда не проявлял инициативу в беседах. Крайне непривычное зрелище. И всё же оно радовало глаз. Лань Сичэнь даже посетовал на то, что Вэй Усянь не был живым. «Было бы здорово, будь он приглашенным адептом. Приехал бы к нам в орден, выкурил бы А-Чжаня из его раковины… И пусть дядя не был бы в восторге, ему пришлось бы смириться… — с лёгкой тоской размышлял Лань Сичэнь. – Как печально, что их встреча произошла при столь прискорбных обстоятельствах…». Лань Сичэнь предпочёл не озвучивать свои мысли, лишь наблюдал за чужим общением издалека, благодушно улыбаясь и размышляя о том, как успеть подготовить свадьбу в максимально короткий срок. До следующей полной луны было совсем немного времени – всего лишь две недели, но откупиться от проклятья быстрыми поклонами в храме предков не вышло бы. Следовало устроить настоящую свадьбу. Иначе всё могло обернуться катастрофой. Лань Сичэнь до сих пор помнил трагедию, приключившуюся с главой Цзинь: тот был известным сластолюбцем, имел несколько жён и наложниц, но при этом не чурался посещать весенние дома. Ходило множество слухов о том, сколько невинных дев он совратил. Даже в Гусу Лань, где были запрещены сплетни, о нём частенько говорили. Да и как не говорить о том, кто погиб из-за любви к красивым девушкам? Поговаривали, что глава Цзинь нашёл подобный мешочек с благовониями, но отказался искать невесту и устраивать свадебное пиршество. А на следующее полнолуние умер в собственной постели… Лань Сичэнь не мог допустить, чтобы с его драгоценным А-Чжанем случилось нечто подобное. Нет, как старший брат он обязан был оградить младшего любыми доступными средствами. Даже если тем самым средством являлся брак двух обрезанных рукавов. «В конце концов, мы просто запретим говорить об этом, и тогда за пределами Гусу Лань никто не узнает о случившемся. Так будет лучше для всех. Простая формальность, которая только поможет А-Чжаню стать более открытым», — решил для себя Лань Сичэнь, когда прощался с братом и его наречённым на пороге цзинши. — Ты останешься здесь? – поинтересовался Лань Ванцзи, когда они остались вдвоём. — Разве мне есть, куда пойти? – резонно заметил Вэй Усянь, с интересом разглядывая аскетичные и идеально чистые покои собеседника. – Раз вы с братом не хотите, чтобы я присматривал за своим поместьем в Илине, значит, буду приглядывать за тобой, женишок! – рассмеялся юноша. — Вэй Усянь… — начал было Лань Ванцзи, но его быстро прервали. — Вэй Ин! – смущённо буркнул призрак. – Раз уж ты мой будущий муж, зови меня Вэй Ин. И будь поласковей, — попросил он, заметив, как собеседник слегка нахмурил брови. — Хорошо, Вэй Ин, — покорно согласился Лань Ванцзи и осторожно взял призрачную руку в свою. Стало холодно, но это вполне можно было стерпеть. – Буду самым лучшим женихом для Вэй Ина… — Красив как небожитель, так ещё и обещает невозможное, — усмехнулся Вэй Усянь, осторожно отняв свою руку. – А сам имя при рождении не назовёшь? — Лань Чжань, — ответил Лань Ванцзи. Внешне он оставался спокойным, но внутри у него разразилась настоящая буря. – Моё имя при рождении. Он одновременно радовался из-за того, что его ждала скорая свадьба, и грустил по той же причине. Надеялся остаться с Вэй Усянем подольше, но желал, чтобы тот поскорее ступил на круг перерождения и отрешился от прежних забот. Отчаянно мечтал коснуться жениха ещё раз, но боялся сделать это. Хотел получше узнать юношу, но в то же время опасался, что из-за этого потом будет намного больнее расставаться. — Как ты умер? – поинтересовался Лань Ванцзи через пару дней после знакомства. Лань Сичэнь, будучи наследником ордена, превзошёл сам себя, подготовив свадебную церемонию в наикратчайший срок. Сам Лань Ванцзи в подготовке практически не участвовал, а потому у него было достаточно времени для долгих разговоров с духом. — Вэнь Чао, когда увидел сестрицу Цао на улице, так сразу голову потерял, — легко объяснил Вэй Усянь. Похоже, за годы, прошедшие с его смерти, он успел со многим смириться. Или начал легче принимать всё произошедшее. — Напросился к нам в дом, требовал у родителей, чтобы те отпустили Цао-Цао с ним как наложницу, — Вэй Ин покачал головой. — Да только у него такая репутация была… Неприятная… Как они могли её отдать столь мерзкому человеку? – фыркнул Вэй Усянь, поморщившись, будто увидел перед собой гадкое насекомое, а не говорил о наследнике одного из великих орденов. — А потом он приметил меня, и потребовал, чтобы с ним отправился я. В обмен на мешок серебра и жизни всех обитателей поместья, — заявил он, скривившись ещё сильнее. — Как ты понимаешь, ему снова отказали, — Вэй Усянь развёл руками. Судя по тому, как изменилось выражение его лица, он бы предпочёл принять предложение Вэнь Чао, чем потерять родителей и близких. — А я… я всё-таки исполнил его волю. Став злобным духом, проводил с ним каждую ночь, истязая, пока он со страху себе горло не перерезал. Слабак! Всего-то три луны мучился… — зло рассмеялся он. — Значит, Вэнь Чао умер из-за тебя? – уточнил Лань Ванцзи, понимая, что призрак имел полное право мстить за себя и близких. — Нет, Вэнь Чао умер из-за того, что был мерзким, неприятным ублюдком, от которого любому здравомыслящему человеку следовало держаться подальше, — пожал плечами Вэй Усянь. – Никогда не встречал более отвратительных людей. Ни при жизни, ни после смерти. На это Лань Ванцзи было нечего ответить. Он не знал Вэнь Чао, не участвовал в войне, разразившейся в ту же пору. Когда Вэй Ин и его семья нуждались в помощи, ему было всего два года, о чём он теперь жалел. Как и о том, что не нашлось кого-то, кто смог бы его защитить. — Если ты отомстил Вэнь Чао, то почему не ушёл на круг перерождения? Для чего остался? – прямо спросил Лань Ванцзи, желая получше узнать жениха. — Вэнь Чао был лишь половиной проблемы, — усмехнулся Вэй Усянь, без тени сомнения делясь собственными мыслями. В конце концов, он уже давно умер и не видел смысла хранить секреты. – Когда-то я мечтал исследовать Поднебесную, помочь всем близким людям обрести счастье… — просто рассказывал он. – До того как… Вэнь Чао всё испортил. Однако… даже исполнив месть, я не знал, чем мне следует заняться после, — легко делился своей историей дух, нескромно пытаясь коснуться налобной ленты своего жениха или учудить иную глупость. Тот не поддавался, аккуратно увернувшись от чужих прикосновений. — Значит, ты просто решил остаться? – задал очередной вопрос Лань Ванцзи и прошёл за ширму, чтобы снять одежду и подготовиться ко сну. — Вроде того, — легко согласился Вэй Усянь и последовал за ним, ничуть не смутившись. Похоже, после смерти он растерял любые способности к стеснению. — Подглядывать запрещено! – возмутился Лань Ванцзи, отшатнувшись от любопытного призрака. — Глупый-глупый, Лань Чжань! – покачал головой Вэй Усянь. – Подглядывают тайком. А я открыто наблюдаю за своим женихом, — рассмеялся он, но под напряженным взглядом юноши всё же отступил за ширму. Что, впрочем, нисколько не помешало ему незаметно сквозь неё просочиться и теперь уже по-настоящему подглядывать за тем, как Лань Ванцзи медленно переодевался ко сну. — Вэй Ин! – вспыхнул юноша, заметив чужой пристальный взгляд. — А если бы мы по-настоящему поженились, ты бы также смущался? – хихикнул Вэй Усянь, покорно отвернувшись. — Свадьба настоящая, — покачал головой Лань Ванцзи, плотно завязав ночные одеяния. — Да, но это ведь несерьёзно, — возразил Вэй Усянь. – Я отправлюсь на круг перерождения, а ты потом обязательно встретишь хорошенькую девушку, влюбишься, возьмёшь её в жены и вы нарожаете кучу детишек! – призрак тепло улыбнулся, повернувшись к собеседнику. В его словах не чувствовалось грусти или обиды. Он лишь озвучивал то, что казалось ему очевидным. Лань Ванцзи ничего не ответил. Но по его едва заметно поджатым губам становилось понятно, что со сказанным Вэй Усянем он не согласен. Совсем. — Почему мешочек для благовоний так хорошо сохранился? – поинтересовался Лань Ванцзи, желая сменить тему для разговора. Сняв налобную ленту и уложив её вместе со своей одеждой, он затушил горящие в комнате свечи, устроился на постели и принял благопристойную позу для сна. — Откуда мне знать? – пожал плечами Вэй Усянь, присев рядом с заклинателем. – Возможно, я случайно напитал его своей ци, — услышав звон вечернего колокола, он слегка нахмурился. – Лань Чжань, ты правда собираешься спать в такую рань? – удивился призрак. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи. — Какая скука! – хмыкнул Вэй Усянь, покинув цзинши. Он не хотел мешать, а потому отправился бродить по округе, чтобы скоротать время до утра. Они провели вместе уже несколько дней, за которые Лань Ванцзи уверился в том, что Вэй Усянь был абсолютно невыносим. Тот много болтал, рассказывая истории о жизни в Илине или комментируя всё, что привлекало его внимание, скрашивая привычную тишину. Он ярко улыбался и смеялся так, что замирало сердце. Он неизменно подглядывал за переодеванием и купанием Лань Ванцзи и гордо приговаривал, что ему достался самый красивый жених во всей Поднебесной. Он постоянно дёргал кончики налобной ленты. Он даже умудрился каким-то образом притащить в цзинши двух кроликов, заявив, что это его подарок будущему мужу на свадьбу. Вэй Усянь был потрясающим, даже если разными способами пытался его смутить или выбить из равновесия. Но отчего-то в компании этого призрака Лань Ванцзи ощущал себя очень комфортно, переставал задумываться о бесконечных правилах, в важности соблюдения которых дядя убеждал его с ранних лет. Именно дядя прочитал ему долгую и неприятную лекцию о глупости его поступка, но Лань Ванцзи не ощущал за собой никакой вины, ведь именно его ошибка во время Ночной Охоты познакомила его с Вэй Усянем. И он нисколько не сожалел, что повстречал кого-то настолько живого и яркого, даже если физически Вэй Усянь был мёртв уже многие годы. Лань Ванцзи была приятна компания его призрачного жениха, а потому он старался не задумываться о том, что ждало их после свадьбы. Ещё он пытался игнорировать чужие сочувственные слова и вздохи, ведь окружающие пребывали в полной уверенности, что талантливейший ученик ордена Гусу Лань страдал из-за приключившегося с ним. Не говорить же им, что страдал Лань Ванцзи вовсе не из-за свадьбы с призраком, а из-за своих безответных чувств к этому самому призраку? Нет, Вэй Усянь всегда ярко улыбался ему и демонстрировал исключительное дружелюбие. Но, казалось, что он продолжал считать их свадьбу всего лишь забавной шуткой и первым шагом на пути к перерождению. И всё это делало Вэй Усяня в глазах Лань Ванцзи абсолютно невыносимым. И желанным. В ночной тишине цзинши они вновь остались вдвоём. Впрочем, Лань Ванцзи и без того почти не виделся с другими людьми, только с братом и дядей, пока шла подготовка к церемонии. — Знаешь, Лань Чжань, — негромко проговорил Вэй Усянь в ночь перед свадьбой. Он сидел на постели жениха и задумчиво рассматривал его расслабленное лицо. Пусть в темноте не получалось толком ничего разглядеть, но он хотел полюбоваться на юношу хотя бы так, пока у него ещё имелась такая возможность. – Давно надо было уничтожить этот мешочек. А из-за моей глупой оплошности ты теперь вынужден вступить в брак с мертвецом… — покачал головой призрак. – Хотя… Это всё же лучше, чем проклятье, будь оно неладно! И кто только придумал такую чушь? – хмыкнул он. – Ты хороший человек, Лань Чжань. И заслужил свадьбу с кем-то более подходящим… — Вэй Ин подходит, — спокойно возразил Лань Ванцзи, который никак не мог уснуть из-за волнения, а потому слышал каждое слово. — Лань Чжань! – воскликнул Вэй Усянь, резко подскочив. – Ты подслушивал! — Мгм, — невозмутимо ответил Лань Ванцзи. — Так нечестно! — возмущался Вэй Усянь. Похоже, впервые с момента их знакомства он испытал то ли смущение, то ли стыд. — А как же правила? — Если бы Вэй Ин не хотел, чтобы его услышали, он бы не стал ничего говорить при мне, — заметил Лань Ванцзи, сев на постели. Сейчас, когда на нём не было лобной ленты, а до расставания с новым знакомым оставались считанные часы, он позволил себе быть откровенным. И был готов к любому ответу, даже к насмешке. – Вэй Ин замечательный, любой был бы счастлив связать с ним свою жизнь, — проговорил он, чувствуя, как сильно горели его уши из-за собственных слов. — И даже ты, Лань Чжань? – удивился Вэй Усянь, подсев поближе к нему. Сразу стало прохладнее. — Мгм. — Лань Чжань! – слабо пискнул призрак, закрыв лицо руками. – Как ты можешь говорить столь смущающие вещи с настолько спокойным лицом? Это должно быть запрещено правилами! Лань Ванцзи нравилось видеть своего жениха растерянным и смущённым. Увы, у него осталось не так много возможностей насладиться этим зрелищем. — Говорить правду разрешено, — хмыкнул Лань Ванцзи, внимательно наблюдая за чужой реакцией. — Оооо! – застонал Вэй Усянь, не отнимая рук от лица. – Это всё из-за ленты, да? Ну-ка, быстро надень её обратно, а то ты… слишком… Лань Чжань! – ворчал он, путаясь в словах и припоминая внутренние правила клана, о которых ему рассказывал жених, когда они утром сидели в библиотеке. Лань Ванцзи промолчал, как никогда чётко понимая, что уже завтра они расстанутся навсегда. И это знание причиняло почти осязаемую боль. Руки сами собой сжались в кулаки. Опустив голову, юноша мрачно рассматривал их, размышляя о том, что уже никогда не встретит кого-то похожего на Вэй Ина. Второго такого человека просто не могло существовать. Это было невозможно. — Лань Чжань, ты расстроен? – тихо спросил Вэй Усянь, осторожно положив свою полупрозрачную ладонь ему на плечо. Плечо тут же обдало холодом. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи. — Из-за того, что тебе приходится вступить в брак с призраком? – мягко уточнил Вэй Усянь, быстро растеряв весь шутливый настрой. — Мгм, — снова согласился Лань Ванцзи. – Предпочёл бы, чтобы Вэй Ин был живым, — быстро добавил он, заметив, как жених помрачнел из-за ответа на вопрос. — Прости меня, Лань Чжань, — печально проговорил Вэй Усянь, невесомо огладив плечо, к которому прикасался. – Я бы тоже предпочёл встретить тебя при иных обстоятельствах, но, увы… — его голос звучал глухо, будто что-то сдавливало ему горло, не давая дышать. – Надеюсь, что в следующей жизни мы сможем провести больше времени вместе… — Обязательно найду Вэй Ина после перерождения, — пообещал Лань Ванцзи. Он говорил очень уверенно, нисколько не сомневаясь в собственных словах. Сколько бы не прошло лет, он дождётся своего Вэй Ина. Если и не в этой жизни, то в следующей уж точно. — Обязательно найду своего Лань Чжаня, когда вернусь, — вторил ему Вэй Усянь. На его губах застыла слабая улыбка. – Но сейчас моему прекрасному жениху лучше лечь спать, ведь завтра важный день… Лань Ванцзи почти не запомнил собственную свадьбу. Подготовка прошла как в тумане. Изредка он отзывался на какие-то фразы старшего брата, помогавшего ему облачиться в алые свадебные одеяния, но толком и не понимал, что именно отвечал. В памяти отложилась лишь восторженная улыбка Вэй Усяня, когда тот увидел его в храме предков. И эта улыбка с лихвой компенсировала отсутствие свадебного наряда на призраке. Поклоны, повинуясь указаниям дяди, он выполнял машинально, не сводя глаз со своего прекрасного мужа. Очнулся Лань Ванцзи лишь тогда, когда они вновь остались вдвоём в цзинши. И если бы Вэй Усянь был жив, то их бы ждала брачная ночь, но… Лань Ванцзи не желал тратить ни единой драгоценной секунды на сожаления. — Не грусти, Лань Чжань, — ласково проговорил Вэй Усянь, стоя напротив супруга. – Мы обязательно встретимся снова, — напомнил он. — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи, проследив, как призрак осторожно склонился к нему и невесомо коснулся его губ своими. Лёгкий холодок нисколько не помешал юноше улыбнуться, чуть-чуть приподняв уголки губ. — Увидимся, Лань Чжань, — шепнул Вэй Усянь, прежде чем раствориться в воздухе. Лань Ванцзи тяжело вздохнул, крепко сжав в ладони мешочек с благовониями и прядью волос своего супруга. Комната погрузилась в тишину.