***
1 ноября 2022 г., 00:01
Гарри был идеальным. Таким каким его хотели видеть все. Гарри был светлым. Самым ярым фанатиком своей стороны.
Самым праведным, самым добрым, самым красивым, знаменитым и богатым. Идеальным гриффиндорцем, подстать почившим родителям. Всегда поддержит, всегда поможет, иногда даже может кинуть годную шутку. Весёлый, но, к сожалению, недалёкий мальчик.
Не должны уметь думать. Они должны быть настоящими Гриффиндорцами. Тупыми идиотами, которые всё перепишут на дедушку Дамблдора по первой же просьбе и с улыбкой пойдут на смерть.
Но Гарри, вопреки всеобщему мнению таким не был. О, нет. Он имеет свою голову на плечах.
И именно поэтому Гарри улыбался всем в лицо, про себя матерясь на серпентаго. Дарил всем подарки по праздникам, разражался до тошноты правильными речами, стоял горой за "друзей".
Гарри был идеальным.
Гарри был...не настоящим.
Каждое утро он начинал с зарядки.
"Для здоровья" - думали все.
"Для здоровья" - мысленно соглашался с ними Гарри, на втором курсе незаметно метнув в крысу Рона тренировочный кинжал.
На уроках он почти ничего не делал, пялясь в какие-то книжки.
"Квиддич" - говорили все, смотря на скрытую иллюзией обложку.
"Разумеется" - отвечал Гарри, перелистывая Некрономикон.
На тренировках по квиддичу он выкладывался по полной.
"Прирождённый ловец!" - считали все.
"А как же." - усмехался Поттер, похлопывая метлу по никем не замеченной шёрстке на рукояти.
В конце пятого курса Гарри собирал вещи.
"В следующем году заберу у него наследство." - планировал Дамблдор.
"Иди в пень, старый маразматик." - с улыбкой думал Гарри, навсегда покидая Англию.
***
Знаете чувство, возникающее при взгляде на слишком прекрасных и добрых людей? Которые так мило всем улыбаются, всегда смотрят на вас с участливой улыбкой и ни с кем не враждуют? Некие ангелы среди серой массы уродливых, жадных человеческих душ. Когда на вас смотрят с поистине отеческой или же братской любовью люди, которые вам по сути никто? Чувствуете эту фальшь? Гарри чувствовал это от окружающих его людей, но никто в упор не замечал его собственную игру. Он каждый раз одёргивал себя от порыва неприязненно скривиться и послать всех таких идеальных. Но вместо этого он сам натягивал на себя эту маску. Он не мог позволить себе быть другим, ведь он был Избранным. А Избранные мессии Света не должны вести себя как отпетые слизеринцы.
