Крылья, отливающие серебром – я буду за тебя ⁠♡

Глухой стук небольших каблуков раздаётся по просторным коридорам. Девушка, повесившая нос, хранила к тому же обед молчания. Взгляд чётко устремился в пол, будто в попытке прожечь несчастный бетон. Тонкая рука дёрнула стальную ручку двери, отворив её. – Пора, господин... - высказала с горем в голосе девушка, взглянув мельком на обнимающихся юнош, а после переведя взгляд обратно вниз. – Они сказали явиться с ним... Столь величественная особа вздрогнула, испугалась... За светлое существо, что сейчас уткнулось лицом в сильное плечо, пусть не рыдая, но явно будучи не в духе. Но святейший отстранился, услышав, что и ему сегодня придется покинуть дворец. Он бросил два серых водоёма печали на демона с приоткрытым ртом. Да..боже да, он поедет с ним! – Я не возьму тебя, ты спрячешься во дворце и... – Я поеду... - перебил старшего юноша. Чётко, без запинки сказав два слова, что пронзали буквально душу пикового. Маку бережно обнял его вновь, шепча тихо-тихо на ушко слова своей любви к нему и того, что всё пройдет отлично. Пришлось лишь легко дрогнуть и, проведя когтистой лапой по чужой спине, ответить лёгким «я тоже тебя люблю..» Становится грустно от их истории. Печально, а в душе встаёт ком рядом с сердцем, будто задевая. Через что им придётся пройти, дабы остаться вместе? А, самое важное, каков будет их финал? Они уже направлялись на собрание семейки Гоэти. Страшно. Что-то в горле застряло у каждого. Руки онемели, а к ногам будто гирю привязали. Так себя по крайней мере ощущали два демона, зажавших ангела с двух сторон. Леденые руки потянулись к чужим щекам. Они встретились лбом к лбу в прямом смысле этого слова. Тонкие пальцы перепутались в тёмных прядях, огладив головушку дьявола. – Dimitte tuorum dolor... - что значило с латыни «отпусти свою боль». Ангел прошептал это мягко, будто заговаривая свою любовь. И только Пик отвёл пару своих глаз, юноша вскричал - Exaudi vocem meam! - дьявол дрогнул, но словам поддался, переведя вновь два ярких огня в серые водопады. – Vincemus, credisne me? - кратко спросил святейший, продолжая нести будто чушь. – Ita,angelus meus. - подключился к нему Пиковый, прикрывая веки и целуя бледный лоб возлюбленного. Ангел вжался в чужую грудь, обвив руки у крепкой шеей. Его дрожь выдавала его волнение с потрохами. С виду столь строг и холоден, а на деле сам боится приговора жестоких, дьявольских лиц. Пусть сам так рвался на встречу с ними. ••• – Приехали. Это слово в голове показалось каким-то ядовитым и неприятным. Предвкушало что-то плохое, то, что вот-вот перевернёт всю их жизнь с ног на голову. Их встретило пара стражников со словами, что их ждали. Лучше бы это было не так. Двое юнош шли рядом друг с другом, как-то по-своему отстранённо и молча. Молодая девица лишь шагала следом, пытаясь удержать набегавшие слёзы с глаз. Они встали у двух больших дверей. Это был зал суда. Святой обхватил руку Пикового двумя своими. Они переглянулись, кивнули друг другу. Они явно что-то сказали этим друг другу. Что-то важное. Выразили поддержку. Двери отворила стража, ранее идущая рядом. Парни прошли под руку до стола совета Гоэти, что находился на высокой платформе. Как и сам Сатана. Правитель грешных душ, выделявшийся своим телосложением. Они отпустили друг друга, приклонившись перед судьями. Святой встал лишь на одно колено, когда демонеса и дьявол на все два. Так происходило из-за того, что Сатана - не правитель ангелов, но уважение оказать «богу» нужно было. А так как Пиков и Нурай как раз были грешниками, они отдавали полностью честь, почёт и уважение своему правителю. – Приветствуем вас, встаньте. Было сделано, как повелели. Маку через стеклянные очи смотрел на все горящие глаза, что презирали, готовы были разорвать на части. Чёртовы грешники. – Скажите, не уж то вы и впрямь заявляете, что любите друг друга? – Спросил один из представителей семейства Гоэти. Парни вновь переглянулись, а после ответили оба четкое да, всё ещё не отрывая взгляда. – Бессмыслица, вы не можете любить друг друга! Не вам бы знать, Архангел Куромаку? – отвечал уже другой сидящий за судебным столом. На него и обратили судимые своё внимание. – я знаю, я всё прекрасно знаю. Но я готов утверждать, что наши чувства не пустая ложь. – прищурился Маку. – А может между вами просто интрижка, а вы сами себе навязали, что у вас любовь и чувства! Не задумывались об этом, молодые люди?...– в ответ смотрел на ангела сидящий с боку демонюга. И тут что-то ёкнуло, юноши опять переглянулись от волнения. – Всё как я и сказал, не любят они друг друга. Ложь,чрезмерная ложь! Только пудрят нам мозги, хотели устроить шоу? – Нет, наши чувства - чистая правда! – сжал руки в кулаки ангел. – Я, как архангел, не стал бы устраивать цирк перед судом ада! – Да... Но вы так же, как архангел, не можете вступать в отношения с демоном, особенно по собственной воли! – встал один из демонов, ударяя кулаком по столу. Герцог Агарес... Любой его гнев: и земля под ногами дрожала. Это был тот, кто на землю вызывал землетрясения, что всегда забирало с собой сотни жизней. Куромаку застыл. Он смотрел серыми глазами на представителя верховного суда, поджав губы. Брови нахмурились, создавая на его мине злость. – Мы разве кому-то мешаем своими отношениями?.. – Да, именно так! Вы портите баланс. Нарущаете устав. Вы разной расы, разного происхождения. Это всё равно, что кошка влюбиться в псину! – Мы оба человекоподобные существа, да, разные в сфере религии, крыльев и прочего. Но ведь так-то мы совершенно одинаковы! Ведь если люди не схожи в интересах, но любят друг друга, они всё равно вместе! – Суть не в этом, Архангел Куромаку.. А в том, что вы добро и зло, вы не можете балансировать. Всегда побеждает что-то одно. У вас разная работа, суть в существовании. Нам не важны ваши интересы, нас интересует только ваша раса и соблюдаете ли вы устав. – А может вы просто запутались? – вставил свои пять копеек Маркиз Форнеус. Тоже один из семейства Гоэтии, встав, дабы высказаться. – Такое может быть. Может, вы давно не ощущали чувства и путаете что-то с любовью? Ангелы не особо чувствительны, насколько я знаю. В таком случае, если Великий Дьявол Сатана, выслушает мою идею, можно вас просто отправить обратно в Рай, да позабыть об этой истории и не создавать больше излишних недопониманий. Такое может быть? – весь собравшийся стол поворачивается к правителю. Он хмурится и, хмыкнув, смотрит на двух судимых юнош. – Думаю, такой расклад всех устроит, только согласны ли вы? – обращается к парням сам Дьявол. Треф встаёт в ступор, переводя взгляд на Пикового. Он мешкает, но вдруг выдаёт: – Да ,мы согласны. – Нет, не правда! – возражает Куромаку, шагнув к возлюбленному и схватив за руку. – Так будет лучше, бери, пока дают... – шепчет старший, поджав губы. – Стража, проводите архангела к вратам в Рай! – кричит кто-то за столом, и святого хватают в четыре руки. – Прощай, – грустно выдаёт грешник, с печалью выдыхая. – Нет, нет! Пустите! Я..Я! Убил ради него собрата! – и тут всё замирает. Всё умолкает, и доспехи стражников не стучат друг об друга в попытке утащить архангела. – Что вы сделали?... – с дрожью в голосе спрашивает Форнеус. Святого отпускают, и тот без сил встаёт на колени в отдышке, упираясь руками в бархатный ковёр. Он поднимает на суд взгляд, да без капли смущения выдаёт: – Во время недавней чистки я убил за Пика собрата, своими руками... – старший закрыл руками лицо в виде «заче-ем..». Ангел встаёт с колен, подбегая к любимому, обхватывает его руками в объятиях. Мужчина совершает подобное в ответ. Его подбородок умещается на макушку, а затылок ангела поглаживает когтистая лапа. Два огня осматривают шокирующий совет. Кого-то трясёт от злобы, кто-то молча смотрит в стол, а некоторые глядят на власть Ада. Он в свою очередь, скорчив не доброе лицо, смотрит на грешную парочку. – Вам должно быть стыдно, Куромаку... – упрекнул Форнеус, усаживаясь на себе же присвоенное по закону Ада место. А ангел ничего не ответил и не ответит, как и демон, что даже не решился противостоять верховному суду. Это бесполезно. У его семьи есть одно единое мнение, и если один из них его не предполагается - он мгновенно будет уничтожен на месте. То, что Пик тут вообще ещё стоит, чистое чудо и благосклонность Ада. – Отправляйтесь домой, наслаждайтесь последними днями друг с другом... – продолжает присевший недавно демон. Он был правой рукой Сатаны, так что вполне мог решить окончание суда и дать конечный вердикт. Но в последнем всегда должен был совет с дьяволом.