Зависимость Готье

[Готье] "Никогда, слышишь... - Скэриэл оскалился, всем своим видом показывая, как обеспокоен за меня, - не принимай ничего, что дают тебе в этом клубе. Запомни это, Готье". Хоть я послушно кивнул, но понимал, что после первого раза немного подсел. Клянусь, я бы никогда не задумался, что снова вернусь в "Глубокую яму" с Оскаром, однако, только узнав о своём происхождении - и о том что вся моя жизнь была ложью - сразу захотелось сбросить пыл. Вотермилл быстро нашел себя в компании нескольких полукровок. С барменом у них завязался очень даже милый разговор, поэтому они не заметили, когда я закинул одну из таблеток со стола прямо в рот. Мной руководило полное безрассудство. Надоело уже быть правильным, послушным мальчиком, которого заботит мнение большинства. "Это только один раз", - обещал я себе и радостно плёлся в снятую Оскаром вип-комнату. Там я планировал покайфовать и может быть даже выпить. Было тяжело уговорить Джерома проследить за мной, пока действие наркотика не закончится. Помню, он так гаденько улыбнулся, когда я пообещал неделю не заявляться в дом Эдварда. Джерому прельстила мысль об одной возможности не видеть моё лицо хотя бы пару дней. Сейчас его можно было понять - я и сам обречён настолько, что не хочется видеть своё лицо. Киллиан Парис Бёрко - от одной мысли, что даже моё имя оказалось ненастоящим хотелось отплёвываться. Джером ждал меня в комнате, по-хозяйски развалившись на диване. Его ноги были расставлены, корпус лежал на подушках, а во взгляде читались ненависть и самодовольство. Рыжие волосы взъерошены, словно он использовал руку вместо расчёски, а на соседнем диване лежит его куртка. Я вдруг заметил, что из кармана торчала подозрительная пачка таблеток. Уж с этим низшим я ощущал себя в безопасности. Навредить он мне не сможет: его прикончит Скэриэл. Выдать меня он тоже не сможет - тогда придётся объясняться, почему он согласился помогать. И типичное враньё "я хотел его остановить" уже не поможет. Понятное дело, что не остановил: действие веществ даёт о себе знать. Волна экстаза начинает накатывать на меня, заплетая мой язык. - Привет. - Не знаю почему, но я моментально улыбаюсь, встав перед низшим. Джером не отводит от меня неморгающего, полного презрения взгляда, ожидая, что же я вытворю. Его молчаливый кивок выглядит сейчас очень властно. Не знаю, почему я раньше не приглядывался к нему? Красивый и отстранённый. Мальчики ведь мне тоже нравятся. - Посиди со мной, пока меня не отпустит? - оказавшись рядом на диване, сам не понимаю зачем, я кладу свою голову Джерому на плечо. Так, эти мысли не мои, они явная побочка таблетки. Просто лежи, Готье, и не рыпайся. Даже на себя злиться я толком не мог - слишком хорошо становилось. - Понял. - Сухо отвечает он, пытаясь сдержать рык негодования за немногословностью. - Я так хочу забыть всё. Моя жизнь перевернулась с ног на голову. Чувствую себя самой большой размазней в мире. - Мне б твои проблемы, чистокровный. - Выругивается тот и раскидывает руки в стороны на спинку дивана, чтобы ненароком не задеть меня. Касания сейчас были приятнее, чем обычно. А чего он так боится? - Джером, за что ты меня так не любишь? Он молчал. Казалось, будь у него возможность пристрелить меня без последствий, он бы сейчас это и сделал. - Джероооом! Ну ответь. Джероооом! Его переносица набухла и межбровная складка покраснела от той злости, что внутри накопилась. Я лежал на бомбе замедленного действия, гладил его грудь и не понимал, как можно так внимательно и гневно сверлить стену напротив, совершенно не уделяя мне внимания? - Дже... - Не успеваю я погладить гладкую щёку парня, как тот переворачивает меня на диван, сжав за грудки. - Батлер! Ах! Что ты делаешь? - сам удивляюсь, как его резкость меня взбудоражила, проливаясь теплом вниз по телу от действия грубых рук. - Я ненавижу тебя за само твоё существование, Хитклиф! - Джером вжал меня сильнее. Одну руку он поднял выше, держась за подлокотник. Я тяжело дышал. Моё смущение не поддавалось объяснению. Слишком много приятных ощущений. - Ты портишь мою жизнь даже сейчас! Лежи и не приставай ко мне. - Джером меня как игрушку отпихнул и встал с дивана, переместившись в кресло. - Ну и... Пожалуйста. - Бросил я, постанывая всё ещё от захвата. Я коснулся своей шеи, всё ещё чувствуя на ней тепло Джерома. Я хотел нежности, но даже такому вниманию был рад. Понемногу, пока я валялся и видел красочные картинки, мой рассудок и память начинали оставлять моё тело. [Джером] Готье сейчас был как игрушка. Правда его стоны вполне реалистичные. Я закрыл дверь, чтобы этого придурка никто не услышал. Какой позор, у меня поднялся от его поведения! Парни ко мне ещё так не приставали, обычно это я добивался внимания Скэриэла, но не наоборот. Казалось, приятно должно быть, но это же Хитклиф мать его! Рычу и плюхаюсь в кресло, сжимая с яростью ткань на подлокотниках. Она моментально собирается складками. У меня встал на чистокровного, ловящего сейчас кайф от дешёвого наркотика. А ещё этот придурок занимает внимание моего Скэриэла. Тварь, сколько всего он мне испортил! - Что у тебя случилось? - спрашиваю, хотя уверен был, что на ответ мне плевать. - Ах?.. - Почти простанывает он снова, а я как идиот краснею. Я его сегодня точно придушу. Никак иначе, что он специально так ведёт себя! - Ты сказал, что твоя жизнь... Перевернулась с ног на голову. Что это значит? - Я не помню... Что-то важное, да?.. - Несёт бред, либо врёт. Хотя в таком состоянии вряд ли он может соображать достаточно, чтобы скрывать от меня что-то. - А Скэриэл... - Что Скэриэл? - Он тебе нравится? Когда вы уже встречаться будете, а?! - Не выдерживаю я и повышаю голос. - О чём ты! Мы с ним друзья. - Хм. Наверное не врёшь, чистокровный. - Я так хочу обнять тебя! Джеро-ом... - Этот болван встаёт, но неловко падает лицом ниц передо мной. Опешив, парень хватается за мои джинсы и забирается по ним вверх. Он держится за мои колени, стараясь подтянуть себя ещё выше. - Можно? Немножко, ну давай, ты, зануда! - Чего?! Слезь, Хитклиф!!! - Я смотрю на него, как на огромного надоедливого жука. Ещё чуть-чуть и мне придется врезать ему. - Пошёл прочь. Не срабатывает. Готье нагло забирается на мои колени и резко, без какого-либо объяснения, целует меня в губы. Он всё ещё стонет и пыхтит. От его тела не исходит жара, а наоборот: я горю со стыда как печка, а кончики пальцев Готье и сами губы слегка отдают морозной свежестью с улицы. Под весом наших тел мнётся моя куртка. Я сжимаю Хитклифа за талию одной рукой. Вторую завожу вверх, ничего не различая за головой Готье, потому случайно направляю её лечь прямо на зад. И только крепко сжав, понимаю, что следовало бы подняться выше, а то и вовсе отпрянуть от наглого чистокровки. Я так не могу. Он ужасно справляется с поцелуем. Впервые что ли? Хватаю его под ноги и переношу обратно на диван, не отрывая, а наоборот усиливая напор поцелуя. Теперь я беру всё в свои руки, кладу Хитклифа под себя и нагло раздвигаю его вскинутые ноги, так настойчиво меня старавшиеся обнять. Теперь я лежал удобнее и мог показать этому придурку, как надо целоваться по-настоящему. Язык проникает в этот наглый рот, слишком нежный для парня. Я насилую его язык своим так, что Готье бьёт ладонью по моему плечу и мычит от агонии. Ему было нечем дышать. Решив, что уже переусердствовал, бросаю мысль искусать его губы, да отстраняясь, нависаю над ним. Искусать губы... Джером, ты что, придурок? Это все заметят. Вряд ли Готье ума хватит обмануть Скэриэла. Он меня спалит! Эта интрижка того не стоит. Простой поцелуй, но в глубине души я ощущал, словно предаю Лоу. - Ещё. - Настойчиво требует Готье и сам цепляет мои губы своими. Я всё же покусывал его в процессе, но сдерживался делать это сильно, как изначально хотел. Хотел. Да, я его сейчас хотел нагнуть за всё, что он натворил! За то, что маячит перед лицом Скэриэла, за то, что отбирает его время и сейчас меня так запутал. Ох, этот мелкий гадёныш! Готье был так прост и так нежен. Таким Лоу никогда не будет, я знал. Может быть мне этого не хватает? Я никогда не задумывался доверить свой стыд кому-то, кроме Скэриэла. Возможно в этом не было ошибки, но не проверишь - не поймёшь. И что мне теперь делать... - Джером, мне с тобой так хорошо сейчас. - Признаётся Готи, когда набирает в грудь достаточно воздуха. - Я не могу тебя взять. - Я хочу больше, что ты мне можешь дать? Пришлось задуматься. Секс точно отпал, ведь лишить девственности Готье означает пойти против плана Скэриэла, а предавать его я не хотел. Меж делом ручки Готье оказываются на моей ширинке и настойчиво пытаются расстегнуть её. Но разве он будет против, если мы... Совсем немного пошалим? Готье всё удаётся, и он ласкает мой член через ткань трусов, водя вверх и вниз ладошкой, словно ему сейчас больше всего в жизни это нужно. - Готи... - Осекаясь, понимаю, что только что сказал. Сразу же исправляюсь, вышвырнув предыдущее из головы. - Готье, может научить тебя сосать? - М?.. А это приятно? - Тебе сейчас всё приятно будет, ты под веществами, идиот! - Только не уходи пожалуйста. - Умоляет он снова. - Как я уйду во время минета, балбес?! Я сажусь, схватываю его за шкирку и бросаю слегка брезгливо на свои расстегнутые штаны. Готье ударяется носом о мой стояк, как только я достаю член, приспустив трусы с джинсами. - В рот взял быстро. - Провожу по губам парня головкой, а второй рукой придерживаю его за растрепавшиеся волосы. Готье медленно открывает рот, высовывает язык и я скольжу по нему, заводя стояк парню за щёку. - Молодец. Расслабься просто, хорошо? Я так хорошо обходился с ним. Честное слово, не будь у меня мыслей о том, что любое резкое движение сродни предательству, Готье давно бы стонал от моего члена в заду. - М... Я... Фтаваюсь... - Попытался он подчеркнуть мне, что старается и тут же принял член от моего толчка глубже. Было так приятно наблюдать за тем, как Готи закашливается. В уголках его глаз появились слёзы. Я сейчас радовался просто от каждого движения. Минет получался медленный, короткий, но мучения Хитклифа сделали своё дело - через пять минут потираний о его язык и внутренние стороны щек я окончательно завелся и брызнул сначала внутрь а потом вытащил и надрочил ещё остатки на лицо чистокровки. Будет знать, как приставать ко мне! Глаза Готье расширились. Он, было видно, ожидал чего угодно, но не того, что я позволю себе кончить так, а не на пол. Однако, спустя минуту осознания, разум снова потёк из головы Хитклифа, и парень просто упал на мои колени головой, глотая всё, как обычную слюну. - Ого, как ты умеешь! Кажется я кончил в трусы, хи-хи. - Только попробуй кому-нибудь рассказать, Хитклиф! Я всё осознал только сейчас, когда погладил мягкие белоснежные волосы Готье. Оттерев бедолагу, я как мог привёл его в порядок, да и себя тоже. Ко мне начали приходить мысли, полные адекватности: я воспользовался Хитклифом, когда тот просил меня просто приследить за ним. Он доверял мне, а я, как последняя скотина, трахнул его рот и чуть не сделал большее. - Ты меня первый поцеловал! - возмутился я, уже вытаскивая Готи из клуба. Нас ждало такси. - Что? А когда? Я благодарил всевышнего за эти слова. Готье, надеюсь ты действительно ничего не помнишь. Потому что если это не так - у нас двоих огромные проблемы. Кажется, Готи, мне понравилась не только твоя нежная кожа. Возможно мне понравился и ты сам.