BROKEN/СЛОМЛЕННАЯ

Руки дрожат, покрываясь мелкими мурашками. Я стою в темноте, а передо мной закрытая дверь, с другой стороны горит свет. Я до ужаса боюсь темноты. Ноги на цыпочках идут ближе, и рука уже касается ручки, чтобы провернуть её, но я резко одергиваюсь от неё, как от пламени. По ту сторону я слышу крики. Родители опять ругаются. Крики заполняют все комнаты, заглушая собой всё остальные звуки. На моих глазах появляются слезы. С одной стороны мой самый главный страх - темнота. С другой то чего я боюсь - крики и ссоры. "Придется выбирать" - понимаю я. И будучи девятилетним ребенком, я выбрала остаться в темноте, нежели слышать ругань. И забившись в самый дальний и тёмный угол, я затыкала уши и пыталась думать что я не здесь. Не в этом доме, не в этом городе, не рядом с ними. Мечтая когда-нибудь сбежать. И кто бы мог знать, что убегая от них, я обрету нечто иное. Что я окажусь в ещё большей яме. Прыгну на самое дно. И что подняться с него, будет самым большим испытанием. *** Два месяца спустя На твердом стуле сидела девушка с каре, прикрыв глаза. В этой комнате она провела уже несколько дней без отдыха, иногда выходя чтобы перекусить и возвращалась. Последние два месяца она была здесь. В маленькой комнатке с кушеткой, и кучей аппаратов и проводов. Здесь лежала девушка, которая покончив со своим миром, будто окончила и её мир. Не было ни дня, когда она не видела её лица. Которое мирно лежало на мягкой подушке, словно она спала. Но по сравнению с обычным сном, этот был глубоким. Иногда, в самые плохие дни, когда надежда ускользала совсем, Виолетта задумывалась о том, что та не проснётся. Уж больно мёртвой она казалась. Бледная кожа, синие губы и холодные руки. Девушка часами разглядывала "мёртвую", и знала будто бы ее уже лучше всех. Она смогла бы описать каждый миллиметр её тела, кроме глаз. В которые она с каждым днем мечтала заглянуть всё больше и больше. И только эта мечта заставляла её одуматься о мыслях о смерти. Задуматься о них, и тут же забыть навсегда. Она резко вздрагивает когда в дверь стучат и кто то входит. - Ты опять тут? - спрашивает Оля, попутно ставя цветы в вазу и выбрасывая старые. Виолетта слегка кивает, протирая глаза от сна, - Ты ела? - опять спрашивает Оля, на что опять получает лишь кивок и садиться рядом, устало вздыхая, - Она проснётся. Она сильная. - Да, я знаю, - устало произносит она и смотрит в пол. Молчание длится слишком долго. - Я влюблена в неё, - тихо, но быстро произносит Виолетта, словно признавалась самой себе, а не Оле. - Я знаю, - Оля уверенно произносит эти слова, и ловит удивлённый взгляд подруги, - В первый раз вы встретились, тогда было уже понятно. Оля улыбается. А Виолетта даже не догадывалась что всё было так очевидно. Восемь месяцев назад Девушки стоят возле бара и кое как держаться на ногах. Они громко смеются, иногда что то выкрикивая. Большинство внимания приковано именно к ним. Оля одета распущено: короткая юбка и топ, больше похожий на лифчик. На Ире была также юбка, но наверху у неё была жилетка. А Юлианна была "монашкой" на этом празднике жизни. Объемные джинсы и толстовка. Но это не отменяло того, что именно она больше всех напилась сегодня. Поглощая алкоголь в себя, она даже не заметила как к ним присоединились ещё люди. Несколько парней выглядели добродушно. Пухленькая девушка. Девушка с красными волосами. И с каре. Лица никого из них, разглядеть она уже не могла. В туалете было относительно спокойно. Юлианна сидела спокойно на полу и держалась за голову. - Что случилось, крошка? - раздался голос сверху. Голова сидящей медленно поднялась наверх. - О! Это ты! - девушка начала подниматься, что получилось не с первого раза, - С каре которая! - казалось, она была счастлива что встретила кого из знакомых. Она взяла лицо Виолетты в свои руки и приблизила к своему лицу, - Вот и всё! Теперь я тебя запомнила! Пойдём! - ухватившись за Виолетту, девушка потащила её обратно на танцпол. Виолетта улыбалась. Ей нравился такой характер, такая непринуждённость. Даже понравилось что ей и слова сказать не дали. Девушка её очаровала. На утро Юлианна не вспомнит ничего. Нынешнее время Сейчас же тело просто лежало. Не выражало ничего. Ни любви, ни раздражения. Со временем она стала словно предметом в этой комнате. Слилась с обстановкой, и стала её частью. Будто она всегда тут была. Казалось, что её места тут, за границей больницы её просто не существовало. Что было конечно не так. Она жила вполне себе счастливо, кроме нескольких месяцев. До этого было хорошо. Теперь она это поняла. Плохо не было, было хорошо. А потом она нахлебалась воды. Начала медленно задыхаться. А её лёгкие с каждой секундой набирали все больше и больше воды. В те секунды борьбы со стихией показались ей отчаяньем. Она поняла, что не должна была этого делать. Да, она пожалела. Но когда сил больше не было, смирилась. Она приняла свою смерть, и позволила воде наполнить лёгкие полностью. Она закрыла глаза, и вспомнила отца. Как он сказал ей что она никто. Близкий человек нанёс словно смертельный удар. Это было её первой смертью. Позже она умирала ещё много раз. Ран было достаточно, и они были глубокие. Но ей ничего не оставалось. Только смирится и жить дальше. Но как она могла жить дальше сейчас? И вот она умирает по настоящему. По живому. Таково ещё не было. И это было неприятно, ужасно, отвратительно. Страшно. Впервые она так сильно боялась. Она боялась родителей, учителей, одноклассников, высоты, пауков, предательства, одиночества, передоза. Но умереть в тот момент боялась ещё сильнее. Но это не дало ей новых сил. Она просто стала погружаться дальше и глубже в воду, как в мыслях, и тонула. Глаза закрылись и все мысли из голову исчезли. Это было бы концом. Если бы не девушка, которая нырнула за ней следом. Не боясь своей смерти, но боясь потерять её. Сейчас это было страшнее. И вот они сейчас обе здесь. С каждым произошло то, чего он боялся. Одна - умереть, вторая - потерять. Только вот одна лежала, не испытывая ничего. Вторая сидела и смотрела на безжизненное лицо, ожидая что те потревожится и проснётся от сна. Но последние два месяца, не произошло ничего. Она всё также сидела на кресле, иногда выходя на люди, чтобы перекусить и сходить в уборную. Иногда ей приносили новую одежду, а ещё реже Оля силком её вытаскивала из больницы, чтобы помыться и увидеть солнечный свет. С каждым разом становилось всё сложнее оставить Юлианну. Боясь, что она вернётся уже в морг, а не в больничную палату. Все эти два месяца, она словно сама лежала в коме, забыв обо всём. Впервые за несколько лет, она не употребляла два месяца. И словом, даже не вспоминала о веществах. Единственное что её волновало, это она. Она мечтала услышать её голос и смех. Увидеть её глаза. Почувствовать её руки. И обнять её. *** Незадолго до случившегося, Виолетта услышала о ней. После похорон Иры, это было первая новость. Не самая приятная. Оля утверждала что та подсела на наркотики и не видела людей больше месяца. Виолетта зная такое состояние, понимала что всё плохо. Она пришла к ней домой. Постучалась, но никто не ответил. Немного постояв, дёрнула за ручки двери, проверив. И дверь открылась. Вмиг появилась злость на девушку. Какого чёрта дверь была открыта?! Войдя внутрь, квартира казалось пустой. На полу валялись вещи, пустые банки, бутылки, салфетки. Книги с полки тоже были на полу. На кухне вся посуда была грязной и валялась в раковине, и на столе. Пройдя дальше в спальню, на кровати спала Лина. Её дыхание было равномерное. Но оно было и уже было хорошо. Виолетта быстро ушла. Именно она предложила свозить Юлианну на море. Ей это всегда помогало. Подумала, ей тоже станет лучше. Теперь она винила себя. Только себя. *** Месяц спустя За окном шел дождь. Он длился уже пару дней, и заканчиваться не собирался. Коридор в больнице пустовал, так как пациентов практически не осталось. Из-за этого стояла гробовая тишина. От этого становилось жутко. «Будто в морге» - проскальзывало в мыслях, и отдавалось эхом. Эта мысль преследовала Виолетту все время. Она осталась одна бороться за жизнь девушки, которую видела меньше пяти раз, но которую теперь видела каждый день под капельницами и аппаратом поддерживающим ее жизнь. С каждым разом становилось все страшнее. Прошло уже три месяца, но ничего не изменилось. Ее легкие обрабатывал кислород, но не она сама дышала им. Видеть трубку возле ее рта, становилось невыносимо. Когда на Виолетту находил печальный период, она думала о том, что возможно ей больно. Что стоит закончить ее мучения и остановиться. Ей казалось, что она ждет уже не ее пробуждения, а своего. Как будто если девушка проснется, то проснется и она. Как будто это сама Виолетта была в коме, а это все было ее сном. В другие моменты она задумывалась о том, что она умерла. И что эта комната – ее личный ад. Ведь в голове не могла уложиться мысль о том, как с такой прекрасной особой могло случится нечто такое ужасное. *** В детстве у Юлианны не было друзей. Она была очень одинокой и ни кому не нужной. Когда она перешла в среднюю школу, ничего не изменилось. Одноклассники любили обсуждать вечеринки, алкоголь и друг друга. Ей это было не интересно. Но с возрастом, она даже не заметила как стала такой же. В колледже у нее появились первые ее друзья. Она стала веселой, тем самым занимая в любой компании место «клоуна». Это нельзя было назвать достижением, но это всего чего она смогла добиться. Она действительно боялась одиночества. Поэтому если она оставалась одна, она надевала наушника и слушала. Что угодно. Видео, музыку, аудиокниги. Все что угодно, лишь бы не тишина. Ведь когда она была маленькой, тишина означала лишь то, что за ней идет волна негатива. Так она защищала себя. Так она пыталась выжить. *** Резко из сонного состояния Виолетту выводит отвратно пищащий звук. А еще несколько суетливых голосов. Приоткрыв глаза, она увидела движение возле кровати. Сон тут же сняло рукой. Приборы ужасно пищали, сообщая о чем то. О чем, Виолетта не понимала. Две медсестры суетились возле Лины, отключая от капельницы и от всего другого. - Что происходит? – подлетая к кровати, выкрикнула девушка. Ее глаза расширились от ужаса и бегали от одной медсестры к другой, а потом на Юлианну. - Все хорошо, - убеждала ее одна из женщин. Через минуту ее увезли. Виолетта осталась совсем одна. Она села на кровать, где пару минут назад еще лежало тело, и взялась за голову, прикрыв глаза. Из глаз потекли горячие слезы, обжигая ее щеки. Дыхания начало сбиваться и она начала захлебываться. Неужели с ней что-то произошло? Это все? Стало плохо. Голова начала кружиться и болеть. Словно все так и должно было быть с самого начала. Все закончилось? Это конец? Нет ведь! Правда?