Влюблённый по уши...

Наконец-то случилось долгожданное воссоединение двух лучших друзей. Киллуа и Гон думать забыли, что значат личные встречи, но каждый всё равно помнил о другом. Они писали сообщения, созванивались и рассказывали обо всём, что происходило вокруг них. Своеобразные интернет друзья. У каждого на уме свои мысли. И один из них, получается давно уже, не может договориться с самим собой, а тем более попытаться рассказать о собственных подозрениях, раскрыться и поговорить не на стандартную тему для них. Но момент близится, что-то должно лишь немного подтолкнуть к этому. Добираться до аэропорта. Дождаться своего вылета. Выдержать несколько часов полёта. После найти глазами родного человека, налететь на него, словно смерч, снести его с ног. Лица Гона и Киллуа были бесценны, столько радости и счастья не было на них давно. Аллука тоже радовался, больше потому что это делал брат. Когда мальчишки вдоль навалялись и соизволили встать, теперь все трое обнимались и хотелось простоять так вечность. Насыщенно и очень быстро пролетела неделя. Мальчишки не замечали, как один день сменял другой от слова совсем. Но вот в город пришла не самая подходящая погода, из-за которой не стоит даже на улицу высовываться. Льют дожди, солнце даже не появляется ни на мгновение. Многим людям ничего, кроме как сидеть в своих квартирках, не остаётся. У Гона, конечно, было желание вылезти на улицу, но после минут двадцати веселья в одиночестве, ему пришлось вернуться. Аллука и Киллуа совсем сухие, изначально сидевшие в тепле, с неким превосходством смотрели на полностью промокшего Фрикса. Сразу видно одна семья предпочитают подождать, когда буря утихнет, а после спокойно пойти по своим делам. Разумеется Гона отправили сушиться и переодеться, после отпаивали чаем. Все вместе готовили, смотрели очередной нашумевший фильм, играли в настолки. Веселились в пределах квартиры как могли. Аллуке нравилось, а значит и остальных всё устраивало. Так прошёл день, а ночью словно второе дыхание открылось. Сначало стало скучно, поэтому младший из Золдиков решил поиграть в догонялки, которые очень быстро переросли и в бои подушками, и чисто какую-то охоту на одного Фрикса. Аллука и Килл гоняли Гона по всей квартире. Такая ночная активность точно должна была разозлить соседей, что сбоку, что снизу, да и сверху тоже, но по душу этих малолеток никто не пришёл. Вдоволь набесившись, наши уже порядком уставшие друзья приняли решение, что раз уже три часа ночи можно и спать пойти. Братья Золдики ушли в свою комнату, а Гону почётно достался раскладной диван, на котором спокойно могло уместиться два человека, так что жаловаться было не на что. Как только Фрикс смог нормально улечься, мозг как на зло подкидывал идеи, что стоит сделать завтра, а может вытащить Киллуа на тренировку? Вроде бы обещают и более менее нормальную погоду.

***

Незнакомая комната то-ли отеля, то-ли какого-то другого притона, за окном глубокая ночь, улицы освещают только фонари и гирлянды, в окнах многоэтажках давно не горит свет, за исключением пары квартир. Через открытую форточку проникает освежающий ночной воздух, который мало помогает выветрить сладковатый аромат жвачки, такой же сладкий, но более яркий запах масел... Они буквально пропитали и окутали практически всё в комнате, внедряясь в подкорку мозга. Гон лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, обвил её руками, иногда слабо сжимая. На нём, а точнее на его бёдрах, сидел Хисока и "массировал" уставшие мышцы подростка. Фрикс старался не нарушать своеобразную идиллию своими вздохами, но это не всегда получалось. Особенно когда руки колдуна "случайно" соскальзывали со спины, оказываясь в небольшом расстоянии от груди, а ногти болезненно царапали кожу и соски. Сама ситуация немного смущала, но как в ней возможно было оказаться, Гон совсем не мог понять или даже вспомнить. Странно. На память он не жаловался. В эту минуту и именно об этом мозг не хотел думать, настолько было хорошо. Сама атмосфера, запах, сводящий с ума, Хисока и его действия, близкий контакт их тел — всё это заставляло расслабиться, лишь изредка смущаться. Мороу делает всё достаточно медленно и то-ли недостаточно нежно, но и не грубо - в общем просто идеально! Последовательно разминая шею и плечи, после спускаясь всё ниже и ниже, и так по несколько раз. Но спустя какое-то время всё пошло не так, как ожидал Фрикс. Руки мужчины оказались на чужой пояснице, медленно, словно в первый раз, массировали её. Хисока спустился бы ещё ниже, но ему мешали шорты парня. Мешать может всё, а вот остановить ничего. Ладони скользнули под ткань, остановились на тазавых костях, болезненно сжимая кожу до такой степени, что там точно останутся следы от рук. Гон сразу же встрепенулся, опираясь на локти, оторвал голову от подушки, быстро повернулся, смотря на мужчину, как на самого настоящего сумасшедшего. — Хисока! Что ты делаешь!? — воскликнул парень, пытаясь хотя бы как-то оторвать от себя чужие руки. Мороу в свою очередь ничего не делал, то-ли недопонимая что-то, то-ли просто дожидаясь чего-то. Он лишь чуть-чуть наклонился к Фриксу, оставляя руки на прежднем месте. — Оу, тише-тише, Гончик. Чего ты так? Я же ничего такого плохого не сделал. Разве тебе больно? Или же тебе что-то не нравится? — насколько мужчине важна причина, предположить нельзя, скорее всего она даже не интересна. Наплевать. Он сделает всё по своему. — Давай ты с меня слезешь, и мы об этом не будем вспоминать, — выдохнув, Фрикс повернулся назад, положив голову и руки на прежнее место. Дожидаясь момента, когда старший уберёт свои руки, конечно, этого не сильно хотелось ему самому, ведь Хисока делал ему очень даже приятно, но так открыто приставать к себе, Гон не позволит, а терпеть тем более не будет. Это всё чертовски странно. — Гончик~ Ты уже забыл о своём обещании?) — странноватая улыбка расплылась по лицу мужчины, похоже он запомнил этото момент с каким-то обещанием. Парень не мог видеть его, но он чувствовал его взгляд на себе, который всё точно передавал. — Ага, — тихо прошептал Фрикс, ещё не смог ничего вспомнить, а язык уже сказал то, что так хотел услышать Мороу. Оставив одну из рук на прежнем месте, а другую положив на плечо юноши, опираясь на неё, мужчина прислонился своими губами к уху Гона. Тёплое дыхание совсем близко, лёгкий почти невесомый поцелуй, а после шёпот. — Чудно~ — парень слегка подскочил на месте, по его телу пробежали мурашки, ведь это слово было сказано прямо на ухо. Нет, не от страха, больше от неожиданности. Хисока легонько поцеловал чужой висок и решил продолжить то, что начал. Сейчас всё складывается так, как он хочет. Везение неиначе... Его любимый сделает всё, что только прикажешь, занимательная игра. — Малыш, расслабься~ Я просто сделаю тебе приятно, — короткое прикосновение собственных губ к шее Гона. — Хотя бы сейчас не беги от меня, — что творится в голове у Мороу, сказать сложно, даже невозможно. — Ты же не будешь сопротивляться? — подкрепляя свою беззаконность, спрашивал Хисока. — Н-нет, — неуверенно отвечает Фрикс. Его тяготит какое-то обещание, которое сам дал, теперь он должен исполнять то, что просит этот красноволосый чëрт, просто не сопротивляться... Ничего же такого? Да кого он пытается обмануть, себя и дальше не сможет обманывать. Его всё это начинает напрягать, но ещё больше смущать. Эти длинные пальцы на таком небольшом расстоянии от паха, начинают возбуждать. Возбуждение плюс страх дают вполне заметную реакцию тела: учащённое дыхание и биение сердца, усиленный приток крови, заметный на щеках, кончиках ушей, плечах, а так же чувствительность даже в каком-то контексте уязвимость. — Хороший мальчик~ — мужчине больше нечего бояться. Теперь его дальнейшим действиям подросток не будет сопротивляться, а если и попробует, банджи жвачка не позволит сделать это так просто. Угадает ли Гон на этот раз, в какой момент она оказалась приклеплена к нему? Рука Хисоки, служившая ему опорой, соскользнула с плеча парня, схватила того за подбородок, принуждая парня повернуть голову, даже выгнуться в спине. Мороу опять целует его в губы. Грязно. Проникает своим языком в чужой рот, кусает нижнюю губу мальчишки. Немного больно, но терпеть можно. Привкус собственной крови, чужой язык, который ведёт себя как полноправный хозяин, одним своим присутствием показывает где твоё место, да ещё к чему-то непонятный трепет и надежда на то, что это никогда не кончится. Фрикса выпускают из железной хватки, позволяют убрать голову обратно. Гон чувствует скованность в теле, а точнее в определённых местах, но не придаёт этому значения. Ему хорошо сейчас. Так пусть это растянется на более долгое время. Мороу не отрывает взгляда от тела перед собой крепкое и выносливое, но такое податливое. Мужчина выпрямляется, надеясь ещё немного помучить Гона. Невольно с губ слетают всякие слова, о том какой именно Гон, насколько сильно его не хватало ему. Теперь другая рука, которая ничего такого не делала, просто придерживала парня, оцарапав кожу, стаскивает с него шорты вместе с боксëрами. В Гоне просыпается желание, хотя бы немного сменить своё плачевное положение, просто видеть чужое лицо полностью, никак не изворачиваясь. Получить больше поцелуев и больше ласк. Он имеет на это право? В попытках расцепить собственные руки, отлепить от подушки, складывается такое ощущение, что даже пошевелить ими до локтей не получается, словно их склеили. Спасибо, Хисоке, что позволил почувствовать это так отчётливо именно сейчас. Мороу невольно смеётся, наблюдая за чужой беспомощностью. — В какой момент я смог это сделать? — злорадствует, не предлагая вариантов ответа, насмехается над тем, как он снова провернул этот же трюк, а мальчишка опять "ничего не понял". Фрикс не ожидал такой проверки, в таком месте разве они не достаточно близки, чтобы не устраивать друг другу такие подлости? Но и он уже не тот, ему не нужны подсказки, прекрасно всё осознаёт, — как только ты положил руку мне на плечо? — Гон не видел мужчину, но всём нутром чувствовал, что тот очень даже доволен таким ответом. — Может быть мне стоит начинать хвалить тебя за внимательность? — опять злорадствует, ставя себя выше парнишки. — Или ты слишком вырос для такого? — Хисока, катись к чёрту... — совсем тихо прохрипел Гон прямо себе под нос. — Прекрати уже издеваться! Начал так доделывай нормально. Не лепи из меня какую-то немощную жертву! Мороу посмеивается, привстаёт на колени, обхватывая ладанями Гона по бокам, двигает его немного вперёд. Парень интуитивно упирается коленями в матрас. Когда до Гона дошло, что его поставили в коленно-локтевую позу, ему стало самую малость беспокойно, даже по языку тела было видно. Ему казалось, словно на него смотрят как на какое-то глупое, никмëмное создание, которое способно хоть на что-то только из-за воли хозяина. От чего это так унизительно? Только лишь от ощущения свобстенной безпомощности в подобной ситуации. Он даже не видит Хисоку. Это бьёт гораздо сильнее, перебивая иные чувства. Мужчина кажется даже не придаёт этому значения, продолжает массировать бёдра и ягодицы. Мышцы парня и так напряжены, расслабить его таким образом не получится. Нежные поцелуи осыпают поясницу и спину, горячие губы Мороу точно знаю что делать. Изредка кусая чужую кожу, даже не до крови, сразу зализывая их, Хисока опускается ниже. Его язык вырисовывает причудливые узоры на загорелом теле, после проскальзывая между ягодиц. Мороу чуть раздвигает их, вылизывает кольцо мышц, дразнит круговыми движениями, медленно проникая внутрь. Вслушиваясь в тихие всхлипы и постаныванья, которые отчётливо разносились по комнате, всë-таки и такое Гону пришлось по душе. Прижимая парня за бёдра к себе, Хисока полностью погрузил язык в него, затем вынимая, но не до конца, повторяя так несколько раз. Фрикс на какой-то момент забыл вообще о возможности кричать или хоть как-то протестовать. Это было больше интресно, но странно. Необходимо закончить прямо сейчас. — Прекрати, — голос Гона наконец-то звучит уверенно и громко. Он еле как смог это высказать, находясь в таком смущающем положении. — А теперь пойми что это всё только твоё желание... — Черт... — проговорил Гон, просыпаясь в своей комнате совсем один, ему не нужно было заглядывать под одеяло, чтобы понять что с его телом. Поднявшись с кровати, парень быстро испарился в сторону ванной и засел там. Либо принять холодный душ, либо просто подрочить, выбор невелик... Ласкать себя с мыслями о Хисоке чертовски странно, но и так же приятно. Как потом в глаза ему смотреть? Да, проще забить или забыть, явно не стоит заморачиваться на счёт этого и того, что в мыслях Фрикс как минимум извращенец какой-то... А вообще если бы и Мороу парился так же как и парень, то не произошло бы столько смущающих моментов, начиная с самой первой их встречи, а заканчивая последней.. На утро Гон всё же решился выговориться, возможно даже попросить совета. Он заведомо знал, что это ему ничем не поможет, но хотелось обсудить это хотя бы с кем-нибудь. Собственные мысли давно уже пожирали его. Стоя у плиты и готовя яишницу, Фрикс начал не из далека, а сразу в лоб. — Киллуа, меня кое-что тревожит последние несколько месяцев, — слава богу мальчик мог скрыть свои излишние эмоции, пока Киллуа, сидевший за столом, прожигал его спину своим непонимающим взглядом. — Я испытываю смешанные чувства к одному человеку, я пытаюсь увидеть в нём что-то хорошее, может быть и надумываю, но радуюсь, как наивный дурак, когда замечаю что-то подобное в его действиях и словах... — Ты и есть наивный дурак. Я это кстати давно знаю! — перебил Золдик, но продолжил уже более серьёзно. — Ты не понимаешь, что испытываешь к этому человеку? — на всём лице была видна заинтересованность, рано или поздно такие темы начали бы всплывать между ними. А так у его вечно отстранённого от подобных взаимоотношении друга, что-то случилось. — Скорее всего, да, — Гон продолжал спокойно готовить, он говорил искренне, ничего не утаивая. — Из-за него, этого человека, постоянно приходится испытывать разные эмоции. Но я помню каким он был раньше, и это всё идёт в разрез с тем, что я сейчас замечаю и испытываю,— Фрикс отвлёкся от плиты и как-то с опаской развернулся, не понятно чего стоит ожидать, а стоило ли этот фарс, в целом, начинать? — Не силён я в подобном, но может хоть бы примерно расскажешь что чувствуешь? — вымученно выдохнул Золдик, надеясь лучше понять друга. — Это как-то странно. Я засматриваюсь на внешность этого человека, замечаю что он по своему прекрасен. А от его действий и слов я становлюсь каким-то не таким уверенным...робким? — Гон невинно улыбался, стало ясно, как минимум Киллуа, что не стоит слишком сильно переживать из-за этого. — "Бабочек в животе" не замечал случаем? — Золдик не отводил глаз от чужого выражения лица, замечая немного одобрительную реакцию, продолжил. — Или стеснялся при нём? — коментарии были излишни. Что-что, а шестирëнки в говоре белобрысого работали гораздо лучше, чем у одного балбеса. — Может было пару раз... Но мы и виделись не слишком часто! — Гон сложил руки на груди и по нему было видно, что ему с самим собой сложно быть честным, а с другом необходимо быть таким. Они никогда не врут друг другу. Киллуа довольно улыбнулся. — Вот и тебя настигла любовь! — уверенно заявил он, поглядывая в сторону Гона, подходя ближе. — Кались! Кто это девчонка?! — он перегородил путь Фриксу, лишь бы тот не сбежал от этого разговора. Гон моментально отвернулся назад, к плите, на которой красовался уже готовый завтрак и делать что-нибудь там, было просто не нужно. — Ну, ты чего? Неужели я её знаю?! — Киллуа уже с таким-то наивным детским интересом подошёл ещё ближе к другу, прям пялясь на него. — Его, — поправил Фрикс, мысленно укоряя себя за то, что вообще решил заговорить об этом. Знал же, что врать не сможет. Киллуа с минуту помолчал, но после непринуждённо продолжил, — Кто этот счастливчик? И знаю ли я его? Гон немного ошарашенный повернулся к другу, он, конечно, предполал, в этом не будет ничего страшного, но сомнения всё равно присутствовали. —Ты назовëшь его не слишком хорошим человеком, — мялся Фрикс, пытаясь хоть как-то подготовить белобрысого к небольшому потресению. — Мы с тобой тоже не ангелы, так что хватит юлить, отвечай нормально! — в подобные моменты терпения у Киллуа было меньше, чем у Гона извилин. Золдик невольно вспомнил свою семейку, по сравнению с которой большая часть планеты чистейшие и невинные души. Кем бы не был возлюбленный друга, стоит всё воспринять спокойно и с пониманием. — Хисока, — пролепетал Фрикс так спокойно и нежно? Приплыли, похоже действительно втрескался в этого чокнутого. Хотя кто из этой парочки более чокнутый Килл не решался уточнять. Сам Хисока или Гон, которому первый приглянулся... Но это естественно не его это выбор и не ему осуждать. — Пиздец... — единственное что сказал Киллуа. Он придерживает голову рукой, пытаясь вспомнить хоть что-то хорошее, что делал для них двоих и лично для самого Гона этот шут. Фрикс просто радовался, что его не прибили на месте и пытаются разобраться, лишь бы не рубить с плеча.