На другом конце вселенной.

Меня зовут Барри и я Тифонец, ну или разумный робот, проще говоря. Это моё 247 перерождение. Как я это понял? У нас у каждого на голове рядом с главным модулем энергоприемника есть площадки с информацией про нынешнее тело: где и когда собрано, какая модель, какие материалы и, самое главное, для кого и в какое перерождение. У большинства моих знакомых, да и впринципе у толпы в нашем секторе разбег значений от 230 до 280. Да и после пробуждения нас знакомили с этим. Я естественно не помнил, что к чему и как, но за первые 3 дня меня научили базовым знаниями. В новом теле я освоился гораздо быстрее сверстников, и уже на 4ый день меня представили совету УНП (управление новым пробуждением) как работоспособного, дающего оценку своим действиям. Мне дали маркировку на тыльной стороне головы, место работы, как и в прошлом цикле, и место пребывания внизу города в жилом секторе 17. Наш город — один из немногих муравейников-заводов, который расположен не на основании скал, а абсолютно посреди пустоши. Конечно, вблизи находятся огромные изрезанные скалы, но у их подножия располагаются огромные рудники по добыче песка и камня, а на вершинах нет ровных мест для основания поселения. Мы же изготавливаем тут металл и отправляем его в сердце Тифона — федерацию. Наша планета делится на несколько фракций: Федеративы — каста высших киборгов, которые решают дальнейшее развитие всего Тифона. Находятся в основном в главном муравейнике планеты — Танополисе. Галотивы — каста роботов, которые исследуют вселенную, занимаются научными изобретениями и прогрессивными технологиями. Мехотипы — простое рабочее большинство. Именно они добывают, перерабатывают, создают практически все, что требуется Галотивам и Федеративам. Кинеративы — каста боевых машин, которые имеют в своём распоряжении 40% планеты (в основном малозаселенной) и не идут ни на какие уступки. Им нужна только война. Их разум переродился с ошибкой, и теперь энергия, дающая ему силу, требует лишь огня. Мехотипы делятся на несколько уровней, но это не суть важно. Я просто рабочий в своей подпрограмме. Моя цель — следить за выгрузкой контейнеров жидкого металла. Наш рабочий цикл длится 1 производственную единицу, т.е все в нашей смене работают до тех пор, пока не будет готова поставка металла в Танопол… Внезапно раздаётся железный стук: — Барри, пошли, скоро открывается наша смена, мы должны быть на сдаче. И хватит уже царапать свои записи, их никто не читает. — Танополис… И тебе привет Вэл… Вэл — мой сосед по пристанищу и напарник по контролю разгрузки огромных монолитных контейнеров. И так начинается наш рабочий цикл. Пока мы в наших обителях, мы заряжаем энергоносители и постоянно пытаемся усовершенствовать свои тела и навыки, изучая прошлый цикл и все с ним связанное. Путь к заводу от нашего жилого сектора 17 не близкий, поэтому мы заранее идём на станцию гиперпровода — это сеть тоннелей, соединяющая все сектора с центральным заводом. Вэл не ценит моих записей, но я точно уверен, что они нужны. Когда заканчивается цикл одной смены, они сдают все оборудование, и мы обмениваемся номерами: на каждое место сдачи должен прийти определённый приёмщик. Завод никогда не останавливается: добыча и переработка происходит постоянно. Поэтому лучше не прерывать цикл своим отсутствием. Иначе можно получить критерий «брак» и тебя уничтожат… И вот так проходил каждый день: работа/зарядка/работа/зарядка. Но в один рабочий цикл случилось непредвиденное… На таких заводах-муравейниках не редки случаи поломок в оборудовании, но за ними пристально следят ремонтные дроны, напоминающие пчёл, чинят все до выхода из строя. Но на этот раз этого не случилось. Огромный кран, который перемещал из огромной плавильни контейнеры с жидким металлом на площадки выгрузки вверх по шпилю, внезапно пошёл под откос. Вэл заметил первым, как гнется громадная конструкция крана со всем оборудованием, как все крепежи повылетали от небывалой нагрузки, как самый прочный сплав начал деформироваться с таким скрежетом, что локаторы Вэла вышли из строя. Даже дроны из-за избытка сигналов ошибок начали сбоить и не могли вовремя все проконтролировать. Барри находился на контроле погрузки внизу крана, как раз под контейнерами, и поздно заметил гигантскую, летящую прямо вниз, многотонную конструкцию. Она рухнула на него, и казалось, он был обречён на уничтожение. Прибывшие на место огромные дроны контроля быстро разобрали завал и нашли сильно искареженного Барри. У него полностью раздавлены и расплавлены некоторые части тела и важные механизмы. Несмотря на полуразрушенное тело, он был ещё в сознании. Ему повезло, что не задело реактор в голове и он смог сохранить сознание. Но жизненные показатели были крайне низки… Его моментально отправили в ближайший цех ремонта…