Может, у них получится?..

—Раз… Боль. —…получила 4… — девушка смотрит на ляшку, на которой образовался порез, свежий, с вытекающей из него алой жидкостью. Смотрит на него, потом обводит взглядом и другие порезы. Есть разные: свежие, едва затянувшиеся, давние, ставшие просто белыми полосами, а среди них выделяется этот самый кровоточащий, кровь с которого сейчас стекает вниз по бледной коже, к промежности, пятном растекаясь на трусах. На ляжках места уже нет, резать порезы поверх она не будет, ведь к этому она прибегала уже около пяти раз, и каждый раз они получались глубже. В последний раз она с трудом смогла остановить кровь, это заняло около 15 минут. Намного дольше чем обычно, а учитывая то что это время она потратила только на 2 пореза, а обработать надо было ещё около 15, она чуть переживала. Особенно с учётом того что она делала это в районе 6:30, а выходить ей надо было в 7, то это была достаточно трудная задача. В итоге тогда она просто положила хер на это, положила вату, перебинтовала клеющимися бинтами, которые не протекают, натянул чёрные брюки, и пулей пошла собираться. В итоге она подошла к месту в 7:20, и извинилась перед подругой, которая ждала её 5 минут. Мда, геморное вышло утро, но, к счастью, подруга не злилась. «Ну чтож… Рискнём руками» — подумала девушка, и посмотрела на запястья. На них тоже всё не так хорошо, как хотелось бы, но лучше, чем на ляшках. Они достаточно тонкие, почти такие же бледные как ляшки. Некоторые вены на них слегка выпирают, сквозь кожу на них можно было разглядеть синие «трубочки», по которым текла кровь. —Два… Боль. Боль. Теперь уже по запястью стекала кровь, капая на голубую простынь. «Хорошо что есть наматрасник…» — проносится в голове. А ещё хорошо, что дома нет никого кроме неё. Родители ушли каждый куда захотел: по словам отца отметить какой-то праздник у друга, по словам матери к подруге отдохнуть от повседневной рутины. Но Рита знала, что оба врут, причём досконально. Отец ушёл к любовнице в бордель. Откуда она знает к кому? Она сама слышала как они ебутся в их с мамой спальне, говоря ей всякую блювотно противную дрянь, по типу: «У тебя самая прекрасная пизда из всех которых я ебал.» или: «Твоё горло такое глубокое, готов трахать его вечно» и всё это сопроваждалось громкими стонами этой шалавы, а так же её возгласами по типу: «Да, папочка!» или: «Я буду самой покорной шлюшкой которая у тебя была!». Грёбанная сутенёрша. Откуда она знает куда? Всё просто, эта паскуда отводила её туда. Заставляла ебаться с хер-пойми-кем. Так потом ещё и выпорола её за то что та плакала. Слава Богу та быстро потеряла к девочке интерес. Мать тоже хороша, она уехала к любовнику, только в отличие от "шалавы" этот мужик был нормальным. Он её почти как дочь родную любил. Предположительно он пригрозил "сутенёрше", что если та продолжит лезть к Ритошке, то "пусть пиняет на себя". Он задаривал её подарками, покупал ей вкусности: конфеты, шоколад, чипсы и т.д. Короче, мать ахуенно выбрала мужика, не поспорить. Нет, Рита не одобряет этого. Но когда родной отец относится к тебе как к дерьму, то, лично для неё это исключение. Может возникнуть вопрос "А зачем она режется, это ведь не решает проблемы?", а она так себя наказывает. За оценки, за ненужные эмоции на людях, за то что не оправдала собственные ожидания, в общем, за всё за что посчитает нужным. Нет, она "наказывает" себя не только так: она голодает, она принимает душ из кипятка (хотя это её больше расслабляет), участвует в драках, и не важно что у неё будут серьёзные проблемы, отсиживает ВСЕ уроки, вне зависимости от своего самочувствия и тому подобное. Больно? Да, очень. Но остановится она уже навряд ли сможет. Уже привыкла. Это, можно сказать, зависимость. Однако, зависимость от алкоголя или от сигарет на фоне этого, возможно, может казаться пустяковой. Страшно? Да, очень. Она боится не того что не вывезет и умрёт, нет. Она боится навредить близким.Она много раз говорила чтобы те не волновались за неё, некоторых даже приходилась убеждать в том что она ела, то что спала и всё такое. Они не знают что она режется, и слава Богу. И ведь умудрилась она найти двух людей которые на неё похожи... Ну, об этом попозже, сейчас о другом. —...шесть... — она уже перешла на предплечье. "Бля, на нём тоже места мало... Ну, в таком случае..."— подумала она, и начала снимать футболку (Руки на стол. Это стекло, а не порнуха. Тем более ей нет 16.) Если бы у неё был партнёр, то когда он увидел бы её грудь, ахуел бы по полной программе. Почему? Она у неё, блять, вся в порезах. Не тронуты только соски, но это, кажется, только вопрос времени. Она уже поднесла лезвие концелярского ножа к грудине, как тут раздался звонок. "Христом Богом прошу, только не по видео..." — мысленно просила она, и её просьбы были услышаны. Звонит её подруга - Настя. "Надо сделать голос типо я только проснулась" —Алло?.. — голос действительно звучал как будто её разбудили. Актриса, бляха. —Рит? Ты в норме? Всё хорошо? — голос как на срыве, она в панике. Опять её сраное чувство... —Не кричи, блять. Глушит сильно. Ну, если не считать то что меня в 2 часа ночи разбудили, так ещё и заорали прямо в трубку, то конечно. — ну, думаю вам и так понятно что она пиздит, причём люто. —Фух.... — выдыхают на том конце трубки, значит пиздёж удался, — тогда хорошо. Извини что потревожила, спокойной ночи. —Угу, и тебе того же. — и сбрасывает звонок. Устало потирает переносицу. Она, конечно, обожает всех своих друзей, но иногда они очень сильно её бесят. "Ну вот, какого хуя Настя всегда звонит в такие ненужные моменты?!" Девушка с силой ударила кулаком в стену, затем ещё, ещё и ещё раз. Взглянула на руку. Кровь. Она снова разбила костяшки кисти в кровь. Перевела взгляд на стену, конкретно на растекающее кровавое пятно, которое, судя по всему, придётся отмывать перекисью. "Мда, треш" - эту фразу она спиздила из орсенала Ви, с которой она подружилась в раздевалке, когда у их классов была совмещёнка, а у них двоих освобождение. —...восемь... - в голове что-то будто щёлкнуло, она встала с кровати, и пошла одеваться. "О нет нет нет... Я надеюсь он не собрался... Да ну не... Он бы предупредил... Ведь так?.. Лучше проверить..." Она надела самое обычное: футболку "Похуй на порезы, нормальные люди спят, а ненормальным на меня насрать", шорты "Тоже самое", лифчик она надевать не стала, ибо смысл? Он уже видел её в одном лишь лифчике, так что если она будет без него, но в футболке, ничего не изменится. Тем более она не знает что он задумал, это может кончится очень плохо. Наскоро она собрала всё нужное в руки: клеящиеся и обычные бинты, вату, спирт, успокоительные и, на всякий случай, сигареты. "Если успокоительные подействуют не так сильно как надо...." Быстро вышла в коридор, надела кросовки, открыла дверь, и пошла вверх по лестнице, не забыв закрыть дверь. Первый пролёт Второй Третий Четвёртый Вот она уже на нужном этаже. Подходит к двери, прислушивается... Слышатся звуки, судя по всему из ванной. Она стучит, в специальной манере два раза проведя ногтём по металлической стороне двери. Всё затихло... А, нет. Слышится тихое, явно хриплое дыхание. "Хороший слух одновременно и дар и проклятье" — думает она, и решает дёрнуть ручку. Дверь не заперта, на удивление. Похоже, его мать опять забыла закрыть дверь. Мда, пьющий родитель - горе в семье. Она спокойно проходит внутрь, но тихо, будто боясь спугнуть. "Дыхание слышится, значит он живой..." — она чуть успокаивается, но не полностью. Заглядывает в комнату, которая и являлась ванной. На полу, поджав колени к груди и обняв их, сидел пацан, утыкая лицо в эти самые колени. Его плечи дрожали, кудравые волосы до середины головы были слегка влажными. На нём были футболка и шорты, из под коротких руковов, пропитанных кровью, стекали алые капли. Запястья были покрыты порезами, кровь с которых стекала на пол, каплями растекаясь по кафелю. Судя по красным пятнам на шортах, досталось не только рукам, но и ногам. Девушка внимательнее пригляделась к запястьям. Кроме не очень длинных и не очень глубоких, её внимание привлекли другие, на стороне ближе к венам. Они были длинные, идущие от локтевого сгиба, заканчиваясь на середине пути до кисти руки. Точно такое же и на второй руке, но чуть не аккуратнее, делал левой рукой. С этих порезов кровь не просто струйкой стекала, она практически лилась оттуда. Вот это её и пугает. Страшно было и ему. Он сам не знал почему. Просто ему страшно, больно, обидно. На данный момент, он ревел уже часа 3-3,5, глаза болели просто ужасно, и он был уверен что выглядел он до нелезя жалко. Просто ужасное чувство. Особенно осознавая кто стоит в дверях ванной. Ему было бы плевать если бы это был кто-то из соседей, или даже его мать, но она... Ему было стыдно предстать перед Ритой. Он боялся поднимать взгляд, а поток слёз просто не останавливался, как бы он не пытался заставить себя прекратить. Ужасно. Просто ужасно. Рита смотрела на это глазами полными сожаления, жалости, и... Слёз. Но она, в отличии от Серёжи, была в состоянии остановить "лишние" эмоции. Успокоившись за 30 секунд, она на слегка дрожащих ногах подошла к парню, который всё так же сидел у ванной, не поднимая взгляд, села на колени, подогнув ноги под себя, она положила все предметы на пол около себя, и протянула руки к Серёже, к голове, начиная гладить за ушами. Работает, он потихоньку успокаивается, но голову так и не поднимает. —Ты чего? - спрашивает она, подсев плечом к его плечу, приобнимая его и прижимая к себе. — Тихо, тихо... Ты ведь знаешь, мне можно доверять... Подними голову и посмотри на меня... — о да, он знает это, но всё равно не поднимает её, ему стыдно. Он хочет спрятаться от её глаз, но одновременно хочет прижаться к ней, и наконец вылить всё что у него на душе. Но он не может. Не может себе позволить даже заговорить об этом, поэтому они и не выговариваются друг, другу, просто говорят обо всём на свете, но не о порезах, не о страхах, не о чувствах. Эти темы у них считаются запретными, и говорить о них можно почти никогда, но, похоже, сегодня им предстоит о многом запретном поговорить. Рита же в свою очередь останавливаться не собирается, она продолжит успокаивать его, и не важно как долго это продлится, хоть до завтрашнего утра. —Ну, Серёж... Посмотри на меня... — она поднимает своими руками его голову, он на секунду сопротивляется, потом поддаётся. Они смотрят друг другу в глаза, молча. Как не странно, Сергей быстро успокаивается, он больше не боится смотреть ей в глаза. Конечно, без её способности не обошлось. Дальше для него всё сливается в однородный комок чего-то серого, из чего воспоминания толком не построишь. Но мы то с вами не Серёжа, мы можем это посмотреть. Рита взяла вату и спирт, сначало она хотела вылить спирт ему прямо на порезы, но до неё вовремя дошло, что так делать не стоит, ибо он не она, и если она к такому привыкла, то он уж точно нет, по этому налила его на вату, начиная обрабатывать его порезы. Их было пиздец как много. Но этот навык у неё прокачен, и справилась она достаточно быстро. Единственная проблема возникла только на тех двух глубоких порезах, у них было труднее кровь остановить, но дело было сделано. Только сейчас она заметила что Серый всё это время сидел неподвижно. —Ээй, Серый, ты чо? — спросила она его, щёлкая пальцами перед его глазами. Он отреагировал на это, слегка вздрогнул, сказал что всё нормально. Теперь его очередь замечать. Он заметил что: 1. она без лифчика, он, конечно, видел такое не раз, но покраснеть это заставило; 2. у неё тоже порезы, с которых ещё херачит кровь. —У тебя там... — он не успел договорить. —Я знаю. — коротко сказала она, собрала свои вещи, встала, протянула ему руку, — Ко мне пойдёшь или дома останешься? —К тебе. — он принял предложенную ему руку, встал, и они вместе пошли к ней. Им обоим определённо есть о чём поговорить, но об этом мы навряд ли узнаем

~конец?~

________________________ Эй, ты, да, ты! Хочешь продолжение их истории? Скажи что ты думаешь о том чтобы я написала продолжение их истории и отношений.... Всё, я ухожу в закат...