может быть

вечнозелëный царь лесов восстал из детских чудных снов. он так высок и так могуч, что пред собой не видит туч. земля ему — родная мать, что может отдавать и брать. вода слезами проливными, хрипя, всë глазками чужими, покрову ночи будет шаль, а дню чудовищная паль. правитель ветками раскинет, хоть сотня лет тогда уж минет, сомненья снимет как рукой, целуются столбы с листвой. летит газета в небеса: увидеть космос, полюса. задали иглы уж тона, хлебнули путники сполна. осели чинно под стволом. нашли свой первый светлый дом. но в горле ком — пчелиный рой. эмоции теряют строй. она же пленница его, темнóта мага своего. а он в неë теперь влюблëн. глазами в уголь превращëн. хоть вëл еë к корням в съеденье, к царю с мечами в упоенье. чтоб тот насытился — душа. втянул еë в себя дыша, а коли станет вырываться или без памяти кусаться. любой заявит ей пророк, какой тогда гридëт итог. вонзится в тело тут игла, и крикнет кровь смирясь — пора. еë в уплату маг принëс, глаза его пьяны от слëз. зато он будет вечно жить. и, может быть, еë любить.