Честное пионерское

- Леонард, я… - говорит Павел, стоя на коленях. Врач тихо матерится при виде собственной раны в груди и произносит: - Мне очень жаль, парень… - ему удается накрыть своей ладонью его. Павел качает головой. Рука поверх его ладони очень холодная. Павел в панике. - Нет, - шепчет он, дрожащими пальцами он пытается зажать рану, чтобы остановить кровотечение. Врач шипит от боли. - Парень… Павел, не надо… - слабым движением руки он заставляет мальчишку посмотреть на него. Павел напуган куда больше, чем сам Леонард. - Прекрати, Павел, не надо, - повторяет он. Павел вновь качает головой, и светлые кудряшки падают ему на глаза. - Ты не можешь умереть. Не так. Только не так. - Парень… Павел всхлипывает, но не плачет, изо всех сил держит себя в руках. - Не должно было так случиться. Не так. - Я знаю, милый. Но ничего не поделаешь… - Нет, не говори, что ты готов умереть. Никто не готов к смерти. Два месяца назад он сказал бы, что готов умереть. Но сейчас, понимая, что он любит Павла, он не готов. - Нет, я не готов. Мне страшно. И я не хочу оставлять тебя. Я не хочу, чтобы ты остался один на этой консервной банке. Но думаю, что тебе будет лучше здесь, чем мне там, куда я отправляюсь. Слезы капают с длинных ресниц Павла, он еще сильнее сжимает руку Леонарда. - Без тебя? Нет. Леонард еле заметно кивает, а слабой рукой пытается вытереть Пашины слезы. - Павел, ты так прекрасен. Как ты можешь думать, что не сможешь жить без такого старика, как я. Павел всхлипывает еще раз. - Я люблю тебя. Леонард уже не может ответить. И никогда не сможет. *** - О, Чехов. Привет. С чего вдруг решил позвонить? Печальный голос капитана звучит устало. Павел догадывается, почему. После тех событий, как только «Энтерпрайз» вернулся на Землю, Павел тут же улетел в Россию. - Капитан, я… - Джим. Мы не на корабле, Чехов, - мягко напоминает Кирк. - Именно поэтому я и звоню. Я ухожу в отставку, - произнося эти слова, Павел задумывается, насколько грустно звучит его собственный голос. На том конце провода тишина. - Я не могу позволить тебе… - Капитан, пожалуйста… - Ты самый квалифицированный навигатор из всех, кого я знаю. Теперь Джим понимает, почему Звездный Флот не одобряет неуставные отношения. - Мой падд у Сулу. Прощайте, капитан. Павел заканчивает разговор и плачет. Спустя какое-то время в комнату заходит мать с чаем и печеньем. Она заставляет Павла сделать пару глотков и съесть печенье, а потом успокаивает Павла, шепча по-русски и поглаживая его плечи. Паша не выдерживает и роняет голову ей на колени. Она перебирает пальцами его кучеряшки и продолжает шептать, переходя на английский язык: - Всё будет хорошо, Пашенька. Вот увидишь. Ты скоро снова вернешься в космос, к своим звездам. Павел закрывает глаза. У него нет сил исправлять ее ужасный английский. *** - Паша, тут к тебе пришли, - говорит мама и, добавляя что-то еще на русском, открывает дверь в его комнату. Павел стонет, но заставляет себя привстать на постели. В дверях стоит Хикару, его слегка трясет от холода. Кажется, он не был готов к суровой русской зиме. - Хикару, - хриплым от слез голосом произносит Павел. – Chto… что ты здесь делаешь? Хикару поднимает взгляд и пытается улыбнуться. - Кирк рассказал мне о вашей последней беседе. Хотел проверить, в порядке ли ты. Павел переводит взгляд на мать, все еще стоящую у двери и настороженно рассматривающей гостя. Она не поняла ни слова из речи Хикару. Павел быстро говорит ей что-то по-русски и качает головой, мать так же отвечает и исчезает за дверью. - Я в порядке, - говорит Павел уже для Хикару и кивает ему на диван. Сулу садится на край, а Павел пристраивается на противоположном. – Мог бы просто позвонить… - Тебе не стоит уходить с корабля, Павел. Я помню, что в самый первый день в Академии, когда тебе было всего четырнадцать, ты сказал мне, что готов отдать всё, лишь бы летать среди звезд. Ты не должен отказываться от мечты. - Всё меняется, - просто ответил Павел. - Парень, я пытаюсь… - Остановись, Хикару. Пожалуйста, не надо, - он переходит на шепот, поглубже зарываясь в одеяло. Сулу вспоминает, кто еще называл Пашу «парнем». - Павел, мне очень жаль, - мягко произносит он, проводя рукой по темным жестким волосам. – Просто не хочу, чтобы ты отказался от всего, что так сильно любишь. Павел закрывает глаза. - Спроси меня еще раз через год. И Сулу уходит. *** - Паша, тут к тебе пришли, - зовет мама, и Паша встает из-за стола. В гостиной он видит Сулу. Тот пришел, как и обещал, год спустя. - Ты сам сказал спросить тебя через год… - начинает Сулу. - Я не могу. Без него я не могу, - акцент Павла стал еще сильнее, и Сулу понимает, что Павел сильно обрусел за последние месяцы. - Но тут кое-что выяснилось и… - Нет. - Может, ты меня выслушаешь? - Хикару… - Павел. – Это другой голос, такой знакомый, такой родной. С легким южным акцентом. Внезапное тепло окутывает Павла, словно июльское солнце посреди зимы. Павел поднимает глаза и ищет того, кто позвал его по имени. Леонард. Леонард, замерзший (не меньше, чем Сулу) Леонард стоял чуть позади Хикару. Он выглядит очень виноватым. - Привет, Паша. Павел долго смотрит на него, а потом гнев вдруг искажает его веснушчатое лицо, и он бросается вперед к Леонарду и резко бьет его кулаком по скуле. Это не сильный удар, но для Павла это было пределом. Леонард отшатывается назад, но не уклоняется. - Я заслужил это, - признает Леонард, но Павел перебивает его, крича на предельно высоких нотах. - Как ты мог? Как ты мог меня бросить? Как ты посмел вернуться после того, как умер? Хикару удивленно отмечает, что Павел действительно обрусел за последний год, его изуродованная более чем обычно акцентом речь сейчас перемежалась отборным русским матом. Леонард молча стоит и стоически принимает всё это, потому что заслужил. Пашина мать кричит что-то из кухни, и гнев Павла вдруг тает и растворяется в печали, он обессилено падает на диван и плачет. В одну секунду Леонард оказывается рядом с ним и нежно обнимает. Павел тянется к его груди, и его слезы впитываются в рубашку врача. - Ты же умер. Я сам видел. Ты умер у меня на руках. - Я знаю. Мне очень жаль… - произносит он, целуя парня в лоб. Павел успокаивается и не сводит глаз с Леонарда. Он понимает, что не хочет сейчас знать, почему так всё вышло. Он просто вытягивает шею и целует Леонарда. А Леонард целует в ответ, восполняя всё, что они упустили за время разлуки. Сулу берет пальто и тихо уходит, понимающе улыбаясь сияющей матери Павла. Павел с трудом отрывается от Леонарда. - Никогда так больше не делай. Никогда. Ясно? - Не буду. - Обещаешь? - Честное пионерское.