От чего всего боятся оримкуйрыки?

Настал вечер. Трёх новых и особенных существ — человеческих детей оримкуйрыки — поприветствовали и дали им место в доме. Они в первую очередь сели в удобное место, пили-ели и рассказывали свои истории: откуда они, как пришли в этот мир и многое другое. Дети во время чаепития обнаружили, что одной из их подруг тут нет, искали глазами и слева, и справа. Отсутствие подруги заметил и друг-оримкуйрык, он пошёл искать её в комнате, которую они дали человеческими детям. Войдя в комнату в поисках девушки, он сразу издал громкий крик, словно его душа была в его глазах. Все сидящие внизу на чаепитие тотчас поднялись наверх, на крик, вошли в комнату и увидели мальчика с закрытыми глазами, его руки закрывали уши, а хвост в испуге был спрятан за ним. Он стоял в дверях, не проходя в комнату, но и не уходя в сторону. Они оглядывали комнату, задаваясь вопросом: «Что с ним случилось?», и вскоре закричали, находясь в шоке от увиденного. Старуха-оримкуйрык потеряла сознание, мать-оримкуйрык подняла свою малютку, закрывая ей глаза, и в шокированном состоянии ушла в другую комнату.Тетя-оримкуйрык немедленно спустилась на первый этаж, чтобы принести что-то. Человеческие девочка и мальчик, что стояли позади них, посмотрели на подругу, сидевшую посреди комнаты, распустив волосы. Она, с трудом пытаясь почистить белый свитер от волос и расчесывать волосы, так же была сбита с толку от происходящего. Вскоре пришла оримкуйрык-тётя с бинтами и лекарствами и нанесла специальное масло на растрепанные волосы девочки, а затем принялась обматывать их повязкой. — Тетя, тетя, что вы делаете? Почему вы взяли бинты? — удивленно спрашивала девочка. Тётя-оримкуйрык посмотрела на неё напуганно-шокированными взглядом и сказала: — Ты умираешь! Ты теряешь кровь, понимаешь?! Ты хотела совершить самоубийство?! — кричала она громко. И девочка, распутавшая свою косу, и девочка и мальчик, стоящие на пороге, посмотрели на тётю странно-удивленными взглядами. Умирает ли человек от распущенных волос? Если да, тогда мы давно умерли бы. После этого девочка с взлохмаченными волосами отошла от тетки, а оримкуйрык-тетя вздрогнула. Девочка, стоящая на пороге, продемонстрировала свой черноватый лоб: — Тетя, не надо обматывать бинтом, у меня ничего вообще не болит. Наши волосы не чувствуют ни капельки боли. Даже если мы сострижем их полностью, то никак не умрём. Успокойтесь, идите в ванную и придите в себя. Вместе с ним, — указала она на своего оримкуйрык-друга, сидящего в углу. Тётя-оримкуйрык долго смотрела широко раскрытыми глазами на волосы девочки и на волосы детей, которые спокойно смотрели на происходящее. Потом взяла собой оримкуйрыка, сидящего в углу, и вскоре они вышли из комнаты. Дети обменялись взглядами. Они не понимали, почему они так испугались. Не было ни единого предположения. — Кажется, я поняла, — высказала смуглая девочка свою задумку. — Для нас, людей, волосы — это омертвевшие клетки. Их волосы более плотные, густые. В отличие от нас, они чувствительные. Возможно, волосы являются продолжением их тела, поэтому внутри них своя кровеносная система и всё в таком духе. И теперь, представь, твои распутанные волосы для них как… Подумайте, — сказала она и посмотрела на друзей. Они долго смотрели в угол, сначала ничего не понимая, но потом их глаза широко открылись от понимания ситуации. Они пообещали больше не «резать» волосы перед оримкуйрыков. Интересно, но даже мальчик среди них тоже дал обещание, как будто он хоть раз отращивал волосы хотя бы средней длины. Хәх.