Красные нити

Комурасаки по обыкновению стояла на лужайке и разминалась. Правда, в этот раз в руках она держала какой-то шар — перекидывала его из одной руки в другую, вращала на кончиках пальцев, ловко катала по плечам. Годжо этот шар показался смутно знакомым. Наконец Комурасаки обратила на него внимание и помахала, подзывая ближе. Когда шаман подошёл ближе, она легонько тряхнула шар, состоящий из пластин. Тот развернулся с треском, и Годжо ошарашенно распахнул глаза. — Узнаёте? — улыбнулась девчонка. — Его зовут Гаруда. Конечно он узнал его. Сколько раз пытался допытаться у Цукумо, выведать где она его подобрала. Пластинчатое тело щёлкало, продолжая крутиться, и в конце концов распрямилось. В руках Комурасаки Гаруда был похож на посох из множества каменных звеньев. — Это Гаруда. Проклятый дух, которым пользовалась Цукумо Юки. При имени хозяйки дух задрожал и завертелся быстрее. Девчонка кивнула, как бы подтверждая слова Годжо. — Когда-то Гаруда был посохом, что создал Масамунэ. Но так как работа над ним не была завершена, то после смерти кузнеца он стал духом, несущим в себе последние частицы души Масамунэ. — Как он оказался тут? — Сюда попадают все орудия, созданные Масамунэ, когда им приходит конец. Приручить такие орудия может либо потомок Масамунэ, либо кто-то чья воля была такой же как у создателя. У неё получилось его приручить. Поэтому он сейчас грустит… — Почему? — Цукумо Юки погибла. Тенген-сама почти слился с Кэндзяку. Вам нужно спешить. Его словно ударили под дых. Цукумо? Бескомпромиссная, сильная, волевая Цукумо? Комурасаки же продолжала: — Гаруда — лишь отзвук того, чем был раньше. Но и этой капли достаточно, чтобы пробить дверь наружу. Что? О чём она? — У меня получилось связаться с вашими друзьями. Через десять минут я смогу ослабить барьер, и если мне поверили, то снаружи они тоже смогут продавить границу. И вы сможете выйти наружу. — Почему ты так в этом уверена? — Красные нити… — девушка грустно улыбнулась. — Я чувствую всё, что происходит в этом месте. Слишком много людей надеется на вас, на ваше возвращение. Слишком многие верят в вас, слишком многие ненавидят вас. Но ещё больше тех, кто желает вашего возвращения, и кто тоскует по вам. И чем дольше вы тут находитесь, Годжо-сан, тем сильнее разрушается Царство. Вы привязаны к внешнему миру слишком сильно, ваши ученики и ваши друзья ни за что не дадут вам остаться тут. Я лишь могу вас немного подтолкнуть. — Но как же ты? Что если после моего ухода разрушение не остановится? — Оно остановится и запустится процесс восстановления. Я умею пользоваться обратной техникой и смогу подлечить и себя, и Царство. Правда сможет ли она вынести одиночество снова? Вот в чём главный вопрос… Но она отогнала эту мысль и ободряюще кивнула Годжо. — Вы готовы? Тот лишь кивнул. Кимико взмахнула Гарудой, что мгновенно выпрямился, превращаясь в посох. Девушка нараспев произнесла заклинание и воткнула посох в землю, отчего по брусчатке разбежались трещины. Всё Царство прошила судорога, кусок здания опасно накренился… Девчонка повернулась к Годжо и протянула ему небольшой свёрток. — Я не хочу, чтобы это принадлежало им. Заберите его, хорошо? Годжо растерянно кивнул. Раздался гул и рокот приближающейся лавины. — И я бы хотела познакомиться с вашими учениками… Мне кажется, они замечательные… — Заберите его, пожалуйста… Рокот нарастал, становился всё ближе. Их накрыло какофонией света и звука, да так, что Годжо зажмурился. — …СЕЙ! СЕЕЕНСЕЕЕЕЕЙ!