Light sleep

Акк ворочается с боку на бок, когда внезапно в комнату врывается горячий ветер, и парень лениво поднимается с места, чтобы закрыть окно, выстраивая не совсем надежную, но единственную на данный момент преграду, способную отделить небольшую душную коробку общежития от шума и суеты города. В следующее же мгновение, как только голова касается нагретой подушки, жар тревожно впивается в кожу, отчего Акку в который раз за эту тяжелую ночь приходится встать с целью открыть окно. Через некоторое время ему все же удается заснуть. Как только парень забывается поверхностным, чутким, беспокойным сном, яркие картинки тут же вспыхивают стробоскопом на обратной стороне век. Ему снятся глаза Айяна. Его лицо, его тело. Ай хватает чужое запястье, и Акк инстинктивно хочет вырваться, но не может и пошевелиться: даже во сне он не властен делать то, что желает. Может лишь наблюдать, как другой тянет его руку к животу и позволяет горячей ладони лечь сверху, лишь чувствовать, как парень вдыхает и выдыхает, разрешает пальцам касаться все ниже и ниже. Ощущение на кончиках пальцев с одежды сменяется гладкой кожей. Взгляд Акка задерживается на неожиданно бледном животе Айяна; он наблюдает, как собственные пальцы блуждают над буквами, которые однажды ему довелось увидеть лишь мельком. Ай наклоняется ближе к чужой щеке, и медленное, глубокое, мягкое, но дерзкое "touch me" срывается с губ, пока поток горячего воздуха в самое ухо посылает пронизывающих насквозь мурашек от поясницы до шеи, покалыванием добирающихся до затылка. Touch , สัมผัส . Касание. Тепло и пылко, совсем как горячий полуночный ветер. "-ch" в конце английского слова прозвучало таким неглубоким, будто Айян мягко успокаивает парня, просит быть тише. Но каждая частичка чужого тела кричит. Кровь вибрирует в сосудах, а сердце громко колотится, отдаваясь барабанной дробью в ушах. Когда палец Акка давит на букву маленькой татуировки, ему кажется, что он касается самой личной, самой интимной части тела человека напротив. Может быть, для Айяна это ничего и не значит. Скорее, это ахиллесова пята Акка, и он гладит плод своей больной фантазии, мягкий и слишком хрупкий. Кончики пальцев снова надавливают, горло дергается, когда Акк сглатывает, и Ай издает знакомый смешок. Парень вскидывает голову на звук, встречаясь глазами с парой бесстрашных глаз напротив. Айян медленно приближается и выдыхает на ухо, усиливает хватку на запястье, опуская ладонь Акка еще ниже, пока- Он просыпается с трепетом и стыдом. И трепет испаряется быстрее стыда. Акк вглядывается в темную спальню, накопившаяся сонливость, полночи давившая камнем на разгоряченную голову, исчезает следом. В конце концов ему приходится встать, чтобы умыться. Выключая кран, он смотрит на растрепанное отражение в зеркале и впивается в собственные глаза, будто ищет там чьи-то другие. Незаметно ладонь зависает над животом. Медлит. И, как учил его Айян, касается, опускаясь все ниже и ниже. (Касайся себя так, как хочешь касаться другого). Акк приходит в себя, испуганно отдергивает ладонь и возвращается в постель, но чувство стыда и смущения накатывают с новой силой, отрезвляя окончательно. Очередная бессонная ночь.