Гниение души

Оказавшись в ловушке, единственным решением было срочное отступление. Через густые леса, не оглядываясь, Итер бежал без остановки. Когда же дыхание спёрло, упал на колени и стал жадно хватать ртом воздух. В глазах всё плыло, а живот был уже вот вот готов вывернуться наизнанку. Спину пронзило копьё. Оно прошло насквозь и застряло в стволе дерева. Путешественник дрожащими ладонями обхватил копьё, но застыл смотря в землю. Из раны обильно выливалась кровь. Трава окрашивалась в красный цвет и слегка поблёскивала. —Я уже думал убежишь.— На плечо легла грубая ладонь, которая теперь удерживала, чтоб тот не мог пошевелиться.— Ты будешь моим особым экспериментом. Лицо закрыла смоченная в этиловом спирте тряпка. В глазах то мутнело, то снова возвращалась резкость зрения. Теперь же какая-то эйфория напала на него. Руки сами потянулись к сквозной ране, но через секунду онемели и опали на колени. Дальше он ничего не помнил. Проснувшись на железном, залитом кровью столе, путешественник в панике дёргался, изнемогал, но кожаные ремни крепко привязывали тело к поверхности. Ремней было пять: один обездвиживал голову, два ноги и ещё два туловище с руками. —В первый раз очнулся в бреду, что-то бормотал и снова свалился, а сейчас снова. Не будешь больше засыпать?— В углу на старой табуретке сидел доктор, ехидно скалил зубы и пристально вглядывался в Итера. —Дотторе! Где я?!— Сейчас он лежит в полубреду полностью беззащитный и беспомощный перед врагом. И только сам доктор мог знать, что будет дальше.— Почему я здесь!? —Да или нет?— Мужчина подошёл к столу, окинул взглядом всё стоящее на нём, аккуратно взял шприц с прозрачной жидкостью и опёрся о поверхность, что поблёскивала от мигающего света ламп. Большим пальцем слегка надавил на иглу. Вокруг иглы наворачивалась кровь. Болезненный смешок и Дотторе передёрнуло. Последовало молчание. Слышно было только частое дыхание Путешественника, который изучал доктора. —Конечно, нет!.. Что ты..— Ответ был, конечно, ожидаем. Какое-то безумие воспылало на его лице. Игла до основания впилась в большой палец. Дотторе пытался сдержаться, но через пару долгих секунд залил камеру истерическим смехом, после чего стал задыхаться. —Так... Аха... даже веселее будет! Я рад, что ты выбрал именно такой вариант!— Он вздрогнул, на мгновение притих и даже замолчал, а затем стряхнул руками, так что инструмент упал на мокрый пол, состоявший из пластин ржавого железа. Осколки от цилиндра шприца разлетелись по все стороны. Доктор со скальпелем уже нависал над ним и выбирал, где лучше будет резать. Прерывистое дыхание обжигало шею. Невнятное бормотание Дотторе переключалось с одной мысли на другую, а затем по кругу, но наоборот. —Покажешь мне свои органы? —Ты больной! Отпусти меня! —Ты другой, ты мне нужен.— Острие скальпеля упёрлось в середину грудной клетки. —Не прикасайся ко мне.— Оно вошло в кожу и стремительно, но с трудом двинулось вниз, до паховой области. Итер из всех сил извивался, кричал, звал на помощь, но в камере уже витал стойкий запах сырого мяса, который он вряд ли уже забудет. —Зачем!? Зачем!? Ты..! —Он в сознании. Мой маленький подопытный, ты станешь отличной основой для..— Под конец фразы доктор затих и некоторое время обдумывал свои слова. Всё тело знобило. Лёгкие резко вздымались и медленно опускались. Он был бледен, как отражение ночного светила в грязной лужице. —Ладно, ладно...— Метнувшись к столу, Дотторе сдёрнул ключ, висевший на шее, отворил ящик и стал пересыпать белый, кристаллический порошок в ладонь.— На тебя жалко смотреть... Но скоро будет легче! Я не могу тебя потерять... Если что. —Что... Ах... это... —Это обезболивающие. Вдыхай его.— Мужчина приподнял голову путешественника и поднёс к носу ладонь с порошком, у него был лëгкий оттенок жëлтого.— Иначе я тебя задушу. —Я не... —Нет! Тебе слова не давали!— Обе ладони перенеслись на шею и сдавили её так сильно как смогли. Ногти впивались в бледную кожу и оставляли небольшие, кровавые следы. Лёгкие разрывались. В глазах в который раз темнело. Конечности уже не чувствовались. Вдруг руки дёрнулись от шеи в противоположную сторону. Путешественник глубоко вздохнул. Со вторым же вдохом порошок оказался в ноздрях. Доктор вытер сопливую ладонь о ключицы парня. —Слушайся меня всегда. Дальше Итер уже не мог отличить свои стоны от слов сумасшедшего. Он зашивал зияющую дыру в его теле и то ли посмеивался, то ли всхлипывал. Какая-то неведомая эйфория накатила на путешественника. Стало так жарко. —Эй!— Через пару лёгких ударов ледяными пальцами Итер оторвался от странных ощущений. Сначала доктор самодовольно ухмыльнулся, а затем рукой закрыл губы и отвёл взгляд.— Я почти закончил. Проколы от иголки и далее уползающая нитка по разрезу причиняли сильную боль похожую на ту, когда путешестннику пришивали выскаблëнную с черепа кожу. Тогда сама Кокоми зашивала это, потом же с немым ужасом гладила по щеке. Охота на глаза бога заходила настолько далеко, что обезумевшие самураи готовы были снять скальп с человека имеющего своë мнение. Сейчас всё не так. Безумный учëный холоден и расчëтлив, нежели эмоционально нестабильные самураи, которые без давления Сëгуна о таком бы и подумать не могли. —Эй...— Липкие ладони ударили с обоих сторон по щëкам. Глубокий вдох. Грудная клетка резко расширилась и после очередного судорожного выдоха, тело пробило муражками. Он смотрел на реакцию и восхищался черезмерной живучестью. —Ах... От... Отпусти... Ме... —Заткнись.— В глазах точно что-то блеснуло. Какая-то идея, мысль. Дотторе прошëлся языком по сухим потрескавшимся губам. Он нависал над ним так близко, давя локтëм на ключицу. Стало так безумно страшно. Наконец пришло оно – полное понимание зачем и для чего Итера преследовали, похитили и сейчас держат в подвальной лаборатории. Хоть и принятый порошок опьянял, трезвость рассудка проводила чëткую грань между "хорошими" и "плохими" мыслями. —Порошок... —Да, что-то вроде опиума.— Как бы вскользь, не задерживая особого внимания прошептал Дотторе, пристально всматриваясь в серëжку. Он псих. Он не нормален. Понимает ли он последствия своих действий? На ум пришла одна довольно таки дикая, но вполне оправданная мысль. Последствий просто не было. Не возможно постоянно скрывать лицемерие за двуличием, но это поправляется деньгами. Такие статусы всегда имеют за собой деньги и власть. —Серьга больше не светится. Значит ли это то что твои элементарные способности зависят от стабильности рассудка? —Откуда я... Большим пальцем Доктор провëл по лобному бугру, убирая прилипшие волосы. По телу снова прошлись мурашки. Между грязных от крови, земли и пота прядях виднелись белые шрамы. Раздался смешок. —Изменяешь мне? Я почти даже не трогал тебя, а тут такое. Мда... Очередной брак.— Предвестник смеясь слез с операционного стола. Кровь пятнами осталась на рубашке, брюках и уже почти подсыхала, образуя тонкую корочку. Далее несколько минут он копошился в ящиках стола, достал со дна чистую бумагу, настрочив две страницы то аккуратным, то неряшливым почерком, крикнул Путешественнику "Жди здесь" и убежал. Что Итер точно запомнил так это закрытую дверь ровно на два оборота. Живот ломило, казалось скоро он выблюëт желудок. Голова совсем не соображала и тянула в тëмное царство кошмаров.