Утопая в реальности

Ещё только взошло солнце, пара его лучей пробиваются сквозь дыры в старых давно не стиранных шторах и освещают комнату: потертые, кое-где оторванные обои с едва видным на них узором, две кровати, стоящие по углам, у одной из которой того гляди отвалится ножка, будучи будто погрызанной каким-то неведомым существом, старый шкаф со сломанной, а потому приоткрытой дверцей, и таким слоем пыли, будто он стоит здесь с каменного века, и его никто ни разу не мыл, ковёр, настолько грязный и порванный, что на него даже собака бы справить нужду не захотела, паутину по углам и на мебели, всюду разбросанные вещи и мусор.. В тишине раздавался довольно громкий храп с присвистом. Но храп перебил звонкий звук будильника, а вслед за ним истеричный вопль: - Твою мааать!.. Заткни это адское отродье!.. Глухой хлопок и будильник притих. Бледная и худая рука соскользнула с него и упёрлась в матрас. Приоткрыв полусонные глаза её хозяин поднялся с кровати. И снова тот недовольный истеричный голос из соседнего угла: - Нахуя так рано?!.. Пары сегодня с обеда!.. - Захлопнись. Перебил его низкий хриплый голос. Высокая, худая и бледная, будто мертвец, фигура встала и двинулась в сторону шкафа. Длинные пальцы с выпирающими костями, потянулись на верхнюю полку. Ухватив оттуда недоеденный бутерброд парень стал его есть, так быстро и жадно, откусывая кусок за куском, глотал не жуя, будто не ел неделю. Его внешность могла сказать то же. Бледный и худой, словно скелет, обтянутый кожей, с тёмными, безжизненными глазами, под которыми красовались синяки, футболка висела на нём, будто мешок на палке, и хотя она была застирана настолько, что была уже далеко не чёрной, на контрасте с его бледной, немного синеватой кожей, она казалась ярко чёрного цвета. Парень с соседней кровати же подниматься не спешил, а валялся, раскинув в стороны руки и ноги и издавал недовольные звуки: - Сукин ты сын.. Всё таки припрятал хавку.. Протянул он. Этот парень выглядел куда "живее" своего соседа. Стройный, но не худой, немного бледноват, а глаза как два лазурных огонька, только вот лицо искривлено вечным недовольством: - Так какого хуя ты вскочил? Юноша в чёрном ничего ему не ответил. Как расправился с бутербродом принялся поспешно одеваться. В одежде его тело не казалось таким худым, но бледное, поникшее лицо, всё ещё делало его похожим на мертвеца. Надев на себя брюки и рубашку, не менее застиранные и чёрные чем его футболка, он достал немного измятую папку с документами. Но всё же эта папка выглядела куда лучше, чем любой другой предмет в этой комнате и её хозяин. - Ах ясно.. Ехидно улыбнувшись, начал зеленоглазый парень: - Снова ты за своё.. Ха ха ха.. Неужели снова так охота услышать фразу "Хэ Сюань, вы не приняты на работу"?.. Ха ха ха Парень звонко рассмеялся. Его слова и смех не были простой дружеской насмешкой, это была злая шутка. Он издевался над соседом. Сюаню столько раз отказывали в принятии на работу, что он уже практически не мог смотреть на папку с резюме и документами, сам её вид уже говорил о будущем провале. Однако он продолжал пытаться, хоть никто уже и не думал, что когда-нибудь ситуация изменится. Нет, он продолжит тонуть в долгах и, в конце концов, опустится на самое дно... - Рот закрой. Бросил Хэ Сюань с холодом и ненавистью в глазах. Надежды в этих глазах уже почти не было, он понимал, что сосед прав, но всей душой не хотел в это верить. Всунув ноги в пошарпанные чёрные кроссовки, парень удалился из комнаты, хлопнув дверью, оставив недовольного соседа жмуриться и потирать уши от громкого звука.