Симфония номер 7

***

Хёнджин всегда любил скрипку. Его и инструмент связывают тёплые воспоминания. Хёнджин был самоучкой и продвижение в его хобби шло, но слишком медленно. К девятнадцати годам он действительно мог играть на ней, но желание получить должное музыкальное образование брало верх. "Какой музыкант без музыкального образования?" — думал тот. Юноша успешно поступил в консерваторию и проучился там два года, но по сложным обстоятельствам в жизни — пришлось взять академ. Когда Хван выбрался из кучи дерьма, он решил продолжить свое обучение. И вот, первый день возвращения на учёбу! Теплый день, а Хёнджин опаздывает. Мало того, что он умудрился опоздать, так он ещё и кабинет найти не может. Комбо! Своего преподавателя он так и не вспомнил, так что придётся надеяться на удачу. Во время нервного поиска нужного кабинета, Хвана привлек громкий и противный крик, который шел из приоткрытой двери. Женщина, лет сорока кричала на милого юношу, что стыдливо и устало смотрел в ноги. Это определённо была Чхве. Когда женщина наоралась вдоволь, она удалилась из кабинета, чудом не заметив Хёнджина. Феликс бормотал что-то невнятное и заметил Хёнджина, который пытался не засмеяться. Возможно он пытался не смеяться из-за лица учительницы, потому что когда она злилась, её мимика напоминала смесь бульдога и чихуахуа. Глаза были как у маленькой собачонки, а лицо сморщивалось как у бульдога. А может он смеялся из-за того,как мило злится Феликс: его нос морщился, а веснушки можно было развидеть намного легче. Хёнджина рассекретили практически сразу. —Чего смотришь? Если ты ищешь Кима, то его кабинет слева, — ответил парень,уже со спокойным лицом. —Ой,спасибочки!— хихикнул Хван, поворачиваясь к найденому кабинету, но повернулся обратно, —Я Хёнджин! — проявляя заинтересованность, представился тот. —Ли Феликс. Будем знакомы, — мило улыбнулся Ли, подмечая то, какой Хёнджин забавный.

***

Следующая их встреча произошла уже при более стрессовой ситуации. Оба задолжали ноты своим учителям и оба должны сдать их немедленно. —Да блин, меня Чхве убьёт, если я сейчас же ей не принесу ноты прямо сейчас, понимаешь, — умоляюще тараторил Феликс —Ким от меня живого места не оставит, я ему эти ноты уже месяц должен! — взволнованно кричал Хёнджин —Ты ведь видел Её в гневе, пожалуйста, дай мне их распечатать! — уже практически рыдал Ли. Дверь открылась и в неё зашёл ничего не понимающий Сынмин. Бедолагу отправили забрать папку с чем-то важным, но как её найти среди таких же папок? С Божьей помощью. Так тут ещё и парочка, выясняющая отношения. —Вы так только время тратите, — вздохнул Сынмин, подходя к полкам с папками. —Хе-хе, глупый Джинни! — Феликс поднялся с колен и забрал свои благородно полученные ноты. Когда он только успел? —Ты, милая мордашка, обвёл меня вокруг пальца. Хитрый засранец!— возмущённо воскликнул Хван, смотря в след Ли. —Эх, Лох печальный, — прокомментировал Ким. —Кто бы говорил...— разочарованно съязвил Хёнджин, принимая своё поражение в этой маленькой битве.

***

Чаще всего они встречались на сольфеджио. Общие занятия по сольфеджио были для парочки праздником и адом одновременно. Дело было в истеричной и грозной учительнице. Её занятия проходили скучно, даже слишком. Самые смелые спали прямо перед её носом, а кто-то судорожно записывал каждое слово. Но Хван и Ли были смелее. Вспомнив про карты, в святую голову Феликса пришла гениальная идея. Почему бы не погадать? —Эй, Джинни, — шёпотом обратил свое внимание Ли, показывая карты. —Ты чего задумал? — глядя на карты, спросил Хёнджин. —Как что? Будем тебе на суженного гадать, — самодовольно ответил Ли, тусуя карты. —Ну что там? —Там..ну,как сказать.. —Ты что, себя нагадал? —Конечно, тебя приворожить хотел, — хихикнул Ли, продолжая разглядывать карты. — Аху-...я для тебя лучший кандидат.. —Чего? С чего ты так решил?— удивлённо спросил Хван. —Да потому что я выбрал себя, Чонина и Кима, понимаешь? Нормальные карты были только на моем имени, — начал объяснять Феликс.— Смотри, у меня карты на благополучие, любовь и счастье, — показывая на карты рассуждал Ли. —А что у нас с Кимом? — в шутку спросил Хёнджин, глядя на сосредоточенного соседа. —Абьюз, несчастье и отсутствие денег, — констатировал факт Ликс. —А с Чонином? — продолжал интересоваться тот. —Невзаимная любовь, — кратко ответил младший. —Так и знал! — воскликнул Хёнджин, но сразу замолкая, вспоминая про то, что все ещё идет занятие. Пока они обсуждали судьбу Хёнджина, перед их столом оказалась Чхве. Она была явно недовольна всей идиллией. Чхве в гневе — самый настоящий монстр. Именно поэтому юным гадалкам досталось по полной. Проходящие мимо студенты мысленно жалели этих бедолаг. Зрелище было страшное и жутко позорное. К счастью, в наказание им придётся неделю убирать кабинет. —Как же нам повезло. Не зря ты молился, — вздохнул Хёнджин, протирая стол. —Да, правда вышло зачитать лишь половину молитвы, — ответил Феликс, сидя напротив Хвана, — Закончил? Пошли, нам надо ещё успеть сходить на репетицию. Я нам даже время занял, чтобы никого не было, — проговорил Ли, выходя их кабинета. До нужного кабинета нужно было лишь пройти вдоль по коридору и спуститься по лестнице. Поэтому уже совсем скоро они оказались в большой комнате. —Пиздец рояль секси, — ошеломленно выдал Хёнджин, рассматривая музыкальный инструмент. —Чего..рояль? — не понимая спросил Ликс —Да-а, я бы не прочь тут потра.. —хихикнул Хван, выдав свои фирменные шутки. —Фу, ну ты и извращенец, Джинни...Про скрипку слышать даже ничего не хочу, — хмыкнул Ли, садясь за инструмент. Вглянув на ноты, Феликс начал играть уже давно заученную мелодию. Приятный звук отзывался трепетом в груди. Но что-то пошло не так. —Сука, ебучий палец, — злобно причитал Феликс, проклиная мизинец. —Ничего, ошибки бывают у всех Ликс-и, попробуй ещё раз, — вздохнул Хван, глядя на пианиста. — Всё равно Чхве здесь нет, ошибайся сколько влезет, Лучик, —хихикнул тот, потрепав Феликса по голове. —Джинни, я эти ноты уже знаю как родных, но до сих пор ошибаюсь, понимаешь? — расстроено проговорил Ли. —Ну и что? Я ведь тоже не сразу могу сыграть заученную мелодию. Ошибаться-это нормально. Попробуешь еще раз? — спокойно ответил Хёнджин. В этот раз вышло куда лучше. Трепет в груди отзывался приятными чувствами, а мелодия ласкала слух. Удивительное чувство эйфории. —А сам-то играть собираешься? — спросил Ли, закончив играть. —Я? Нет конечно, я просто полюбоваться тобой пришёл, — с сарказмом, но долей правды пошутил Хван. Доставая свою скрипку, он начал готовится к игре. Было ли это плохо? Вовсе нет! От былой несерьёзности ничего не осталось, лишь сосредоточенность на своём деле. Два музыканта своей игрой заставляли сердце совершать неистовые сокращения. Действительно чувство эйфории. Когда Хван закончил играть, Феликс начал ему аплодировать. Он был восхищён. —Вау...Вау! Так ты можешь быть серьёзным, — отшутился Ли, подходя к Хёнджину ближе. —Ты своей игрой и красотой всех поразишь, я уверен в этом! — продолжил Феликс нахваливать Хвана. —Ты многое не знаешь, Лучик, — по-лисьи улыбнулся тот, приобнимая Феликса за шею. —Что ж, хочу знать всё, Джинни,— шёпотом ответил Феликс, нежно глядя на Хёнджина.

***

Феликс откровенно дрожит. Хёнджин не лучше. Если они облажаются, то их учителя съедят их и не подавятся. Джисон, не зная как успокоить парней, принёс им несколько упаковок успокоительного и три бутылки воды. Откуда он всё это взял, Хан предпочёл умолчать. —Сильно волнуетесь? — спросил Чонин–флейтист, который пришёл исключительно поддержать Сынмина. Ответом ему послужили два нервных смешка. С глухим "понял", он убежал обратно. —Ли Феликс! Ваша очередь, — пронеслось где-то недалеко. —Пиздец, всё, я в дерьме. Выступлю хуёво — выебут жёстко, ничего от меня не останется. Прощай моя анальная девственность... — начал причитать Ли, теребя край пиджака. —Помнишь, что я говорил про твой рояль? Обещаю рассказать и про скрипку, — шептал Хван Феликсу, —Могу ещё и показать..наглядно, но это будет твоим вознаграждением, Ликс-и,— выдохнув в шею Ли, закончил старший. Неизвестно, было ли это сказано в целях того, чтобы отвлечь Феликса или это так подействовало успокоительное, но метод был явно эффективный. —ЭТО ЧЁ СЕЙЧАС БЫ.. — неуспел договорить Ли, как его вытолкнули на сцену. Пиздец? Да тут не пиздец, здесь хуйня подзалупная. Как Хёнджин и ожидал, выступление Ли прошло идеально. Ни единой ошибки. Помимо прекрасной мелодии, Феликс одарил зал милейшей улыбкой. Публике это понравилось. Закончив свою игру, Феликс встал и поклонился залу, что одаривал его аплодисментами. Ликс был счастлив, он был очень рад тому, что не оплошал; он был рад тому, что публика была в восторге, но больше он был рад тому, с какой гордостью на него смотрел Хёнджин. В его взгляде, в его улыбке читалось: "Ты молодец, я горжусь тобой, Лучик". —Лучик Ликс-и, ты был просто бесподобен, — набросился с объятиями Хёнджин, восхищаясь Ли. —Ты меня сейчас задушишь, — прокряхтел Феликс. —Прости-прости, но твоё выступление просто идеально! —Ты кстати, мне кое-что обещал, — напоминая про скрипку,хихикнул Феликс. —Да? Так интересно знать? — серьёзно спросил Хёнджин, будто это самый главный вопрос в его жизни. —Да, — уверенно ответил Ли. Хёнджин осторожно приблизился к Феликсу и медленно накрыл его губы своими. Не заметив отвращения, парень начал сминать его губы. Поцелуй выходил нежным и чувственным, словно это первый поцелуй в его жизни.

***

—Ты придурок,Хван! Я не собираюсь играть это, — дуясь ответил Феликс —Ах, но как же так? В этом сокрыты мои чувства, — пролепетал Хёнджин, театрально ложась на рояль Феликса. —Да что ты! То есть как шептать мне перед выступлением, то, как мило ты меня наградишь — ты мастер, а как написать правильные ноты — так ты не можешь! Ты как вообще экзамены сдал? Чхве отли...— не успел договорить Ли, как его перебили. —Неет, ты что, я же не у Чхве, я у Кима, — подмигнул Хван, вставая с рояля. —А вот за такие выходки тебя точно нагнут, — устало прикрыл глаза Феликс,—А если бы ты инструмент сломал? Пришлось бы ещё раз идти к Киму, — хмыкнул тот. —Скажем, что это Чхве и Ким, мы тут вообще ни причём. Тогда и идти к нему не придётся, — хихикнул Хван обнимая сидящего Ликса. <«...Их любовь была похожа на смесь из музыкальных терминов, сладкий привкус персика и аромат вишнёвых сигарет, которые никто из них не курил..» — так говорили о их любви проходящие мимо люди, студенты и даже учителя.