Непростительные
12 января 2023 г., 07:57
Эрен, медленно передвигая ноги, выбрался из кабинета после урока по Защите от Тëмных Искусств, чувствуя себя совершенно несчастным и подавленным. Его мутило. Йегер, измученно выдохнув, отошëл от кабинета Грюма на некоторое расстояние и устало прислонился головой к прохладной стене, почувствовав себя от этого хоть немножечко, но всë же чуточку лучше. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Эрен на минутку прикрыл глаза.
Тут же в голове всплыли неприятные картины. Только что, на первом прошедшем в этом году уроке по Защите, Грюм продемонстрировал им всю мощь Непростительных заклятий. Перед глазами Эрена всë ещë стояла зелëная вспышка, которая вырвалась из волшебной палочки Грюма и убила того несчастного паука. Как его откинуло в сторону, и как он задергал лапками в последний раз, а потом затих, не подавая совершенно никаких признаков жизни. Вот был паук, и его не не стало в один момент, а всë из-за одного мимолëтного желания профессора, что одним быстрым взмахом волшебной палочки унëс жизнь живого существа.
Тут же в голову Эрена полезли ещë более неприятные воспоминания. Злобный смех, точно такая же яркая вспышка, а ещë отчаянный женский крик…
— Эрен? — на плечо Йегера легла чья-то-то рука, чем вырвала его из размышлений, заставив испугнанно вздрогнуть. — Ты в порядке?
Это его звал тихий, обеспокоенный голос Рона Уизли. Эрен попытался собраться с силами и, повернувшись к явно встревоженному рыжему, натянуто улыбнулся, а потом, радуясь тому, что голос не подвëл его в нужный момент, спокойно ответил:
— Да, конечно. Просто в классе было душновато, но мне стало лучше после того, как я вышел наружу. Спасибо, Рон, но тебе вовсе не стоило обо мне беспокоиться.
— Ну, если ты так в этом уверен… — с сомнением вгляделся в лицо Йегера Рон, но потом всë же пожал плечами и явно нехотя отступил в сторону.
Эрен тихо и облегчëнно выдохнул, когда Рон скрылся вдали, перестав терзать парня вопросами о его абсолютно измученном состоянии, и Йегер был рад этому. Только не поймите неправильно — Эрену была дорога дружба с Роном и вообще он рыжеволосого парня любил, как и Гермиону с Гарри, но тогда ему просто жизненно необходимо было побыть в одиночестве и привести мысли в порядок. А ещë попытаться хоть как-то прогнать противные, пробиравшиеся в душу липким комком страха мысли о смерти матери, которая произошла несколько лет тому назад и всë продолжала навещать Эрена в ночных кошмарах, болью отдавая где-то глубоко в сердце. Обычно Йегер старался запрятать их далеко на задворках души и сознания, но сегодня это получилось из рук вон плохо.
Эрен в крайне подавленном состоянии поплëлся в Большой зал, вспомнив, что во время ужина он, как, впрочем, и всегда, договорился встретиться с Леви. Сердце вновь кольнуло острое сожаление. Эрену всегда становилось грустно от того, что они учатся на разных факультетах, да ещё и имеющих многолетнюю неприязнь друг к другу. Из-за этого ребятам приходилось меньше времени проводить вместе, а Йегеру хотелось быть с Аккерманом как можно больше.
***
Леви нетерпеливо постукивал пальцами по столу, поглядывая в сторону входа в Большой зал. Тот был переполнен юными волшебниками. Во время ужина сюда стеклись все, и Большой зал теперь заполнился разговорами, шумом и смехом. Но Аккермана мало волновали все остальные, ему важен был лишь Эрен, который, видимо, задержался после урока. Наконец Леви увидел парня. Он вошëл в Большой Зал, и Аккерман, нахмурив брови, отметил его мрачный, подавленный вид. Кажется, у Эрена что-то случилось, потому что вид у него был совсем печальный: плечи были опущены, глаза не сверкали, как обычно, губы сжаты в одну тонкую линию. — Привет, — тихо поздоровался Эрен, что озадачило Леви ещё больше, поскольку обычно Йегер вëл себя достаточно шумно, а потом парень опустился на место рядом с Аккерманом, которое находилось на самом краю слизеринского стола, и замолчал, просто потянув к Леви руки, чтобы обвить их вокруг талии и крепко прижаться к нему. Аккерман нежно обнял Эрена в ответ, честно не понимая, что происходит, и почувствовал, как Йегер положил голову ему на плечо, черноволосой макушкой прижавшись к щеке Леви. — Привет, — прошептал Леви Эрену совсем ласково и тихо. — Милый, что случилось? Леви, озабоченно нахмурившись, осторожно поцеловал положившего ему голову на плечо Эрена куда-то в основание шеи. Что это такое с парнем сегодня вообще было? Эрен же совершенно на себя не походил. Совсем вялый, молчаливый, глаза… Как будто погасшие. Боже, да Леви готов был отдать все, что угодно, лишь бы больше никогда не видеть этот печальный взгляд родных глаз. Но он совсем не знал, что сделать и как помочь Эрену, потому что никак не мог выведать причину его состояния, а от того раздражался все больше и больше. Почему Йегер молчит? Да, Леви знал, что тот просто ненавидел жаловаться и всегда молча и с гордо поднятой головой встречал любые неприятности, какие только не преподносила ему судьба, но хоть с любимым-то можно было поделиться тем, что так сильно его расстроило и тревожило? — Я в порядке, — совсем несвойственно тихо ответил ему Эрен, а потом ещё крепче обвил Леви руками, прикрыв глаза и едва слышно вздохнув. — Не стоит переживать за меня. Просто… Побудь рядом, хорошо? — Конечно, — кивнул Леви, но от такого ответа Эрена беспокойство только стало всë больше расти. — Эрен? Если что случилось плохое, то не молчи, чтобы это не было, мы с тобой решим любую проблему. — Я в порядке, — кривовато и слабо улыбнулся Эрен Леви. — Правда в порядке. Не переживай за меня, всë хорошо. От этих слов Йегера в груди что-то только завязалось тугим узлом. Леви не понимал, почему Эрен не хочет просто рассказать ему, что случилось, но решил не настаивать на разговоре, чтобы ненароком парня не расстроить ещё больше. Захочет, сам всë ему объяснит. Не захочет… Что ж, значит, не расскажет ничего. Да, это было немного неприятно, что Эрен не хочет делиться с Леви своей проблемой — обычно они всегда делились ими друг с другом и пытались помочь по мере сил. Но, видимо, не сегодня. Какое-то время Эрен ещё посидел в объятиях Леви, не говоря ничего, потом извинился перед ним и ушëл к Гриффиндорскому столу, оставив Аккермана в одиночестве и смешанных чувствах.***
Леви решил перейти к крайним мерам и, когда Эрен покинул его, то, выждав, как он скроется из Большого зала, сразу же уверенно направился в сторону гриффиндорского стола с явным намерением узнать, какого чёрта произошло с Эреном. Он поймал несколько удивлённых взглядов в свою сторону. Но ему, откровенно говоря, было абсолютно плевать на то, что там о нём кто подумает. Леви сейчас волновал только его любимый. Аккерман увидел, как нужный ему человек поднимается со своего места с явным намерением покинуть Большой зал, и ускорил шаг, чтобы потом, остановившись позади девушки, аккуратно потянуть рукой за кончик ее красного шарфа, с которым Аккерман практически не расставалась, и это заставило Микасу развернуться к нему и встретиться с ним глазами. Микаса замерла и вся напряглась. Они с Леви всегда терпеть не могли друг друга, буквально с самого начала знакомства. Во многом из-за общей ревности к Эрену, которого и тот, и другая, безмерно любили, а ещё из-за собственной личной неприязни. Леви терпел Микасу только из-за того, что девушка была действительно дорога Йегеру. — Ну что тебе нужно, коротышка? — недовольно буркнула Аккерман, которая сощурила глаза сразу после того, как увидела Леви, и одним ловким движением выдернула шарф из руки парня. — Зачем ты пришёл ко мне? Говори, пожалуйста, быстрее, а то я так на трансфигурацию опоздаю. На Леви оглянулся на стоявшего Армина, который в удивлении расширил свои и без того слишком огромные голубые глаза. — Что случилось с Эреном? — скрестив руки на груди, требовательно спросил Леви, и, нахмурившись, уставился на Микасу так, будто это она была виновата во всех его проблемах. — А что с ним не так? — не поняла Аккерман, брови которой удивлённо взметнулись вверх, и от этого Леви ощутил, как новая волна с трудом подавляемых злости и раздражения подступает внутри. Неужели она не обратила никакого внимания на его подавленное состояние и совершенно несчастный вид? Аккерман что, настолько слепая? Не заметить настроение Эрена было невозможно. — Он выглядел очень грустным сейчас, — попытавшись взять себя в руки, спокойно пояснил Леви, при том нахмурившись ещё сильнее, чем раньше. — Ты не знаешь, что с ним произошло? — Поняла тебя, — негромко вздохнула Микаса. — Видишь ли, дело в том, что сегодня мы на ЗОТИ изучали Непростительные заклятия. А Эрен… Скажем так, у него с этим связаны слишком неприятные воспоминания, которые он практически ни с кем не обсуждает. Неприятные воспоминания? С Непростительными? Леви непонимающе уставился на Аккерман, взглядом требуя объяснений. Та лишь неопределëнно пожала плечами и выдавила из себя извиняющуюся улыбку. — Извини, но я не думаю, что вправе рассказывать это без его согласия и здесь, где столько людей, — спокойно пояснила Микаса, а потом, развернувшись, быстрым шагом вышла из Большого зала. Леви опять остался один, и теперь у него появилось ещё больше вопросов к Эрену. Он понадеялся лишь на то, что парень всë же решится поговорить с ним. В недоумении пожав плечами, Леви тоже покинул Большой зал и пошëл вниз, в сторону подземелий, где располагалась гостиная факультета Слизерин.***
В следующий раз Эрен попросил его встретиться с ним в одном укромном закутке Часовой башни, который практически никто не посещал. Произошло это на следующий вечер после событий в Большом зале, и Леви легко согласился на встречу после уроков. Когда он пришёл на обозначенное место, Эрен уже был там, и стоял, терпеливо ожидая Леви, а когда увидел слизеринца, то тут же заключил его в крепкие объятия. Аккерман обнял парня в ответ, а потом осторожно поцеловал его в лоб. — Привет, — тепло улыбнувшись, поздоровался с ним Эрен, и Леви поприветствовал его в ответ. — Я хотел поговорить насчëт вчерашнего, — посерьëзнев, неожиданно нахмурился Эрен, и улыбка тут же сошла с его лица. — Прости, что ничего не объяснил тебе тогда, просто говорить об этом… Сложно. — Ничего страшного, — мягко прошептал любимому Леви. — О чëм тебе говорить так сложно, Эрен? — О смерти моих родителей, — неожиданно тихо проговорил Эрен, который устремил ставший резко печальным взгляд в никуда, а его солнечная улыбка увяла. — Я тебе никогда не рассказывал о том, как Карла и Гриша умерли. Кажется, сейчас настало самое время… Их убили после того, как исчез Сам-Знаешь-Кто… Восемь лет назад, когда я ещё был совсем маленьким, Пожиратели пришли в мой дом. Я тогда спустился вниз, на кухню ночью, чтобы налить себе воды, и ещё из коридора услышал, как истошно кричит Карла, а потом увидел ярки вспышки от заклинаний. Мои ноги тогда словно одеревенели, а я замер от ужаса на месте, уже тогда осознавая, что сейчас произойдёт нечто страшное и моя жизнь неотвратимо изменится. Но я сделал ещё несколько шагов вперед и осторожно выглянул из-за угла, стараясь остаться незамеченным. Там, в гостиной, один из Пожирателей в страшной маске, которая тоже тогда до жути меня напугала, направлял палочку на Карлу и Гришу. Он поднял их в воздух и пытал заклятием Круциатус. А потом на моих глазах убил Авадой. Я тогда был совсем беспомощным мальчишкой и ничего не мог поделать против них... И потому побежал тогда со всех ног, а слëзы застилали мне глаза. Только оттого и спасся… Прибежал к родителям Микасы, которые помогли мне, вызвав мракоборцев, а потом и приютили меня, оставив жить у себя, за что до сих пор им благодарен. Потому я так остро вчера среагировал на Непростительные, которые мы проходили у Грюма вчера. Прости, что ничего не объяснил сразу. На том рассказ Эрена закончился, и Йегер надолго замолчал. А Леви обвил своего Эрена за плечи и притянул к себе крепче, прижимаясь губами к любимой черноволосой макушке в попытке утешить и замер, переваривая новую для себя информацию. Йегер ткнулся лбом в его грудь, и Леви почувствовал, как растаяло от нежности сердце, которое обливалось кровью из-за родителей парня. Так всегда было, когда он находился с Эреном. Этот гриффиндорец был единственным, кто смог растопить лëд на сердце сурового слизеринца. — Ничего страшного, — шепнул Леви на ухо Эрену. — Главное, что ты всë рассказал мне. Вместе мы разберёмся со всем. Только не молчи о проблемах больше и не забывай говорить со мной. — Конечно, — ответил Эрен, который вновь улыбнулся Леви, правда, совсем слабо. — Спасибо за то, что всегда рядом со мной, Леви. Леви и Эрен замерли в объятиях друг друга, глядя в окно, за которым за горизонт медленно опускалось солнце, завершая ещё один день.
