Рыжий кот в тумане

      Стоило Джисону приехать к бабушке, как она сказала ничего не разбирать. — Почему? — недоумённо спрашивает он. — За тобой сейчас Евгений приедет, егерь наш. Поживёшь у него несколько месяцев. — Но Лила! — перспектива жить в лесу очень не нравилась Хану. И к чему туда ехать-то? — И не надо мне тут! Поедешь и всё!       Джисон был в бешенстве. Родители привезли его к бабушке, а не к егерю. И вообще, каким образом какой-то Евгений согласился взять к себе на несколько месяцев неизвестного подростка?       Прошло около получаса, Джи по-прежнему злился. А ещё очень хотел есть. — Можно я хотя бы поем? — Нет, скоро Евгений приедет, у него поешь. — Да, кашу из топора… — пробубнил Сон. — Что? — Лила нахмурила брови. — Ничего.       Издалека начал доносится звук цоканья копыт о пыльную дорогу. Из-за поворота вышла лошадь, которая тащила за собой телегу и сидящего на этой телеге мужчину. — Здравствуй, Лила! — с улыбкой сказал он, останавливая лошадь около забора. — Здравствуй. Ты, должно быть, Джисон? — Всё верно. А вы — Евгений? — Хан соскочил со своей сумки с вещами. — Верно, — усмехнулся Евгений.       У мужчины были огненные волосы, торчащие в разные стороны как лучи солнца, лицо было усыпано яркими веснушками, которые складывались в запутанные созвездия. У него были чёткие, даже немного острые черты лица, а уши имели немного вытянутую форму, что напомнило парню об эльфах. — Нам ехать несколько часов, поэтому достань себе чем укрываться или что-то подобно подушки. Моя телега не очень комфортабельная для нынешней молодёжи. — Я не привередливый, — проворчал Джисон и закинул сумку в телегу, после запрыгнул сам.       Лила поправила на внуке лёгкую куртку и улыбнулась. Джи попытался улыбнуться в ответ, но плохое настроение помешало ему это сделать. Поэтому парень просто потрепал её по плечу и упал в сено, которое наполняло всю телегу.       Когда он с Евгением выехал на дорогу, ведущую в лес, егерь внезапно заговорил: — Ты можешь обращаться ко мне просто Женя. — Нет, знаете, Вы слишком суровы, чтобы обращаться к Вам «просто Женя» — заметил Хан, отчего мужчина рассмеялся. — Не такой уж я суровый. — По Вам, к сожалению, этого не видно.       Настало молчание, лошадь въехала в лес. На этот раз лес показался Джисону самым одиноким местом на Земле. Не слышно было даже щебета птиц. — А почему здесь так тихо? — Браконьеры убили медведя несколько часов назад, — спокойно ответил Евгений.       Лес находился в трауре, и Джисону стало грустно. Зачем убивать дикого зверя, если есть множество других способов заработка? Он закусил губу, вглядываясь между деревьев.       Всё же звук шелеста листьев и треск старых сосен не исчез. Они как будто разговаривали с незнакомцами, которые так бесцеремонно заехали на их территорию. Деревья определённо злились, пока ветер свистел в их кронах. — Мне кажется, или нам здесь не рады, — нехотя и тихо заметил парень. — Может быть.       Хан нахмурился и поджал губы. Всё же Евгений какой-то слишком загадочный для егеря. Хотя… Джисон представлял егеря очень суровым дядькой с бородой и вечно нахмуренными бровями, который всегда молчал и отвечал односложно. Но Евгений не такой — он больше походил на жителя Австралии, который радуется жизни и загорает на пляже, а ещё больше на ирландца, ведь они рыжие, верно?..       Пока Джи размышлял, почему же этот егерь такой странный, лошадь свернула с прямой дороги, углубляясь в густой лес. — Тебе здесь понравится, — уверенно сказал Евгений. — Не думаю…       Часа 3 они просто тряслись в телеге. За это время Хан вздремнул, подумал о смысле жизни, нашёл заначку в карманах своей куртки, убрал грязь из-под ногтей, начал заплетать косички из своих синих волос и, наконец, просто устал. — Евгений, а нам долго ещё ехать? — Нет, малый, ещё километров пятьдесят.       Парень застонал, отчего послышался тихий смех егеря. — Шучу, ещё три километра и приедем.       Через десять минут телега остановилась перед большим деревянным домом. Пахло здесь в большей степени хвоей, хотя промелькали и лиственные деревья.       Дом одноэтажный, но очень добротный. Джисону он понравился, ему даже на мгновение показалось, что тут самое безопасное место в глуши. — Хорошая у Вас хата! — усмехнулся Джи, забирая сумку из телеги. — Мне всего тридцать лет, можно не обращаться ко мне на «вы»? — Евгений ловко спрыгнул и начал отстёгивать лошадь от тяжёлой ноши. — Нет проблем. — Заходи в дом, твоя комната самая дальняя.       Джисон поднимается на крыльцо и проходит в сени. И тут он понимает, почему егерь такой странный. — Евгений, ты русский что ли?!       Мужчина громко смеётся: — А по мне не видно?       Мало того, что дом был весь из дерева, так в сенях этого дома спал упитанный медвежонок! — Евгений, я без тебя дальше не пойду! — завыл Хан и пулей вылетел из сеней, закрывая за собой дверь.       Евгений снова расходится грудным хохотом. — Как хочешь. Подожди, пока я Шуру отведу в загон. «Кому расскажи — не поверят! Это надо же! Ручной медведь!»       Через несколько минут он вернулся. Егерь заходит первым и тихо свистит, отчего медвежонок просыпается. — Он не ручной, просто я подобрал его. Это его мамашу сегодня убили. Я подкормил, а он, вишь, увязался. Я этого медвежонка скоро выпущу, он сам уйдёт, — мужчина взял с полки кусок мяса и бросил медвежонку, а после поманил его из сеней на улицу.       Джисон удивлённо проводил Евгения взглядом и прошёл в дом, бросив кеды в коридоре. Коридор не очень большой, но и не маленький. Справа двери в кухню, чуть далее в комнату самого Евгения. Слева дверь в мастерскую и по совместительству библиотеку, а самая последняя в комнату Джисона.       Парень неловко заходит в свою обитель. Скромная односпальная кровать справа от двери, за кроватью шкаф, у большого окна письменный стол, а вдоль всей левой стены открытые полки. «Ура, и здесь я наведу полный бардак, чтобы получать по шапке!»       Хан просто закидывает сумку в шкаф, не желая разбирать её сейчас. Больше всего ему хотелось сейчас есть. «Надеюсь, он не отправит меня в лес ловить кроликов на ужин?» — Евгений? «Вот типичный русский. Я так и знал, что все русские не равнодушны к медведям. А у него водка есть?» — Чего тебе? — внезапно появился егерь в дверях кухни. — У тебя есть чем накормить меня? — Мясо ешь? — Ем. — Тогда хоть завались.       Мужчина впускает его на кухню. Вдоль правой стены и до окна, находящегося посередине, шла столешница, прерываемая лишь умывальником и газовой плиткой. В остальной части комнаты стоял большой стол. — Ты один здесь живёшь? — Один.       Евгений неожиданно открыл погреб. «Ничего себе, тут даже дырки в полу есть!»       Он достал оттуда сало и кастрюлю, очевидно, с супом. Достав тарелки, Евгений разлил суп с мясом по тарелкам и принялся каждую из них греть на плитке. — Так быстрее, — пояснил мужчина и закинул на стол им обоим ложки. «Жесть, с ним лучше не шутить. Хотя… если бы я не знал, что он русский, то, возможно, не боялся бы. А теперь буду спать с ножом под подушкой… Фу, Джисон, какой же ты кретин»       Суп на вкус был просто объедение, хоть и очень ощутимый на соль, но не пересолёный. — Завтра расскажу тебе о том, как выжить в лесу. — Ты собираешься бросить меня здесь? — Не знаю, пока ты мне не надоел. Я хотел повести тебя в поход, да и ты будешь разве сидеть целый день дома, когда здесь такая погода?       Предложение о том, что Евгений пока не знает оставлять ли Джисона посреди леса или нет, очень не понравилось тому, кого хотели оставить в лесу. Джисон сжался внутри.

***

      Егерь хмыкнул и бросил перед ногами Хана сухие ветки и брёвна побольше. — Пожалуй, одно из главных умений в лесу — это умение разводить огонь. С помощью него можно приготовить еду, очистить воду и, наконец, подать сигнал, чтобы тебя нашли. — Но здесь меня никто искать не будет, — заметил Джисон. — Людей-то совсем нет. — Будь позитивным. «М-да, с тобой прям станешь позитивным» — Чтобы развести огонь, во-первых, нужно собрать трут. Трут — это, так сказать, вещь, с помощью которой огонь разгорится быстрее. Трутом может быть сухая листва, такие маленькие веточки, хвоя, трава и так далее. Во-вторых, нужно собрать то, что, собственно, будет гореть. На заметку: дольше всего горит дуб и клён. Но в нашем лесу я не видел клёна, а дуб был.       Джисон задумчиво чешет щёку. Попасть в школу выживания он, конечно, не хотел. Да ещё с таким человеком как Евгений. Сегодня ночью Хан никак не мог уснуть. И все ночные часы он слушал храп егеря из соседней комнаты. «Интересно, а если вставить ему кляп в рот, он по-прежнему будет храпеть?» — Итак, далее нужно сложить трут в середине, а брёвна на трут в форме шалаша. — Евгений начал шуршать ветками и листвой, собирая шалаш. Посередине он оставил проход, чтобы можно было поджечь изнутри. — А теперь самое сложное: если нет спичек. Нужно будет найти плоскую дощечку. Или относительно плоскую других, — он взял широкую, немного изогнутную ветку. — В ней нужно проковырять, м... как сказать... «Он одичал, что ли? Совсем разговаривать разучился похоже» — Углубление, вот, — егерь сверкнул ножом. Он мучается с этой веткой несколько минут, пока не образовывается длинное углубление. — Теперь нужно взять другую ветку и активно работать ею взад-вперёд, чтобы образовалось тепло в результате трения. Физика, да? «Активно? Может агрессивно?»       Евгений прижал коленом изогнутую ветку и начал быстро тереть в её углублении другой. Снова несколько минут работы и егерь радостно запищал. Вскоре пошёл маленький дымок, и Евгений аккуратно засунул ветку в середину шалаша. — На этом, в принципе, всё. Только нужно будет костёр обложить камнями, чтобы пожара не случилось. — Класс, можно я теперь посплю?       Егерь сузил глаза в щёлочки и вытащил изогнутую ветку из шалаша, не дав до конца загореться.

***

      На следующий день Евгений по-прежнему не отставал. Он рассказывал про то, как собирать и очищать воду, как правильно строить импровизированный шалаш и подавать сигнал дымом. — Скоро мы пойдём с тобой в поход. Я покажу тебе какие растения и ягоды можно есть.       Хан ерошит синие волосы и хмурится. «Я могу себе яму вырыть и там жить. Ну а что?» — Вы русские всегда такие? — Какие? — усмехнулся егерь, убирая на место ковш, где ранее была вода. — Ну... активные. Туда надо, потом туда, а затем ещё вот сюда, — Джисон бездумно тыкает в разные деревья. Евгений ухмыляется. — Ну почему же... Не все любят активный отдых. Но, согласен, мы очень беспокойные. «А может просто придурковатые? Господи, какой же ты кретин. Сколько можно сравнивать русских со своей культурой»       Хан почесал затылок и вздохнул. На самом деле, он немного боялся выходить из дома один. Из окна кухни был виден кусочек какой-то скалы и часть водопада, что так манили Джисона, но его всё время останавливал страх, что его кто-то здесь нагло съест и не подавится. «У меня очень богатая фантазия. Мне здесь просто опасно находиться!»