эхо

Свет и тьма, жизнь и смерть, правое и левое — братья друг другу. Их нельзя отделить друг от друга. Евангелие от Филиппа 10

Машина плавно ехала по шоссе, скользя по мокрому асфальту, а дворники непрерывно работали, отбрасывая капли дождя в разные стороны. Девушка щурясь, внимательно следила за дорогой, улыбаясь сама себе и переодически подпевая мелодичным песням, которые играли фоном лишь бы не слышать оглушающие раскаты грома. Рядом, на пассажирском сидении, как напоминание о её трудах и стараниях, лежал диплом с отличием об окончании университета, а рядом скетчбук девушки, от корки до корки заполнен рисунками ангелов и демонов, которых вот уже год Вики видит во снах. Сотовый издает протяжную трель где-то из бардачка и девушка чертыхается, проклиная себя всеми правдами и неправдами за то, что не взяла его поближе к себе. Знала ведь, что беспокоящийся отец будет звонить, узнать далеко ли ей ещё ехать, но всё равно не подумала об этом заранее. Рукой, на ощупь, девушка пытается найти телефон среди кучи всякой всячины, неотрывно глядя прямо перед собой. — Ну наконец-то, — восклицает брюнетка, победно улыбаясь, когда ей удается дотянуться до уже замолкшего мобильника, однако только она вытаскивает руку, он падает в ноги, заставляя девушку злиться на себя ещё больше, — Криворукая идиотка! Девушка раздраженно восклицает, после чего скидывает скорость и, моля всевозможных богов, все-таки наклоняется за сотовым, выискивая его взглядом. Добившись своей цели, Вики моментально поднимает взгляд и резко выкручивает руль влево, потому что её старенький форд выехал на встречную полосу, прямо навстречу массивному джипу, водитель которого даже не удосужился посигналить, будто его это совсем не волновало. Не рассчитав, машину откидывает ещё больше и проскочив обочину, автомобиль улетает в кювет, перевернувшись на небольшой скале у леса несколько раз. Дым тонкой струйкой подымается ввысь, пока пугающую тишину вновь разрезает звонок телефона, спокойно лежащего рядом с девушкой без сознания, висящую на ремне безопасности головой вниз. И только спустя полтора часа кое как брюнетка открывает глаза, когда сумерки уже опустились, а тишина была до боли оглушающей. Все тело затекло и, от декабрьского холода, онемело, но трясущимися руками Вики все же набирает три девятки на мобильном, в болезненном ожидании ответа экстренной службы. — Пожалуйста… — девушка хрипло шепчет, как только раздается сигнал ответа. Кровь у носа запеклась, неприятно стягивая лицо девушки, что ещё сильнее затрудняло связную речь, а головная боль была настолько невыносимой, что в уголках глаз скопились слезы. — Одну секунду, милая. Я уже отслеживаю звонок, не отключайся, — ласковый голос женщины-оператора моментально отвечает пострадавшей, пока Вики хрипит, пытаясь сказать что-то ещё. — Помощь уже едет. Ты можешь сказать, что с тобой случилось? Женщина продолжает говорить в трубку, действуя по уставу, чтобы Вики не скидывала вызов и не потеряла сознание, однако боль в голове настолько невыносимая, что стоит буквально на секунду прикрыть глаза, надеясь облегчить ощущения, и снова провалиться в забвение. Лишь бы не чувствовать всего этого: оглушающей боли, разрывающей темноволосую голову на маленькие части, жгучей боли в правой ноге, которую Вики, очевидно, сломала, и физически ощутимого чувства предстоящего конца. Она снова открывает глаза только спустя сутки, морщась от яркого света больничной палаты, пока её отец крепко держит девушку за руку, глядя на неё глазами, полными слёз. Он тут же нажимает на кнопку вызова, когда замечает, как девушка приходит в себя. — О, моя дорогая! — папа восклицает слишком громко, выдыхая от облегчения, и заставляет девушку в очередной раз прикрыть глаза, потому что боль не прошла. — Я так волновался, доктор сказал, что ты можешь не очнуться, но я так рад, что он ошибся. О, как я рад! В белоснежном, наглаженном, халате лечащий врач брюнетки врывается в комнату, тут же подходя к своей пациентке. Он выполняет свои обязанности с пугающей отстраненностью, думая лишь о том, что Вики Уокер действительно не должна была больше очнуться. Максимум, чего можно было ожидать — это кома, но даже на это были мизерные шансы. Он проверяет пульс, удивительно слабый, всего двадцать пять ударов в минуту, если учитывать, что девушка в сознании и смотрит будто мимо него. Поджав губы, все больше путаясь в своих мыслях, мужчина приоткрывает её веко шире, наводя на зрачок фонариком, но никакой реакции это не вызывает, будто Вики ослепла. Медленно, скрипя зубами от боли, и не обращая внимания на суматоху врача около неё, девушка поворачивает голову к отцу, который всё это время не выпускал её руку ни на секунду. Доктор с удивлением отмечает, что взгляд пациентки фокусируется, но на столь краткий срок, что становится понятно: она знает, что ей нужно попрощаться. И иначе, как чудом, это назвать нельзя. — Я тебя люблю, па, — шепчет девушка, выдавливая слова из последних сил, после чего улыбается так, будто она самый счастливый человек в мире, и медленно закрывает глаза. Мистер Уокер разрывается от рыданий, тряся дочь за плечи, лишь бы она вновь открыла глаза. А после прижимает её к себя, молясь, что это просто плохой сон, ведь он не может потерять и её тоже. Ведь не может же? Доктор проверяет пульс снова и, убедившись, что сердце не бьётся, фиксирует смерть. Небо снова затянуто тучами, посылая на землю сверкающие молнии, пока убитый горем мужчина стоит и свежей могилы. Плечи его опущены, одежда промокла от проливного дождя, но он не может даже сдвинуться с места, плачет, буравя глазами две могильные плиты, стоящие рядом. От могилы дочери, которую похоронили каких-то пару часов назад, он переводит взгляд на соседнюю, где лежит женщина, покинувшая их восемнадцать лет назад. — Береги её, Ребекка…

***

Яркий свет ослепляет, будто солнце находится прямо у кончика носа, когда Вики оглядывается вокруг себя. Она стоит у обрыва, медленно переводя взгляд то вниз, в пропасть, то за спину, где расположился лес. Недалеко, среди манящих розовато-голубых облаков, плавают небольшие острова, покрытые мягкой зеленой травой. Всё кажется сном, но девушка знает, что она умерла. Осознаёт это так отчетливо, будто это самая главная истина во всём мире. Девушка делает шаг в пропасть, решив, что выбор, очевидно, у неё небольшой, а лес, хмурый и неприветливый, манит не так сильно, как шанс свободного полёта. И только стоит брюнетке поймать мысль о том, что адской боли больше нет, как новый поток острых ощущений разрезает ей лопатки. Солёные слёзы застилают глаза, пока ветер вокруг шепчет слова успокоения, а тело, придя в норму, рефлекторно само начинает делать размашистые взмахи крыльями, волшебным образом выросшими за спиной. Смех удивления вырывается из пухлых губ девушки, пока сиреневые крылья поднимают её обратно, туда, откуда она решилась шагнуть в пропасть. — Я удивлён, признаю, — взрослый мужчина, весь в черном, стоит рядом с приветливо улыбающейся миниатюрной женщиной, белые крылья которой немного подрагивают в предвкушении. — Мало кто из Непризнанных выбирает прыжок, обычно все предпочитают лес. Ты молодец! Легкая улыбка появляется на его губах, когда рядом с ним приземляется ещё один человек — парень, облачённый во все серое, и удивительно красивый дракон, с чешуёй цвета изумруд и запахом чего-го неземного, будто даже космического. Животное плавно подходит к Вики, обнюхивая её ладони, после чего радостно начинает ластиться и, махая длинным хвостом во все стороны, слегка облизывает руки, будто чувствует хозяйку. — Из Непризнанных за последнее десятилетие только я прыгнул, — парень подходит следом за драконом, протягивая девушке руку, — Я Энди, это Мисселина и Геральд. А это Фыр. И похоже он выбрал тебя! Дракон продолжает пихаться головой в руку девушки, выпрашивая такую желанную ласку, и смотрит на брюнетку настолько осмысленным взглядом, будто на неё смотрит живой человек. Уокер всё ещё не может произнести и слова, переводя взгляд от одного к другому и обратно. Она гладит животное и находит в этом непривычное удовлетворение, после которого, как пелена, на неё опускается покой, будто Фыр своими магическими способностями передал свои эмоции ей. — Не переживай, милая, ты ко всему привыкнешь, — светловолосая женщина, ангел, как поняла Вики, кладёт руку на плечо девушки, другой рукой поглаживая сияющие перья на её крыльях, — Обычно Непризнанным нужна помощь, чтобы вырастить крылья, но ты… — Ты заставляешь удивляться уже второй раз, Вики, — теперь уже говорит мужчина, которого Энди назвал Геральдом, по отцовски глядя на девушку, — Фыр отвезёт тебя в школу, чтобы у твоих, удивительно ярких для Непризнанной, крыльев, было время закрепиться, а рваные раны от них затянулись. Девушка молча кивнула, залезая на изумрудного дракона, который немного опустился, чтобы ей было комфортнее сесть. Вся троица встречающих одним взмахом взлетела, а дракон плавно оторвав лапы, последовал за ними. Во все глаза Вики смотрела по сторонам, на облака и окружающее их небесное сияние. Кажется, стоит немного вытянуть руку и можно их потрогать, зарыться ладонью, как в мягкую перину. — Почему меня называют Непризнанной? И… Что здесь вообще происходит? — брюнетка переводит взгляд на летящего рядом с ней Энди, наконец отойдя от шока и желая в конце концов разобраться во всем происходящем. — Я ведь умерла, правильно? Но почему я тогда это помню? Я попала в Рай? Слова льются нескончаемым потоком, заставляя парня тихо засмеяться. Он ведь прекрасно помнит, что не так давно сам был таким, тоже не мог ничего понять и думал, что это все злая шутка его разума. — Почти, — в очередной раз он улыбается, замечая замешательство в глазах девушки, -Ты на небесах. И тебе повезло, потому что у тебя есть шанс стать чем-то большим, чем просто умереть — или ангелом, или демоном. Но так как пока что твоя сторона не ясна, ты Непризнанная. Находишься где-то посередине и от твоих поступков чаша весов будет склоняться в ту или иную сторону. А вот и Академия! Вики удивленно хлопает глазами, не в силах поверить в услышанное. Ангелы, демоны, небесная академия… Разве может это все быть реальным? И, если может, то почему именно она? В ней же нет совершенно ничего особенного. Дракон мягко ступает на зеленый газон, фыркая, будто сообщая о прибытии, а когда девушка опускается на землю, он ласково трется о ее руку. Улыбаясь, девушка гладит его голову, глядя как животное прикрывает глаза от наслаждения, когда слышит несколько шагов за спиной, а после недовольный выдох. — Очередная мышь откинулась, — Вики оборачивается, глядя на стоящую напротив компанию, в особенности на недовольную пышную девушку, которая раздражается от одного взгляда на Непризнанную, не отлипая от парня с болезненно красивыми, алыми глазами. — У тебя какие-то проблемы? — Вики отвечает агрессией на агрессию, прекрасно помня своё главное правило: относиться к людям также, как и они к тебе, — Мышь принимает все жалобы в письменном виде, с пяти до шести вечера, приемные дни по четвергам. Запишись заранее. Алые глаза прищуриваются и игриво блестят после слов девушки, а пухлых губ касается едва уловимая ухмылка, которую он молниеносно быстро прячет за маской высокомерного безразличия, переводя взгляд на свою спутницу. Со стороны сада подходит чистой воды ангел, облаченный во все белое, с большими крыльями за спиной, и становится рядом с Вики, недовольно глядя в сторону компании Алых глаз. Вики как будто чувствует его на физическом уровне, такая чистая и добрая энергия сочится из него, и Уокер кажется будто рядом стоит человек, которого она всю жизнь знает, будто старший брат, которого никогда не было. — Найди кого-нибудь своего уровня для издевательств, Люцифер, — Алые глаза фыркает, посылая одним только взглядом такие мощные волны ярости, что невольно кожа Вики покрывается мурашками. И она не может понять до конца, нравятся ли ей эти мурашки. — Защищаешь слабых, Дино, как благородно, — голос демона разрезает тишину, он настолько глубокий, что кажется звучит где-то внутри, под кожей, задевая нервные окончания. — Думаешь, она раздвинет перед тобой ноги за своё спасение? — Алые глаза кидает секундный взгляд на Непризнанную, — Хотя да, раздвинет. Быстро подсуетился, ангелочек. Компания Люцифера громко смеется на весь двор Академии, особенно девушка, оскорбившая Вики, после чего, как собачки, все уходят в сторону стоящей в далеке башни за своим предводителем — Алыми глазами. Воздух будто выбивают из груди Вики слова, сказанные демоном, а в груди зарождается ненависть к мужчине, так легко оскорбившему её без каких либо причин на это. И на долю секунды она уже готовится высказать ему пламенную речь о том, какой он мудило, как замечает все еще стоящего рядом ангела. — Здравствуй, Вики Уокер, — блондин тепло улыбается, предлагая девушке руку, и неспешным шагом провожая ее внутрь величественного здания Академии.