Головоломка

      Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву и касались бледного лица Михаила. Его мышцы на лбу непроизвольно сжались, образуя глубокую морщину. Горшок попытался открыть глаза, но ослепительное сияние солнца обожгло сетчатку. Он издал нечленораздельный звук. Правой рукой он прикрыл лицо, создав тень, и постепенно привык к яркому свету. — Бля, — пробормотал он, ощущая признаки недомогания. Через несколько минут его зрение адаптировалось, и он смог оглядеться. Поле до самого горизонта было покрыто золотистыми колосьями, колыхавшимися на ветру. «Где я?» — подумал он.       Горшок резко убрал руку с лица и попытался встать, но головокружение заставило его пошатнуться. Схватившись за голову, он издал шипящий звук. «Что происходит?» — пробормотал он. Его черные волосы упали на лоб. Он аккуратно убрал челку, ощущая странное чувство, будто видит себя впервые.       Через несколько минут он услышал плеск воды неподалеку. Жажда стала невыносимой. Он попытался встать, опираясь на правую ногу и руку, но внезапная головная боль заставила его опуститься на спину. «Что за фигня?» — пробормотал он, закрывая глаза от солнца.       Но свет не дал ему покоя. Один луч проник в левый глаз, и он инстинктивно отвернулся. Повернув голову, он столкнулся с другим потоком света. «Ёпт!» — воскликнул он, перевернувшись на живот и поднявшись на четвереньки. Через мгновение он уже сидел, упираясь правой ногой в землю. Схватившись за голову, он издал нечленораздельный звук и приоткрыл глаз.       Миха чувствовал, что его жизнь изменилась кардинально, но не мог понять, как. Это ощущение дискомфорта побудило его осмотреть окрестности. Он поднялся спиной к источнику звука воды, и перед ним открылась впечатляющая картина: поле заканчивалось невысоким холмом с маленькими домиками. — Деревня, — пробормотал он, повернув голову к реке. Прозрачная вода блестела в лучах заходящего солнца. Сделав несколько шагов, он оказался на берегу. Жажда взяла верх, и он зачерпнул воду руками, наслаждаясь прохладой. Повторяя это несколько раз, он постепенно пришел в себя.       Отойдя от воды, он сел, тяжело дыша. Его мысли начали проясняться. «Где я? Как я здесь оказался?» — спрашивал он себя. Память ускользала, оставляя лишь фрагменты. Он помнил о семье и друзьях, но их лица и имена ускользали. Это ощущение неопределенности усиливало его беспокойство.       Внезапно в его голове вспыхнуло яркое воспоминание. Он не мог понять, кто этот человек, но оно оставило глубокий след. «Кто он? Или это была она?» — подумал Горшок, нахмурив брови. Резко поднявшись, он направился к холму.       Путь был долгим и утомительным. Несколько раз он останавливался, чтобы отдышаться, но продолжал идти. Наконец, добравшись до первой избушки, он оперся на заборчик, пытаясь восстановить дыхание. Солнце уже скрылось за горизонтом. Войдя во дворик, он не нашел ничего интересного и подошел к двери. Его глаза слипались от усталости, и, не раздумывая, он вошел внутрь.       Осмотревшись, он заметил диван и, не теряя времени, упал на него. Усталость взяла верх, и он мгновенно уснул. — Миха. — Миша. — Ну Мих!