Никогда.

-луна сегодня красивая,не правда ли, мастер Дилюк? Парниша мотает ногой,наслаждаясь прекрасным ночным Мондштадтом. Величественный лунный диск возвышается над городом,освещая его холодными,но до жути пронзающими лучами. В, наверняка,холодной воде отражается ночной царь,что всем своим существом распластался на водной глади,на которой изредка проходила рябь. Время от времени пролетают птицы,порой даже оглушительно донося друг для друга, несомненно,важную информацию. Один синий,но до боли прекрасный глаз всматривается в удаляющийся горизонт, кажется,будто у него нет предела. Альберих максимально расслаблен,но на деле у него в душе настоящий пожар. -спасибо,что помог мне в таверне. -не за что,я всегда к твоим услугам. Может,хотя бы перестанешь меня презирать или смотреть как на самого ужасного человека. Рагнвиндр хочет ударить Кэйю за такие слова про себя,но сдерживается. Дилюк не проигнорировал признание,он лишь хочет выждать наиболее подходящий момент,что бы ответить на него. Альберих показательно громко вздыхает,до отказа наполняя свои лёгкие кислородом,что бы с тем же громким выдохом опустошить их. Капитан кавалерии поворачивается к любимому брату,улыбаясь во все белоснежные зубы,показывая на сколько ему нравиться эта компания,а так же место где они находятся. Но что то в его взгляде не то. У Кэйи нет бликов в глазах. Словно они потухли. -прости. Кэйа продолжает улыбаться. Ему больно, несомненно,но Альберих не показывает этого. Его сердце разлетелось на миллиарды малейших осколков,что въедаются словно под кожу. Кэйе кажется что тот тонет. Его горло перекрыли, барахтается,пытаясь сделать хоть глоток кислорода. Не получается. Дилюк бесшумно уходит. Парень хочет остановить и обнять Рагнвиндра,обнять и никогда не отпускать. Альберих снимает фамильную повязку,которую, кажется,он не снимал даже когда спал. Он плачет. Смотря как луна непозволительно медленно двигается по небесводу,по загорелым щекам не переставая льются слезы. Попадая в рот,ведь тот кричит. Но его не слышат. Он остался один. Один во всем мире. Да,есть Джинн,которая ценит Кэйю,но лишь как рыцаря. Есть Беннетт,который ценит Кэйю как наставника. Хочется выпить. Пить эту алую жидкость до безпамятного опьянения. Хочется забыться в этом обилии вина. Ему плевать как на него посмотрят,хоть как на законченного алкаша, плевать! Лишь бы забыть эту ночь навсегда. Кэйа ненавидит себя. Наверняка теперь и Дилюк возненавидел его. Смотря на водную гладь,Альберих хочет вырвать себе глаза. Что бы никогда не видеть это ужасное лицо. Лишь бы никогда не видеть себя.