Spanking Story

/ЗА ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА ДО ДЕБЮТА/ -Ёсан, встань рядом с Хонджуном. -Хонджун, положи его на свои колени. Хонджун легко схватил Ёсана за руку и потянул его вперед, заставив младшего приземлиться на свои колени. Ёсан понял, что так будет лучше, и лег спокойно. Хонджун смотрел вниз, он не мог поверить, что он действительно собирается сделать это, что он собирается причинить боль тому, кто ему действительно дорог. Ёсан не плохой парень, просто он любит устраивать драмы. Он живет ради этого — это его конек. Однако старший не мог оправдать действия младшего, сам Хонджун относился к издевательствам очень серьезно. Он ни за что на свете не позволил бы своим младшим участникам вести себя неуважительно. Он был согласен с тем, что его донсен заслужил это, но все же чувствовал, что не должен этого делать. -Твои участники не будут так хорошо воспитаны, когда в общежитии будешь только ты, поэтому ты должен быть твердым и не позволять им отговаривать тебя от этого. Вы здесь авторитет и вы принимаете решения. — сказал генеральный директор: -Начинайте. Хонджун глубоко вздохнул, он сможет пройти через это. Ему просто нужно перестать думать и приступить к делу. Джун остановил свои мысли и поднял руку вверх. ШЛЕП Ёсан вздрогнул и испустил беззвучный вздох. ШЛЕП -АХ! Ты бьешь слишком мягко. Генеральный директор подошел и схватил старшего за рукав и стянул его к локтю Хонджуна. -Ты должен больше укреплять свою руку. Начни сначала. ШЛЕП -Нет! Почему ты такой мягкий? Ты должен быть твердым, как сейчас. После того как Сок Ён сделал выговор старший поднял руку и сильно ударил Ёсана по одетому заду. ШЛЕП -АХ! — Ёсан вскрикнул. ШЛЕП-ШЛЕП-ШЛЕП-ШЛЕП-ШЛЕП -Ай! Ай! Ай! — Он дернулся от боли. Сок Ён встал прямо и велел старшему продолжать. Хонджун согнул руку, поднял ее выше и сделал вид, что прихлопывает муху, чтобы ударить сильнее. ШЛЕП -А-а-а! — Ёсан сжал челюсть. Хорошо, — одобрительно кивнул головой генеральный директор на крики Ёсана от боли. В голове Ёсана пронеслась тысяча мыслей; он был так поглощен болью, что сразу же пожалел о том, что дразнил других стажеров. Сок Ён продолжал говорить с Хонджун ом: -Как лидер, ты должен заставить их бояться твоих наказаний. Чтобы вбить им это в голову, ты должен править железным кулаком. Не сдерживайся, Ёсан причинил много боли стажерам. Услышав это, Хонжун прибавил темп, он все меньше чувствовал вину за наказание младшего члена. После еще тридцати ударов Ёсан не смог больше сдерживаться и выпустил капли слез, которые быстро увеличивались, расстраивая его. Сок Ён попросил хёна остановиться. Хонджун сменил эмоцию, услышав плач Ёсана. Ему стало стыдно за то, что он обидел его, и он погладил его по спине: -Мне так жаль, Ёсан-а. -За что ты извиняешься? Ты его хён, и ты его наказываешь. Ты не должен ставить свои эмоции на первое место, я знаю, что тебе тяжело слышать, как он плачет, но он сам виноват. Вы не должны забывать о том, что он сделал; Ёсан должен научиться уважать вас и относиться к другим с добротой. Не превращайте своего донсэна в испорченное отродье, — ругал генеральный директор. -Как только ваш младший начнет плакать, вы должны перейти ко второму шагу. Спустите его штаны. Ёсан выпустил дрожащий вздох. Он больше не хотел, чтобы его шлепали, он чувствовал, что урок уже усвоен. Хонджун потянулся, чтобы расстегнуть джинсы молодого человека. Он расстегнул молнию и спустил одежду до щиколоток. Ёсан испугался и протянул правую руку назад, чтобы натянуть джинсы. Хонджун показал легкую вспышку раздражения: — Перестань! Сок Ён поправил его: -Он никогда так не послушает. Повысь на него голос. Хонджун кивнул: — Я же сказал, прекрати! Положи руку на землю, и в следующий раз, когда ты ее поднимешь, я добавлю тебе больше шлепков! Ёсан заплакал от голоса Хонджун а. Тон его хёна был настолько резким и неприятным, что по позвоночнику пробежали мурашки. Он снова опустил руку на землю. -Видишь? Он уважает тебя теперь, когда ты не ценишь его поведение. Как старший участник группы, ты должен убедить его, что все его действия имеют последствия. Хонджун начал возвращаться на свое место. Он еще сильнее шлепнул парня по его тонким боксерам. Ёсан теперь слышал все свои эмоции, он больше не стыдился и не смущался: ему было просто больно. -АЙ! Хён! Пожалуйста, прекрати! -Ты позволишь ему теперь самому распоряжаться своим наказанием? Имеет ли он на это право? спросил генеральный директор. Хонджун покачал головой. Он начал шлепать быстрее, заставляя младшего жалобно всхлипывать. Он бил руками по полу перед собой, не принимая боль. Он не знал, как убедить своего хёна остановиться: он чувствовал себя маленьким и подконтрольным. Ёсан посмотрел на других членов группы, сидящих у дивана; хотя никто из них не смотрел в его сторону, он видел их заплаканные лица. Им было неприятно видеть, как их товарищ плачет и находится в полном расстройстве. -Через некоторое время ты должен спросить, что он сделал не так, если он ответит, что знает о своих проступках, ты можешь приступить к выполнению наказания. Если он колеблется или отказывается отвечать, значит, ему нужно больше. Однако не переусердствуйте, шлепать нужно всерьез. Вы должны показать, что все еще заботитесь о них, иначе они будут чувствовать себя ненужными. Хонджун кивнул: -Я готов к завершению. Генеральный директор скрестил ноги на стуле и посмотрел в сторону Хонджун а: -Очень хорошо, последняя часть всегда самая трудная. Спусти его боксеры и оголи его. Глаза Ёсана расширились, он очаровательно заскулил и покачал головой. -Больше никаких хён, п… — закричал Ёсан, когда почувствовал отпечаток руки хёна на своей голой задней части, она словно горела. -Молчи, Ёсан. Ёсан выгнул спину, громко плача. -Ёсан-а. Думаешь ли ты о людях, которым ты причинил боль? Что ты сейчас думаешь о тех поступках, которые совершил? -М-Мне жаль, хён! Я извинюсь! Я больше никогда так не поступлю!. Ёсан готов был отдать ему весь мир, лишь бы он остановился. -Ладно, хватит. Ёсан вцепился в лодыжки старшего, боясь, что что-то случится, когда он остановится. Хонджун погладил младшего по спине, но его утешение длилось недолго: когда Ёсан пришел в себя, Хонджун велел ему стоять в коридоре и ждать своего хёна. Ёсан умолял обнять его, но Хонджун сказал ему, что наказание еще не закончилось. Хонджун утешит его, как только он извинится. Генеральный директор обратился к самому старшему участнику: -Ты очень хорошо справился. Мне жаль, что все так получилось, но так устроена индустрия. Выигрыш или поражение, и люди должны любить вас, ребята. Не облажайтесь.