Spanking Story

      // POV Джошуа //       — Итак, все собрались вокруг, я собираюсь произнести: «ДА!». Я хлопнул в ладоши. Звук, как и мой голос, был тихим. Было трудно заставить детей слушать меня.       Сынчоль сделал свое фирменное движение: он дважды щелкнул пальцами, и все тут же остановились и повернулись к нам лицом.       Мне всегда было интересно, как он это делает. Ему достаточно было сделать свое движение, и все участники становились послушными и тихими.       — Спасибо, — я улыбнулся лидеру, и он улыбнулся в ответ.       — Ладно, ребята. До аэропорта два часа езды. Сейчас я рассажу всех по местам: Джонхан и Вону, Хоши и Джун, я и Уджи, Сокмин и Минхао, Мингю и Дино, Вернон и Сынчоль.       Сынчоль, будучи самым старшим и лидером, всегда сидел один. Сокмин любит говорить, что он похож на короля.       — Несмотря на то, что мы знаем друг друга всегда, нас все равно много, и нам нужно было договориться о том, как сидеть.       — Хён. Мне нехорошо, можно я посижу с тобой? — Глаза макнэ метнулись ко мне.        — Конечно, дружище.        Мингю сделал вид, что обиделся, и прижался к его груди. Дино игриво толкнул его, а затем положил голову ему на плечо.        — Все поняли?        — Да! — Все запели.        — Хорошо, поехали! — Я снова хлопаю, громче, чем в прошлый раз, но все еще тихо.       

***

      // POV Уджи //       — Дино, пожалуйста, поешь.       — Я не хочу, пожалуйста, перестань.        Я снял наушники, чтобы услышать спор, который вела пара позади меня.       — Дино, — услышал я еще более мягкий голос Джошуа, — малыш. У тебя будет болеть голова, если ты не поешь.        Дино дважды тихонько застонал: — Хён.        На мгновение воцарилась тишина, а затем раздался шлепок. Макнэ зашипел и дважды вскрикнул.        — Шуа-хён! — воскликнул Дино, и весь автобус прекратил свои занятия, услышав макнэ.        Я почувствовал, что настало время вмешаться, и немного приподнялся, оглядывая сиденье. Джошуа чувствовал себя неловко, это было видно. Он не любит применять физические наказания к членам группы, но после многих лет жизни с нами в Корее он постепенно привык к этому. Чтобы разозлить американца, требовалось очень многое, но даже в этом случае Джошуа терпелив.        — Хён. Оставь его, ему нехорошо.        Джошуа держал в руках пакет с закусками, волнуясь.        — Он не ужинал.        Мингю повернулся, чтобы помочь мне: — Шуа, меньше всего что нам нужно, так это чтобы его тошнило перед долгим перелетом. Он не умрет если не поест, он не хочет.        Американец вздохнул. Джошуа не любил, когда хотя бы одному из членов группы было плохо. Ему нравится заботиться о других людях.        — Окей. — Он снова положил голову Дино себе на плечо, передавая пакет с закусками мне. — Прости, малыш. Я не хотел тебя пилить.        — Все в порядке, хён. — Дино закрыл глаза.       

***

      Через полчаса участники приехали в аэропорт, и персонал проводил их к самолету. Была почти зима, и чувствовалось, что так оно и есть, тринадцати участникам группы приходилось прижиматься друг к другу, чтобы согреться. Через час полета больше половины участников группы уже спали. Было еще светло, но чувствовалось, что наступила глубокая ночь.        В самолете они разместились так же, как и в автобусе. Дино по-прежнему сидел с Джошуа, но ему становилось все более неуютно.        — Ешь, Дино. Поешь! Пожалуйста.        — Хён. Я же говорил, что меня стошнит! — Дино немного повысил голос, он не хотел никого будить. Его хёны ненавидели, когда их будили.        — Тебя не стошнит. А если и захочется, то здесь есть туалет. Тебе будет хуже, если не поешь. — Джошуа поднес закуску ко рту младшего.        Дино знал, что Джошуа хотел как лучше, ведь это его любимый хён. Он восхищался тем, что Джошуа всегда был таким заботливым и сострадательным. Он действительно заботился о своем младшем брате и переживал за него. Тем не менее, мигрень делала его легко раздражительным.        — Сколько раз тебе говорить, хён! Я не голоден. Я не хочу есть. Мне что, нужно держать для тебя табличку?! — крикнул Дино.        Джошуа был ошеломлен. Никто никогда не относился к нему с пренебрежением, для младших членов группы он был самым простым хёном. S.Coups и Джонхан были строги и заботились о участниках группы, когда они плохо себя вели. Джошуа всегда был рядом, чтобы утешить их, он любил их. В то же время он не позволял младшим проявлять к нему неуважение.        — ЭЙ! — Грудь Джошуа двигалась вверх и вниз в гневе. — Не говори со мной так. Я просто забочусь о тебе, Ли Чан. Ты будешь это есть или мне нужно разбудить Сынчоля и рассказать ему, что ты мне только что сказал?!        Дино больше не мог этого выносить. Он жалел, что повысил голос на Джошуа, но тот заслужил это. Почему бы Джошуа просто не оставить его в покое? Ему и так было нехорошо.        Когда Джошуа снова поднес закуску ко рту, Дино с силой выхватил ее у него из рук и швырнул обратно.        Это был переломный момент для Джошуа — наглость этого ребенка. Ему очень не хотелось будить лидера, и он решил разобраться с этим сам.        — Вставай. — Джошуа встал.        — З-зачем? — Дино испугался. Джошуа никогда не наказывал членов группы, если они не вели себя очень плохо. Он не хотел, чтобы его лидер шлепал его, его рука и так была достаточно твердой, но Джошуа шлепал сильнее, когда злился. — Хён, пожалуйста, не надо. Прости меня. Я поем.        — Нет, вставай. — Кровь Джошуа кипела.        Дино послушался и встал. Джошуа взял его за запястье и потащил к передней части самолета. Самолет был огромным и состоял из двух отсеков: в одном находились все, а в другом — туалет и столовая.        Джошуа открыл маленькую дверь и сел на диван. Дино попытался вырваться, но американец был быстр и уложил макнэ к себе на колени.        Дино извивался, умоляя. — Шуа хён. Не надо! Пожалуйста.        — Нет. Ты не только накричал на меня, но и бросил что-то в своего хёна! Что ты можешь сказать в свое оправдание?       ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП, ШЛЕП.       — ПРОСТИ! — Дино начал плакать, боль, смешанная с мигренью, сделала его слабым.       — Я буду хорошим, хён! Пожалуйста, прекрати.       — О чем ты думал?       — Мне просто было нехорошо! — хныкал Дино.        Джошуа стянул с Дино джинсы: — Я понимаю, что тебе было нехорошо, малыш. Но я твой хён и знаю, что для тебя полезно, так что если я скажу тебе поесть, пожалуйста, сделай то, что я скажу.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП       — Хорошо! Хорошо!       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП       –Шуа-хённим. Пожалуйста, пожалуйста. — Дино бормотал, его боксеры не защищали его, и он чувствовал, как сильная, похожая на металл рука его хёна снова и снова опускается вниз и вниз.       — Еще двадцать, и я спущу твои боксеры. Хён будет быстрым. — Джошуа чувствовал себя виноватым, поэтому ему нужно было побыстрее закончить.       — Дино, когда мы вернемся на свои места, я хочу, чтобы ты поел. Ты понял?       — Да, хён-ним. — Дино всхлипнул.       Джошуа остановился и не мог дождаться, когда Дино упадет к нему в объятия. Он посадил Дино к себе на колени, и макнэ сильно заплакал, а когда его плач стих, Джошуа поднял его на ноги.        Оба участника SEVENTEEN вернулись на свои места, а Дино перекусил тем, что дал ему Джошуа. Ему было трудно устроиться поудобнее, поэтому Джошуа снова посадил его к себе на колени.       

***

      // POV Джонхан //       Сан-Франциско был совсем не похож на Лос-Анджелес. Это было почти как два разных штата. Безумие Лос-Анджелеса не могло сравниться со спокойной атмосферой Сан-Франциско.        Лос-Анджелес — один из самых ненавистных и одновременно любимых городов в мире. Это красивый город, но Калифорния кажется мне одинаковой.       Я вижу одних и тех же людей везде, куда бы я ни посмотрел, и пейзаж никогда не впечатлял меня.        Все мы были просто благодарны за то, что оказались здесь. Я люблю дом, но путешествия — это всегда интересно. Они позволяют заглянуть в мир, отличный от твоего собственного.        Когда я выпрыгнул из самолета, небо было окрашено в нежно-розовый цвет. Восход солнца загипнотизировал меня, красота Америки была представлена на открытом холсте.        — Джонхан-а! — S.Coups щелкнул пальцами, выбивая меня из колеи.        — Извини. — Я догнал их всех.        — Куда мы идем? — спросил DK, ни к кому не обращаясь.        — В гостиницу. Запомните все, это рабочая поездка перед отпуском. Я хочу, чтобы все вели себя как джентльмены. Сможем ли мы это сделать? — спросил S.Coups, ведя группу вперед.        — Мы? — Джихун фыркнул. — Я даю нам пять минут.        — А я даю тебе и Сокмин хёну пять секунд. — Вернон рассмеялся.        — Я сказал, мы можем это сделать? — Сынчоль снова спросил, более серьезно, чем раньше.        Вернон и Уджи проглотили и кивнули: — Извини, хён.        Сотрудники проводили нас к главному входу, где нас встретили пять машин. Я поехал с вокальной группой, Дино был с нами, так как он все еще чувствовал себя нехорошо.        Когда мы выезжали из аэропорта, я посмотрел на улицу. Город еще спал, а вокруг ресторанов и домов уже были развешаны рождественские гирлянды.        Это было как-то романтично и очень успокаивающе.        Поскольку мы собирались провести здесь две недели, первая неделя была посвящена работе, а вторая — отдыху.        Отель, в котором мы остановились, находился на окраине Сан-Франциско, в миле от Окленда. Это был роскошный отель, поэтому мы очень серьезно отнеслись к предупреждению S.Coups-а и вели себя наилучшим образом.        Мои соседи по комнате должны были стать двумя товарищами по 95 лайну.        Джошуа сомневался, что Дино останется с младшими, так как он был болен, а двое младших любили втягивать макнэ в свои мероприятия.        — С ним все будет в порядке, хён. — Сынкван положил руку на плечо Джошуа        — Да, хён. Поверь нам. — Вернон невинно улыбнулся.        Я проигнорировал их разговор. Я осмотрел комнату и попытался представить себе две недели в этом помещении. Это была хорошая комната, она была размером с люкс, в ней было более пяти комнат. Одна из них была ванной, другая — кухней, столовой и тремя спальнями.        Мы втроем — самые взрослые, когда речь идет о проживании в номере. Хип-хоп группе трудно полностью расслабиться, поэтому они часто устраивают небольшие вечеринки в своих комнатах. Вокальная группа довольно гибкая, но шумная, и нам не раз приходилось заходить к ним в комнаты и просить успокоиться.        Я заваливаюсь на кровать, но не чувствую усталости. Я наблюдаю за тем, как Джошуа отправляет макнэ, а S.Coups ложится обратно, измученный тем, что проспал весь полет.

***

      ЧЕРЕЗ ОДНУ НЕДЕЛЮ       Воскресенье началось, как и каждое утро, со споров макнэ.        — Оставь это, Дино. — Вернон закатил глаза.        — Ты никогда не защищаешь меня, хён. — Дино понимал, что раздувает из мухи слона. Это был конец их рабочей недели, и он хотел, чтобы не только он, но и его 12 старших хорошо провели время.        В ситуации с тренажерным залом этим утром было что-то такое, что очень беспокоило Дино.       Макнэ лайн находились внизу, в тренажерном зале отеля, когда этот высокий мужчина, примерно 195 сантиметров, подошел к младшим и ругнулся на них.        — Эй, хуесос. Я использовал это.        Дино не знал, что этот человек обращается к нему. Он думал, что разговаривает с Верноном, который на самом деле был на орбитреке.        Когда Дино понял, что мужчина сердится на него, он в страхе отступил назад. Он не понимал этой злости на него, мужчина был ненамного старше его, скорее всего, лет двадцати, но по его росту он выглядел лет на десять старше.        Вернон оценил ситуацию.       Дино не ожидал, что его хён вступится за него. Не то чтобы старший не хотел защищать младшего, но Вернон был тихим, мягким парнем и легко пугался.        Сынкван увидел эту сцену и подошел к ним. В отличие от Вернона, он был настроен на конфронтацию.        — Простите? Какие-то проблемы?        Мужчина взглянул на Сынквана, самодовольно улыбнулся и сделал вид, что не услышал корейца.        — Сохраняй спокойствие, Сынкван. — посоветовал Вернон.        Главная причина, по которой Вернон не стал бы защищать своих участников на публике, заключалась в том, что у S.Coups-а повсюду были глаза.        Вывести Хансоля из себя удавалось лишь раз в жизни. До их дебюта Вернон всегда заступался за своих товарищей, но теперь они были айдолами, один промах в их личности — и их репутации в Корее придет конец.        Вернону это не нравилось. Когда он услышал, что тот человек сказал Дино, ему захотелось обругать его в ответ, но он не смог.        S.Coups узнает об этом, и у них всех будут неприятности.        Эта ситуация не слишком испугала младших участников группы. Подобные вещи происходят постоянно, когда они едут в Америку, это уже случалось и будет случаться снова, так что они просто привыкли к этому.        Несмотря на то, что он знал характер своего хёна и причину, по которой ему приходится сдерживать себя, Вернон все равно был расстроен.        — Дино. — Вернон вздохнул, он не хотел, чтобы ему напоминали о том, что произошло. — Пожалуйста. Не думай об этом слишком много.        — Мингю хён защитил бы меня! — огрызнулся Дино.        — S.Coups-хён убил бы нас, если бы мы устроили сцену. Пожалуйста, пойми, Дино. Ты знаешь, что я хотел, но мы не можем.        — Ребята, прекратите! — Сынкван посмотрел на своих друзей. — Давайте весело проведем отпуск вместе. У нас только что была длинная рабочая неделя, давайте не будем начинать это сейчас.        — Да, Дино. Прости меня, пожалуйста. Прости меня.        — Ты всегда извиняешься! Я не верю тебе, когда ты говоришь, что сожалеешь. Ты говоришь, что сожалеешь, но даже не пытаешься изменить себя. Ты даже не пытаешься защитить меня или Сынквана!        Хансоль закусил губу и посмотрел на своего макнэ. Решив, что лучше уйти, он снял рубашку и пошел в ванную, чтобы принять душ.        — Хён!        Вернон обернулся.        — Прости, хён. Я не хотел.        — Я знаю.        Дино смотрел, как его хён уходит в ванную. Сынкван посмотрел на него сбоку:       — Измени свое поведение, Ли Чан. Давай вести себя хорошо для хёнов. А то они тебе голову оторвут.        Дино кивнул.

***

      Участники группы Seventeen арендовали пляж на ночь. Сделать это было несложно, большинство местных жителей все равно не приходят на пляж ночью. Пляж, на который они пришли, находился за пределами закрытого поселка, и люди приходили на него только тогда, когда состоятельные люди сдавали его в аренду.        Сегодня тринадцать человек были свободны от своего персонала, и они были сами по себе. Они наслаждались своими семейными отношениями. Это было успокаивающе — быть с людьми, с которыми ты действительно ладишь, которых по-настоящему любишь.       95 лайн принесли спиртное. S.Coups был лидером только на работе, а когда он был со своими младшими, он был веселым хёном. Этот хён нравился участникам группы больше, им нравилось видеть, как их старший веселится, учитывая его проблемы с психикой, которые он пережил в начале этого года.        Члены группы поужинали вместе, но после этого разошлись по пляжу. Каждый из них занимался своим делом.        Джонхан хотел напиться, очень сильно напиться. Он много работал, он заслужил это.        — Хён, дай ему несколько минут, Господи. — Вону заметил, как много пьет его хён.        Певец кивнул, приложив бутылку к губам. Он глотнул вина и прислушался к шуму волн.        Хоши и Вону начали беспокоиться. Из всех них Джонхан серьезно относился к чрезмерному употреблению спиртного и следил за тем, чтобы его участники употребляли алкоголь в меру. Он был из тех, кто заберет своего друга посреди ночи.        Джонхан чувствовал, как его разум начинает ускользать от него. Причина, по которой он никогда не пил слишком часто, заключалась в том, что у него было сильнейшее похмелье. Алкоголь также никогда не делал его счастливым.        Лидер молча подошел к троим. Сынчоль не был пьян, но понимал, что они пьяны, поэтому старался не подкрадываться к ним.        Хоши невнятно спросил лидера, присаживаясь рядом с ним: — Откуда ты здесь взялся?        — Я просто проверяю всех. — S.Coups заметил, что с Джонханом что-то не так. Он потирал руку, не поднимая глаз.        Зная чувствительность Джонхана, S.Coups положил руку ему на спину.        — Ты в порядке, парень?        — Да. Я просто слишком много выпил.        S.Coups хлопнул Вону по бедру: — Почему ты не следишь за ним?        — Я сказал ему остановиться, хён! — Вону поднял руки вверх.        — Дружище, почему бы тебе не прилечь в одном из шезлонгов?        — Нет, я в порядке. Спасибо. — Он благодарно улыбнулся лидеру.        Но Сынчоля это не убедило, он подошел ко второму старшему и пригласил его подняться        — Сынчоль. Пожалуйста, правда. Я в порядке.        — Держись. — S.Coups отвел его в сторону от группы, два шезлонга были пусты, и он усадил вокалиста на один, а себя — на другой.       Они начали болтать о всякой ерунде. В это время Джонхан начал вести себя более карикатурно. Он смеялся над всем, что говорил ему рэпер, и S.Coups сделал вывод, что тот сейчас очень пьян.        Лидер услышал позади себя сильный стук, оглянувшись, он увидел, что Джихун подхватил Джуна, пытаясь перебросить его через волейбольную сетку.        Он сказал своему другу, что сейчас вернется, но при этом категорически заявил, что Джонхан должен остаться там.        Джонхан не мог воспринимать ничего всерьез. В его глазах сияли полуночные звезды, он мог разглядеть каждую галактику. Океан стал его главным интересом: он должен был отправиться к нему. Не обращая внимания на предупреждение лидера, он встал и начал идти к океану.        Когда Сынчоль вернулся, вокалиста уже не было. Он почувствовал, как включается режим «бой или бегство», когда увидел Джонхана, идущего к океану.        Вода в океане была ледяной, Джонхан зашел так далеко, что вода была ему по шею. Он подумал, что у него галлюцинации, когда услышал панический голос своего лидера.        Вдруг его туловище обхватили руки, подхватили мужчину и вытащили на берег.        — Юн Джонхан, о чем ты думал?! — сердитый голос Сынчоля наполнил пляж, заставив некоторых членов группы обернуться.        Джонхан был не в себе. Он знал о старшем, но это его не касалось. Если бы он был трезв, то извинился бы и попросил прощения у своего лидера. Никто не любил, когда S.Coups злился. Даже 95-й лайн, которые были с ним одного возраста.        — Джонхан! — крикнул S.Coups, раздраженный выходкой Джонхана. — Ты слышишь меня?        Вокалист начал сильно смеяться. Все участники группы знали, что лучше не смеяться над своим хёном, но Джонхан подумал, что это просто смешно, то что он сделал. Алкоголь затуманил его здравый смысл, поэтому его поведение ухудшилось.        — Ты смеешься надо мной, Юн Джонхан? — разгневанно сказал Сынчоль.        Джонхан схватился за бока. Он не мог успокоиться, каждый вздох заканчивался смехом. Все было просто чертовски смешно.        — Да! Хочешь, чтобы тебя отшлепали, как младших? А?! У тебя есть десять секунд, чтобы прийти в себя и извиниться передо мной!        Он насмехался: — Заткнись, Сынчоль-а. Ты чертовски смешон.        Вот и все. Джонхан вывел лидера из себя, тот покраснел и, схватив второго по старшинству за ухо, потащил его обратно к машине.

***

      За десятилетия существования кпоп-индустрии было зафиксировано немало случаев, когда лидеры были очень строгими: G-Dragon из Bigbang, Onew из SHINee, Zico из Block B.       Сынчоль легко попадает в эту категорию. Мучительная программа стажировки Pledis Entertainment сделала S.Coups-а жестким и, что самое главное, доминирующим.        У всех тринадцати участников группы Seventeen были свои индивидуальные причины боготворить старшего, но все они боялись его по одной и той же причине.        Он был альфой, невероятно заботился об участниках группы и их профессионализме, не стесняясь в любое время и в любом месте поставить их на место.        Трое старших участников были безразличны к своим позициям: S.Coups — отец группы, Джонхан — мать, а Джошуа — старший брат.        Джошуа и Джонхан не раз приходилось вмешиваться, когда стресс становился слишком сильным для их лидера, особенно из-за его тревожности. Они изо всех сил старались дать S.Coups-у передышки и позаботиться о детях, но это лишь заставляло их еще больше уважать старшего.        S.Coups всегда был очень заботливым человеком. Его трогали самые простые вещи, и он ни в коем случае не был материалистом. Если он был с членами группы и ему было комфортно, то он с радостью отказывался от своего строгого образа.        Джонхан заблуждался в том смысле, что никогда не думал, что ему придется беспокоиться о наказании со стороны S.Coups-а, ведь они были друзьями одного возраста.        Конечно, Джонхан и Джошуа уже наказывались S.Coups-ом во времена их стажировки. Но друзья или нет, Сынчоль все равно был лидером, а лидер, несмотря на разницу в возрасте, пользовался наибольшим уважением в любой группе.        Несмотря на то, что S.Coups был легкомысленным, в то же время его было легко разгневать.        Конечно, когда ты возглавляешь группу из тринадцати человек, не обходится без драк и нравоучений. Однако S.Coups серьезно относился к размолвкам каждого члена группы, независимо от того, насколько они были велики или малы, его волновали самые незначительные вещи. Когда он выходил из себя, то превращался в родителя, которым он был известен. Его лицо становилось суровым, голос терял всякую приветливость, и он превращался в сурового учителя.        Сынчоль знал, что в трезвом состоянии Джонхан никогда бы не проявил к нему неуважения, но лидер по опыту знал, что если ты пьян, то все равно можешь почувствовать настроение, которое вызывает та или иная сцена.        Джонхан понимал, что ведет себя грубо по отношению к лидеру, но все равно продолжал идти.        В ночном воздухе вокалисту было еще холоднее, чем раньше. Он не мог понять, привел ли S.Coups его в машину, чтобы отругать или отшлепать.        Наряду с S.Coups-ом, Джонхан был главным шлепальщиком в группе. Обычно он наказывал только младших троих, оставляя лидера заниматься старшими. Джонх ан уже начал трезветь, когда S.Coups отпер заднюю дверь машины и затащил их обоих внутрь.        Он боялся издать хоть звук, разговоры только еще больше злили Сынчоля, и он видел, что старший не в настроении говорить.        — Мы же друзья, Сынчоль. Пожалуйста, Купс! Мы же одного возраста.        Лидер планировал, что их разговор будет коротким, но выражение лица его друга заставило его немного смягчиться и ответить:        — В наказаниях нет иерархии, ты же знаешь. О чем ты думал, а? Почему ты так себя вел?        Джонхан остановился. Он не верил, что то, что он сделал, было большой ошибкой. Очевидно, он был просто пьян и плохо соображал.        — Я был просто пьян, перестань. Ты же меня знаешь. Я бы не стал смеяться над тобой, если бы был совершенно трезв.       Сынчоль прищелкнул языком и сурово посмотрел на вокалиста.        — Мне очень жаль. — Джонхан положил трясущуюся руку на бедро лидера. — Правда, давай не будем этого делать. Я просто был пьян, пожалуйста, поверь мне.        Лидер был в замешательстве. Конечно, Джонхан не стал бы этого делать. Но все члены группы видели, как их второй старший смеялся над S.Coups-ом, и он беспокоился, что участники будут протестовать против того, чтобы Джонхана отпустили с предупреждением.       В итоге Сынчоль решил, что лучше оставить все как есть. Ведь все мы совершаем идиотские поступки, когда пьяны.        К тому же у них была длинная рабочая неделя, и Сынчолю пора было расслабиться и быть немного снисходительнее.        — Ты прав. Просто помни, что ты второй по старшинству и должен быть примером для младших. Я оставлю это без внимания, но не забывай о своей роли.        Джонхан не мог поверить, что ему удалось отговорить себя от этого. Это было почти удивительно, он был почти уверен, что ему не удастся выкрутиться.        Он поблагодарил лидера, невероятно благодарный за эту версию своего друга, который отговорил его от самой удобной для него роли.

***

      Мигрень возвращалась к Дино, когда он выпивал. Это не обязательно была его вина: макнэ известны как большие любители выпить, а два его хёна были убедительны.        Вернон и Сынкван перестали пить, когда увидели, что не могут напиться. Их хёны купили всего шесть бутылок алкоголя, и, будучи макнэ, хёны получили право распоряжаться ими в первую очередь, оставив троим только одну бутылку.        Вернону и Сынквану было легко понять, что Дино испытывает дискомфорт, и они хотели позвать Джонхана или Джошуа, но макнэ отказался. Все их хёны хорошо проводили время, и он не хотел, чтобы они беспокоились о нем.        Отсутствие алкоголя расстраивало Хансоля, макнэ всегда выбирали последнее, и это было несправедливо. Он надулся на минуту, прежде чем ему пришла в голову идея.        — Куда это ты собрался? — Сынкван обратился к американцу, который бежал трусцой в стороне от них.        — Собираюсь задать вопрос, будьте наготове! — крикнул Вернон за его плечом.        Хансоль выдохнул, остановив бег. Он оказался перед китайцами и поздоровался с двумя своими хёнами, прежде чем задать свой вопрос:        — Диэйт-хён, не могли бы мы сходить в магазин и купить кое-что?        Минхао отвлекся от чтения книги, когда увидел, что его второй макнэ подбежал к двум китайцам. Минхао посмотрел на Джуна, у которого было такое же выражение лица.        Диэйт знал, почему Вернон спрашивает его. Китайцы — самые покладистые хёны по отношению к макнэ, если им нужно было разрешение на что-то, они всегда шли к ним. Когда лидер сталкивался с ними, они всегда оправдывались тем, что получили разрешение от хёна.        Мало того, Вернон спрашивал их, потому что S.Coups распоряжался деньгами. Он хотел, чтобы мы пошли к лидеру и попросили деньги, что побудило бы лидера спросить, почему, и таким образом создало бы эффект домино.        Китайский лайн таким образом получили бы много неприятностей. Вернон был экспертом по использованию своего милого обаяния, чтобы заставить хёнов с трудом говорить «нет».        Минхао, в общем-то, не возражал, но они жили в закрытом поселке, и этот район был им незнаком. Хотя они были взрослыми, для китайцев и остальных хёнов три макнэ все еще оставались младшими в группе. Китайскому участнику группы было не по себе, когда он представлял себе макнэ лайн в одиночестве в чужой стране.        Вернон владел английским языком, но был очень застенчив.       Джун ответил за него: — Да. Если только Вону или Мингю пойдут с вами.        Хансоль нахмурился. Самые высокие члены группы были пьяны и не могли мыслить рационально, к тому же они в любом случае отказались бы, потому что нужно было идти пешком.        Вернон пожаловался: — Они не пойдут с нами.        — Это единственный выход, Вернон. — твердо ответил Джун.        Диэйт вмешался: — Сейчас все не в том состоянии духа, чтобы куда-то идти. Мы можем пойти за вещами утром, когда все протрезвеют. Хорошо?        — Окей, хён. — Вернон согласился, но внутри он был раздражен. Он был взрослым, а макнэ не были пьяны. Было бы разумнее, если бы они ушли, но он не мог пойти против того, что сказал Диэйт.        Сынкван и Дино не знали, что произошло, но, судя по хмурому виду Вернона, хёны сказали «нет».        — Они сказали, что мы можем поехать только в том случае, если с нами поедут Мингю и Вону.        — Почему они? — спросил Дино.        — Я думаю, потому что они высокие, и помнишь, когда мы были в Токио, Вону ударил того парня в лифте, который пытался тебя похитить? — ответил Вернон.        — О, да. — Дино кивнул, вспоминая.        Вернон упал на твердый песок, потерпев поражение.        — Смирись с этим, Вернон. — Сынкван похлопал своего лучшего друга по плечу: — Завтра мы можем выпить еще.        — Дело не в этом, я хочу в отель. Мне не нравится пляж, и я устал.        Дино тоже хотел вернуться, у него уже начинала болеть голова.        — Хансоль хён?        — Что? — Вернон переводил взгляд с Сынквана на Дино.        — Я неважно себя чувствую.        — Ой… — Вернон пощупал его лоб, он был прав. Он выглядел неважно. — Бедный ребенок. Тебе нужно вернуться в отель, давай поговорим с Сынчоль-хёном.        — Нет! — Сынкван толкнул Вернона обратно, когда тот встал.        — Что? Почему?        — Если мы скажем хёну, что хотим пойти в отель, то Диэйт-хён скажет ему, что мы спрашивали о походе в магазин. Он может подумать, что мы просто хотим вернуться, потому что он сказал «нет».        — Но он должен нам поверить, посмотри на Дино.        — Я тебе обещаю, что не поверит.        — И что же нам делать? Дино не может оставаться здесь, Сынкван, он болен!        Дино начинало раздражать, что его хёны разговаривают так, будто его здесь нет. Ему было все равно, как они вернутся в отель, он просто хотел лечь спать в свою постель.        — Я согласен с Сынкваном. Минхао не любит, когда мы ему врем, даже если говорим правду. Он все равно будет так думать, и Сынчоль-хён точно поверит Диэйту, а не нам.        В таком виде все стало гораздо понятнее для Вернона.        — Так что же делать? — Сынкван посмотрел на них.        — Почему бы нам просто не уйти?        Вернон фыркнул: — Ты хочешь умереть?        — Но хён! — Дино посмотрел на Вернона своими щенячьими глазами: — Я болен.        Рэпер вздохнул: — Сынчоль и Джошуа никогда бы не разрешили нам вернуться одним. Сейчас середина ночи.        Сынквану было неприятно признавать, что его друг прав.        В этот момент Дино был в отчаянии. Он видел, что его хёны висят на волоске, он видел, что они колеблются, и поэтому хотел продолжать их уговаривать.       — Хёны, ну же! Это всего в миле отсюда, и это закрытый район. Хёны, наверное, даже не заметят, что мы пропали. Вы можете подбросить меня до номера, а потом вернуться, и все будет так, как будто вы никогда не уходили!        — Мы не оставим тебя одного. — твердо сказал Вернон. Несмотря на свой покладистый характер, Дино был его единственным младшим и думал о его нуждах прежде, чем о своих. Ни за что на свете он не оставит своего макнэ одного, когда тот болен. Ни за что.        — Да, и кстати, придурок, что будет, если Сынчоль-хён спросит, где ты? Он разозлится, что мы не только оставили тебя одного, но и ушли, когда Диэйт сказал нам этого не делать, — заметил Сынкван.        Дино не мог с этим поспорить. Он был поражен поведением своих младших хёнов. Обычно они были как друзья, но теперь стало ясно, что Дино — младший, и его обычно свободолюбивые хёны вели себя с ним как старшие братья.        Макнэ знал, что ему не удастся достучаться до Сынквана, но Хансоль постепенно склонялся на сторону Дино.        — Вернон-хён. — Дино включил голос макнэ. — Пожалуйста, у нас не будет проблем. Сынчоль любит, когда мы заботимся друг о друге, мы можем написать ему, как только приедем в отель. Он поймет, я тебе обещаю.        Сынкван был удивлен, что сила макнэ действительно подействовала на Вернона. — Вернон! Ты серьезно об этом думаешь?        Хансоль теперь был искренне уверен в себе. Дино был болен, и они объяснят это Сынчолю.        — У тебя есть идея получше?        — Ты собираешься ослушаться Диэйт-хёна? — Сынкван был шокирован. Это было не похоже на Вернона — ослушаться своего хёна.        — Это не неповиновение. Он сказал, что мы не можем пойти в магазин, а не в отель.        — Это подразумевается!        — Сынкван! — Вернон мягко огрызнулся, ему надоели все эти споры: — Я собираюсь отвести Дино обратно в отель. Я не заставляю тебя идти, так ты идешь или нет?        — Черт. — выругался Сынкван. Это была ужасная идея, но он ненавидел мысль о том, что Вернон пойдет один, хёны будут меньше злиться, если узнают, что Сынкван пошел с застенчивым англоговорящим и их больным макнэ.        — Я иду, но не думайте, что я этому рад.

***

      Вернон забыл ключ.        — Ты забыл ключ?! — взорвался Сынкван.        Входная дверь макнэ лайна требовала ключ-карту. Вернон всегда отвечал за ключи для макнэ, потому что во время путешествий они всегда жили в одном номере. Это была его обязанность, потому что Вернон всегда был самым надежным из них.        Сердце Вернона сжалось. Это была карма, не так ли? Вселенная хотела послать им сигнал: — Эй, ребята, мы в полной заднице.        — Куда ты его положил?! — спросил макнэ, паника бурлила в его крови.        — Если бы я знал, куда я его положил, разве ты не думаешь, что я бы уже нашел его?! — Вернон потерял самообладание. Это была его вина, он с самого начала знал, что это плохая идея.        — Да, потише. — Сынкван ворчал: — Не вини макнэ в своих ошибках.        Вернон не смог сдержаться и набросился на своего лучшего друга, в основном нападая на него от страха.        Дино разнял своих хёнов: — Мы не можем драться, хёны! Мы должны держаться вместе. Хён, вспомни свои действия. Как ты думаешь, где ты его оставил?       Эта мысль обрушилась на Вернона как удар грузовика. Он оставил его в своей сумке с S.Coups-ом. Вместе с телефоном и бумажником. Когда члены Seventeen собирались вместе, они обычно отдавали свои вещи лидеру. Их хёны должны были уже сходить с ума.        — У кого-нибудь из вас есть телефоны? — осторожно спросил Вернон.        Сынкван закатил на него глаза. Неужели Вернон думает, что он настолько глуп? Он сунул руку в карман, чтобы вытащить его для пущего эффекта, но был потрясен, не обнаружив там ничего.        Дино сделал то же самое, ни у кого из них не было при себе телефонов.        — Мы мертвы. — Сынкван вскинул руки вверх и опустился на пол: — Хёны убьют нас. Я же говорил тебе, Хансоль! Я говорил тебе об этом.       Дино увидел, что в глазах Вернона появились слезы, и отругал Сынквана. — Хён! Не обижайся на Вернона. Мы все виноваты, и мы все напуганы. Не будь лицемером.        Сынкван знал, что младший прав. Несмотря на свою роль, Дино всегда был таким взрослым, даже когда был еще подростком. Он всегда восхищался этой чертой макнэ.        Он встал и обнял своего лучшего друга, который только что начал плакать.        — Прости меня, Хансоль. Не расстраивайся. Все будет хорошо.        Вернон вытер глаза: — Я не хочу, чтобы меня отлупили! Как я мог быть таким тупым?! Я просто идиот.        Макнэ снова обнял американца. Это была не вина Вернона, а его вина. Он чувствовал себя ужасно из-за того, что поставил своих хёнов в такое положение. Он заслужил все, что хёны могли ему сделать.        — Ты не такой, хён! Послушайте, нам всем надо просто вернуться на пляж и покончить с этим. — Дино ждал, что его товарищи по макнэ лайну согласятся с ним.        Сынкван жалко кивнул, соглашаясь. Вернон, однако, яростно покачал головой.        — Хансоль…        — Сынкван, Минхао…        — Он еще больше накажет вас, если мы не подчинимся! — возразил Сынкван. — Нет никакой разницы, останемся мы здесь или вернемся, он накажет тебя в любом случае. Мы все в этом вместе. Мы с Дино будем рядом с тобой.        Хансоль фыркнул. Он кивнул, уговаривая себя вывести группу из отеля и вернуться на пляж.

***

      — СЫНЧОЛЬ-ХЁН!        Двое старших шли от машины, когда у входа на пляж с ними столкнулись Мингю и Хоши.        S.Coups вздрогнул, увидев, что Мингю в панике.        — Что случилось?!        — Младшие! — Хоши попытался перевести дыхание. — Они ушли. Джун подошел к нам после того, как они с Минхао пошли проверить троих и увидели, что их там нет.        — А ты проверил остальных? — к разговору присоединился Джонхан.        — Да, хён. — Мингю сказал: — Мы с Вону обыскали весь пляж, но их нигде нет.        — Я проверил наши сумки, и они не взяли с собой ни телефонов, ни кошельков. — Хоши знал, что старший спросит.        S.Coups начал тяжело дышать. Он знал, что Дино и Сынкван просто убегут, но, если Вернон тоже ушел, значит, им грозит опасность.        — Хорошо. Мингю, позвони менеджеру. Джошуа, Джонхан и я вернемся в отель и посмотрим, там ли они. Всем остальным скажи, чтобы оставались на месте и не двигались.        Двое повернулись на каблуках и сделали то, что сказал им лидер.        Джонхан побежал обратно на пляж и схватил Джошуа. Трое старших начали возвращаться в отель, когда увидели три силуэта, идущие навстречу.        — Это они?! — спросил Сынчоль, не желая обнадеживать себя.        — Я не знаю. — Джошуа подождал, пока три фигуры войдут в свет фонарей, и убедился, что это пропавшие макнэ. — Это они!        Джонхан мгновенно подбежал к троим младшим, первым схватил Дино и крепко обнял его.        — Дино! Слава богу, это вы! Мы думали, что с тобой случилось что-то ужасное. Где ты был?!        Никто из троих младших не ответил ему, поэтому S.Coups резко и сильно ударил Дино по заду.        — Отвечай, Джонхану, сейчас же. Где вы трое были?        Дино хныкнул, и от сильного удара у него на глазах выступили слезы: — Мы возвращались в отель.        — Это была моя идея. — Вернон встал перед макнэ, чтобы разъяренные хёны не приставали к нему. — Дино плохо себя чувствовал, и я предложил отвести его обратно в отель.        95 лайн был ошеломлен. У Вернона была репутация самого тихого и послушного макнэ. Второй по возрасту макнэ обычно был самым разумным из всех троих.        Сынчоль покачал головой. — Я разочарован в вас. Все трое знали, что нельзя уходить, не предупредив никого из нас. Вы не взяли с собой ни телефон, ни бумажник, ни ключи. Мы думали, что с вами случилось что-то ужасное! Как ты мог так поступить?       Сынкван понял, что слишком долго молчал, и заговорил:        — Нам всем очень жаль, хён. Мы боялись, что вы не отпустите нас обратно, ведь Вернон попросил Диэйта сходить в магазин, а он отказал. Мы думали, что вы, хёны, решите, что мы всё выдумали.        — Ты понимаешь, как глупо это звучит? — выругался Джошуа. — Если Дино действительно был болен, то неважно, поверим мы вам или нет.        — Вот именно. Вместо того чтобы вести себя как взрослые, вы сами себя поставили в нелепую ситуацию. Вы очень удивили меня, особенно Хансоль.        Макнэ лайн опустили глаза к земле, боясь поднять взгляд на своих разъяренных хёнов.        Джонхан вздохнул, взял Вернона за ухо и потянул его за собой в сторону пляжа. Сынчоль и Джошуа последовали за вокалистом, взяв Дино и Сынквана за уши.

***

      — Мы собираемся отвести макнэ в нашу комнату. — Сынчоль объявил участникам группы, стоявшим в коридоре, что макнэ все еще сопротивляются, когда хёны держат их за уши. — Минхао, мы отправим Вернона в твою комнату после того, как закончим. Остальные, утро в вашем распоряжении.        Диэйт понял и бросил взгляд на второго макнэ, после чего ушел вместе с остальной командой.        S.Coups достал ключ из бумажника и отпер дверь, пропуская всех шестерых внутрь.        Он предложил трем макнэ сесть на диван, младшие на секунду замешкались, прежде чем смириться с судьбой и сесть лицом к своим хёнам на диване.        — Расскажите нам все, что произошло, не упускайте ни одной детали. — Джошуа был единственным, кто был достаточно спокоен, чтобы говорить.        Сынкван рассказал обо всем, после чего поднял глаза и увидел, что выражение лиц его старших хёнов не изменилось. Они втроем и раньше проказничали, в основном во время стажировки, но у них все равно бывали моменты, когда они ускользали от хёнов, и он ожидал, что 95-й лайн уже привык к подобным историям.        — Что ж, Дино. Мне жаль, что ты плохо себя чувствовал, и хёны поняли бы, если бы ты просто сказал нам, что заболел. Независимо от обстоятельств, мы всегда поверим тебе, если ты говоришь правду. Сынкван, я знаю, что ты не хотел идти, но все равно пошел. Я рад, что ты не отпустил Вернона и Дино одних, но ты знаешь, что нельзя уходить с пляжа без ведома одного из хёнов. Хансоль, Минхао говорил тебе не уходить с пляжа, а ты все равно ушел. — Сынчоль читал лекцию.        — Вы все трое понимаете, что все придется решать с помощью наказания, верно? — спросил Джонхан.        Все трое кивнули.        — И вы знаете, что мы наказываем вас из любви, а не из злости, верно?        Еще один кивок.        — Я рад, что мы все согласны. — Сынчоль решил, что с разговорами лучше покончить, и, схватив Сынквана за запястье, подвел певца к креслу и уложил к себе на колени.        Он стянул с Сынквана шорты и стал быстро наносить ему сильные удары, не давая ни секунды передышки.       Сынкван не пытался храбриться и начал сопротивляться уже в первые пару минут, а лидер шлепал все сильнее и сильнее, когда хныканье Сынквана отражалось от тонких бумажных стен.       — Сынкван, я не хочу, чтобы это повторилось. Я знаю, что вы все принимали участие в этом, но ты самый старший из вас троих, и я ожидал, что ты будешь отвечать за них обоих, особенно за Дино. Вы трое гуляли посреди ночи без телефонов и кошельков. Что если бы вы потерялись? Что, если вас ограбят? В Америке ночью опасно. Вы не можете уйти, не предупредив нас.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — Д-да, хён, да! Прости меня. Пожалуйста, прости меня! — Сынкван начал плакать, когда Сынчоль снял с него трусы и начал шлепать его по голой заднице.        — Я больше так не буду, хён! Пожалуйста, прекрати!       Сынкван зарычал, его задница стала ярко-красной под рукой лидера:       — Что ты сделал не так?        Младший юноша издал сухой всхлип: — Я… я улизнул с пляжа вместе с остальными и не сказал хёнам!       — Ты сделаешь это снова, Сынкван?       — Нет, нет, не буду! Пожалуйста, перестань, это слишком больно!       — Хорошо. Теперь все забыто, дружище. Вставай. — Сынчоль погладил Сынквана по спине, когда тот встал. Он потирал больное место, шипя от боли.        Он подал знак Джонхану, сказав, что теперь его очередь.        — Вернон, на колени.        Американец встал с дивана, пошатываясь. Джонхан был вторым по силе шлепков и самым разговорчивым во время наказаний. Ему предстояло чертовски много.        Как только Вернон оказался рядом, он перетянул второго младшего к себе на колени и сразу же начал шлепать.       — Хансоль Вернон Чхве, я не могу поверить, что ты мог сделать что-то подобное. Тайком сбежать и ослушаться хёна? Это на тебя совсем не похоже!       Вернон был не очень разговорчив во время наказаний, но его легко переполняла боль. Ему удавалось сохранять самообладание до тех пор, пока Джонхан не спустил с него трусы, а боксеры не предоставили ему никакого отдыха.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП       — А-а-а. Хён! Ой-ой-ой…       — Я ждал от тебя большего, я ждал, что ты будешь присматривать за Дино, когда хёнов не будет рядом. Ты хороший парень, и хён любит тебя, ты можешь иногда совершать ошибки, но всё, о чём я прошу, это сохранить здравый смысл.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП       — АУУУУ!       Джонхан стянул боксеры Вернона до лодыжек, и тот отчаянно потянулся назад.       — Хансоль! — предупредил Джонхан. — Ты хочешь получить расческой?       — П-пожалуйста, прекрати!       — Отвечай своему хёну!       — Нет! Нет, не хочу. — Вернон упал и зарыдал, уткнувшись в бедро Джонхана.       Скажи мне, что ты сделал не так, Нон-ни.        Вернон захлебнулся рыданиями. — Я… я улизнул и не послушался своих хёнов.        — Хороший мальчик, — Джонхан позволил Вернону выплакаться, а затем усадил его к себе на колени и дал младшему закончить плакать.        Джонхан был лучшим, когда дело доходило до утешения детей после наказания. Он всегда был строг с ними, но он также был самым добрым после того, как отшлепал их.        — Хён. — прошептал Вернон, уткнувшись в шею Джонхана. — Разве Диэйт-хён должен наказывать меня?        — Ты считаешь, что не заслуживаешь этого?        — Да, заслужил, но ты уже наказал меня, хён. — Вернон надулся.        — Это не имеет значения, ты ослушался его и Джуна и заслужил, чтобы он тебя тоже отшлепал. — Джонхан покачал головой, ему было жаль своего младшего брата, но это не останавливало его.        — Хён любит тебя, ты ведь знаешь это?        — Да, хён. Я тоже тебя люблю, — Вернон в последний раз прижался к Джонхану, после чего натянул боксеры и позволил Сынчолю увести рэпера в комнату для выступлений.        Джонхан встал со стула и пошел утешать Сынквана, который крепко спал.        Дино нервничал. Ему совсем не хотелось, чтобы его отшлепали, но особенно не хотелось, чтобы его отшлепал Джошуа. Он уже отшлепал его в самолете, и ему все еще было больно.        Калифорниец занял место Джонхана на стуле и скрестил ноги. Он бросил взгляд на макнэ, а затем сказал мягким тоном:        — Возьми расческу из моего чемодана.        Сердце макнэ упало, когда он подошел к чемодану Джошуа, взял толстую деревянную расческу и дал ее Джошуа.        Джошуа опустил ноги и начал укладывать макнэ на себя, но увидел, что Дино сопротивляется.        — Макнэ-а. — Джошуа дернул сильнее, и Дино, наконец, уступил калифорнийцу и упал на колени, уставившись на ковер.        — Хён. — пожаловался Дино, — Почему расческой достается только мне?        — Потому что мне уже пришлось отшлепать тебя один раз за эту поездку, и теперь мне придется сделать это снова. — Джошуа с силой шлепнул его по бедрам: — Ты также знаешь, что тебе лучше. Ты уже не подросток, Ли Чан. Ты должен начать вести себя как взрослый.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — Ай. Ой! Я… я знаю!        — Очевидно, что нет, почему ты не написал мне хотя бы сообщение, чтобы мы знали? Мы действительно волновались, Чан.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — Мне очень жаль, хён! — Дино застонал, на его глаза навернулись слезы. Расческа уже причиняла огромный вред.        Джошуа покачал головой, снял с младшего шорты и начал шлепать снова.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — АУУУУ! ХЁН ПОЖАЛУЙСТА!       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — Шуа-х-хён, хён-ним стоп. — Дино понизил голос, когда Джошуа начал шлепать его по левому бедру.       — Мы почти закончили, малыш. Расскажи хёну, что ты сделал не так, Ли Чан. — Джошуа остановился, ожидая ответа макнэ.        — Я… я улизнул без ведома хёна.        — Ты собираешься сделать это снова?        — Нет, хён. — Дино всхлипнул, — пожалуйста, прекрати.        Джошуа хмыкнул, отпустив макнэ и погладив его по спине сверху вниз.       — Я люблю тебя, малыш. Ты у нас самый младший, хёны всегда будут рядом, чтобы защитить тебя.        Дино улыбнулся сквозь слезы: — Я тоже тебя люблю.

***

       — Минхао-хён?        Вернон не хотел обращаться к Диэйту, он выглядел спокойным, просто сидел и разговаривал, но стоило хёну увидеть его, как выражение его лица менялось.        Все в комнате повернулись к второму макнэ, недоумевая, как он сюда попал.        — А вот и наш Вернон-ни. — поддразнил Хоши, делая руками движение «та-да».        Джун понял, что Вернон смущен. Щеки уроженца Америки раскраснелись, и он опустил голову. Хансоль не любит быть в центре внимания. Несмотря на то, что он принадлежал к макнэ лайну, его наказывали не так часто, как Дино и Сынквана.        Минхао не хотел наказывать своего младшего, особенно Вернона, но у него не было выбора. Парень пошел против него — и его, и Джуна.        Вернон уже был наказан Диэйтом за ложь, китайский участник не любил ложь и всегда наказывал своих младших, если они намеренно действовали за его спиной.        — Что ты скажешь Минхао? — Джун не хотел ставить Вернона в неловкое положение, но он был очень зол на младшего члена группы.       Хансоль покраснел еще больше и склонил голову перед Диэйтом:       — Минхао, прости, что я ослушался и ушел с пляжа после того, как ты запретил мне это делать. Я больше не буду этого делать.        — Хорошо. — Диэйт кивнул, довольный. — Я прощаю тебя.        Вернон поднял взгляд от пола, показав свои водянистые глаза.        — Ты собираешься наказать меня?        Диэйт вздохнул: — Да, Хансоль. Мне жаль, что тебе придется пройти через это снова, так как я знаю, что ты только что был наказан, но ты не можешь ослушаться своего хёна.       — Еще раз, я прощаю тебя. — Диэйт подтолкнул Джуна, и тот понял намек, старший китаец взял Хоши и вышел из комнаты.        Вернон подождал, пока Диэйт устроится поудобнее на кровати, и перебрался к нему на колени.        Минхао улыбнулся Вернону в затылок. — Я люблю тебя, ты ведь знаешь об этом? Я делаю это, потому что люблю тебя.        — Я знаю, хён.       Порка, полученная Верноном до этого, заставила его плакать сильнее, чем обычно.       — Когда я говорю тебе «нет», Хансоль Вернон Чхве, я имею в виду «нет». ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП       –Д-Да. — Вернон захлебывался слезами, корчась на коленях Минхао. — Да, хён, я буду лучше.       ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП ШЛЕП        — Давай не будем проходить через это снова, Нон-ни. — Диэйт отпустил Вернона и уложил его к себе в постель. — Мне не нравится причинять тебе боль, и я бы предпочел, чтобы мне не пришлось этого делать.        — Я… я знаю, мне очень жаль.        — Все в порядке, я люблю тебя.        — Я тоже. — Вернон задремал.