Без приглашения

— …кричала женщина, — прибывшие к дому полицейские лениво расспрашивают Джерри об источнике шума, который побеспокоил соседей. Джерри догадывается, что одного конкретного соседа. Он смеётся в кулак. — О да, ещё как кричала, — копы усмехаются в ответ и, удовлетворившись объяснением, спешат пожать руки и вернуться к машине: у них есть дела поважнее, чем осаживать разгорячённых парочек. — Старайтесь быть потише, — говорит напоследок один их них. — Конечно. Спасибо вам. Доброй ночи. Полицейская машина отъезжает от дома и скрывается за поворотом. Джерри возвращается внутрь и уже через минуту вылетает обратно, садится в свой пикап и едет в соседний квартал, по пути размышляя о наказании для этого сопляка, посмевшего вызвать копов. Кто бы мог подумать, что у соседки такой пронзительный вопль. Конечно, Джерри и сам виноват: не стоило вгрызаться ей в горло прямо в спальне, даже не трахнув. Дотерпел бы и отвёл девчонку в потайную комнату, скрытую за платяным шкафом — там звукоизоляция лучше, да и кровь отмывать проще. Но он так сильно проголодался и не мог перебить аппетит дешёвым пивом и чипсами, а кровь в жилах бедняжки Дорис бежала так быстро и так аппетитно пульсировала под кожей… По итогу пришлось объясняться перед копами, он остался без секса, но хотя бы сытым. А виновник испорченного вечера — мальчишка Брюстер. Джерри останавливается у случайного дома и глушит мотор. Вокруг темно, ни в одном окне не горит свет. Все спят. «Но ты-то не спишь, гадёныш», — думает про себя Джерри, невольно ухмыляясь. Он должен быть взбешён. Должен вернуться, швырнуть эту машину прямо в окно Чарли, разнеся полдома, а потом разорвать на куски то, что останется от мальчишки. Но он здесь. Сидит и ждёт, когда Чарли тайком проберётся к нему в дом, подыгрывает этому пронырливому школьнику. Лишь бы тому хватило ума заглянуть под садовый камень и найти ключ от входной двери: Джерри совсем не хочется остаток ночи заколачивать выбитые окна. Он бросает взгляд на часы на приборной панели. «Пяти минут тебе должно хватить». Наверняка Чарли уже был наготове. Наверняка сидел всю ночь, как собачонка, прислушиваясь и вглядываясь в окна соседского дома. Наверняка, прячась за шторой, он проводил взглядом машину Джерри и помчался на выручку бедной девушке. «Любишь подглядывать, малыш Чарли? Хотел посмотреть, как это делают взрослые, и удивить свою красотку Эми? — Джерри смеётся себе под нос. — Могу обеспечить тебе место в первом ряду». Возможно, всему виной нереализованное возбуждение, но мысли о Чарли будоражили его. Подобного не было с другими ребятами, Эдом или Адамом: их Джерри обратил быстро и без сожалений. Мальчишки копали под него, и от них нужно было избавиться. Но с Чарли все вышло иначе. Конечно, о тёмной природе Джерри теперь знает и он. А Джерри знает, что он знает: Эд рассказал после обращения. Но этим вечером, когда Чарли возвращался домой, а Джерри поджидал его на пороге, у вампира не поднялась рука на мальчишку. Тот старался не подавать виду, но дрожал всем своим существом: Джерри слышал, как бешено билось его сердце, а главное — ощущал соблазнительный запах густого ужаса. Но всё же он позволил Брюстеру ускользнуть под защитный купол родного дома, куда вампиру без приглашения вход был закрыт. Отмазка с пивом была придумана в последний момент в качестве оправдания позднего визита. Странно, но ему понравилась эта маленькая игра, двусмысленные разговоры и антагонистическая связь, возникшая между ними. Возможно, именно эта встреча пробудила в Джерри зверский аппетит, вынудив его так грубо обойтись с несчастной Дорис. В любом случае, он не жалел: все сложилось наилучшим образом, и Чарли добровольно полез в его обитель. «Я иду искать, Чарли», — он заводит двигатель и отправляется к дому. Джерри приятно впервые за бессчетные годы обрести кого-то особенного в своей жизни, пусть даже смертельного врага. Это маленькое противостояние забавляет его, привносит азарт в бессмысленное существование бессмертного монстра. Но почему именно Чарли запал ему в сердце? Потому что он молодой и красивый? Джерри улыбается своим мыслям. Конечно, Чарли весьма хорошенький. Очевидно, он из тех некрасивых детей, неожиданно вырастающих в горячих взрослых. Но дело не только в этом. За прожитые века Джерри повидал немало красивых людей, и одной красотой его можно было привлечь, пожалуй, в первую сотню лет. В Чарли же он разглядел твердость духа, которой были лишены его сверстники. Этот, по сути, всё ещё ребенок, выросший без отца и вынужденный слишком рано стать опорой для близких ему женщин, не выбирал роль защитника, но был вынужден исполнять её с малых лет. Вот и сейчас он крадётся по логову зверя, готовый расстаться с жизнью ради спасения едва знакомой соседки. Он не может иначе. Машина подъезжает к гаражным воротам. Джерри надеется, что мальчишка ничего не услышал: сам Джерри передвигается тихо, словно смерть, но с шумом двигателя ничего не поделать. Он глушит мотор и направляется в дом. Да, он здесь... Джерри чувствует его запах, почти видит теплые следы на перилах лестницы, в тех местах, где Чарли касался рукой. Будь он голоден, он бы чуял запахи еще острее, но даже на сытый желудок Джерри способен различить аромат его шампуня и стирального порошка, исходящий от одежды. Он ненавидит всю эту химическую вонь, ведь она перебивает сладостный запах человеческой кожи. Нужно подойти ближе, чтобы ощутить его в полной мере. Джерри, словно собака-ищейка, двигаясь по оставленному следу, поднимается на второй этаж и заходит в свою спальню. Эта комната уже пропитана запахом Брюстера, и у Джерри даже начинает приятно кружиться голова. Очевидно, именно в спальню мальчишка направился в первую очередь и здесь же провел больше всего времени, роясь в вещах вампира. Тепло его пальцев ещё осталось на страницах оккультных книг, разбросанных по рабочему столу Джерри. Невидимый след гостя, конечно же, уходит вглубь платяного шкафа и дальше, в потайную комнату. Джерри шагает внутрь, из полумрака спальни под слепящий белый свет. В узком коридоре, как всегда, пусто и тихо, лишь из камеры справа доносятся приглушенные всхлипывания Дорис. «Что толку прятаться, малыш? — Джерри оглядывает белые двери камер, гадая, за какой же из них укрылся Брюстер. — Я почуял тебя уже на первом этаже». Он шагает вперёд по коридору, останавливается напротив последней камеры и, уперев руки в притолоку двери, жадно втягивает носом воздух, с наслаждением громко выдыхая. «Нашел». Дверь распахивается, и Чарли в ужасе отскакивает в глубь камеры, прижимаясь что есть силы к стене. На нём все те же джинсы и та же толстовка, что и во время их встречи несколько часов назад: он и правда полночи просидел настороже. — Как нехорошо, Чарли. — В словах Джерри слышится издевка, но его спокойный бархатный голос обволакивает, как и всегда. Он не спеша приближается к мальчику. — Сегодня вечером ты не пустил меня на порог, а сам явился без приглашения. Я один тут соблюдаю правила? Джерри подходит вплотную, отчего у Чарли перехватывает дыхание. Гипнотический взгляд черных бездонных глаз пронизывает насквозь — это пугает Брюстера, но и оторваться от них он не в силах. — Пожалуйста… — отчаянно лепечет он. — Что "пожалуйста"? — Не убивай её… — Не убивать её? — Джерри смеётся. Даже сейчас, будучи едва ли не в пасти зверя, Чарли продолжает геройствовать. Такое благородство не может не бесить. Джерри грубо хватает его за лицо, сминая пальцами щёки и губы, ощущая прерывистое дыхание Брюстера под своей ладонью. — Что ты так о ней печёшься? Он разворачивает мальчишку к себе спиной и, придавливая шею локтем, тащит к камере Дорис. — Ты случайно не забыл, что у тебя есть подружка, а, Чарли? Что скажет Эми, если узнает, какой кульбит исполнил её парень ради соседской девки? Любым отношениям конец после такого. Тёмные кудряшки Чарли щекочут Джерри лицо, соблазняя зарыться в них носом. От волнения он весь вспотел и буквально благоухает страхом, невольно пробуждая в вампире первобытные инстинкты. — А может, она тебе попросту надоела? Хочешь соседку, малыш Чарли? — Джерри прижимает парня к двери, заставляя посмотреть в дверной глазок. Дорис в полусонном состоянии сидит на полу белой камеры. Её одежда, волосы и посеревшая кожа покрыты засохшей кровью. Больше всего кровавых следов в области шеи, но ран от укусов нет. Уже нет. — Я готов уступить её тебе, но только не сегодня. У меня на неё ещё были планы… — Нет! — Чарли вырывается и поворачивается лицом к вампиру. — Прошу, пожалуйста! Ей же плохо, она больше не выдержит. Не добивай её. Ты хочешь крови, — он судорожно задирает рукав, — возьми… — Тебя на замену взять? — Джерри усмехается в привычной ему манере. — Классический сюжет. Только не улавливаю, в чем заключается предложение. По твоему, ты всё ещё можешь уйти отсюда? Мне что-то мешает испить её досуха, а потом закусить тобой? — Но ты ведь этого не сделал сегодня, — если Чарли всё ещё и боялся, то теперь не показывал этого. В его голосе слышалась осторожность, но говорил он уверенно, — когда мы встретились перед домом. Ты мог убить меня тогда. Если бы хотел… Джерри нечего ответить. Его рот растягивается в улыбке, а голова едва заметно покачивается в кивках смиренного согласия. Тушé, парень. Хитрый мальчик. Джерри закидывает руку на шею Чарли и ведёт за собой, прочь из потайной комнаты. — Твоё предложение принято, Чарли. — Джерри захлопывает за собой дверь в стене, и вместе они выходят из шкафа. Мальчишка нервно оглядывается. — А как же Дорис? — Пусть отдохнёт, не будем ей мешать. — Джерри тянется к выключателю и зажигает верхний свет в спальне. Взору Чарли предстаёт ужасающая картина: кровать, залитая кровью, как в фильмах ужасов; на полу поблёскивает лужа такой же тёмно-красной липкой жидкости; одеяло и подушки разорваны; повсюду следы борьбы. Крадясь в темноте, Чарли не заметил всего этого, но сейчас, при свете ламп, его бросало в дрожь от одной мысли о пережитых Дорис страданиях. По крайне мере, она не далась ему без боя. — Ещё не передумал? — Джерри все так же весел. — Ну, не делай такое лицо. Твоя Эми ещё девочка? Тогда ты должен быть готов к паре капель крови на простыне. Смотри, не скрючь такую морду с ней в постели. На ватных ногах Чарли следует за Джерри вниз, на первый этаж. Здесь тоже царит полумрак: стекла в окнах закрашены краской. Когда глаза Чарли привыкают к темноте, он замечает, что гостиная почти не обставлена: покрытый пылью кухонный гарнитур, оставшийся с покупки дома, телевизор, диван и пара напольных ламп. Пачкать нечего. Будет удобно отмывать кровь. От этих мыслей ему почти становится дурно, но Джерри выдергивает его обратно в реальность, впившись жадным поцелуем в губы мальчишки. Ошарашенный Чарли только хлопает глазами, пока пальцы мужчины зарываются ему в волосы, поглаживая уши. Он делает попытку отстраниться и встречается взглядом с ухмыляющимся вампиром. — Я думал, мы договорились, — шепчет Джерри, обжигая влажные губы Брюстера горячим дыханием. — З-зачем?.. — С трудом мямлит Чарли. Джерри не выпускает его лицо из своих ладоней. — Что ты делаешь? — "Мои планы на Дорис", — напоминает он. — А ты о чем подумал? Парень лишь беззвучно открывает рот, не в силах выдавить из себя и слова. — Ча-арли… — Джерри снисходительно улыбается, проводя пальцем по раскрасневшимся губам Брюстера. — Хватит строить из себя невинность. Ты же видел кровать: я уже сыт. Осталось утолить голод другого толка. Он вновь притягивает Чарли к себе, выцеловывая губы парня, на этот раз нежнее: задерживаясь сначала на одной, потом на другой, стараясь сделать ему приятно. Руки Джерри уже гуляют по телу Брюстера, забираясь под футболку, оглаживая и царапая нежную кожу. Все усилия вырваться из мёртвой хватки вампира напрасны: Чарли вовсе не слабый парень, но сейчас его будто заключила в объятия гранитная статуя. Когда Джерри освобождает его рот, перебираясь цепочкой поцелуев к уху, посасывая мочку и вылизывая место на шее, куда обычно он впивается зубами, Чарли вновь начинает упрямствовать. — Я так не могу, — тяжело дыша, произносит он, — это неправильно… — Хочешь, чтобы я пошёл к малютке Дорис? — Джерри шепчет ему на ухо, отчего у Чарли по телу бегут мурашки. Он смиренно молчит, пока вампир очерчивает языком изгибы его ушной раковины. — Сочту за "нет". Джерри это не обижает: он знает, что Чарли здесь не по принуждению. Парень возбудился, Джерри чувствует это через ткань джинсов — значит Чарли тоже хочет его. Придерживая за талию, Джерри тащит его к дивану. — А ты не девственник, Чарли? — С усмешкой спрашивает он, усаживая парня себе на колени, словно ребенка. Джерри вжимает бедра Чарли себе в пах, давая почувствовать своё возбуждение. — Поэтому так боишься? Не хочешь, чтобы я был твоим первым? Только теперь, скользя губами по загривку парня, слизывая солёные капельки пота с его шеи, едва сдерживая порыв прокусить тонкую кожу и напиться горячей юношеской крови, Джерри осознает, как сильно этого желал. Он запускает руку под футболку Чарли, оглаживая впалый живот, пощипывая и теребя чувствительные соски, отчего у мальчишки вырывается сдавленный стон. Другая рука мужчины ловко расстёгивает ремень и приспускает джинсы парня, забираясь под резинку трусов. — Так лучше, Чарли, поверь мне. — Джерри обхватывает мокрый от смазки член и начинает двигать рукой, сначала медленно, постепенно наращивая темп, сдавливая и потирая большим пальцем головку. — Я знаю, как сделать тебе приятно. Я столько всего перепробовал за 400 лет, ты и представить не можешь. Я тебя всему научу. Буквально через минуту Чарли запрокидывает голову, выгибаясь в пояснице, и его тело пробивает мелкая дрожь. Он кончает в руку Джерри, пачкая свое бельё. — Что, всё? — Джерри смеётся, растирая сперму подушечками пальцев. Чарли хочет провалиться под землю от этого унижения, ото всей ситуации. Слава Богу, вампир сзади и не видит его смущённого лица, но это ненадолго. Джерри спихивает мальчишку с себя, укладывая спиной на диван. Сам он устраивается между ног Чарли. — Так не годится, малыш. Эми бы тебя на смех подняла. Тебе повезло, что ты со мной. Джерри стягивает с него джинсы и бельё, отшвыривая в сторону, и задирает край футболки, обнажая молочно-белую кожу живота и груди. При попытке стащить её вместе с толстовкой руки Чарли, задранные над головой, оказываются в ловушке спутанных рукавов. Джерри это даже больше нравится: он останавливается на минуту, чтобы полюбоваться обнажённым телом юноши. — Хватит уже… — Выпаливает Чарли. Он раздражён, но больше смущён и старается спрятать глаза от бесстыдного взгляда мужчины. — Не терпится? — Джерри опускается над ним и осыпает влажными поцелуями грудь и шею, поглаживая рукой вновь возбужденный член. — Можешь не говорить, я и так вижу. Тебе нечего стесняться, Чарли. Ты отлично выглядишь без одежды. И пахнешь ты просто изумительно. Джерри накрывает губы парня своими, целуя его глубоко и страстно. Разрывая и вновь углубляя поцелуй, он проникает напористым языком в рот Чарли. Тот, сперва не реагируя, покорно позволяет целовать себя, но через мгновение интуитивно отвечает, отдаваясь наслаждению. Девочки никогда его так не целовали. «Вот так, малыш. Не сдерживайся. Ты же тоже хочешь этого». Джерри отрывается от его губ и скользит вниз, по шее и груди, прикусив розовый сосок, ведя языком влажную дорожу по животу Чарли к его паху. Член не опал и вновь изнывает до прикосновений. Джерри вбирает его в рот целиком и начинает ритмичные движения головой. Во рту вампира мокро и горячо, и Чарли больше не сдерживает протяжных стонов. Джерри умеет работать языком, но старается не переусердствовать, пережимая пальцами основание члена, не давая парню желанной разрядки. Он целует головку и скользит языком по стволу, щедро сдабривая слюной. Капли влаги стекают вниз к ягодицами Чарли, где Джерри ловит их пальцами, втирая и растягивая задний проход. Один палец мягко входит внутрь, за ним второй. Чарли не больно, лишь немного дискомфортно от непривычных ощущений. — Потерпи немного. — Голос Джерри ласкает слух. — Это же лучше, чем разорванное клыками горло? Он поднимает Чарли за бедра и переворачивает его на живот. Наконец парень освобождён от пытки лицезреть, что именно с ним делают. Широкие ладони Джерри ложатся на мягкие округлости Брюстера, сжимая, пошлепывая, оставляя красные следы. Он наклоняется, целует Чарли между лопаток, спускается ниже, ставит поцелуй в прогибе поясницы, скользит губами вверх к ягодицам, чуть раздвигая их, но всё ещё не спешит снимать джинсы с себя. — Постой. Джерри, не надо… — Чарли догадывается, что хочет сделать его партнёр. Он впервые с момента знакомства называет его по имени, поэтому вампир не может не отреагировать. — Что не надо? — Джерри наслаждается этим смущением. Он трётся щекой о ягодицу парня, целует и прикусывает, сжимая рукой другую. — Не надо… — вкрадчиво повторяет Чарли, силясь выдавить из себя слова, вгоняющие его в краску, и прячет глаза, утыкаясь лбом в подушку дивана. — Это… противно. На лице вампира появляется улыбка умиления — жаль, Чарли её не видит. — Нет ничего противного в том, кого ты хочешь, — отвечает он и припадает языком к колечку мышц. Чарли несдержанно охает и пытается сжаться, но вампир не позволяет. Твёрдый язык щекочет проход, очерчивает круги и проникает внутрь. Новые чувства начинают приносить парню удовольствие: Джерри понимает это по нарастающим стонам и чуть заметным движениям бедрами ему навстречу. Да, теперь они оба хотят большего. Джерри расстёгивает ремень и молнию на своих джинсах, высвобождая твёрдый член. Он плюёт на ладонь, растирает по стволу, дополнительно смазывая, и медленно входит в Чарли. У мальчишки это первый раз, и Джерри старается быть аккуратным, хотя сам не понимает, откуда в нём взялась эта забота. Он чуть задерживается внутри и неспешно двигает бёдрами, давая Чарли привыкнуть. Наконец Джерри опускается на спину парня, накрывая его своим телом. Вампир тяжелее, чем выглядит, и буквально вдавливает Брюстера в диван своим весом. Уперевшись одной рукой в подлокотник дивана, а другой обхватив Чарли под грудью, он начинает совершать поступательные толчки. Утыкаясь лицом в затылок парня, Джерри вдыхает запах его волос, вылизывает и целует шею и спину. Движения тазом ускоряются, он входит всё глубже, выбивая у Чарли стоны с каждым толчком. Член Брюстера, прижатый сверху весом двух тел, трётся о поверхность дивана, принося дополнительное удовольствие. Сердце парня бьётся с бешеной скоростью, разгоняя горячую кровь по телу. Его естественный аромат сводит Джерри с ума, и сейчас вампир может насладиться им в полной мере. Он хочет погрузиться, раствориться в этом запахе, впитать его своей кожей — вдруг он согреет ледяную кровь вампира? Этот соблазн и желания, которым он потворствует, опасны. Джерри дразнит сам себя, допуская такую близость. Запах возбуждает аппетит, соблазняя вонзить клыки в горло стонущей под ним жертвы, познать её вкус и утолить вампирскую жажду. Он обязательно сделает это, но не сейчас. Пусть Чарли ещё побудет таким — горячим, вкусным, живым. Он хочет, чтобы Чарли остался с ним, чтобы пригласил его в свой дом и в свою жизнь. Хочет, чтобы Чарли сам этого хотел — искренне, а не под воздействием вампирского дурмана. Они бы сменили дом, уехали из Вегаса, подальше от его матери и Эми, чтобы Чарли никогда не вспоминал об этих нуждающихся в нём женщинах. Больше ему никого не пришлось бы защищать. Джерри закрыл бы его внутри, оградив от опасностей внешнего мира. Он бы одевал Чарли в свою одежду и не позволял ему мыться. Постельное бельё, каждая тряпка и даже стены дома пропитались бы его запахом, и Джерри смог бы наслаждаться им постоянно. И он бы обратил его, пока Чарли не вырос, оставив его совершенным навечно. Они бы провели вместе ещё сотни лет, зарываясь в землю с восходом солнца, а ночью — трахаясь и кормясь добычей и друг другом. Финальный толчок приносит долгожданный оргазм: наслаждение разливается волнами от паха по всему телу, стон Джерри переходит в звериный рык, и, замерев, он обильно кончает внутрь парня. Напряжение в мышцах проходит, и мужчина обмякает на мокрой от пота спине Чарли. Отдышавшись минуту, он проводит рукой под животом партнёра, ощущая пальцами липкую жидкость: Чарли тоже кончил, это хорошо. Он подносит пальцы к губам и пробует на вкус: пусть это не то, чего жаждет Джерри, но всему своё время. Удовлетворившись, он поднимается и выводит член. За головкой тянется ниточка спермы, и из заднего прохода Чарли вытекает несколько капель белой жидкости. Изнемождённый парень моментально отключается. Джерри идёт наверх, забирает из шкафа чистое одеяло, накрывает любовника и оставляет его отдыхать. *** Чарли просыпается от шума с улицы. Одно мгновение ему кажется, что он дома, в своей постели, но произошедшее вовсе не оказывается страшным, странным сном. В темноте чужой гостиной он различает силуэт Джерри: вампир не отходил от парня ни на секунду. Заметив, что Чарли проснулся, Джерри направляется к нему со стаканом воды в руке. — Я уснул? — Чарли приподнимается на локтях, старательно прикрывая наготу одеялом. — Минут на пятнадцать. — Джерри садится на корточки возле дивана и протягивает стакан Брюстеру. — Прости, кофе нет. И газировки тоже. А пиво твоё мы выпили. Обещаю закупиться перед твоим следующим визитом. Вампир снова улыбается. Теперь его улыбка кажется нежнее, но Чарли всё так же холоден. Он молча пьёт, стараясь глядеть в сторону. — Тебе было хорошо? — Джерри протягивает руку к кудряшкам Брюстера, отчего парень резко вздрагивает. Мужчина предпочитает не замечать этого и любовно поглаживает по волосам. — Больше не вызывай на меня копов, Чарли. Соскучишься — просто приходи. Или я могу заглядывать к тебе, нужно лишь пригласить. Сделай это прямо сейчас, малыш. Пригласи меня в гости. Джерри тянется за поцелуем. Растерянный Чарли неловко дёргается в попытке увернуться и разливает остатки воды, забрызгивая диван и колени вампира. — Ты что, всё ещё боишься? — Джерри посмеивается, отряхиваясь. — Ты и секса боялся, но оказалось ведь совсем не страшно. И ты был молодцом, Чарли. Кончил два раза. Наверное ещё бы смог, если бы не уснул? Хорошо быть молодым, правда? Я могу сделать тебя таким навечно. Его рука забирается под одеяло, касаясь бедра Чарли. — Где моя одежда? — Наконец произносит парень. — Здесь. — Джерри кивает на сложенные вещи возле телевизора. — Но тебе не обязательно одеваться. Мне нравится и так. — Теперь ты отпустишь её? — Внезапно требовательный тон Чарли бьёт больнее осинового кола. Лицо Джерри мигом мрачнеет, во взгляде вампира видится разочарование и раздражение. Он несколько секунд вглядывается в глаза мальчишки, давая шанс исправиться, оправдаться, но, так и не дождавшись ответа, поднимается и бросает Чарли ключ от камеры. — Уговор есть уговор. Не сказав больше ни слова, Джерри поднимается по лестнице на второй этаж и исчезает в одной из комнат. Чарли спешно натягивает джинсы с футболкой и мчится наверх высвобождать Дорис, надеясь, что вампир не захлопнет дверь у него за спиной, навсегда заточив в потайной комнате. Обратно пара спускается крадясь: Чарли вовсе не хочет объяснять Дорис, как они с Джерри пришли к "соглашению". Вампир снова в гостиной: расположился перед телевизором, делает вид, что не замечает топтание подростков на лестнице. Пригнувшись, они на цыпочках перебегают до входной двери и, наконец, оказываются на свободе. — Спасибо, спасибо… — Сквозь слёзы бормочет Дорис. Вместе они делают шаг из под козырька дома на освещённую утренним солнцем лужайку, и девушка вспыхивает огнём, словно спичка. Её мучительный крик, длившийся долю секунды, отдаётся эхом в голове Чарли. То, что мгновение назад было Дорис, теперь лежит дымящейся горсткой пепла на траве. На лице парня застыла гримаса ужаса. Не в силах сдвинуться с места он так и стоит возле крыльца, спиной ощущая насмешливый взгляд чёрных глаз, пристально следящих за ним через окно. В этот момент полнейшего опустошения и бессилия Чарли думает лишь об одном. Он всё-таки вернётся в этот дом. И приглашение ему не понадобится. Он придёт не один и не с пустыми руками. И этому визиту Джерри точно не будет рад.