pink devil

      Хван Хенджин крутился у зеркала, внимательно осматривая себя со всех сторон.       Свежеокрашенные нежно-розовые волосы спадали на хрупкие плечи мягкими волнами. С правой стороны челка была убрана парой голубых заколок, что так любил Хван. Легкий макияж: чуть подведенное веко, румяна, контуринг и персиковый тинт, который идеально подчеркивал пухлые губы. Тонкая шея, на которой сбоку виднелась маленькая татуировка бабочки, выпирающие ключицы, а все остальное было скрыто под слоями одежды: ребра, что можно было пересчитать пальцами; осиная талия; сильно выделяющиеся тазобедренные косточки; длинные, стройные ноги.       Из одежды на Хенджине была белая рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы, что и позволяло любоваться изящными ключицами, школьные брюки и пиджак, обтягивающие силуэт, а на ногах белые Converse с радужной тракторной подошвой. Хван не мог устоять при виде украшений, не мог не обвешиваться ими вдоль и поперек. Так что на шее красовались небольшие бусы с розовыми жемчужинками; аккуратные запястья были увешаны фиолетово-розовыми фенечками, браслетами с подвесками Hello Kitty; длинные пальцы были украшены разноцветными кольцами из бисера, что собственноручно были сделаны Хваном.       — Щеки опять стали как у белки, — с презрением произнес Хенджин, оттягивая нежную кожу в сторону. Достав палетку для контуринга, он принялся еще больше затемнять скулы, дабы не было видно «крупных» щек.       — Ну ничего… Пару дней не поем, и все уйдет, — приговаривал он, нанося последние штрихи макияжа.       Убедившись, что он выглядит нормально, Хенджин взял свой рюкзак, который пестрел всеми цветами из-за того, что был увешан значками и брелоками и направился к выходу из дома.       — Удачи, милый! — крикнула мама с кухни, когда увидела, как сын спускался по лестнице.       — Спасибо, люблю тебя.

***

      — Минхо, ну ты где?! — верещал из динамика телефона Феликс, так, что Ли даже пришлось чуть отвести телефон от уха, дабы не оглохнуть случаем.       — Да иду я. Вот уже по лестнице поднимаюсь, — ответил Хо. Вдруг сзади послышался какой-то вскрик, отчего он невольно повернулся, сталкиваясь плечом с каким-то парнем. — Эй, смотри куда идешь или ты любитель в глаза подолбиться?! — грубо проговорил Минхо, с презрением окидывая взглядом того, с кем он столкнулся. Розовые волосы, куча украшений, высокая стройная фигура…       «Что за неформалов к нам в школу принесло», — промелькнуло у него в голове.       — Минхо-я, что случилось? — вновь послышался голос Ликса из динамика.       — А? — вынырнул из раздумий Хо. — Все хорошо, милый. Я уже подхожу, — отключил телефон.

***

      Минхо сидел на уроке литературы, увлеченно листая ленту Instagram, ни капли не вслушиваясь в то, что пытался донести до него Феликс. Ну оно, видимо, было и не очень важно, так как рассказ начался со слов: «Я вчера такую красивую кофточку купил…». Ну, а дальше Хо сразу понял, что Ли понесло, и сейчас он будет полчаса рассказывать про очередную потрясающую покупку, не обращая внимания на то, слушает ли вообще его Минхо. Учительница воодушевленно вещала что-то про очередной роман, который в классе вряд ли кто-то прочтет. В общем — полная идиллия.       Однако эту идиллию разорвал звук открывающейся двери, а затем тихий бубнеж учительницы прервал голос директора:       — Здравствуйте, — директор прошел в класс, зазывая рукой парня. — Ребята, это Хван Хенджин, новый ученик в вашем классе. Окажите ему теплый прием.       Пока директор вовсю распинался, Хван не терял времени, осматривая тех, с кем ему нужно будет учиться целый год. В целом обычные лица, правда смотрят так, будто бы первый раз человека увидели.       «Боже. И чего они уставились, будто цветных волос никогда не видели», — раздумывал Хван, неосознанно покусывая губы, благополучно поедая весь персиковый блеск.       Разглядывая класс, он мельком проходился по каждому лицу, пока не задержал свой взгляд на одной паре леденящих душу глаз, что смотрели с неким вызовом, будто усмехаясь.       «А он ничего такой, жаль, что грубиян», — промелькнуло в голове, пока Хенджин изучал лицо того, с кем столкнулся недавно на лестнице. Кошачий разрез глаз, выделяющиеся скулы, аккуратные губы — выглядели завораживающе. Однако на лицо Хван надел маску безразличия, дабы не потешить гордость этого, очевидно, самоуверенного парня, который в ответ рассматривал его с нескрываемым интересом, ухмыляясь.       — Хенджин, присаживайся за свободную парту, — голос директора прервал эту игру в гляделки, так как Хван отвел взгляд, делая вид, что все это время увлеченно слушал мужчину.       Хенджин кивнул и направился за последнюю парту, где одно из мест пустовало. У него от природы была прямая, аристократичная осанка, а совместно с легкой походкой от бедра это выглядело так, будто он всю жизнь ходил по подиуму.       Некоторые девушки с восторгом в глазах провожали его взглядом до парты. Мужская часть класса либо уже потеряла интерес к новенькому, либо пялились на него так, будто он совершил преступление. Хван не обратил внимание на пристальные взгляды, зато не смог пропустить мимо ушей смешок, что издал какой-то рыжеволосый парень с задней парты.       Он уселся за парту, рядом с темноволосым парнем в очках, который лишь смерил его мимолетным взглядом, хмыкнул, а затем вновь уткнулся в телефон.       «Спокойно, Хенджин. Все хорошо», — быстро постарался успокоить нарастающее волнение Хван, вытягивая нужные тетради из рюкзака.       Благо остаток урока прошел спокойно. Все будто бы уже и позабыли о нем.

***

      Минхо, Феликс, Джисон, Чанбин и Сынмин сидели в столовой, обсуждая прошедший урок.       — Окажите ему теплый прием. Ну да, как же! — передразнивал директора Феликс, цепляясь за руку рядом сидящего Минхо. — Этому высокомерному нужно сразу показать, где его место, — продолжал негодовать Ликс, покручивая в свободной руке кольцо.       — С чего это он тебе высокомерным-то показался? — вопросительно поднял бровь Сынмин, поправляя очки, а затем отпивая глоток чая. Он спрашивал это не с целью как-то оправдать или защитить новенького. Просто он видел Ли насквозь. Он видел насквозь этого неуверенного в себе мальчика, который пытался скрыть это под напускной маской агрессии или недовольства. Он просто пытался привлекать к себе как можно больше внимания, не заботясь о том, каким именно способом оно будет вызвано. Ну, и еще Сынмин любил загонять Феликса в тупик, а затем наблюдать за его ярыми попытками оправдать ранее сказанное или ранее сделанное.       — Видно же, что он хочет привлечь к себе внимание. У него крашеные волосы, куча этих ужасных побрякушек, безвкусная одежда и кривая походка, — ядовито выплюнул Ликс. Сынмин не стал упоминать о том, что Феликс сидел в такой же одежде, поскольку в школе был строгий дресс-код и все носили форму. А услышав остальные аргументы, он просто хмыкнул. Ликс из раза в раз подтверждал свой статус в глазах Кима.       Статус: закомплексованный мальчик.       — Он и правда выглядит, как какой-то неформал, — согласился Джисон, тот самый рыжеволосый парень с задней парты. — Вылитый пидор!       Услышав последние слова друга, Минхо с Сынмином кинули на него осуждающие взгляды. Ликс же вовсю давил лыбу, слушая о том, как объект его негодования «поливали грязью».       — А ЧТО?! — пожалуй чуть громче, чем следовало бы, удивленно воскликнул Джисон. На его слова обернулись рядом сидящие ученики. Однако стоило Минхо кинуть на них ледяной, нечитаемый взгляд, как они тут же развернулись обратно, делая вид, будто ничего не слышали. — Я что-то не помню, чтобы у нас было табу на это слово, — продолжил он, откусывая большой кусок сэндвича. От этого он сразу становился похожим на белку, из-за раздувающихся щек. Снаружи вроде милый, а такими словами кидается.       — Предлагаю с ним немного поиграться, — произнес Бин, выпуская палочки из рук. Джисон с Ликсом одобрительно замычали, продолжая поглощать свою пищу.       С минуту пораскинув мозгами, Бин выдал:       — Минхо-я, ты должен будешь затуманить ему мозги, а потом развести на секс и снять все это на видео, а мы потом выложим в интернет. Вот и расставим все точки над «i».       — И с чего именно Я должен это делать? — наконец подал голос Минхо.       — А кто? Да брось. Тебе не составит труда заставить его лечь под тебя. Или ты боишься, что великого Ли Минхо отошьют? Вот умора-то будет, — уже открыто манипулировал Чанбин, удовлетворенно наблюдая за молниеносной сменой эмоций на лице друга.       — Я согласен, — отрезал Ли. Как только он услышал вызов, у него тут же загорелись синим пламенем глаза. Он всегда добивается того, чего хочет. Трахнуть какого-то новенького не составит труда.       — Эм… А может мы что-то другое придумаем? Что-то, где Минхо не придется «раскладывать» кого-либо, — неодобрительно прошипел Феликс, метая в Чанбина молнии взглядом. Сынмин подумал о том, что сейчас Ли стал похож на ощетинившегося котенка, у которого хотели отобрать любимую игрушку.       — Не волнуйся, милый. Я не променяю тебя на этого розового принца, — Минхо чмокнул Ликса в губы, не дав ему сказать ни слова против.       — О, как мило! Ты уже и прозвище ему придумал, — нарочито ядовито произнес Ликс, как только отстранился от губ Хо.       «Дите малое… Ей-богу», — мысленно в очередной раз заключил Сынмин.

***

      Хенджин сидел за дальним столом в столовой, мечтая чтобы его никто здесь не заметил. Он листал интернет-магазин, добавляя понравившиеся вещи в корзину.       — Вау! Милая рубашка. Тебе очень идет этот цвет, — послышался голос над ухом, от чего Хван буквально подпрыгнул на стуле, тут же машинально блокируя телефон.       — Ой, прости, что напугал. Я не хотел. Можно я с тобой присяду? — Хван лишь кивнул, рассматривая того, кто заинтересовался в нем.       — Я Чонин, — приветливо улыбнулся парень, садясь напротив Хенджина. — А ты… Кажется… — Ян усиленно старался вспомнить имя парня.       — Хенджин, — ответил Хван, неосознанно хрустя пальцами. Обычно у него это происходило машинально, когда он начинал чувствовать себя неловко.       — Да, точно! А чего ты здесь один сидишь? Чего не ешь?       — Я еще никого здесь не знаю, да и рассматривали меня не слишком приветливо, — покачал головой Хван, покусывая нижнюю губу. — Я не голоден, — лжец. Со вчерашнего вечера ничего не ел, так что было ощущение, что желудок начинает пожирать сам себя. Но Хван еще утром решил, что собирается избавиться от щек (коих, кстати, не было), а если он поставил цель, то обязательно ее добьется.       — Ну теперь ты знаешь меня! — воодушевленно улыбнулся Ян, сощурив свои лисьи глаза. Услышав это, уголки губ Хвана невольно поползли вверх. Чонин сочился жизнерадостностью и привлекал своей непосредственностью — эти качества в людях всегда высоко ценились Хенджином.       — У тебя такие красивые волосы, — завороженно произнес Ян, с восторгом рассматривая розовые локоны.       — Спасибо.       — А можно потрогать? — этот вопрос в лоб застал Хвана врасплох. Никто никогда не проявлял столь большого интереса к его волосам. Обычно он вообще не давал себя кому-либо касаться. Однако у Чонина в глазах искорки восхищения сверкали, так что Хенджин решил сделать исключение. Он легонько кивнул.       — Какие мягкие! — воскликнул Чонин, аккуратно дотрагиваясь до пряди волос, будто бы она могла рассыпаться, если бы он решил стиснуть ее между пальцев посильнее. Хенджин ничего не ответил, лишь наблюдал за неподдельными радостными эмоциями, что проявились на чужом лице.       — А ты записался уже на какие-то факультативы? — озарило вдруг Яна, стоило ему оторваться от прядки волос напротив.       — Нет. А нужно разве?       — Это обязательно. Ты должен выбрать несколько курсов по часу — два раза в неделю, или один, но по два часа — два раза в неделю.       Хенджин вымученно простонал, зарываясь длинными пальцами в волосы. Он не планировал проводить лишние часы в школе, но здесь, видимо, этого было не избежать.       — Просто скажи мне, что ты любишь, а я скажу, есть ли такой факультатив.       — Танцы? — первое, что пришло на ум Хенджину.       — Да, есть.       — Значит на них и запишусь.       Прозвенел звонок, так что парням пришлось покинуть столовую. Они направились в класс химии, где у них и должен был быть следующий урок.

***

      Придя домой, Хенджин довольно швырнул рюкзак в угол комнаты, запрыгивая на мягкую двуспальную кровать. Он порядком вымотался за прошедшие семь уроков в школе, да еще и сказывался какой-никакой стресс. Он бы так и продолжил нежиться на кровати в позе звезды, если бы ему не пришла другая, более заманчивая идея для снятия усталости, ну стресса так точно, по крайней мере.       Хван быстренько подскочил с кровати, направляясь к заветному шкафу, а точнее к одной конкретной полке. Полке разврата, как он шутливо называл ее про себя, хотя название буквально наталкивало на осознание того, что же там хранилось.       Аккуратно повернув ключик, пред ним предстал рай фетишиста, ну или подростка, который любит баловаться с прямыми трансляциями на очень провокационных сайтах.       Анальные пробки различных цветов, некоторые были с пушистыми хвостами. Резиновые дилдо различных размеров. Пара эрекционных колец, пара вибраторов. Зажимы для сосков и множество тюбиков ароматной смазки, для любого настроения, на любой вкус. В углу скромно расположилось самое любимое: розово-голубые плиссированные юбки в клетку; пара кроп-топов; чулки и белоснежные гольфы; и красивое женское белье, кружевные трусики, что были венцом чудо-шкафчика.       Небольшое отступление:       У Хенджина с самого детства была тяга ко всему нежному, в особенности к розовому. И пока другие мамаши твердили, что мальчик должен носить темные вещи, его мама не противостояла желаниям сына. Она с радостью покупала ему одежду пастельных тонов, ярко-розовые футболки, различные милые украшения — все, что хотел носить сын, все, что он считал для себя правильным. Он по сей день безумно любит все розовое, что конечно видно по цвету его волос. Обожает добавлять разнообразные украшения, что только деликатно подчеркивают его потрясающую красоту. Он пользуется женскими парфюмами, поскольку у него «кружит голову» от всех этих сладостно-освежающих нот; от потрясающих запахов цветов или спелых ягод.       Он любит всё нежное. Всё, что пропитано красотой. Он любит всё женственное.       Ему нравилось, как на нем выглядели юбки, но надевал он их исключительно для стримов, что очень возбуждало аудиторию. А вот женское белье… Это было его слабостью. Нет, в школу и на улицу он безусловно носил обычные боксеры, но дома он делал выбор в пользу кружевных трусиков. Они выглядели просто бесподобно, да к тому же были удобнее, нежели мужские трусы. Женское белье не сравнится с мужским — скромное мнение Хван Хенджина.       Он любил выглядеть хрупким. Ему нравилось делать вид, что он беззащитный мальчик, которого нужно оберегать. Но это было лишь снаружи, ведь за всеми этими рюшами и умилительными украшениями скрывался вполне себе сильный парень, что при надобности мог за себя постоять. Это было его альтер-эго, которое скрывалось за другим слоем до поры, до времени.       Конец отступления.       Хенджин любовно оглядывал содержимое шкафчика, раздумывая над тем, чем бы себя сегодня потешить. Он принял решение, что сегодня не будет чего-то изощренного, так как ему нельзя было сразу засыпать от изнеможения после сеанса. Достав розовый дилдо средних размеров, клубничную смазку и голубой кроп-топ на тонких бретелях, он кинул все это добро на кровать, направляясь к ноутбуку, дабы установить нужный ракурс.       Он всегда ставил ноутбук на стул напротив кровати, дабы видно было все ниже шеи. Он сохранял свою личность в тайне, да к тому же это еще и в правилах сайта было прописано. Все абсолютно анонимно: ни лиц, ни имен.       Всё подготовив, он перешел к себе. Выпутался из школьных штанов вместе с бельем, натягивая красные кружевные бразилиана. Далее он расстегнул рубашку, откидывая ее к двери, туда же, куда и полетели штаны с боксерами. Расправив небесно-голубой топ и добавив белые короткие носочки, он включил трансляцию. У него всегда был приличный онлайн. Действительно… Кто же не хочет посмотреть на стройное тело хрупкого парня, да еще и в таких элементах одежды.       Хван получал двойную порцию удовольствия от такого времяпрепровождения: первую тогда, когда ублажал себя всеми возможными способами; вторую тогда, когда слушал звуковые донаты с извращенными комментариями или, когда читал комментарии в чате, где его всячески восхваляли, закидывая комплиментами. Хенджин солжет, если скажет, что его не возбуждали все эти пошлые фразы и сумасшедшие предложения, которыми вечно был завален чат или предложка. Да, здесь на сайте еще существовали специальные донаты, где вы могли бы оставить свои пожелания для следующих трансляций, естественно за крупную сумму. Однако конечное решение всегда оставалось за исполнителем. Никто никого не заставлял и не принуждал, это все тоже было прописано в правилах.       С первых же минут посыпались комплименты насчет его сногсшибательной фигуры. Хенджин, конечно, не разделял подобного восторга, однако ему было приятно все это читать, пока он водил своей рукой по длине члена через белье, ожидая, пока соберется еще больше людей.       «Я сегодня ненадолго», — быстренько напечатал он в чат, закрепив сообщение. Теперь он был готов перейти к самому вкусному.       Стянув с себя белье, он развернулся задом к камере, дабы было хорошо видно, как он будет растягивать себя. Усевшись на колени, он выдавил на пальцы ароматную смазку, размазывая между пальцами, оглаживая сжавшееся колечко мышц. Мимолетно глянув за спину, чтобы убедиться, что запись идет и его прекрасно видно, он продолжил свое занятие, вводя сразу два пальца в проход. Пока что там было узковато, так что трение, которое хоть и было минимизировано смазкой, все же ощущалось. Он шумно выдохнул, добавляя третий палец, параллельно скручивая свой сосок через хлопковую ткань.       «Малыш, у тебя такие красивые бедра. Я представляю, как было бы ахуенно, если бы ты сел мне на лицо», — вот и первый голосовой донат, сопровождающийся круглой суммой. Услышав подобное, член Хвана чуть дернулся, начав испускать еще больше предэякулята. Мозг невольно воссоздал возбуждающие картинки, однако Хенджин мимолетно одернул сумасшедшую волну возбуждения, так как знал, что подобное могут присылать еще и старые извращенцы, которые точно не входили в обширный список фетишей Хенджина.       Решив, что он уже достаточно себя растянул, в кадре появился розовый резиновый член, который возбудил новый наплыв восторженных комментариев, которые Хван, к сожалению, пока не видел, так как по-прежнему сидел спиной к камере. Проведя по члену пару раз рукой, дабы добавить еще смазки, он приставил его к разработанному проходу. Затаив дыхание, он протиснул сначала наполовину, а затем чуть переведя дух, сел на него полностью.       Через полминуты он уже привык к размеру в себе, так что начал двигаться, насаживаясь на резину, под аккомпанемент своих высоких стонов. От переизбытка смазки, по комнате разносился хлюпающий звук, что придавал еще большей атмосферы похоти и разврата. Розовые пряди волос уже вовсю растрепались, выбиваясь из легкого хвостика, опадая на лицо, однако это было последнее, что сейчас волновало Хвана, когда его тело сводило в предоргазменных судорогах.       «Боже, малыш, ты так умело скачешь на этом члене. Интересно, смог бы ты принять два таких? Думаю, смог бы, ты же такой послушный мальчик», — следующий голосовой донат послужил спусковым крючком. Услышав похвалу, да еще и в таком контексте, дополнив все это точными толчками по простате, член Хвана начал изливаться, пачкая белоснежную простынь. Хенджин издал гортанный стон, переживая последствия бурного оргазма.       «У тебя потрясающий голос», — таков был последний донат, который услышал Хван перед тем, как закончить трансляцию. Вроде ничего необычного, но мельком посчитав количество нулей, глаза Хенджина округлились.       «Люди готовы отдавать баснословные деньги, наблюдая за ублажающим себя пареньком», — мысленно хмыкнул Хван, убирая последствия сеанса. Простынь — как обычно в стирку. Маму мало волновало, чем там занимается ее сын, от чего пару раз в неделю новые простыни оказывались в стирке. Подростковый возраст, гормоны… Все дела.       Бегло взглянув на время, он осознал, что еще успеет принять душ. Но перед этим он решил собрать необходимые вещи для тренировки. Закинув в рюкзак стрипы на высоких шпильках, наколенники и толстовку, он со спокойной душой направился в ванную комнату.

***

      — Ликс, ты чего такой грустный? — спросил Минхо, возвращаясь в гостиную, где младший сидел на диване, рассматривая темный экран телевизора.       — Мне не нравится спор, что вы заключили с Бином.       — Тебе правда не стоит волноваться насчет этого, — Хо присел рядом с Ликсом на диван, поворачивая его голову за подбородок, дабы он смотрел ему в глаза. — Мне нужно только твое тело, — произнес Хо, утягивая Ли в мокрый, напористый поцелуй, на который тот без промедления ответил.       — Это всего лишь глупый спор.