кладбище звёзд

five finger death punch — far from home

хёнджин жмурится от яркого света и отводит взгляд, когда чан щелкает выключателем. его руки и ноги привязаны к стулу на котором он сидит в самом центре пентаграммы, начерченной на полу. старший подходит ближе и останавливается, внимательно глядя на своего пленника. — оу, кто бы мог подумать, — с наглой ухмылкой произносит хван, — сам бан чан собственной персоны. чан достаёт из кармана небольшой блокнот и показывает его хёнджину, а затем открывает и перелистывает несколько страниц, находя нужную. — а ты поумнел, — младший облизывает губы, — столько времени за мной гонялся. хёнджину бы польстило. демон усмехается и карие глаза на мгновение заливает тьмой. — ты мне его вернёшь. голос чана звучит спокойно и уверенно. за всё время поисков он уже усвоил, что эмоции это не то, что нужно демонстрировать вселившимся в человеческое тело чудовищам. страх, боль, любовь — они делают тебя слабым перед ними. — он не вернётся, — демон пожимает плечами, — он не такой сильный, чтобы выдержать ритуал изгнания. крис склоняет голову набок. — ты ничего о нём не знаешь. — неужели? — демон усмехается, вскидывая брови, — я знаю всё. знаю, что он любил тебя, что готов был пожертвовать ради тебя всем, — каждое слово смакуется искусно, причиняя жгучую боль, — а ты этого никогда не замечал. чан опускает глаза на страницу блокнота и начинает читать. заклинание действует на демона, как раскаленные угли. его сводит судорогами, а из горла вырывается душераздирающий крик. — он умрёт! — вены на висках хёнджина вздуваются, а глаза окончательно становятся чёрным, — там, на парковке... в него стреляли... ты видел это. крис резко замолкает, а демон долго и глубоко дышит, прежде чем продолжить. — он жив только благодаря мне. если изгонишь меня, то он умрет, — наглый, полный насмешки взгляд возвращается и на этот раз в нём сверкает слепая месть, — а я, уходя, в добавок разорву его душу на части. — размечтался. демон с хохотом запрокидывает голову назад, но тут же неестественно дёргается, когда чан возвращается к странице, продолжая читать. голову хвана разворачивает, а тело начинает трясти. он вскрикивает и прижимает голову к плечу, будто пытаясь закрыть уши. — он умрёт, он умрёт, он умрёт! крис сжимает зубы. да, он видел, как грудь хёнджина пробили две пущенные из пистолета пули. это не блеф. эта сволочь спланировала всё специально. но чан не может, просто не имеет права оставить всё как есть. столько долгих мучительных месяцев, которые вели его сюда: к этому месту, к этому времени, к этому желанию освободить то, что ему так дорого. голос старшего тонет в криках, разрывающих горло хёнджина, но с последнем словом из его рта вырывается облако чёрного дыма и всё тело парня резко обмякает. чан, отбрасывает блокнот в сторону и кидается к хёнджину, быстро развязывает его и стаскивает со стула, укладывая на пол. — прости... прости меня, — с усилием шепчет хван, захлебываясь собственными словами. его глаза человеческие, такие же как раньше, но только до краёв наполнены слезами. — нет, — чан берёт младшего за затылок, — всё хорошо. только не отключайся. хван хочет сказать ещё что-то, но его голова медленно откидывается назад, а глаза начинают закрываться. — джинни, — чан почти срывается на крик, — не отключайся! он прижимает два пальца к шее младшего. пульс ещё есть, но дыхание медленно угасает. терять надежду хочется последней даже глядя на то, как по рубашке хвана, в местах ранений, начинают расползаться алые пятна. крис проглатывает тугой ком и выдыхает. тут нужен минхо. он подхватывает хрупкое тело хёнджина на руки и направляется к выходу.