Мрак.

После всех уроков, Кристинка направилась в раздевалку за курткой, но вспомнила, что оставила пакет со сменкой в физкультурной раздевалке. Повесив куртку назад, она зашла в раздевалку, включила свет и увидела сидящего Ромку на одной из скамеек. Тут очень сильно пахло сигаретами, будто кто-то покурил, а этот кто-то уже переключился на Белову. — Ну и накурил ты здесь. Тебя не смущает, что это женская раздевалка? — А ты видишь тут кого-то, на кого можно пялится? — Нет. Я просто заберу сменку и уйду, окей? — Ну конечно забирай, че встала-то. Ей пришлось повернуться к нему спиной, так как пакет со стенкой лежал на скамейке поотдаль. Только девчонка схватила этот несчастный пакет, как ей по пятой точке прилетел увесистый шлепок, а после она услышала смешок. — Ты что издеваешься надо мной? Иди ищи себе другую бабу, которую можно лапать. — А что если мне нравится лапать тебя? Катька конечно хороша, но мне кажется с тобой будет лучше. Быстро выбежав из раздевалки, она накинула куртку и вышла на улицу. Однако тот успел её догнать, он ведь тоже живет через лес. Им как раз по пути. — Отвали от меня уже! — Ну зачем так грубо. Я всего лишь проведу тебя до дома, а то знаешь ли ходят тут всякие. — Ага, такие как ты. — Ой замолчи уже, надоел твой ядовитый язык. Со Смирновой что ли переобщалась? — У кого еще из нас он ядовитый. — Точно не у меня. Всю дорогу они оба молчали. Однако стоило им зайти в лес, как Пятифан задал девчонке вопрос: — Ты кстати идешь в среду на эту тусу школьную? — Ну да. Мы с Катей договаривались вместе пойти, а тебе то что? — Да забей. Пройдя через лес, они вышли к дому Беловой. — Вот и всё. Только не понимаю, зачем ты проводил меня? — Живем почти рядом. По пути было. Попрощавшись, разошлись по домам. Дома у Кристинки снова были ругательства родителей. До её ушей не раз долетали такие фразы и слова, которые она не услышит даже от самых опытных гопников. Бросив вещи в коридоре, она забежала в свою комнату, сразу собираясь заняться домашкой на понедельник. Хотя бы криков не будет так слышно. Спустя какое-то время крики родителей прекратились. В доме стало подозрительно тихо. Такая тишина даже немного поднапрягла Кристину. Ни криков, ни каких либо слов или шорохов, да даже любых звуков вообще не было. Только звук текущей из крана воды. Скрипнув дверью, девчонка вышла из комнаты, направившись в сторону родительской комнаты. Однако проходя мимо ванной, она посмотрела на пол и ужаснулась. Из спальни родителей шел кровавый след в ванную. Закрыв рот руками она заглянула прямо в ванную комнату. Отец девушки стоял напротив раковины, осматривая себя в зеркале. Его и без того потрепанная рубашка теперь казалась еще ужаснее, на фоне крови. На лице примерно около брови была довольно весомая царапина, кажется это ему так мать врезала. У его ног лежал окровавленный нож. По щеке Беловой скатилась непрошенная слеза. Неужели он убил её? Да, вроде были у него проблемы с нервами, но он никогда не поднимал руку на дочь или жену. Стоило ему только обернутся, как та рванула в коридор, хватая куртку и выбигая на улицу. Его взгляд был бешеным, как у настоящего хищника, готового убивать. Девочка бежала, ближе к остальным домам. Пересекать лес в такую темноту было небезопасно. В лицо валил снег, дул морозный ветер, а по щекам Кристины продолжали течь слёзы, как бы она их не пыталась остановить, они всё шли и шли. Забежав за угол очередного дома, девчонка врезалась в Ромку, который шел вместе с Бяшей, попутно закуривая сигарету. — Эй, смотри куда... Ну нихрена себе, ты откуда бежишь? Недоуменно уставился он на неё, вдыхая никотин. Кристина не могла успокоиться и совладать с эмоциями. Тот не знал как реагировать, да и Бяша тоже стоял в удивлении. — Отец он... он... У неё не получалось и двух слов связать, язык заплетался, она рыдала навзрыд. Ей казалось, что всё это лишь кошмарный сон, вот она проснется, отправится на кухню завтракать и всё будет как раньше, но нет. — Да что с тобой? Что отец, ну? Вытерев очередной поток слёз, Белова наконец прошептала еле слышным голосом: — Он убил маму. Зарезал её. Закрыв лицо руками, девочка зарыдала с новой силой. Рома потряс её за плечи, пытаясь привести в себя. Однако та ничего не замечала вокруг, а в один момент просто отключилась. Темнота. Мрак. Открыла глаза она уже в кровати. В неизвестном Кристине доме. Повернув в сторону голову, она увидела перед собой Ромку, еще несколько людей в форме. Кажется одна из них врач, а остальные двое из полиции. — Где я? — У меня дома. — Так ребята, отойдите немного. Мне нужно пообщаться с ней. Ты ведь Кристина Белова, верно? — Да. — Расскажи что произошло, если можешь, то детально. — Я помню как пришла домой, родители ругались, но до драк у нас никогда не доходило. Помню, что у папы были нервные срывы. Где-то спустя время я вышла из комнаты, а в доме такая тишина гробовая стояла. Иду мимо ванной, а там на полу кровь. Меня это напрягло. — Что было дальше? — Заглядываю в ванную, а там отец, лицо его было в крови и одежда тоже. Он убил её! Убил понимаете?! — Принесите воды! — Зачем он это сделал? Зачем? Что она ему такого сделала?! — Тише, успокойся... По её щекам продолжали катится слёзы. Полиция что-то записывала в блокнот, медсестра кажется выписывала какие-нибудь успокоительные для Беловой, а вот взгляд Ромки был направлен лишь в её сторону. Они видели как ей сейчас плохо. Ему ли не знать, как это терять кого-то из родителей? — Скорее всего, её придется отправить в детский дом. У девчонки нет ни бабушки ни дедушки, так кому брать над ней опеку? День будет тут, а после уже посмотрим. Мы позвоним вам. — Отдыхай, Кристина.