Часть 1
3 ноября 2022 г., 03:02
Они лежали рядом, утомлённые, разморенные, на смятой простыне. Хотелось спать. Сомкнуть слипающиеся веки, ткнуться лбом ей в плечо, провалиться в тёплую дремоту. Не хотелось засыпать. Он протянул руку, рассеянно провёл по нежной мягкой коже.
С томным вздохом она перевернулась со спины на бок, потянулась навстречу, запустила руку ему в шевелюру. Ей нравилось играть с его волосами, пропускать сквозь пальцы короткие пряди.
Было тихо, темно и спокойно. Непривычно.
— Спасибо Линкольну за то, что задержался в офисе с отчётами.
Он надеялся, что это прозвучало небрежно-шутливо, совсем не неловко.
Она молча рисовала указательным пальцем замысловатые знаки на его плече, потом призналась тихо:
— Это я его попросила.
— Правда?
Он действительно удивился. Приподнялся на локте, чтобы в неясном свете уличного фонаря, бившего в окно, разглядеть её лицо. Она кусала губы, улыбалась одновременно лукаво и робко.
— Ну… да. Хотелось… — Она снова протянула руку, взъерошив ему волосы, провела пальцами вдоль шеи к плечу, спустилась ниже. Он поймал её ладонь, притянул к губам. — Хотелось побыть с тобой вдвоём.
Что-то лопнуло в груди, растеклось, расплескалось теплом и счастьем. Он наклонился и просто поцеловал её. И ещё. Обнял и прижал к себе. Она завозилась, пристраивая голову у него на плече. Было хорошо. Непривычно. Самый подходящий момент, чтобы выкинуть из головы всё и всех.
— Он и так считает себя лишним, — сказал он, ткнувшись носом ей в макушку, мягко прижался губами к её волосам.
— Я знаю, — ответила она неохотно. Её пальцы медленно обводили по краю его нижнее ребро, чтобы вернуться назад и начать сначала.
— А ты?..
— А я нет, — ответила она глухо и упрямо.
Он знал это, и всё равно болезненно сжало грудь. Глупо.
— Он тебе нужен?
В этот раз она не ответила вовсе, он продолжил сам:
— Тогда и мне тоже.
И это было правдой.
Она благодарно прижалась к нему теснее, и он гладил её, баюкая на своей груди, перебирал влажные пряди липнувших к шее волос. И было хорошо, и тихо. Непривычно.
В замке заскрежетал, проворачиваясь, ключ. В тишине квартиры звонко щёлкнул выключатель, разнеслись шаги, потом шум воды в душе.
Линкольн вошёл в спальню тихо, почти бесшумно. Недолго топтался на пороге и всё же подошёл, забрался в их уже общую постель, прижался со своей стороны к Лив. Она, вздрогнув, подалась назад, к нему, отлипнув от груди, на которой покоилась до того, оставляя по себе прохладную пустоту.
Сон смахнуло. Он лежал рядом — и всё же отдельно. Смотрел, как блики фонарного света колышутся на изгибах их тел. Лив сонно тянулась в объятьях Линкольна, тихо вздыхала под его пока несмелыми касаниями. Можно было бы придвинуться ближе, привычно войти в этот танец пятен света.
Он тихо соскользнул с кровати, подобрал сложенную рядом одежду, вышел вон.
Можно было бы сесть на кухне. Не включая света, вскипятить чайник, заварить чая. С головой уйти в документы по вновь открытому делу. Он бы не помешал.
Он оделся, тихо открыл входную дверь и ещё тише закрыл её за собой.
Фонарь у дома встретил его, как старого знакомого. Моросил дождь — дурная погода для прогулки. Он поднял ворот повыше. Иногда людям хорошо побыть вдвоём. Иногда человеку хорошо побыть одному.
Он зашагал наугад, задрав голову к небу, по которому плыли седые низкие тучи. Мелкие капли, почти что водяная пыль, оседали на бровях и ресницах. Где-то чирикнула и смолкла поздняя ночная птица. На улице было тихо. И было хорошо.
