Зов прошлого

Она идёт вдоль тренировочного поля, относя на место палку, что специалисты бросили на одном из матов. Ее раздражала их неаккуратность.  – Нравится держать такие большие палки, – произносит Ривен, усмехаясь, когда она проходит мимо. Она крутит палку в своих руках над головой, разворачиваясь и наставляя ее на специалиста. – Приму это как "да", – говорит он, опуская кончик палки, так чтобы она смотрела ему на грудь, а не в лицо. Муза упирает палку в землю и произносит: – Меня сейчас стошнит. Она не врала. Она не проникала в его эмоции, но чувствовала то, что преобладало в его симфонии сейчас. И его слова о больших палках... Муза чувствовала, что он имел ввиду не инвентарь. Она была практически уверена, что он всерьез раздумывал над тем, чтобы ее трахнуть. Совершенно не та эмоция, которую она хотела бы считывать. Когда бы то ни было. – Моя комната, неделю назад, – вдруг припоминает он. – Что ты там делала? И не говори, что просто случайно там оказалась. – Помогала Скаю искать Беатрикс, – признается она. Муза ненавидит ложь, поэтому сама старается говорить людям правду. – Каким образом? – уточняет он, а потом вдруг осознает: – не говори, что читала мои мысли. Там слишком много того, что не перенесет твой девственный разум. – Я не умею читать мысли, – успокаивает его она, морщась. – Только эмоции, – она делает паузу. – Но ты прав, когда люди врут, они всегда испытывают невероятное чувство вины. Мне даже не нужно активировать мои силы, чтобы почувствовать это. Так что да, я убеждалась в том, что ты не соврал Скаю. Ривен молчит некоторое время, обдумывая ее слова. Но раз она не лезла к нему в голову, а просто считывала то, что было на поверхности, то он мог принять это. Так что он просто возвращается к сегодняшнему дню. – Я видел тебя в поддержке на тренировках у Мисс Даулинг. Не ожидал, что фея разума так хорошо двигается. – Я занималась танцами, – произносит она, слегка наклоняя голову и улыбаясь. –  Вроде как скучаю по физическим нагрузкам. – Ну, очень жаль, – отвечает он. – Ты фея. Здесь их не волнует, кем ты хочешь быть. Только тем, что они из тебя сделают. Ее глаза загораются фиолетовым. От похоти не осталось и следа, что вообще-то радует ее. Вот только то, что видит, не нравится ей ещё больше: боль, одиночество, презрение, чувство предательства, гнев, разочарование, злость на всех вокруг, и где-то глубоко внутри запрятанные страхи и лёгкую заинтересованность. Последнее чувство она предпочитает игнорировать. – Ты ненавидишь это место, да? – резюмирует она увиденное. – Держись нахрен подальше от моей головы, – произносит он. – Чёртовы феи разума. Ходячие катастрофы. Конечно, он думает не о Музе. Не только о Музе. Он думает о Рикки, прекрасной фее разума с мелкими кучеряшками, которую он любил. И которую он погубил. Он прекрасно знал это, даже если продолжал обвинять во всем нарциссизм и эгоизм Стеллы. – Удачи с ней, – кидает он проходящему мимо Сэму.

***

– Что происходит? – спрашивает Сэм, когда они целуются в их комнате. – Просто бесят тренировки. Стою  в стороне и ничего не могу поделать. – Феи разума одни из самых сильных – Полная хрень, – перебивает она его. – Мы бесполезны, когда дело доходит до реальной опасности. Ей в голову приходят слова Ривена. По-сути, тот был абсолютно прав, когда сказал, что у нее нет выбора. Эта школа не была готова к тому, чтобы позволить феям сражаться, как бы сильно ей этого не хотелось бы. Он пытается поддержать ее, но она не хочет взваливать на него свои проблемы. – Ничего такого, – произносит Муза. – Просто бесит. И на твоем месте, я бы воспользовалась этим, пока есть возможность. Сэм не спорит, когда она толкает его на кровать и нависает сверху, чтобы поцеловать его. Не спорит, когда она снимает свой свитер и остается в красивом белом бюстгальтере, снова целует его и отбрасывает на одну сторону хвостики, чтобы они не мешали. Вот только с подоконника неожиданно падает горшок, пугая их обоих. Они знают, что момент упущен, так что Сэм уходит, а Муза призывает свою магию, чтобы понять, что происходит. И то, что она чувствует, удивляет ее намного больше чем тот факт, что с ней сегодня заговорил Ривен. – Ну все, выходи, – произносит она и видит, как рассеивается иллюзия.  Перед ней стоит Стелла в домашней одежде и с растрепанной прической. Муза вполне уверена, что никогда раньше не видела Стеллу в таком виде. И она также уверена, что принцесса надеялась, что никто и не увидит. – Новая магия, – констатирует Муза. – Неплохо. – Спасибо, – сдержанно благодарит блондинка. – Я практиковалась. – Как долго ты здесь прячешься? – уже намного мягче произносит Муза.  Она считала эмоции Стеллы, так что знала, что в той сейчас царят одиночество и боль. И Музу не устраивал этот вариант. – Пару дней, – честно признается Стелла, и Музу пугает это. Ведь по какой-то причине Стелла не посчитала возможным открыться им сама. Сразу. – Хочешь поговорить об этом? – спрашивает фея разума. Если честно, она не рассчитывает на положительный ответ. Стелла не из тех, кто стал бы рассказывать другим о своих проблемах, но будучи эмпатом, Муза не может просто притворяться, что ничего не происходит. – Сначала все было в порядке, – начинает Стелла, – но ты понятия не имеешь, каково это. Какова она. Стелла видит удивление на лице Музы. Та, видимо, не ожидала, что принцесса чем-то поделится, но Стелла все еще отлично помнила слова Ская. И полагала, что ей больше не стоит рассчитывать на поддержку специалиста. Возможно, решила она, стоит рискнуть и довериться кому-то еще. И Муза казалась фее света отличным вариантом.  – Кто? – спрашивает Муза, и Стелла понимает, что никто в этом королевстве, кроме нее и Ская, на самом деле не знает, каким человек является их королева. – Моя мать, – произносит она и понимает, что это звучало чуть резче, чем она планировала. – Пару дней назад я сбежала, – продолжает свой рассказ Стелла.  – Мама, наверное, армию послала за мной. Не думаю, что кто-либо сказал вам об этом. – Она не будет искать тебя здесь? – с тревогой в голосе спрашивает Муза. И Стелла надеется, что Муза переживает за нее, а не за безопасность школы. – Нет, – отвечает принцесса. – Во всяком случае не сразу. Чтобы это произошло, ей придется признать, что что-то, или кто-то, вышел из-под ее контроля. А это никогда не произойдет. Девушка на мгновение замолкает, подбирая слова. – Излучай силу и власть, – говорит Стелла, – и никогда не показывай слабости. Вот чему она меня учила. Вот все, что ее заботит, – Муза опускает взгляд, понимая, как несправедливы они все были к принцессе. – А я должна быть как она. Моя магия должна быть сильной любой ценой. Вот, что я должна была усвоить. Она учила меня с самого детства, – говорит девушка понимая, что не рассказывала об этом никому, кроме Ская. Несправедливо взвалить это на Музу, но сейчас она просто не может остановиться. – Когда позитивные эмоции не помогали, она обращалась к негативным. И это происходило в 9 из 10 случаев. Она молчит несколько секунд, решаясь стоит ли рассказать Музе все. – Моя магия нестабильна из-за нее. Ты же слышала эту историю про Рикки? – Муза утвердительно кивает. – Именно из-за моей матери это и произошло. Рикки была моей лучшей подругой, – Стелла плачет, но не стесняется этого. – Я не хотела ее обижать. Просто мы встречались со Скаем, а она время от времени бегала к нему и Ривену в комнату, – рассказывает Стелла правду. Впервые. – И поскольку Ривен не проявлял к ней никакого интереса, я подозревала, что у них что-то со Скаем. У меня не было для этого ни одной причины, но я так боялась остаться одна, что даже малейший намек на такой исход, сводил меня с ума. Я зашла к ним в комнату и увидела Рикки у стены, парня у нее в ногах, который именно в тот момент воспользовался одним своим языком, чтобы заставить ее кончить. Она делает паузу и видит шок в глазах Музы. Та, вероятно, не была готова к такой истории. Стелла видит, что у Музы тысячи вопросов, так что решает закончить, чтобы не мучить фею разума беспочвенными догадками. – Позже выяснилось, что это был Ривен, – поясняет она, – но тогда его голова была у нее под юбкой, и я не знала об этом. Я разозлилась или расстроилась, даже не знаю, потеряла контроль и, – она не находит в себе сил, чтобы закончить предложение. Ей нужно пару секунд, чтобы собраться с мыслями, прежде чем она заканчивает историю. – Но мама решила убедить всех, будто я сделал это специально. Потому что если я сумасшедшая, стерва или чудовище, то я хотя бы не слабачка. – Стел, это жесть, – произносит Муза. Блондинка вытирает слезы и усмехается:  – И не говори! – Не ожидала такого от Ривена, – признается Муза. – Чего именно? – уточняет Стелла. – Ты же не считала, что в отношениях с девушками он не заходит дальше поцелуев. Муза закатывает глаза. – Что он будет рассказывать о тебе гадости, после того как сам все испортил. Это жестоко. И он не такой уж и дурак, чтобы всерьез считать тебя виноватой, – поясняет Муза. – Он, по понятной причине, не видел что именно произошло. А потом пришел Скай, и попытался меня утешить. Он остался со мной до утра, убеждая меня, что все в порядке, и я должна отпустить эти эмоции, расслабиться. Я пыталась прогнать его. Помню, что очень боялась, что ослеплю и его. Но он не ушел. Не знаю почему, но он был уверен, что это сработает. Ривен в это время пытался спасти Рикки. Утром мама увезла меня, а по школе поползли слухи о том, что я намеренно ослепила подружку. У меня никогда не было возможности поговорить нормально с ним. Или с Рикки. Извиниться за то, что произошло. Не то чтобы они стали меня слушать, – Стелла сглатывает. – Но думаю, мне самой это было бы очень нужно. Муза встает со своего места и обнимает принцессу. Она не была уверена, что Стелла из тех, кто любит обнимашки, но она знала, что той сейчас было нужно чувство надежды и защищенности. И Муза могла их ей дать. – И как только я вернулась домой, – говорит Стелла, не разрывая объятий, – все началось по новой, так что.. я здесь. Пока не решу, что делать дальше. Пожалуйста, никому не говори про меня, – произносит она отстранившись. – Не надо прятаться, – просит Муза. – Никто из девочек не будет против того, что ты здесь. – Ты издеваешься? – усмехается Стелла. – Они всегда меня осуждали. Они все меня ненавидят. – Только один человек в этой комнате ненавидит тебя, – говорит Муза, – и это ты сама. Настоящую себя. И до тех пор, пока ты будешь выставлять на показ принцессу Стеллу, ничего не изменится. Только тебе решать, как к тебе будут относиться другие: как твоя мать относится к тебе или как ты действительно заслуживаешь.  Стелла удивляется тому, насколько похожи ее слова на то, что говорил ей Скай. Возможно, они оба действительно были правы. И возможно, единственным заблуждающийся здесь была она. Во всяком случае, ей стоило  попробовать выяснить это. Вот только она была уверена, что еще не готова к этой правде.

***

Скай находит ее в каменном кругу и стоит несколько секунд у нее за спиной, прежде чем обнаружить свое присутствие. Она прячет какой-то предмет под книгу, и делает вид, что ничего такого не происходит. От тяжело вздыхает и хмурится. Он так устал от всей этой лжи, которая сопровождает его всю жизнь. – Я не хочу делать это, Блум. Не хочу лгать друг другу, не хочу играть в эти игры. – Какие игры? – удивляется девушка – Сильва просил следить за тобой, – признается он. – Я сказал ему, что это бред, что ничего такого не происходит. Что ты просто расстроилась, и искала ответы, и.. Но твои действия говорят об обратном. Твоя прогулка с Беатрикс, поход к ней вчера вечером и это, – он машет в сторону круга, – заставляют меня сомневаться. – Ты шпионил за мной? – произносит она, подходя ближе. – Просто слепо его слушался? – Он дал мне приказ. Все не так просто, как ты думаешь. Если я что-то и усвоил за свою жизнь, так это то, что приказы надо выполнять. Мы солдаты, Блум, это вписано в ДНК. Так говорил и делал мой отец, так меня всегда учил Сол. – Но он мог дать его кому угодно, – возмущается девушка, – но использовал тебя. Использовал нашу дружбу. Она возвращается к кругу, собирает вещи и планирует уйти, но Скай вырывает книгу у нее из рук. Он спрашивает ее о том, что это за предмет, но она лишь отворачивается. – Я пытаюсь быть на твоей стороне, – произносит юноша. – Но ты действительно не помогаешь мне с этим. Блум, ты можешь мне доверять. – Я в этом не уверена, – возражает девушка. – Я никому не сказал про Астер-Делл, – произносит Скай. – Потому что как только они узнают, Беатрикс переведут в тюрьму Солярии. И она больше не сможет ответить ни на один твой вопрос. – Почему? Что такого в этом месте? – спрашивает девушка. – Кроме очевидного. – Я не знаю, – произносит Скай, – но я знаю, что там погиб мой отец. С этим местом связано какое-то преступление, ошибка, которую все старательно пытаются скрыть. Сильва никогда не говорил об этом со Скаем, как не говорил никто другой. – Они убили целый город беззащитных людей, – шепчет Блум. – Вот в чем их страшная тайна. И я не могу сказать тебе, зачем эта штука, но просто поверь, что я поступаю правильно. – Они не могли. Я знаю их всю сознательную жизнь, – возражает он. – Я видела Астер-Делл своими глазами, – возвражает девушка. – Ни Сильва, ни Даулинг не стали бы убивать целый город,– продолжает защищать их Скай. – Даже под предлогом истребления сожженных? Даже если бы верили, что пожертвовав тысячью, спасут миллионы? Скай молчит, потому что не уверен в ответе. Он знает, что лидерам приходится делать тяжёлый выбор. Он подходит и становится рядом с Блум. – Я не считаю, что Даулинг, Сильва и Харви злые, Скай. Они защищают школу, но они так же защищают и себя. И чтобы тогда не случилось на самом деле, мне они не расскажут. Она была права, и Скай прекрасно это понимал. Он кивает, соглашаясь с ее аргументами. – Не знать родителей ужасно. – Тебя хотя бы воспитали те, кто знал их. Ты слышал истории, видел фотографии. Он случайно задевает ее руку и чувствует, что она холодная. Он предлагает ей свою куртку, но Блум напоминает ему, что она фея огня. Девушка зажигает по кругу костры, которые быстро согревают он. – Да, – усмехается он. – И тебе не нужна ничья помощь. – В этом часть моего очарования, – она протягивает ему термос. – Ага, но подбешивает это знатно, – он делает глоток. – Ты просто привык всех спасать, – произносит она, – а мне это нужно. – Привык, – он поднимает плечами. – А чего ты ждала? – он смотрит вдаль. – Сын великого героя Андреаса. Я слышал о его подвигах больше историй, чем смог бы сосчитать. И все ожидают, что я буду таким же. Иногда мне кажется, что он все ещё жив, – он делает паузу. – Но это не так. Он – идеал. Хоть представляешь, насколько сложно быть таким же? А я должен. Даже Сильва, – его голос дрожит, – как будто играет какую-то роль из чувства долга перед моим отцом. А мне просто хотелось бы, – он замирает, прежде чем закончить мысль: – чтобы все было как раньше. – Хей, – зовет она его, – Скай. – Я решаю проблемы, – произносит он, – потому что от меня этого ждут. Потому что когда я помогаю другим, то хотя бы не чувствую, как чертовски сильно сломан я сам. – Скай, – произносит она и гладит его по руке. – Мы все сломаны, Блум. В этом тоже есть очарование, – произносит он. Его взгляд перебегает с ее глаз на ее губы, как и ее взгляд. Он наклоняется к ней и медленно целует девушку. Она сразу же отвечает на поцелуй. Наконец-то они чувствуют себя просто подростками. Свободными от обязательств, свободными от правил и от ожиданий. Наконец-то они могут быть с теми, с кем хотят быть, целовать тех, кого хотят. Хотя бы несколько мгновений не думать о проблемах и ответственности, что лежит на них. За их спиной раздается непонятный звук, так что Блум отстраняется, подходит к каменному кругу и забирает металлический диск. – Ты так и не сказала, для чего это? Не доверяешь мне? Он чувствует, что кружится голова, так что отступает и опирается на Блум. – Доверяю, – будто сквозь пелену слышит он. – Но если бы я сказала, ты попытался бы меня освободить. Прежде чем окончательно потерять сознание Скай успевает подумать, что вероятнее всего она не права.

***

– Так вы поможете мне освободить Беатрикс? – спрашивает Блум. – Это именно та часть, которая не понравилась Аише, – поясняет Терра. – Она просто всегда не любила мои идеи, – говорит непонятно откуда взявшаяся Стелла. Блум поворачивается к ней и не верит своим глазам. Возможно, если сама королева Драмы Стелла здесь и собирается ей помочь, то она и вправду поступает правильно. На секунду она думает, что Стелла может снова подставить ее, но что-то в интонации голоса блондинки подсказывает Блум, что Стелла уже не та, что была неделю назад. Рыжеволосая встаёт и обнимает принцессу, а потом и Терру с Музой. – Спасибо, – шепчет она. – Вы не представляете как много это значит для меня.

***

Он не знает, сколько провел без сознания, но торопится в школу, надеясь найти Сола. Вместо этого он встречает Ривена. – Выглядишь хреново, – произносит друг. – Чувствую себя также, – отвечает он. – Так что все логично. – Супершпионка Терра расколола Дейна, – рассказывает он. – Тот сознался, что Блум пошла куда-то с магическим ключом, а я не мог до тебя дозвониться, так что – Где Дейн? – уточняет Скай. – Собирается. – Пожалуйста, скажи мне, что Беатрикс... – Никак не можешь забыть эту рыжую нимфоманку? – подкалывает друга Ривен, и Скай морщится. – Она все ещё под замком. У нас есть проблемы поважнее. – Ривен, что за хрень происходит? – спрашивает Скай. – Сол ждёт нас у барьера, – произносит Ривен вместо объяснения. И Скай понимает, что Сожженные уже здесь.

***

– А я уже потеряла надежду на то, что ты придешь, – медленно произносит Беатрикс, когда дверь в помещение открывается. – Возникли какие-то осложнения? Твой принц установил за тобой слежку? Блум игнорирует ее вопросы и просто передаёт ей ключ. Магия из него позволяет Беатрикс снять браслеты, но вместе с тем это причиняет новую порцию боли. – Можно мы уже просто сделаем это? – спрашивает Блум, отходя на шаг назад. Беатрикс осознает, что та так и не смирилась с необходимостью нарушить правила. – Надо разобраться с ещё одной вещью, – произносит Би, используя свою силу, чтобы сломать замок камеры. Магия, доступ к которой был заблокирован на протяжении недели, отзывается в теле приятным покалыванием. – Вот и все, – произносит она, хитро улыбаясь. Осталось совсем немного, и она сможет получить ответы на свои вопросы. Они добираются до кабинета Даулинг без проблем. По какой-то причине школа кажется совершенно пустой. Би использует свои силы, чтобы открыть проход. Терра и Муза сопровождают их, что совершенно не нравится Беатрикс, но похоже, какая-то часть Блум боится, что Беатрикс убьет и ее. Разве можно её за это винить? – Когда придет Дейн, – произносит она, – мы его туда затолкнем. – Чтобы захлопнулась мышеловка? – уточняет Блум. – Это жестоко. – Я же маньячка и убийца, помнишь? – Би оборачивается и улыбается. – Чего ещё ты ожидала? К тому же, он не будет против. А даже если и будет, какая разница. – Ну а ты? – спрашивает Блум. – Ты согласишься? Беатрикс смотрит на нее, не понимая, что та имеет ввиду. А потом чувствует, как кто-то толкает ее в спину. На мгновение ее тело словно прошибает электрический ток, а потом мышцы немеют, и она оседает на пол. Перед ней стоит Стелла – такая прекрасная и такая коварная. На мгновение Беатрикс понимает, почему Скай с ней встречался. – Куда приятнее, чем ронять горшки, – произносит Стелла, в то время как Беатрикс бьёт мелкая дрожь. – Видите, вызволить злодейку, чтобы помочь Блум, а потом снова поймать ее. Мои идеи до гениального просты. Они проходят мимо, оставляя девушку сидеть у стены. Она чувствует, что сознание медленно покидает ее и надеется, что Дейн придет раньше чем она умрет. Хотя он вряд-ли сможет помочь. По мере того, как заклятье Даулинг все сильнее влияет на ее мозг, перед глазами девушки встают картинки из детства, которые смешиваются с картинками настоящего. Она видит людей, что были к ней добры: Андреаса, Дейна, Ривена... И она понимает, что снова осталась одна. Что никто из них на самом деле не придет и не спасет ее. Возможно, дело в том, что она действительно была злодейкой. Может быть, все вокруг были правы, и она не заслуживала спасения... Только клетки в тюрьме Солярии...