Cheers to Potions, Broom Cupboards, and Conniving Dolts

1.Пандора Послушайте, это был не самый гордый момент Пандоры — наблюдать, как Регулус принимает чай, предложенный ему Джеймсом, тот самый, который, как она знала, Барти испортил 24-часовым любовным зельем. Но что ей было делать, они, может быть, не так известны, как некоторые гриффиндорцы, но некоторые из слизеринцев были весьма заядлыми шутниками, и они решили, что это будет их следующим великим подвигом; наблюдать, как их близкий друг выставляется дураком, заигрывая с Джеймсом Поттером. Это было легко реализовать, учитывая, что с того момента, как Джеймс принял решение найти гражданские отношения с Регулусом, он предлагал ему чашку чая каждый завтрак. Это сохранялось и после того, как они построили что-то близкое к дружбе. По-прежнему каждое утро Джеймс Поттер стоял перед слизеринским столом с чашкой чая, и по-прежнему каждое утро Регулус принимал его с тем же ворчанием и попыткой игнорирования, иногда сопровождавшейся кратким разговором. Хотя иногда Пандора замечала, как они смотрят друг на друга, и улавливала тень улыбки на лице Регулуса, по-видимому, его вежливый характер одержал маленькую победу, выразив свою признательность за напиток. Он сделал свой первый глоток и посмотрел на Джеймса с таким же раздраженным выражением лица, как и каждый день. — Сегодня день, когда ты меня отравишь, Поттер? он попросил пить больше чая «Еще нет Блэк, сначала мне нужно, чтобы ты понял, что чай — это предложение дружбы, а не уловка убийства». Джеймс ответил «Правильно, так что сначала подружитесь со своими жертвами. Понятно." Регулус ответил так, что на его лице появилась дразнящая ухмылка, что-то редкое, но не неслыханное. Его слова заставили Джеймса переосмыслить свою фразу и издать стон: «Ты невозможен». — Только благодаря твоей настойчивости. Регулус запрокинул голову назад, чтобы поймать взгляд Джеймса, и послал свою легкую благодарную улыбку в ответ на ласковую ухмылку, которую он получил. Их взгляды были прерваны мародерами, зовущими Джеймса присоединиться к ним за едой, прежде чем кто-то съел весь тост. Он посмотрел на них, а затем снова на стол перед ним. — Ладно, мне лучше уйти. Наслаждайся чаем, Редж. — закончил он с нахальной улыбкой, повернулся и ушел, а Регулус что-то пробормотал ему вслед. — Не называй меня так. Как только Джеймс вернулся к своему столику, Барти, Эван, Доркас и Пандора, напряженно наблюдавшие за общением, вопросительно переглянулись. Действительно, в их взаимодействии не было ничего необычного, возможно, зелью нужно было время, чтобы подействовать? или просто, может быть, Регулус вел себя нормально рядом с Джеймсом, когда был под приворотным зельем, потому что любовь к Джеймсу уже была его нормой? Пандоре пришлось упрекнуть себя за свои мысли, одного взаимодействия было недостаточно, чтобы строить подобные теории. *** Но потом это случилось снова, Регулус и Пандора были на своем обычном месте в библиотеке, ожидая остальных членов своей учебной группы, Ремуса и Лили, когда Джеймс бросился к ним с листом бумаги в руке, который он положил на стол. стол осторожно, чтобы не слишком сильно мешать. Вверху страницы было сердитым красным нацарапано 23%. Пандора и Регулус оглянулись на Джеймса, который стоял, наблюдая за ними, и когда он понял, что они это видели, он начал свою торопливую речь. — Мне так жаль беспокоить тебя этим, но Ремус всегда говорит о том, как хорошо ты разбираешься в зельях, Редж, и я имею в виду, как ты видишь, я чертовски хорош в этом. Так что, может быть, ты мог бы протянуть руку помощи, если у тебя есть время? Это было зрелище, Джеймс Поттер без уверенной ауры, Пандора была немного ошеломлена этим, но Регулус только пожал плечами и освободил для него место на скамейке. Он бормотал «не называй меня Рэгом», когда возвращался к своей работе, а также одалживал заметки Джеймсу тут и там, помогая ему в более сложных моментах и ​​высказывая легкую критику, никогда резко, всегда оставляя открытым конец, «делай так и попробуй это снова» или «как насчет этого шага здесь?». Подобно тому, как он разговаривал с любым из учеников, которых взял на обучение. Пандора постоянно смотрела на них, ища что-нибудь необычное, но ничего не находила. Это было среднее взаимодействие между Регулусом и Джеймсом, и это было в то время, когда Регулус находился под влиянием — или, казалось бы, не под влиянием — любовного зелья. На самом деле это могло означать только одно. Пандора не успела хорошенько обдумать это до того, как появились Лили и Ремус, заняли свои места и приветствовали их новую компанию лишь кивком, когда увидели, что он между сосредоточенным взглядом на своей работе и слушанием Регулуса. . В любом случае, Пандора мало думала о Лили, особенно когда они сидели рядом друг с другом на одной из библиотечных скамеек, время от времени соприкасаясь плечами, каждый тихий смех другой издавался над одной из немногих шуток, сказанных группа содрогается в позвоночнике Пандоры. Хотя она никогда не говорила этого вслух, Лили Эванс, возможно, была причиной того, что ей пришлось явиться на учебную группу пораньше, чтобы сделать что-то до того, как половина ее внимания уйдет от нее, чтобы жить поближе к девушке. К тому времени, когда они завершили свое изучение, Пандора не завершила грандиозную сумму ничего, между наблюдением за различиями в Регулусе и отвлечением, предоставленным Лили. Когда они шли, Лили догнала ее, идя вровень с ней по коридору. — Итак, скажи мне, что ты затеваешь с Регулусом и Джеймсом? спросила Лили — Ничего? она ответила неубедительно «Да ладно, Дора, по крайней мере половину этого сеанса ты практически рассматривала их под микроскопом. Что это?" Пандора не знала, что на это ответить, хотя заметила и убрала намек на то, что Лили наблюдала за ней по крайней мере половину их сеанса. Она задавалась вопросом, отнесется ли Лили снисходительно, узнав, что одного из ее ближайших друзей обманом заставили раздать незаконное зелье и неосознанно подчинить его воздействию одного из ее друзей. Она догадывалась, что в конце концов найдет ответ на этот вопрос, Пандора скажет ей что угодно глазами, которые она смотрела на нее в тот момент, Пандора задавалась вопросом, может быть, Лили знала, какое влияние они на нее произвели. — Барти, возможно, подсыпал небольшое 24-часовое любовное зелье в чай, который Джеймс дал Регу сегодня утром, ради шутки. К своему удивлению, Лили громко рассмеялась. «Правда, и как вам это испытание, ребята?» спросила она понимающим тоном — Он уже был влюбен, да? Пандора ответила «Они влюблены в задницу над сиськами»(=как по уши влюблены в более игровой форме), — сказала Лили с улыбкой. — Они вместе? поинтересовалась Пандора «О нет, они могут быть влюблены, но они все еще забывчивые придурки». Лили сказала с ласковым смешком: «Конечно, я бы немного вмешалась, но на самом деле это больше работа парней, и я имею в виду, что девушки должны следить за своими собственными забывчивыми увлечениями». Последнее слово она добавила взглядом, которому Пандора не могла подобрать названия. Она была немного расстроена, узнав, что Лили кто-то нравится, конечно, она знала, что это произойдет, и ее любовь останется безответной, но услышать это было нечто другое. Немного поздно и с меньшим количеством энергии она ответила — Да, я думаю, она знает. Лили только посмотрела на нее с тем же выражением лица, снова нежно улыбаясь, они стояли в углу, им предстояло расстаться. Пандора повторила улыбку Лили и отвернулась, отстреливаясь. «Спокойной ночи… и, э-э, удачи с этой твоей рассеянной любовью, если у нее вообще есть хоть какой-то смысл, я уверена, что она(любовь) чувствуют то же самое». Улыбка Лили смягчила «Спокойной ночи, Дора». Они пошли разными путями, но не так далеко, чтобы Пандора пропустила Лили, бормочущую позади нее «Совершенно не обращая внимания». Она подумает об этом позже, а сейчас пришло время встретиться с Эваном, Барти и Доркас и посмотреть, смогли ли они прийти к такому же выводу.   2. Эван Регулус и Эван сидели в прохладной тени дерева, оба удобно расположились в траве, погрузившись в свои книги и наслаждаясь тихим обществом друг друга. Оно были нарушено, когда новые тени присоединились к ветвям, нависшим над головой. Когда он посмотрел вперед, то обнаружил, что они исходят от брата Регулуса и его банды болванов. — Что тебе нужно, Сириус? Регулус пробормотал на своего брата Сириус приложил руку к сердцу в притворной обиде: «Дорогой брат, мне ничего не нужно, кроме твоей компании. Честно говоря, меня оскорбляет предположение, что я могу искать тебя только тогда, когда в чем-то нуждаюсь… Регулус закатил глаза, сделав гримасу, чтобы показать, что он действительно сыт по горло своим братом, хотя все они знали, что лучше не верить в это. — Выкладывай, Сириус, у нас нет много времени на тебя- он сказал без энтузиазма «Нам нужно больше игроков, чтобы составить команды для праздничного матча по квиддичу, который мы хотим провести. Заинтересованы?» Сириус наконец выдавил из себя, позади него Джеймс ярко смотрел на Регулуса. Бровь Регулуса изогнулась: «Что мне будет за это?» Сириус немного повозился в поисках ответа, а тем временем Джеймс вскочил, предложив «хорошее дружеское соревнование и немного веселья?» Регулус закатил глаза Затем Питер вмешался: «Мы будем держаться подальше от твоей комнаты в общежитии, когда будем разыгрывать слизеринцев». Это было предложение, которое возбудило интерес Эванса, он собирался сам вызвать Регулуса, когда Ремус шагнул «Плюс», сказал он, наклоняясь к уху Регулусу, чтобы прошептать что-то, что Эван не мог полностью разобрать, хотя он уловил слова «Джеймс» и « форма для квиддича», что бы он ни сказал, щеки Регулуса покраснели, и он почти сразу же смягчился: «Хорошо, мы сделаем это». он сказал Это заставило Эвана задуматься: «Извините, мы? Редж, я даже не играю в квиддич в учебном году. Трахнись с этим «мы» «Нет времени учиться, как в середине игры, примите участие в дружеском соревновании, Эв. Мы в деле. — повторил Регулус, и спорить с этим действительно было бесполезно. Питер, Ремус, Сириус и Джеймс какое-то время околачивались рядом с ними. Шестеро праздно болтают между собой. Эван не был полностью уверен, когда две группы друзей были сведены в одну, но когда он и Питер от души смеялись друг с другом, когда Ремус украл его книгу, чтобы решить, стоит ли ее красть позже, когда он избил Сириуса, как секунду назад. брат, и когда они с Джеймсом обменялись озорными взглядами, когда им обоим пришла в голову одна и та же мысль, он обнаружил, что его не так сильно заботит то, как это произошло, но он считает более важным ценить тот факт, что это вообще произошло. Неожиданно Эван нашел семью здесь, где он действительно меньше всего этого ожидал. Он, должно быть, показал свою сентиментальность на лице, потому что Джеймс бросил на него вопросительный взгляд, на который он мог только улыбнуться и помахать рукой перед его лицом в жесте «не беспокойся об этом». Джеймс снова повернулся к Регулусу, рассказывавшему какую-то историю, которую Эван не мог понять. Впервые он увидел выражение лица Джеймса, когда тот посмотрел на Регулуса. оно говорило больше слов, чем, как он думал, любой из них способен произнести. Эван почти не мог поверить, что так и не поймал его. Джеймс никогда не был из тех, кто скрывает свои эмоции, но Эван никогда особо не обращал внимания на то, на что он смотрел, теперь он знал, что то, что он пытался найти, обожание было настолько очевидным, что не заметить его было бы глупо. Он посмотрел на Регулуса так, будто тот лично повесил звезды на небе у него. Но когда он посмотрел на Регулуса, его взгляд говорил, что он сделает это, если это сделает Джеймса счастливым. Это вполне могло быть просто любовным зельем, заставившим задуматься Эвана, но что-то подсказывало ему, что это нечто большее, когда он вспомнил все утра, когда Джеймс предлагал ему чай, все разговоры и небрежные взгляды, все они были полны того же самого, огромного обожания. Вдобавок Ремус что-то шепнул Регулусу о Джеймсе в форме для квиддича, и тот без колебаний швырнул их обоих в яму. На самом деле нельзя было отрицать, что Регулус Блэк и Джеймс Поттер были безумно, безвозвратно влюблены друг в друга. Ему действительно нужно будет упомянуть об этом позже, когда они обсудят это вместе.     3. Доркас Наверное, она должна была что-то сказать. Когда Барти предложила эту идею, ей, вероятно, следовало сказать что-то о более чем сомнительной этике. С другой стороны, когда Джеймс протягивал Регулусу чай, они должны были что-то сказать. Доркас корила себя за то, что не с того момента, как Регулус сделал первый глоток, и она приготовилась увидеть, как он сделает то, что он никогда не простил бы им за то, что они позволили ему это сделать. Так продолжалось до тех пор, пока этот момент так и не наступил, он просто продолжал свое утро, потягивая еще глоток испорченного чая и не заявляя громко о своей любви к Джеймсу Поттеру. На секунду они были ошеломлены, решив, что, возможно, зелье было не совсем правильным. Ее первое реальное указание на то, что это могло работать, после того, как она стала свидетельницей нескольких взаимодействий между ними, которые, казалось бы, были нормальными, было, когда они шли по коридору, и Джеймс уронил свои вещи, Доркас наблюдала, как Регулус быстро упал на пол и собрал их, пихая книги в руки другого и протирая его очки, прежде чем осторожно положить их обратно на переносицу Джеймса. Тогда они поняли, что Регулус никогда не прыгнет на стол и не начнет кричать в Хогвартс, что он влюблен в Джеймса Поттера, потому что Регулус никогда не показывал никому свою любовь таким образом. Регулус любил тишину, это было то, как он застилал постель Барти по утрам, то, как он даже знал, что тот всегда слишком устал, чтобы делать это, но любил залезать под аккуратные одеяла. Именно там он всегда кидал лишнюю книгу в свою сумку для Ремуса или Эвана, чтобы они не забыли свою, куда-то уезжая. Или то, как он приносил пирожные Доркас и Пандора всякий раз, когда видел их, зная, какие у них самые любимые. Чем больше они думали об этом, тем больше видели любовь, которую Регулус дарил Джеймсу в тот день, да и через день. Он знал расписание занятий всех мародеров, но упрекал только Джеймса, когда видел, как тот мчится по коридорам. Он ходил на каждую игру по квиддичу Гриффиндора, «поддерживая Сириуса», но все равно появлялся в те недели, когда Сириус сломал ему руку, восторженно аплодируя и лукаво показывая большие пальцы Джеймсу. Каждый раз, когда он отвлекался на уроках, которые они делили, Регулус делал дополнительные заметки, а затем комкал их, чтобы бросать себе в затылок, возвращая внимание Джеймса к уроку. Доркас действительно должна была это увидеть; это было так кричаще очевидно, если бы кто-то сделал неоновую вывеску, заявляющую об этом, они бы поспорили, что никто даже не взглянет на слова. Регулус, возможно, любил тихо, но молчание не означало молчание, неоновая вывеска была в каждом взгляде, прикосновении и действии. Там было очень ясно написано: «Регулус Блэк влюблен в Джеймса Поттера».   4.Барти Барти знал, каково это любить Регулуса Блэка, это выражение он когда-то видел на своем лице, пока они не решили, что лучше сохранить свою дружбу, чем преследовать свои чувства, некоторые назвали бы их трусами за это, но в конце концов их чувства угасли, и они остались такими же близкими, как и прежде. Но какими бы ни были обстоятельства, Барти знал это выражение и видел его на лице Джеймса Поттера каждый день. Мало того, он знал, каково это быть любимым Регулусом Блэком, и готов поспорить, что он видел это каждый раз, когда его друг смотрела на Джеймса. Барти видел это, он знал, что они любили друг друга, но он также знал, что они оба не обращали внимания и были слишком тупы, чтобы делать какие-либо движения из страха наступить друг другу на пятки. Итак, если он пренебрежительно относился к своим друзьям, то кому какое дело. План был достаточно прост и работал эффективно, он не хотел приписывать себе слишком много чести, но на самом деле Барти считал себя настоящим гением в своем маленьком плане. Он просто надеялся, что это сработало Когда все четверо снова встретились в общежитии мальчиков Слизерина, он был вне себя от радости от результатов. Они заняли свои обычные места, слонялись по комнате, и через пять секунд она была в воздухе. "Так…. Рег уже был в него влюблен, — сказал Эван со своего места. «Значит, он был», — ответила Пандора. «Значит, так сильно влюблен...», — добавила Доркас. Все переглянулись между собой и расхохотались — Как же мы этого не видели. Пандора аж кричала Доркас вмешалась с удивлением: «До боли очевидно, правда?» И Эван сказал: «Не могу поверить, что нам понадобился какой-то абсурдный план Барти, чтобы мы это увидели». «Спорим, ты не предвидел этого, когда думал об этом, да Б». Пандора сказала дразня Но, увидев самодовольный взгляд, украшающий его лицо, все трое, казалось, поняли, что на самом деле да, он действительно предвидел это. — Барти, — медленно начал Эван, внимательно наблюдая за ним, — ты сделал все это, зная, что Рег влюблен в Джеймса? Довольно застенчиво Барти ответил, глядя на Эвана сквозь ресницы. «Может быть», сказал он, растягивая слово, пока его маска не стала достаточно тонкой, чтобы все знали, что он сделал именно это. — И скажи, пожалуйста. Почему ты мог это сделать? спросила Доркас Барти не учел ту часть, где ему, возможно, придется озвучить свой план, вслух это звучало гораздо, гораздо, менее цельно. — Э-э, потому что никто из вас этого не видел, поэтому я решил, что просто найду способ, чтобы они поняли, что Регулус любит Джеймса, потому что в конце концов один из вас что-то скажет, и Регу придется кому-то признаться в своих чувствах. Честно говоря, было довольно неприятно наблюдать, как эти два идиота идеально подходят друг другу и так невероятно влюблены, но остаются такими, такими, не обращающими внимания друг на друга». Все трое посмотрели на него, и на их лицах отразилось замешательство. «Позвольте мне понять это прямо». Пандора говорит: «Ты устал от того, что Джеймс и Рег танцуют друг вокруг друга?» "да" — И ты решил, что лучший способ выяснить это — это выяснить это для нас, потому что, да, иногда мы не можем держать домкрат при себе? "Да, точно." — Значит, вместо того, чтобы просто сказать нам , что ты разработал целый план, сосредоточенный на том, чтобы подсыпать нашему другу любовное зелье и надеяться, что мы трое достаточно бдительны, чтобы его поймать? «Ты бы точно следовал за мной, да». Барти уступил с кивком «Боже мой, Би, ты буквально самый драматичный человек, которого я когда-либо встречал». Эван сказал одновременно раздраженный и впечатленный тем, что он слышит. — Да, но ты любишь меня несмотря ни на что. Барти дразнили — Нет, я люблю тебя, несмотря ни на что. Эван пробормотал нежно и бездумно в ответ: Барти на секунду запнулся в улыбке, уверенный, что знал, что Эван любит его, он знал, что все в комнате любили, они мало говорили об этом, им никогда не нужно было, чтобы это было очевидно, и он пытался показать им то же самое в ответ. . Но было что-то в том, как Эван был так проницателен и уверен в своем ответе, и что-то в его застенчивой улыбке, что заставило сердце Барти сжаться. Что-то, чего он не мог понять, решив оставить это на более поздний срок. Доркас откашлялась, «как бы интересно и долго ни ждался этот разговор, — они неопределенно махнули рукой между Барти и Эваном, — обо всем этом. У нас сейчас другие фокусы. Было бы напрасно давать ему это зелье, чтобы не продвинуться в том, как на самом деле обстоят дела между Регулусом и Джеймсом. Так скажи мне, каков план?   +1 Регулус и Джеймс Регулус собирался убить Барти. «Правда, Барти, не мог придумать ничего лучше, чем чертов шкаф для метел». Он кричал в дверь, надеясь, что Барти все еще стоит где-то там. «Послушай, прости, Редж, но весь мой гений вложился в еще один план, о котором ты не должен был знать. Доркас все равно хочет сказать тебе, что отчасти это причина шкафа, мне нужно следить за своей безопасностью и все такое. Джеймс с того места, где он стоял, слишком близко, выглядел очень растерянным. — Ты хоть представляешь, что здесь происходит? "Даже не немного." Регулус ответил Голос Пандоры прорвался через дверь: «Хорошо, в общем, весь вчерашний день Регулус был под влиянием этого любовного зелья, мы добавили его в чай. Итак, он должен был, как вы знаете, быть влюблённым в вас весь день. Но дело в том, что он не вел себя иначе, и мы почти поняли, что вы оба любите друг друга, но слишком боитесь сказать об этом. Полностью предназначен для того, чтобы вы могли понять это самостоятельно, но это было похоже на пустую трату совершенно хорошего зелья, если вы на самом деле ни к чему не пришли. Итак….. шкаф для метел. Хорошо, это все, вам двоим там весело. Мы пойдем сейчас. Регулус и Джеймс в шоке уставились на дверь: «Эти ублюдки, я имею в виду эти ублюдки. Подсовывает мне зелье прямо под нос. Барти был прав насчет защиты. Помяни мои слова, когда я выберусь отсюда… — пробормотал он себе под нос, заблудившись на тропе, слишком тихой, чтобы слышать, но, несомненно, яростной. — Итак, Редж, — перебил Джеймс, привлекая внимание Регулуса. — Не называй меня так, — пробормотал он, затем полностью сосредоточившись на Джеймсе, — да, Джеймс? — Были ли они правы, с тем, что они там собрали. Он застенчиво спросил Регулус пожал плечами. — Думаю, теперь уже общеизвестно, что я немного влюблен в тебя, так что ты действительно говоришь мне, не так ли? — да, — чуть слышно прошептал Джеймс, встретившись глазами с Регулусом, — да, они были правы. Я вроде как влюблен в тебя». Регулус, как бы он ни пытался бороться с этим, просто не мог сдержать улыбку со своего лица. «Круто», — ответил он, соответствуя тихому тону Джеймса. "круто" Джеймс улыбнулся Какое-то время они стояли так, как были, слишком ухмыляясь, как дураки, не зная, что предпринять, прежде чем реальность всего происходящего дошла до Регулуса, и он фыркнул. Он прислонился головой к плечу Джеймса, когда смех взял верх. Джеймс, казалось, переживал то же самое, когда рухнул в него, изрыгая смех в кудри Регулуса. «Вау, я не могу поверить, что нам понадобилось столько времени, чтобы встряхнуться из-за этого». Джеймс сказал, как только они немного успокоились «Неужели это действительно встряхивает, если Барти фактически собрал нас вместе? Я имею в виду, что на самом деле я держал это в себе около трех лет, возможно, мог бы продержаться еще три». «Как ни назови, я рад этому, я не думаю, что прожил бы еще три года без тебя. Я немного злюсь на тебя, Редж. — Я тоже немного злюсь на тебя, Джеймс. Регулус и Джеймс на секунду стоят, глядя друг на друга, запертые в чулане, безнадежные, глупые и отчаянно влюбленные. Лицо Регулуса болит от улыбки, и он бесстыдно заискивает перед Джеймсом Поттером, теряясь в его ланиных глазах, которые просто наполнены эмоциями больше, чем он знает, что делать, он делает неуверенный шаг вперед, слишком осознавая лукавство. шкафа. Все это немного ошеломляет в лучшем виде. Хотя через доли секунды все это исчезает. Потому что Джеймс Поттер целует его. О, Джеймс Поттер целует его, и ничто другое в крошечной комнате или за ее пределами не имеет значения. Он почти забывает ответить на поцелуй, когда они позволяют себе раствориться друг в друге. Не было ни фейерверка, как всегда описывали, ни огромного, невероятного ощущения. Только один полный и абсолютный комфорт. Что-то в этом моменте казалось правильным. Они отстраняются и секунду смотрят друг на друга, опухшие губы ярко улыбаются друг другу, измученные любовью умы на короткое время забывают о других вещах, о которых нужно думать. Регулус по-прежнему будет сильно угрожать каждому из своих друзей , как только выберется, но, может быть, он мог бы быть немного благодарен за любовные зелья, шкаф для метел и коварных болванов, которых он обожает.