Мальчишка среди демонов

Танджиро Камадо был обычным сельским мальчишкой:слегка грубоватый с виду,с мозолистыми руками и рабочим телосложением–сгорбленным,и надломанным.Не смотря на свой серьёзный вид:хмурое выражение лица, опущенные уголки губ и ужасный шрам–тот придавал его лицу мрачности–он был добрым человеком,что всегда был готов помочь в любую трудную минуту. Его часто можно было увидеть на улочках деревни укрытой за горным хребтом,усталого,но не сломленного тяжёлым углём в корзине.Когда к нему обращались,его лицо тут же обретало краски и удивительно живую мимику,что интересовала и заставляла удивляться,как мальчишка-то умудрился таким родиться. Танджиро был добрым малым,что продавал уголь собственного производства.Его знали как человека чести и слова,что всегда приходил во время,спускаясь в деревню не раньше или позже полудня.Все знали,что даже в буран он не сдасться и прийдёт сквозь снежные вихри ,чтобы помочь нуждающимся.За это жители деревни и любили мальчишку из многодетной семьи.Он отвечал им взаимностью,приходя каждые два дня и позволяя прожить эту зиму,раз уж от правительства,что было увлеченно другими действиями,не было помощи деревушке. *** Танджиро проснулся сегодня рано,значительно раньше,чем вчера.Пожалуй,в этом была заслуга яркого и бодрящего сна,вызвавшего в нём много эмоций.Мальчик потянулся и резво откинул старое одеяло,оставшись лишь в одном кимоно и юкате для сна. Оголённые ноги сразу же почувствовали прохладу,что могла перейти в холод,если он не поторопиться и не побредёт одевать хакама.Танджиро бодро поднялся,услышал лёгкий хруст в спине,скривился,почувствовав сожаление о плохом самочувствии.Сегодня он может остаться дома,так сказала ока-сан,при желании,его может заменить Такео,но тот этого точно не сделает. Его младший брат,которому десять лет,был приучен к лесу,к топору.Он не любил выходить в город,и злился,каждый раз.Словно люди в его поле зрения были лишь игрушками,ненужными и не красивыми.Танджиро старался не думать о том,что скорее всего это было неправильное воспитание,которое дал ему старший брат–он.Но при этом старался исправить положение–мягко журя младшего брата,когда его всё же удавалось ухватить с собой по случаю помощи с тележкой,которая в последнее время стала жутко хрупкой и опасной. Вообщем,на Такео можно было не надеяться.А праздники приближались,Танджиро хотелось сделать семье доброе дело и накормить их до отвала,он снова решился выйти в город,даже не смотря на обещание о непогоде к вечернему часу.Скорее всего,возьмёт корзину вместо телеги. Мальчик осторожно поднялся,почувствовав,как боль в спине ушла,позволив ему выровняться и взглядом обвести комнату в полумраке. Сегодня он спал один–пришёл позже обычного,а будить братьев не хотелось–в комнате принадлежащей покойному отцу-наставнику.Танджиро,мимо воли,скривился от болезненных воспоминаний о спокойном отце,который погиб когда его сыну почти исполнилось дванадцать.Какой-то недуг так быстро подкосил его,что в считанные дни тот сгорел в лихорадке.До этого же было лишь недомогание,но с этим можно было справиться бальзамом по рецепту оба-сан. Мальчик трясёт головой,разгоняя мрачные мысли,и быстрым шагом подходит к фусума,отворяя их и впуская в комнату больше света.Ещё,его тонкое обоняние улавливает запах варённой рыбы,а значит девушки семьи уже были на ногах.Танджиро испытал стыд,возможно он проснулся и не так рано,как ему бы хотелось,точнее,показалось. Кухня находилась чуть ближе к комнате отца,чем к остальным комнатам,поэтому он слышал многое.Как мама раставляет посуду,как сестры–Незуко и Ханако–шушукаються,стараясь держать себя в рамках приличиях.Но это им не всегда удаётся,иногда их смех слишком звонок,а иногда восклик мамы настолько пугающ,что девочки умолкали и только шум с улицы разбавлял мрак комнаты своим звучанием.Танджиро отошёл от двери и направился в южную часть комнаты,почти к началу крыльца–оно было заставленно всякими предметами старой мебели и крепко-накрепко забито одеялами,что сделали ради поддержания тепла в доме–в последнее время тот сильно остывал из-за морозов и сквозняков играющих то тут,то там.Его целью был комплект одежды,который он в свете бумажного фонарика ложил на старый пошарпанный стул. Переодеваясь,он слышал приглушённый шёпот Незуко и Ханако,те смеються,наверняка найдя что-то в рассказе старушки Мэй–подруги умершей бабушки.Насколько Танджиро знал,его сёстры могли долго разбирать один разговор,оставляя "лакомые" кусочки на потом.Мама их за это не ругала,мягко улыбаясь,но даже в её глазах плясали яркие огоньки смеха над очередной возмущенной миной Ханако. -Это как?-вопросительно спросила Ханако,чуть громче обычного,Танджиро надевающий на себя выстиранное хаори в тёмно-зелёную клетку прислушался.Возможно он пропустил тему беседы,когда погрузился в мысли о части семьи. -Ты о чём?-голос Незуко был беззаботным,в чём убедился мальчишка,выходя из комнаты отца и закрывая за собой фусума,поражаясь тому,что они не скрипят. Не надолго он услышал молчание,то показалось ему признаком чего-то неуместно-опасного,ведь болтушка-Ханако всегда была слишком эмоциональной,а её вопросы летели впереди всего.Даже Танджиро стало интересна тема разговора. Его ноги были одеты в привычные ему тряпичные бинты поверх носков–в последнее время обувь очень натирала,поэтому мама предложила ему такую альтернативу до тех пор,пока не найдёт время починить старые сандали отца–они же и заглушали шум его шагов,сдерживая скрипы старых деревянных половиц в некоторых местах. Дом их был старым,постоенным на манер китайской культуры,звался он минкой–такие было легко собрать,и разобрать при переезде.Он скрипел и часто ломался,то тут,то там.Из-за плохого фундамента,из-за некрепкого дерева,жизнь семьи часто подвергалась сильным несчастьям–ветер или холод часто настигали Камадо.Танджиро нервно глянул на старые половицы дома и поспешно подошёл к кухне,находясь в раздумьях о возможности переезда. Мама,конечно,как обычно будет против,говоря,что это их родное место,тут похоронены все члены их семьи,тут было хозяйство.Братья будут несогласны,а сёстры,снова будут на стороне ока-сан.Но Танджиро снова и снова будет пытаться откладывать деньги на маленькую хижину близ подножья,чьи хозяева решили покинуть деревню и отправиться в город,к детям. -Я думала,что девушкам запрещено уходить от свадьбы!-восклик Ханако,его звонкой сестры,вернул Танджиро в реальность,заставив мальчика замереть около прикрытых дверей фусума.Стыдно признаться,но он был пугливым,а потому его ощутимо тряхнуло,стоило сестре неожиданно вскрикнуть. Тема разговора для Камадо-старшего в миг перестала быть интересной–он знал,что дальше последуют возмущения Ханако,мягкие слова Незуко о праве выбора каждого человека,просьба от ока-сан снизить голос.Так же,Танджиро знал о этой ситуации,восторгался мужеством госпожи Мэй,и всячески поддерживал её.Ему бы тоже не хотелось,чтобы его сёстры вышли за неоттёсаных чурбанов. -Конечно,девушкам запрещено,-мягкий голос матери был слегка тихим,потому она прокашлялась,-но,Мэй-сама всегда была такой,-женщина задумалась,-сильной и волевой,-закончила Киэ Камадо и Незуко,вероятно,помахала пальцем перед лицом Ханако,как делала всегда после слов матери -Не стоит осуждать человека за его поступки,Ханако,иногда только его решение может сделать жизнь лучше,-старшая сестра дома как обычно была настроена позитивно,что радовало Танджиро. Мальчик,решив,что прослушал всё,что можно,решительно распахнул фусума и поморщился от света солнца,что ослепило. -Танджиро,уже проснулся?-голос матери был как всегда звонок и приятен слуху,не смотря на её возраст,с которым голос должен был становиться глуше. -Доброе утро ока-сан!-Танджиро солнечно улыбается,даже тогда,когда у него появляються слёзы от света солнца.