Темные коридоры

Спустя сутки. Жилой блок первой категории. Рядовой-адъютант Филгеирт Лонтисаль. Быстрым шагом я шел по пешеходной трассе, приближаясь к нужному повороту. Все солдаты, как гвардейцы, так и СПО-шники, проходившие мимо меня, сразу же удивленно останавливались, вытягивались в струну и приветствовали меня, прикладывая ладонь к виску или же к сердцу - все же, из-за нашивки Комиссариата на левом предплечье сразу было видно, кто я такой. Я рефлекторно отвечал им, но не особо обращал внимание. Сейчас меня волновало совсем другое. Новость о несанкционированных псайкерах заставила меня неслабо удивиться. Я понимал, что рано или поздно это должно было произойти - как-никак, если на нашей стороне Адептус Арбитрес выполняли свои обязанности более чем профессионально, то вот что происходило на территории бунтовщиков, оставалось только гадать. Но вот тот факт, что они сами попросили о помощи, был действительно удивительным. Да, из уроков истории я знал множество случаев, когда люди, которые считали себя верными Богу-Императору, но при этом пошедшие войной против Империума, все равно позволяли Арбитрес выполнять свой долг по поимке несанкционированных псайкеров или же сами ловили их и отдавали. Тот факт, что местные бунтовщики сделали также, многое говорило об их благоразумии... Насколько вообще могли быть благоразумными люди, восставшие против Бога-Императора. Теперь же, когда комиссар смог договориться о создании специального отряда для ловли псайкеров на территории бунтовщиков, сразу же встал вопрос о составе этого отряда. Все дело было в том, что отряд отправлялся на территорию врагов Империума, а следовательно, Арбитрес не имели права посылать туда отряд - отсутствовали должные полномочия. Выход тут был найден быстро - отрядом должен был командовать представитель Комиссариата. Однако посылать кого-то из младших комиссаров или же комиссаров-кадетов смысла было немного - они и так были нужны на фронте, да и с псайкерами обращаться не умели. Именно поэтому выбор пал на меня. Юридически, я был частью Официо Префектус, так как был рядовым-адъютантом комиссара и имел часть его полномочий, а именно - право на арест и полевой суд при некоторых обстоятельствах. Что еще более важно, я имел специализацию псайхота, то есть ловчего псайкеров. На Акитос Прайм арбитр-майоре Гундарг организовал обучение для всех арбитров, чтобы абсолютно все могли быть использованы для поимки несанкционированных псайкеров. Именно поэтому вначале я был арбитр-псайхотом, участвуя в ловле, а затем отправился на несколько месяцев в "Детентиус Протопсайканус", где меня и настигла война с орками. Но вот на Вильяр Уникусе все обстояло немного иначе. Гарнизон Арбитрес тут был в пять раз больше, чем у нас, а вот псайловчих, аналог псайхотов, тут было совсем немного - по одной роте на каждый Форт Правосудия. Да, они были профессионалами своего дела, которые имел куда больше выучки и опыта, чем у меня, однако их было мало. Из-за этого возникла проблема. Отряд, который могли собрать, выходил крошечный - десять человек. Больше выделить не могли, так как по всему улью постоянно приходили различные донесения о несанкционированных псайкерах. И пускай в среднем девяносто пять процентов из них были ложными, проверяли их исключительно отряды псайловчих - ни протексам, ни СПО-шникам это не доверяли. К счастью, у меня был вариант, как можно хоть немного, но пополнить наш отряд. Горат, Орит и Филик - три арбитра, изгнанные вместе со мной и также присоединившиеся к Пятнадцатому Верлонскому полку. В последний раз я их видел еще на острове Соктомор, где они заведовали пулеметом "Мясник". Правда, встреча наша была не самой радушной. Я был рад, что они живы и также вступили в ряды Астра Милитарум, вместо того, чтобы стать вышибалами в клубе для дворян, однако тот факт, что я на эмоциях бросил их и сам отправился на призывной пункт, после чего стал помощником комиссара, не сильно радовал как минимум Филика, которому я тогда врезал по носу за оскорбления. Как выяснилось, они были все еще живы и все еще служили в одном отделении, что однозначно меня радовало. Теперь дело оставалось за малым - присоединить их к отряду. Именно для этого я и шел сейчас к ним в казарму. Конечно, можно было просто вызвать их и в приказном порядке повести их за собой, но я не собирался этого делать - директивы Арбитрес рекомендовали, чтобы псайхотник шел на любое задание по поимке псайкеров добровольно, так как иначе был слишком велик риск провала или чего похуже. И хоть сейчас ни я, ни они втроем уже не были частью Арбитрес, я не собирался игнорировать эти директивы - при Гундарге это были не рекомендации, а незыблемые правила, которые позволяли псайхотникам оставаться в живых. Дойдя до нужного поворота, я сразу же завернул, подошел к блокпосту гвардейцев. Те неслабо удивились моему прибытию, но все же быстро проверили документы, записали в журнал и пропустили. Где находились все трое я хорошо знал - они были закреплены за конкретной комнатой. Хотя, чтобы добраться до туда, пришлось потратить минут пять, проходя мимо понастроенных баррикад. Все же казарма находилась близко к фронту и в случае чего, к обороне тут были готовы. Зайдя в нужный блок, я сразу же направился вперед по узкому метровому коридору. По обе стороны двери комнат были открыты, потому тут стоял ор десятков гвардейцев, которые громко разговаривали, шутили, смеялись или что-то обсуждали. Куревом тут пахло так, словно тут что-то сгорело, а перед глазами была довольно заметная дымка - в каждой комнате курили сигареты, а в некоторых и вовсе стояли кальяны. Стоило мне только пройти, как позади слышалось приказное шипение, а разговоры замолкали. Но я на это не обращал внимания. Вскоре я добрался до нужной мне седьмой комнате слева. Орит и Филик сидели справа, Горат, а еще один гвардеец лежал на кровати и читал книжку под названием "Жизнеописание генерала Силихемада Аджинарга в пятнадцати томах. Том III", которое золотыми буквами было вписано на потертой кожаной обложке бордового цвета. И стоило только мне появится, как сразу же все трое, ведшие до этого какой-то разговор, замолчали и удивленно уставились на меня. - Ебануться...- проговорил Горат, как только заметил меня,- Какие люди почтили нас свои присутствием. Разговоры в комнате, что сейчас была за моей спиной, моментально стихли. Да и во всем блоке каждую секунду становилось все тише. - И тебе доброго дня, Горат,- сухо ответил я. За мат в мою сторону можно было получить, но я решил пропустить это мимо ушей,- Можно войти? - Заходи...- все еще удивленно произнес Орит, после чего я присел рядом с Горатом на кровать и посмотрел гвардейца сверху, который сейчас непонимающе и смотрел на меня,- Оставь нас, будь добр. - Понял-принял,- моментально ответил гвардеец с некоторым волнение в голосе, после чего спрыгнул с кровати и почти что вылетел в коридор. Я закрыл за ним дверь до щелчка и посмотрел на всех троих. - Чего надо?- резко ответил Филик, смотря на меня с неприкрытой злобой,- Наркоты не употребляли, драк не устраивали, к бабам не приставали. Если кто сказал - пиздит, на аквилле поклянусь. - Я по другому поводу.- ответил я. - Это какому же, позволь спросить...- спросил Горат, который также не был рад меня видеть. - Несанкционированные псайкеры. Стоило только этим двум словам прозвучать, как все трое изгнанников в миг напряженно вытянулись, словно их ударили током. Выражение лиц у всех троих резко стало серьезным, а три пары холодных взглядов теперь смотрели на меня в ожидании. Как бы они не относились ко мне, тема была слишком серьезной. - Продолжай,- сухим голосом, в котором слышалась сталь, сказал Орит. - На территории бунтовщиков появились три несанкционированных псайкера,- начал я. Все трое внимательно слушали и только моргали,- Один в бегах, другой - в осаде. Третьего убили. - Они ебанутые там, что ли?- удивленно вперемешку с шипящей злобой выплюнул Горат,- Самим лезть на несанка? - Псайкерское бешенство,- после моих слов все трое посерьезнели еще сильнее,- Им пришлось действовать. - Уровень?- коротко спросил Филик. - Судя по рапортам - эпсилон,- ответил я, вспоминая те рапорты, что предоставили бунтовщики после подписания договора. - Боже-Император, спасибо, что уберег,- прошептал Орит, сложив руки аквиллой. - Аминь,- повторил я, Горат и Филик. - Что с остальными?- спросил Филик. - Данных пока мало. Тому, кто сбежал, Арбитрес дают от "Йоты" до "Эты". Тому, кто сейчас сидит в осаде - "Зета" или "Эпсилон". - Пиздец.- сухо подытожил Горат. Я с ним был полностью согласен. - В общем и целом, бунтовщики запросили помощи,- продолжил я объяснять всю суть происходящего. - Хоть на это у них хватило ума...- проговорил Филик. - Именно. Местные Арбитрес не могут дать много людей - слишком много вызовов. Выделили только десять человек для организации отряда, который будет отправлен в тыл бунтовщикам под их гарантии неприкосновенности и обеспечения. Так как это враги Империума, я назначен командиром, как представитель Комиссариата. Но одиннадцати человек мало, потому я решил предложить это еще и вам - вы также имеете статус псайхотов. - Понятно,- ответил Горат, после чего встал с кровати,- Значит собираем вещички... - Если что, это добровольно,- решил напомнить я. Не хотелось, чтобы они вдруг восприняли это, как приказ. - Еще бы ты попытался приказать нам,- сарказма в голосе у Гората хватало с избытком,- Ты отлично знаешь директивы. Это мой выбор. Я не собираюсь сидеть на жопе ровно, пока у бунтовщиков в тылу есть два несанка, которые или сами свихнуться, или их попытаются поймать какие-нибудь бездари. - А ты что, думал, что откажемся?- с некоторой злобой произнес Филик. - Я должен был спросить лично,- сразу же ответил я, посмотрев тому в глаза. Он все еще на меня злился и был совсем не рад меня видеть. Но ситуация была совершенно не той. Не время было выяснять отношения. Я же лично чувствовал радость. Все трое без всяких сомнений согласились пойти за мной несмотря на свое отношение ко мне, как к человеку, который их когда-то бросил. Однако, я понимал, что все это лишь начало. Дальше нас ожидало самое сложное - ловля несанкционированных псайкеров. Да поможет нам Бог-Император... В это же время. Коммуникации рядом с мануфакторумом "Орихарга". Скитарий-гиспасист DM-273138 "Дима". Дима продолжал двигаться вперед по канализационной шахте, одновременно устанавливая ретрансляторы связи. Большая часть его вещмешка, который он тащил на спине, была заполнена именно ими. Это были специальные, портативные ретрансляторы на аккумуляторной батарее с режимом пассивного ожидания, принятия сигнала и импульсного ответа - с помощью них можно было только передавать фиксированный сообщения, но вот поддерживать стабильную связь уже было невозможно. Скитарий прикреплял с помощью высокоустойчивого клея на всем протяжении пути, начиная с линии фронта, чтобы можно было беспрепятственно отправлять разведданные в Штаб. Что еще важно, они обладали небольшим размером - куб со сторонами в два сантиметра, потому их было легко спрятать за трубами и кабелями, чтобы их нельзя было найти даже случайно. Пускай шанс того, что сюда кто-то заглянет, был меньше 1% - он не был равен 0%, а следовательно, рисковать было нельзя. Пройдя еще 100 метров и переступив через двенадцать сигнальных растяжек, которые могли активировать сигнализацию, Дима приклеил новый ретранслятор за водопроводную трубу, прочитал молитву активации, активировал его, прочитал молитву о работе ретранслятора, провел быстрый тест и направился дальше. Именно в этот момент акустический ауспекс зафиксировал звук, который был опознан, как человеческие голоса, источником которого были два биологических объекта. Скитарий продолжил двигаться и спустя десять секунд когитатор смог распознать голоса. -...до двухсот, ток ровно, блять, ни больш, ни меньш.- говорил объект, опознанный, как "Женщина". Детальный анализ показал, что ее возраст варьировался от 30 до 35 лет. - Пон.- прозвучал второй голос объекта, опознанный как "Мужчина" возрастом от 16 до 20 лет. - Потом набираешь вот этой бурды, ровно до двадцати. - Пон. - Выливаешь в воду и размешиваешь. - Пон. - Потом все выливаешь в горшок. И вот так повторять со всеми. - Эт что, кажд раз отмерять вотак?- эмоциональное состояние объекта "Мужчина" был распознан, как "Удивление" и одновременно "Возмущение". - Да, блять, каждый... Ай,- объект "Женщина" резко вскрикнула,- Блять, пихается опять... Короче, с каждым так делаешь, по два раза в день. Упаси тебя Бог-Император забыть хоть про один... Зачахнет - и тебе пиздец, понял? Сквозняком на фронт отправишься. - Та пон, пон, все норм буд!- активно проговорил "Мужчина". - Вот и хорошо. Теперь - термометр. Следи, чтобы все время было двадцать пять. На каждом, блять. Станет ниже или выше, зови бригадира сразу же. Не найдешь бригадира - ко мне беги. Меня не найдешь - беги к Трайту. - Пон. - Только проверяй постоянно. Если долго будет не двадцать пять - тут пиздец будет полный. - Пон, пон я все. - Теперь влажность. Видишь стрелку - на семидесяти сейчас. Вот там и должна оставаться постоянно на всех. Ниже или выше - опять же, бежишь за бригадиром. - Пон. - Так, хорошо. Теперь освещение. Гореть должны везде. Сгорит лампочка - сквозняком меняешь. Если все вырубится, это может быть пробки выбьет - там включишь обратно. Если не пробки, то бригадир должен переключить на аккумы. Если его нет, то уже сам переключишь, только очень блять быстро, чтобы и пяти минут не прошло. - Эм... А что за проб-ки?- подал запрос "Мужчина". - Все покажу, там просто кнопку нажать, если вдруг что... - А на аккумы как переключ? - Это пусть тебе бригадир покажет, я сама не ебу, как это делать. Только чтоб сегодня показал, блять. Найдешь и попросишь, скажешь, что я приказала. - Пон. - Тут все, теперь последнее. Куришь? - Ну да, немног. Хоть счас с сигами совсем напряг, дорог. - Та знаю. Ну короче, здесь не курить. Вот как бы не хотелось - нель-зя. Увидит кто - плетей всыпят и на фронт полетишь, понял? - Пон, пон. - Хорошо, пошли, пробки покажу, как включать. Потом заступаешь на смену. - Пон. Ауспексы зафиксировали звуки, которые были идентифицированы, как движение двух объектов, отдалявшиеся от него. Еще спустя 3 секунд оба объекта ушли достаточно далеко и Дима направился к решетке, из которой и доносились звуки. Это не было предусмотрено маршрутом, однако скитарий, проанализировав диалог, пришел к выводу, что стоило узнать, о чем именно говорили объекты. Добравшись до решетки, скитарий заглянул через нее. За ней располагалось помещение площадью 18 квадратных метров - согласно планам, это была жилая комната второй категории. Вся площадь была заполнена столами, на которых находились различные емкости - металлические кастрюли, пластмассовые тазы, обрезанные бутыли для жидкости. Они были заполнены субстанцией, в которую входили почва, песок, мел и пенопластовые шарики. И в каждой емкости находилось кустарниковое растение. - Анализ объекта "Растение"... Поиск в базе данных... Поиск завершен. Результат: "Якиха" - растение из отдела "Цветковые" с высоким содержание наркотических веществ в плодовых ягодах. Ягоды применяются перорально-жевательным способом. Сбор, выращивание, хранение, перевозка, продажа, покупка, не уведомление об обнаружении преследуется по закону согласно статьям 2048-2054. Наказание - пожизненно лишение свободы." Анализ завершен. Анализ полезности информации... Анализ завершен. Полезность результата анализа: высокая. Полученная информация была действительно важной. Противник начал массовое выращивание наркотических средств и эту информацию, согласно директивам, следовало сообщить немедленно в Штаб. Но для начала следовало собрать больше данных. Пройдя вдоль стены, в которой находились решетки, Дима зафиксировал еще четыре помещения, в которых также выращивались кусты якихи. В каждой комнате кустарники находились на разных стадиях готовности. Если в первой комнате в них уже виднелись зачатки ягод, то в самой первой растения находились на стадии ростков, которые выращивались в пластмассовых чашках. По итогу, скитарий смог зафиксировать 114 отдельных растений. Согласно плану здания, на другой стороне жилблока находились еще пять таких комнат, которые, с вероятностью в 94,5%, также использовались в качестве теплиц. Однако тратить время на уточнение скитарий все же не стал - это могло занять слишком много времени. Самого факта наличия этой фермы было достаточно. - Подготовка информационного пакета... Редактирование отчета... Редактирование завершено. Сжатие отчета... Сжатие завершено. Запись молитв духам ретрансляторов... Запись завершена... Сжатие информационного пакета... Сжатие завершено. Отправка сообщение... Процесс: 0,35%... 0,7%... 1,05%... Спустя 285.7 секунды сообщение было полностью отправлено через установленную сеть ретрансляторов и Дима направился дальше, согласно маршруту. Спустя 3 минуты 16 секунд он дошел до тупика, из которого был лишь один выход - лестничная шахта, которая вела вверх на 24 метра. Взобравшись наверх и закрыв люк, скитарий направился вперед и спустя 2 минуты ауспексы вновь зарегистрировали диалог. -...смогли. Ниче не сгорело тогда, успели вовм,- произнес голос объекта "Мужчина",- Да ток меня СМО-шники сраз под ручки и к начцеху... Тот гов - пожар устроил, знач штраф плати. Я ему говорю - ниче не сгорело ведь, за что штраф-то? А он - за нарушение техбеза, понимаешь ли. И угадай, скок сказал платить? - Запу?- проговорил объект "Мужчина-2". - Ага, счас! Тысчу сказал платить! - Пиздец... А получал ты скоко? - Двести, блять! - Хо-хо, и что дальш? - Ну этот урод так и говор - заплати чрез мес. А где я тысчу чрез мес найду? Нигде. Попрос в рассрочку. Ну он разрешил и сказал - вся рассрочка через банк-партбанк-партнер... - Знакомо. - И вобщ, банк рассрочку одобрил - под двадцать процов! - Еба-а-ать... Хороший у вас банк был. Мне как-то два раза давали, оба под десять процов. - Повезло, блять, повезло... Ну вобщ, дали этот календарь выплат, норм все... Ну кароч, получаю запу и иду оплачивать первый транш этот... А мне говорят - а мы ваш кредит продали! И продали они его в какой-то банк в другом, блять, обдисе! Мне до него ехать надо три часа! Три! А в выходной банк тоже закрыт, мелкий сильно. Я в этот банк, первый который, мог прийти после работы и оплатить все, а в тот надо как-то доехать вместо работы. Пытался с бригадиром поговорить - тот к начцеху шлет, как нахуй. Начцеха нет вечно, а потом по почте, блять, приходит - вы платеж просрочили! И штраф за просрок наложен! - Заебись! Дай угад, еще и за письмо это платить надо? - За оба! За письмо о просроке и письмо о штрафе! Не за свой же счет они их присылать должны! И в общем, поймал уже начцеха, говорю - надо оплатить, так и сяк, далеко ехать. Ну он и говорит - оплачивай бухгалтерию и вали. Я такой - в смысле, что оплачивать? Он такой - ну тебе же день из зарплаты вычесть должны? Должны. Вот ты заявление оставь, оплати и вали. А платить надо - пять вилев! - Еба-а-ать... - Я понять пытаюсь - зачем заявление оплачивать? А он - ты ж бухгалтеру дополнительную работу даешь? Даешь. Вот и оплачивай. - Ну то понятно, ток чтот у тебя бугер дорогой. У нас два виля стоил. - Ага. Опытный, понимаете. Двадцать лет уже работает. Я тогда думал, что кончусь. За просрочку уже штраф пришел, его тоже надо оплачивать... Короче, оплатил бугера, побежал в банк... А там, блять, очередь такая была... Куча народу на депозит полезли нести деньги, там под пять процентов месячных давали... - Нихуя так... - Во-во, сам охуел... Только действовало предложение у них пять дней, потому народ побежал быстро. В общем, просидел тогда весь день, так и не добрался до кассы. И типа мне над еще один день брать отгул и ехать в банк, чтобы и штраф оплатить, и платеж первый... Я думал, что ебанусь просто... А потом как раз началось все это и я такой решил - катись и вся эта власть, и банки, начальники нахуй! Вот и записался сюда... - Вот и правильно сделал. Уделаем всех этих уродов и заживем нормально. - Бог-Император помоги. - Бог-Император помоги. - Анализ диалога... Анализ диалога завершен. Полезность информации: низкая. Сохранив запись диалога, Дима отправил его в резервное хранилище памяти - отправлять его штаб не имело смысла. Скитарий отправился дальше, в направлении входа в коммуникации мануфакторума "Орихарга". Ему следовало изучить его складские помещения, а затем проникнуть в административный комплекс, где располагался штаб одной из дивизий противника. По коридору вперед - 117 метров, направо - вперед 34 метра, по лестнице наверх на три уровня, направо - 55 метров, вверх по лестнице - 38 метров. За это время Дима зафиксировал еще 13 диалогов, чья ценность также была признана "низкой". И вскоре скитарий дошел до нужного ему входа - металлического люка с отпечатанной эмблемой Адептус Механикус. Электронный замок на нем был проплавлен термитным зарядом и теперь люк был приоткрыт на 3,3 градуса, не способный закрыться. Дима зачитал молитву об упокоении духа замка, который был убит бунтовщиками, после чего начал более детальное изучение двери. Замочные скважины были не смазанными, из-за чего был риск возникновения громких звуков. Также выяснилось, что к противоположной стороне двери была приклеена тонкая нитка из синтетического волокна. Она не была натянута полностью, что явно свидетельствовало о том, что на ней не свисало что-то, что могло вызвать громкий звук. Отодрав нитку от двери, скитарий достал небольшой флакон с маслом и смазал дверные петли, прочитал молитву за вхождение на священную территорию Адептус Механикус, открыл дверь и посмотрел вниз. Там к стене была приклеена граната без чеки, а предохранительная клипса была завязана той самой ниткой на специальный узел. В случае простого открытия двери узел должен был развязаться, что высвободило бы клипсу и спровоцировало бы детонацию боеприпаса. Анализ пылевого покрова показал, что граната была установлена недавно, из-за чего был риск, что эту растяжку могут проверить. Взяв дверь, а затем нитку, Дима прислонил ее к пятну застывшего клея и с помощью нагревателя на указательном пальце левой руки начал его нагревать. Тот быстро расплавился и нитка погрузилась внутрь. Еще несколько секунд и клей вновь застыл, чем вернул всю растяжку в первоначальный вид. Вероятность того, что кто-то заметит разницу, была исчерпывающе низкой. Дима направился дальше. Коридор, поворот, лестница, еще поворот, коридор, поворот. Чем дальше скитарий продвигался вперед, тем больше он видел свидетельств осквернения бунтовщиками этих коридоров. Лампы были разбиты, электрощитки сожжены, кабеля выдернуты и похищены, замки на дверях проплавлены. При этом везде были свидетельства боев - кровь, масло, подпалены от лазганов, отверстия от стабберных пуль, болтов и осколков. Трупов не было, но были видны следы их волочения. Дима понимал, что трупы служителей Бога Машины были утилизированы без отпевания, а их аугментика или сломана, или вовсе использовалась противником. Дима зачитал молитву об упокоении погибших и продолжил идти, огибая одну растяжку за другой. И спустя 2 минуты акустические ауспексы засекли звуки, идентифицированные, как голоса. Распознать их удалось практически сразу. -...спасите!- прозвучал крик объекта, идентифицированного, как "Женщина". Одновременно с этим были зафиксированы звуки борьбы,- А! Не надо! - Кричи, сколько хочешь, сука достогубовская!- ответил объект "Мужчина",- Да не брыкайся ты, блять! - Не надо, умоляю! ААА!- продолжала кричать "Женщина". Прозвучал звук удара кожи об кожу. - Да заткнись ты уже, сука! - Расслабься и тебе понравится!- прозвучал голос второго объекта, также мужчины. - Не надо! НЕ НАДО! ААААА! Дима остановился у самого угла, откуда доносились крики и посмотрел за него. Там, у поворота на лево, находились три объекта - двое мужчин повалили на пол женщину и пытались ее раздеть, пока она активно сопротивлялась. Сразу стало понятно, что это была попытка изнасилования. И у женщины не было шансов сопротивляться, потому итог был очевиден - оба мужчины удовлетворят свою похоть, а затем убьют ее. Все три объекта находились в ответвлении от основного маршрута Димы, потому он мог пройти мимо. Никто его не заметит. Директивы также требовали не вмешиваться в происходящее. Нельзя было выдавать себя, ни каким образом, в том числе и помощью гражданским лицам. - Пожалуйста! Императора ради! Прошу, не надо! Я не хочу!- продолжала кричать женщина, пока оба мужчины уже успели снять с нее ботинки. - Та хватит орать уже, блять!- ответил "Мужчина-1", который уже снимал брюки с женщины, пока так активно двигала нижними конечностями. - Не надо! Не надо!!! Дима собирался уйти. Дима должен был уйти, как того требовало задание и директивы... Но из-за слов женщины, из-за ее криков, перед глазами скитария начали проноситься воспоминания, которые он не видел уже очень давно... Воспоминания из прошлой жизни, еще до того, как он отдал себя в руки Культа Машины... Он помнил... Помнил семью... Помнил свою старшую сестру... Помнил, как она кричала, умоляя отца остановиться... Помнил, как ничего не делал, потому что боялся... Помнил, как сестра плакала потом всю ночь... Помнил, как утром нашел ее окровавленное тело со вскрытыми венами... Помнил, как ее тело выбросили в овраг, отказавшись отпевать за самоубийство... Помнил, как чувствовал злобу на отца... Помнил, как пришел к нему ночью в комнату и проломил череп молотком... Помнил, как суд оправдал его, учтя мотив... Помнил, как скитался по улицам города, потому что без семьи ему некуда было идти... Помнил, как десять лет прожил в спецпоселении, отрабатывая койку и паек... Помнил, как не выдержав всего этого, пришел к Адептус Механикус и отдал себя во служение Омниссии, Сущему в Механизмах... И теперь Дима видел, как над этой женщиной пытались надругаться двое ублюдков. Он не должен был вмешиваться. Не должен был, потому что задание было в приоритете, а риск обнаружения был слишком велик. Он должен был просто идти дальше. Его миссия была важна для хода всей компании. Однако директивы лишь говорили, что нужно делать, а решение принимал он сам. Однажды он уже принял решение и не пришел на помощь. Повторять этого он не хотел. Выскочив из-за угла, Дима набрал полную скорость и побежал вперед. Объекты "Мужчина-1" и "Мужчина-2" не слышали его - крики женщины все заглушали. Лишь когда расстояние между скитарием и объектами было 3 метра, "Мужчина-2", что держал объекту "Женщина" верхние конечности, повернул к нему голову. Мимика его лица моментально переменилась и стала выражать чувство "Шок". - БЛЯТЬ!- проревел он, пытаясь встать на ноги. Скитарий не дал ему это сделать. Преодолев эти три метра, он нанес удар правой рукой в передне-верхнюю часть щитовидного хряща объекта, ломая его вместе с трахеей и спинным мозгом в шейном отделе. - ЕБА...- попытался прокричать "Мужчина-1", но Дима схватил его за горло, останавливая подачу звукового сигнала, после чего сжал ладонь. Спустя секунду жизненные показатели объекта остановились и авгур скитария диагностировал смерть. Все было кончено. Оба объекта лежали на полу мертвые. Женщина же, забившись в угол поворота, под водопроводными трубами, и сложив руки аквиллой, смотрела на Диму с чувствами "Шок" и "Ужас". Из ее глаз продолжала течь слезная жидкость, а тело начинало вибрировать. Понимая, что объект сейчас не в состоянии говорить, скитарий подобрал оба трупа за руки и направился обратно по своему маршруту, волоча их по полу. Необходимо было избавиться от них так, чтобы их не обнаружили даже случайно. Пропажу двух людей еще смогут списать на дезертирство, но вот два трупа, убитые явно с помощью аугментики, были слишком подозрительны. Однако, пройдя всего четыре метра, Дима понял, что женщина так и продолжает сидеть в углу, смотря на скитария. Он еще не думал над тем, что с ней делать. Но он мог точно сказать, что оставлять ее здесь было нельзя. - Идем.- коротко сказал он на такой громкости, чтобы услышала только она. Женщина, вздрогнув, все же пришла в себя. Она дергано закивала, после чего схватилась за брюки, которые с нее успели снять, быстро надела их, затем обулась и неровной походкой направилась за Димой. Путь продолжился, и скитарий начал активно думать - что теперь ему делать? В то же время. Центральный Штаб. Комиссар Августин Мерцелиус. - Господин лорд-комиссар Харьянди, комиссар Пятнадцатого Верлонского Полка Имперской Гвардии по вашему приказу сеанс связи установил,- поздоровался я, когда голографическая голова Харьянди зеленоватого цвета появилась передо мной. Его запрос на немедленную связь меня, конечно, неслабо удивило. Вскоре должно было начаться совещание касательно нашей стратегии наступления, а тут внезапно ему приспичило со мной поболтать. Не сказать, что я был этому рад, и тот факт, что я сейчас говорил с ним не лично, а через голографический проектор, не сильно это меняло. Его холодный взгляд все равно продолжал смотреть прямо на меня, словно пытался прожечь дыру. - Комиссар Мерцелиус,- поздоровался в ответ Харьянди,- Я изучил протокол переговоров вашей делегации с бунтовщиками. И у меня возникло несколько вопросов. "- Ну вот что на этот раз..."- устало подумал я. Нас разделяло несколько сотен километров, но он все равно хотел к чему-то прикопаться. - Обращаясь к делегации бунтовщиков, вы сказали, цитирую: "Мы, в свою очередь, гарантируем, что отряд будет выполнять свои обязанности, даже если успех на фронте будет за вами.", конец цитаты. Вы подтверждаете верность сказанного? - Да, господин лорд-комиссар,- произнес я, внутренне напрягшись. Было очевидно, что у меня проблемы. - Для чего именно вы сказали, цитирую: "Даже если успех на фронте будет за вами", конец цитаты? - Для того, чтобы предоставить гарантии действия отряда псайловчих на территории бунтовщиков при любых обстоятельствах,- как можно более уверенным голосом сказал я, смотря прямиком на голографическую голову Харьянди. - Предоставляя эти гарантии, вы прямо заявили о возможности поражения Империума от рук бунтовщиков,- еще более жестким голосом произнес лорд-комиссар. Мне резко стало куда жарче, чем было,- Представителю Официо Префектус недопустимо говорить подобное, тем более в присутствии противника. "- Блять."- только и мог подумать я, понимая, что сказанное мной на переговорах было все же перебором. Во всяком случае, по мнению Харьянди. И этого было вполне достаточно. - Господин лорд-комиссар, сказанное лишь показало бунтовщикам, насколько серьезно мы относимся к ситуации с несанкционированными псайкерами. Мы предоставили им серьезные гарантии того, что отряд псайловчих будет действовать при любых обстоятельствах, и это дало повод бунтовщикам довериться нам. Благодаря этому, переговоры удалось закончить успешно и, что особенно важно в данной ситуации, быстро. Харьянди хмуро посмотрел на меня, никак не меняясь в лице. При мне он никогда не менял эмоции. - Вы считаете, что было настолько необходимо выражаться подобным образом?- наконец-то прозвучал вопрос от моего начальника. - Да, господин лорд-комиссар. У нас не было времени как-то договариваться, спорить или торговаться. Отряд должен быть отправлен в кратчайшие сроки. Риски слишком велики.- с еще большей уверенностью сказал я. Секунду стояла тишина. Я пытался выглядеть настолько невозмутимым, насколько это вообще было возможно. - Я вас понял.- сухо ответил Харьянди,- Впредь вы должны запомнить, что подобные выражения недопустимы для представителя Официо Префектус. Да, в членах вашей делегации нет сомнений в плане верности Богу-Императору и надежности, а бунтовщики все равно в скором времени будут казнены, однако вы не должны говорить нечто подобное. Протоколы переговоров будут засекречены, а доступный для общего использования вариант - отредактирован. Вам запрещено где-либо упоминать неотредактированный вариант, как и о самом факте редактирования. - Слушаюсь, господин лорд-комиссар.- сразу же ответил я. На цензуру мне было как-то плевать. - Также вы должны предоставить все копии записей переговоров, если они у вас есть. - Я не вел никаких записей,- уверенно заявил я. - Хорошо. Вскоре к вам прибудет виситатиус для проверки памяти вашей мозговой аугментики. "- Что ж тебе не уймется..."- подумал я про себя раздраженно. Да, я мог понять Харьянди - моя аугментика действительно имела функцию записи и я мог, гипотетически, вести какие-то записи. Однако, когда были переговоры, запись я не включал. - Буду ждать, господин лорд-комиссар,- ответил я невозмутимо. Харьянди прямо отдал приказ пройти проверку, так что спорить тут было бесполезно. - На этом все. Конец связи. Голова моего начальника растворилась и я остался один перед голопроектором. Я расслабленно выдохнул. Разговор вышел очень коротким и очень напряжным - я буквально слышал, как Харьянди был недоволен. Да, было понятно, что я в какой-то мере переборщил на переговорах, но тогда я посчитал, что мне необходимо было говорить именно так, чтобы все прошло быстро. Во всяком случае, проблем особых не было и на том спасибо. Встав со своего места, я быстро вышел из кабинета. Там меня уже ждали Аскирт, Рингер и Гихьян. Филгеирт отправился за своими старыми знакомыми, вместе с которыми его изгнали из Арбитрес - они также имели должную подготовку и опыт для охоты псайкеров, потому их можно было использовать. - Господин комиссар,- внезапно обратилась ко мне какая-то женщина в сером мундире Адептус Арбитрес. Высокая, довольно накаченная, бритоголовая, с широкими плечами, зелеными глазами, бледной кожей и большим шрамом на левой стороне лица,- Арбитр-эпистулум Ганаза Орту. "Арбитр-посыльный" - перевел я с Высокого Готика. - Арбитр-марицалум поручил передать вам протоколы первичных результатов. Женщина протянула мне небольшую пластмассовую папку, чей замок был закрыт бордовой сургучной печатью с эмблемой Арбитрес. - Благодарю, арбитр-эпистулум,- кивнул я, забирая папку. - Распишитесь, будьте добры,- мне протянули небольшой бланк приема посылки и ручку, закрепленную шнуром. Не долго думая, я оставил свою закорючку. - Благодарю, господин комиссар. Разрешите идти? - Разрешаю. Почтальон Арбитрес сложила руки аквиллой, после чего быстро ушла по коридору, в то время, как я направился к следующему кабинету - через полчаса должно было начаться совещание полковника и офицеров СПО, так что можно было подождать там. Пусть и рано, но лучше уже подождать, чем опоздать. Для меня девиз "Начальство не опаздывает, а задерживается" был неактуален. Дойдя до нужного кабинета, я увидел, что никого еще не было, кроме охраны, потому решил пока что изучить рапорт Арбитрес. Стоило хотя бы узнать результаты, чтобы быть в курсе. Сняв сургучную печать, я раскрыл папку и стал быстро читать написанное. Стрелок был опознан по генетической базе, в которую вносили всех без исключения, начиная с рождения. Его звали Тимарит Салькаор, двадцать один год. Родился в обдисе четырнадцать-двадцать восемь, который находился чуть ли не на другой стороне от улья. Закончил школу с баллом ниже среднего, но с отличной физподготовкой. В пятнадцать лет поступил добровольцем в СПО. Обучался там два года, имел шесть дисциплинарных взысканий, но ничего серьезного. Пытался поступить в Офицерскую Академию и даже прошел вступительные экзамены, но был прямо у края на провал. Из-за биографии ни один банк не одобрил ему рассрочку за обучение, потому поступить туда так и не смог. Потом попытался пойти в спецназ СПО, но там вообще провалил вступительные тесты, потому ничего не вышло. Отслужил пять лет в СПО, после чего был разжалован за то, что ночью пытался вылезти через вентиляцию в бордель. После пошел работать на мануфакторум по производству металлической посуды. Уволился через три месяца и ушел на мануфакторум по производству обуви. Там продержался месяц и пошел работать охранником в клуб. Три раза привлекался за распитие спиртных напитков в неположенном месте. Попытался инвестировать деньги в фонд, влез в долги. Потом его инвестиции прогорели и при этом не были застрахованы. Нашел вторую работу, грузчиком на троллейбусном складе, потому смог добиться реструктуризации долга и стал потихоньку отдавать долг. Когда началось восстание, он находился довольно далеко от фронта, но внезапно снял все деньги с банка, наплевав на жуткую комиссию в двадцать процентов, и отправился в сторону фронта. По камерам видеонаблюдения стало понятно, что он смог добраться туда за неделю, с постоянными пересадками из-за неразберихи и пробок. Последний раз его заметили, когда он пришел в один из хостелов и снял там номер. Затем войска начали эвакуацию, но его самого камеры нигде не зафиксировали, в списках беженцев он не значился и никакой финансовой активности он не проводил. Вериспексы считали, что он специально решил перейти на сторону бунтовщиков и отсиделся, скрывшись от эвакуационных патрулей СПО или в номере, или в где-нибудь в коммуникациях. Таких дезертиров, как он, согласно данным разведки, были тысячи, не считая тех, кого Комиссариат СПО расстрелял. И вот теперь, он был мертв. Пуля пробила ему левую икру в тот момент, когда он был у самой лестницы, после чего он грохнулся с ней и сломал себе шею. Стрелял он в меня из снайперской винтовки СПО, Сагиттарус-2.4, калибром 8,5 миллиметров, причем бронебойной пулей, у которой был специальный заряд взрывчатого вещества и вольфрамовый сердечник - такая могла пробить грудную пластину гвардейского броника без всяких проблем с расстояния до километра. Но вот теперь возникал вопрос - кто стоял за покушением? Бунтовщикам оно не нужно - они пошли на сделку с нами, так как угроза псайкеров была слишком серьезной. С нашей стороны его организовать просто не смогли бы. Одиночка, который не хотел переговоров с нами? Возможно. Снайперские винтовки хоть и были редкостью, бунтовщики их также имели благодаря захваченным арсеналам и какой-то процент все же мог быть у солдат на линии фронта. Или может это у бунтовщиков нет единого мнения насчет переговоров и одна из сторон попыталась сорвать их? А может вовсе третья сторона? Кто-то, кто попытался сорвать переговоры и вновь столкнуть нас лбами? Хрен его знает. И узнать это пока что не представлялось возможным. Меня сейчас больше волновала другое - свежий отчет Димы. Согласно нему, бунтовщики организовали теплицу по выращиванию наркотического растения под названием "якиха", которое считалось одним из самых серьезных наркотиков, какие только водились на Вильяр Уникус. Само растение, как я понял из отчетов, производило ягоды, наполненные галлюциногенными веществами. И их действие зависело от способа применения. Если просто проглотить, не прожевав, то часов через пять можно было словить мощный трип с риском эпилепсии и инсульта. Если прожевать их хорошо, то на часа три можно было получить кайф, по описанию схожий с кайфом от кокаина. Если дать им настояться в воде, то можно было получить мощнейший афродизиак, который превращал любого мужчину или женщину в животное, у которого на уме будет только секс, с добавкой в виде различных галлюцинаций. Если дать им настояться в спирте, то человек превращался в овощ, который будет ловить самолетики часа два. Но вот если засушить эти ягоды до состояния изюма... Это было самое страшное, что только можно было вообще сделать. Человек становился неуправляемым шизиком, который жил с девизом "Мне море по колено, мне горы по плечу" и был готов делать все, что придет в его больную голову. В то время, как за любую работу с якихой можно было сесть на пожизненное, то есть отправиться на штрафной мануфакторум, то вот за сушку ягод якихи отправляли на сервиторизацию еще до войны. И во всех случаях одно применение уже делало человека наркоманом, который спустя пару десятков раз приема отправлялся в больницу с целым комплексом проблем, среди которых самым безобидным были импотенция, фригидность, выпадение зубов и повышенный риск инсульта. А теперь бунтовщики начали выращивать эту хрень у себя, причем в промышленных масштабах. Дима обнаружил лично сто четырнадцать растений на разной стадии готовности, плюс те, что точно были, но в другом месте. Каждое растение давало за один урожай от двадцати до тридцати ягод. Даже при самом скромной подсчете выходило две тысячи двести восемьдесят штук. Со слов аналитиков я понял, что это было ахуеть как много. Разведка уже ломала голову, как они эту все умудрились вообще пропустить - у них ни разу не было никаких упоминаний насчет того, что бунтовщики занимались чем-то подобным. Я же задавался другим вопросом - на кой хер бунтовщики вообще начали выращивать эту самую якиху у себя? Собственное использование отпадало сразу. Бунтовщики поддерживали у себя в войсках железную дисциплину, особенно строго наказывая за алкоголь. Наркотики им были совершенно не нужны, это слишком сильно подорвет их боеспособность. В качестве лекарства какого-то якиху также применить они не могли. Да, существовали методы использовать ягоды растения как сырье для производства антипсихиотиков, но для этого требовалось очень сложное оборудование, множество других веществ и высококвалифицированные специалисты в области фармакологии - у бунтовщиков ничего этого не было. Как итог, оставалось только одно - бунтовщики выращивали якиху, чтобы использовать против нас. Они умудрялись перебрасывать к нам агентов, а следовательно, они смогут перетаскивать к нам и наркотики. А там уже можно будет продавать их за бесценок среди населения. Больше наркоманов - хуже для нас, простой принцип. "- Ублюдки..."- подумал я в мыслях. Я был знаком с наркоманией, я видел таких людей. Отчаявшиеся, болезненные, практически обреченные. Если бунтовщики начнут нас засыпать наркотиками, у нас начнутся большие проблемы. Но с этим мы уже собирались разобраться потом. Спустя несколько минут возле кабинета появились все офицеры, которые должны были присутствовать на совещании и в ровно обозначенное время полковник разрешил нам войти. Пора было разработать план дальнейших действий.