Темные коридоры

Грандус Анулусиум. Комиссар Августин Мерцелиус. "- Хорошая все же броня..."- подумал я, когда осмотрел себя. Как выяснилось, попали мне не только в глаз. Два попадания было в каску, еще три - в правую руку, и еще семь - по грудной части. К счастью, обошлось без пробития. Но что еще больше меня удивляло, так это то, чем в нас стреляли. Из каски и нагрудника я достал обыкновенные гайки с отверстием чуть меньше сантиметра. По всей видимости, бунтовщики решили их использовать в качестве картечи. И стоило признать - у этих ублюдков вышло на славу. Всего лишь три залпа в нашу сторону привели к чудовищным потерям. Больше пятидесяти человек были убиты или сразу, или умерли потом от ранений. Еще сотня была ранена. Из-за этого несколько сектором обороны были буквально опустошены на некоторое время, которого бунтовщикам хватило, чтобы прорвать оборону благодаря нашей же дымовой завесе и начать контратаку. На тот момент все было достаточно плохо, фронт буквально начал разваливаться и лишь успех Группы-Один, которая пошла во вторую атаку по моему приказу, смогло это остановить. Бунтовщики, по всей видимости, не ожидали подобного, отменили атаку и полностью покинули позиции на Кольце, решив вести оборону на территориях вокруг него. Сейчас их зачисткой занимались наши резервы, а я, как участник первой волны атаки, по сути, выбыл из боя и теперь занимался единственным важным лично для себя делом - пытался найти то, что у меня украли, когда лежал и притворялся мертвым. У меня была довольно большая надежда на то, что солдат, который забрал себе лазпистолет и нож Ниринты, был все же убит, и сейчас лежал где-то. Вот только найти его было непросто. Сейчас весь участок, по которому выстрелили гаечной картечью, был превращен в бойню. Десятки тел, как гвардейцев, так и бунтовщиков, валялись на асфальте. Под каждым были большие лужи красной крови, что была сильно видна под установленными яркими лампами. Иногда попадались ошметки мозгов, а также зубы и оторванные фаланги пальцев. Один раз попалась даже целая нижняя челюсть с целым набором зубов. Раненых уже увезли, а вот с трупами собирались разбираться в последнюю очередь. Пока ими занимались трофейщики, собирая оружие, как с наших, так и бунтовщиков - все равно лазганы что нашего полка, что СПО Вильяра были полностью одинаковыми. Плюс ко всему, солдаты искали себе трофеи на память из числа оружия бунтовщиков. Мародерством это не считалось, в отличии от попыток снимать украшения. И вот теперь я ходил от одного трупа бунтовщика к другому, пытаясь найти хотя бы нож Ниринты. Он был сейчас важнее всего. Это был ее прощальный подарок для меня. Пускай они не улетели и мы еще могли вместе видеться, все равно этот нож был для меня слишком ценным. Когда я находился на фронте, то этот нож всегда был мне напоминанием о ней, о том, что она у меня есть. Одна только мысль о том, что этот нож попал в руки этим гребаным ублюдкам, меня злил. - Готово, господин комиссар,- произнес санитар, который все это время обвязывал мне голову. Как выяснилось, после взрыва, из-за контузии и аффекта, я умудрился себе содрать кожу аугментированными пальцами, дойдя до металлической пластины, что заменяла мне большую часть черепной коробки из-за наличия внутри когитаторов. Из-за того, что чувствительность пальцев аугментики невелика, а сила и прочность - очень даже большие, все произошло достаточно быстро. Ничего серьезного, просто кожа, однако был риск заражения, потому санитар меня быстро перевязал, сказав, что потом нужно будет лечь на операцию для постановления кожи, иначе так и буду ходить с голой черепушкой. Да уж, не очень хотелось бы. - Спасибо,- сказал я, надевая каску. Противогазы мы не снимали, так как тут все еще оставалось много дыма от взрывов и подожженных лазганами трупов. - Всегда пожалуйста, господин комиссар.- кивнул мне санитар, после чего собрал все свои пожитки и направился помогать другим раненым. Я же решил сделать важное обращение, о котором думал последние несколько минут. - Народ...- произнес я, подключившись во воксу ко всем гвардейцам из тех взводов, что участвовали в наступлении на этом участке кольца. Многие гвардейцы, что до этого разбирались с трупами, сразу же остановились,- Если найдете дорогой лазпистолет или длинный широкий нож с надписями - то просьба показать мне. Эти ублюдки у меня и то, и другое забрали, посчитав мертвым. Заранее благодарю. Вокруг моментально стало оживленнее. Многие гвардейцы начали более активно рыскать среди трупов бунтовщиков, переходя от одного к другому. Я тоже в это время пытался искать там, где приблизительно мог бегать парень, что меня обобрал, как липку. Сомнительно, что он мог убежать куда-то далеко в сторону. Внезапно передо мной появился техножрец. Одет он был во всю ту же стандартную мантию, чьи подолы, правда, уже были в пыли и крови. Обе руки - аугментированные. На лице - маска с четырьмя глазами, которые изображали ровный квадрат. Горло прикрыто металлическим корсетом. На спине - два механодендрита с различными инструментами. - Мертиз-Гамма-Шесть. Запрос на ремонт аугментики объекта "Комиссар Августин Мерцелиус",- пророкотал он низким синтезированным голосом. Его появлению я обрадовался. Почти сразу же после боя я послал сообщение о повреждении аугментики, на что мне дали ответ, что разберутся в ближайшее время. Все же, видеть одним глазом было как-то непривычно. - Давайте.- проговорил я, снимая с себя каску и противогаз. Мертиз сразу же подошел ко мне вплотную. Все четыре глаза слегка сдвинулись, явно пытаясь осмотреть повреждения. Затем послышался странный синтетический звук, похожий не то на рычание, не то на скрип, длившийся секунд пять. Только после этого механодентрит техножреца прикоснулся к правому глазу, зафиксировав искусственное веко, и вытащил оттуда поврежденную часть. Затем была еще пять секунд этого странного звука, после которого второй механодендрит вставил мне новый глаз. Моментально возникла яркая вспышка, после которой на пару секунд изображение раздвоилось и немного утратило в четкости, пока взгляд обоих глаз не сфокусировался в одной точке. Как только все было закончено, техножрец отпустил веко и отошел. - Запрос выполнен,- проговорил Метиз. - Спасибо,- ответил я ему, после чего техножрец сразу же развернулся и направился по своим делам. Я осмотрелся, пробуя вернувшееся зрение. Стало куда лучше. "Хороший сервис."- пошутил я про себя. Было все же хорошо, что имелась возможность так просто починить себе аугментику. В этот момент ко мне подошел один из гвардейцев, который в руках держал лазпистолет. Однако, одного взгляда хватило, чтобы понять - это не мой. У этого пистолета была узорчатая рукоятка, куда, как я понимал, вставлялась лазбатарея, а также украшенный тонкий слой. Как я понимал, это был пистолет, принадлежащий кому-то из местных кланов и доставшийся бунтовщику. Все же, были кланы, которые или погибли во время бунта, или понесли значительные потери. - Это не мой. Оставь себе.- произнес я. - Слушаюсь, господин комиссар,- вытянулся солдат, после чего побежал куда-то восвояси. Ко мне сразу же подбежал другой солдат, который также поднес мне лазпистолет. Однако, тот тоже был другим. Этот был украшен настоящим золоченым гербом какого-то клана, а вместо мушки на самом края ствола был... небольшой бриллиант в золотой коронке. - Этот уж точно не мой. Он ваш.- хохотнул я. - Так и думал, но решил... на всякий случай,- произнес солдат. - Спасибо.- кивнул я и солдат быстро удалился. Поиски продолжались. Я переходил одного трупа к другому и замечал, насколько они были разными в плане амуниции. У кого был полный комплект брони СПО, у кого - отдельные элементы, вроде касок и нагрудников, у кого-то - более простые кевларовые бронежилеты, которые здесь использовались СМО и СДО, а кого и во все были металлические кирасы и каски, как это было у того парня, что перебежал перед самым штурмом. С противогазами было такое же различие. У кого-то - стандартные противогазы СПО в виде масок и с фильтрами на спине, у кого-то - противогазы с двумя линзами и небольшим фильтром, у кого-то - медицинские пластмассовые маски, присоединенные с помощью шлангов из под душа к фильтрам, сделанным из огнетушителей. Одежда - тоже самое. У кого боевая униформа СПО, у кого - простая гражданская одежда в виде брюк, как строгих, так и свободных, кроссовок, офисных туфлей с острыми носками, рубашек, худи с капюшонами и даже футболок. Оружие было самым разнообразным. Лазганы, лазпистолеты, стабберные автоматы и пистолеты самых разных форм и размеров. Один из них даже привлек мое внимание, потому я поднял его вместе с оторванной рукой, которая продолжала сжимать его. Это был обыкновенный револьвер на пять патронов, который больше всего походил на револьверы, которые я часто видел в фильмах про чекистов. Вроде как его называли то ли Нагар, то ли Наган, уже и не вспомню. А у другого мертвеца, у которого не было головы, нашлось и вовсе творение, достойное орков - револьвер с длинным, сантиметров двадцать, стволом, с приделанной ручкой на конце, прикладом от лазгана и коллиматорным прицелом. Магазин был на восемь патронов калибром где-то сантиметр. Становилось понятно - у бунтовщиков были серьезные проблемы со снабжением, потому они обеспечивали свою армию чем только возможно. Однако одновременно с этим было видно, насколько сильно они желали сражаться дальше, насколько они были решительно настроены победить. Ведь если их солдаты были готовы идти в чем угодно и с чем угодно, это многого говорило об их мотивации. "- За что же вы сражаетесь?"- спросил я. Да, я читал их Манифест и читал записи разговоров, которые Дима подслушивал, потому знал их официальную риторику. Но я все равно не понимал, почему эти люди были готовы идти вперед, почему были готовы устроить всю эту бойню? Почему мы сражались - я понимал. Этот бунт был устроен против Десятины, которая была необходима Империуму для его выживания. Пускай я не мог в полной мере осознать, насколько сильно была нужна десятина конкретно с Вильяр Уникуса, я понимал сам факт ее необходимости. Любое посягательство на нее означало угрозу для выживания человечества. И пускай здесь жизнь была не сахар, я это признавал, мне было более чем хорошо понятно, что это вовсе не повод посягать на десятину. Ведь где-то там, на других планетах, она была необходима для выживания. С Экклезиархией было тоже самое. Я знал, что Император - не Бог, хоть и имел огромную силу в свое время. Я знал, что учение Экклезиархии - это херня на постном масле, которую впаривают населению. Вот только еще я знал, что Экклезиархия была одним из столпов всего Империума. Это то, что позволяло ему оставаться единым государством, способным противостоять всему тому пиздецу, что творился в Галактике. Ни Администратум, ни Имперская Гвардия, ни Имперский Флот не скрепляли Империум также сильно, как это делала Экклезиархия и вера в Императора, как в Бога. Пускай от планеты к планете и были различия в Имперской Культе, сама концепция, что Император является Богом, а Экклезиархия - Церковь его, была фундаментальной и неоспоримой. Выставлять ей ультиматум было немыслимо само по себе, а уж если этот ультиматум будет принят, это будет знаком того, что Экклезиархия не обладает силой, чтобы отстаивать свою правоту. Последствия подобного даже для одной планеты будут чудовищны и допускать этого было нельзя. - Господин комиссар.- услышал я рядом с собой. Повернувшись, я заметил перед собой гвардейца, который протянул мне еще один лазпистолет. Этот был украшен золотом и серебром, а его ствол был стилизован под какую-то зверушку, вроде китайского дракона, чьи рога образовывали прицельную мушку, а раскрытый рот - дуло, а лапки с когтями удерживали фонарик. Натуральное произведение искусство прямо, а не оружие. - Тоже не мое. Забирайте. - Слушаюсь, господин комиссар.- кивнул солдат и быстро ушел. Практически сразу ко мне подошел еще один солдат... И в его руках я заметил тот самый пистолет, который был у меня - с золотыми узорами на корпусе, разъемом для лазганных батарей и коллиматорным прицелом. - Да, это он.- сказал я, забрав себе пистолет и протягивая руку солдату,- Спасибо большое. - Всегда пожалуйста, господин комиссар,- солдат гордо вытянулся и пожал мне руку. Судя по ощущениям, которые давали мне тактильные датчики, рукопожатие было сильным. И солдата особо не волновало, что моя рука все еще была заляпана в моей собственной кровью из разорванной на голове кожи. Я начал обходить другие трупы бунтовщиков, но чем дальше я шел, тем их меньше становилось - все же, они не слишком далеко продвинулись. Однако нигде не было ножа Ниринты. В этот момент рядом со мной появилась еще одна темная фигура. Вначале я подумал, что это очередной гвардеец, но повернувшись, я увидел, что это был Гихьян. - Гихьян пополнил боезапас. Гихьян готов убивать врагов.- пророкотал сервитор, смотря на меня. - Понял.- кивнул я. Дальше говорить что-то не требовалось - Гихьян постоянно будет следовать за мной, пока я не прикажу обратного. - Господин комиссар,- вдруг обратился ко мне некто лейтенант Даимарут по воксу,- Мы нашли, из чего бунтовщики по нам стреляли. Трасса семьдесят пять-семнадцать, первая баррикада. - Принято. Сейчас буду,- произнес я. Мне было очень интересно узнать, чем именно бунтовщики умудрились по нам выстрелить, используя гайки в качестве картечи. Обернувшись, я в последний раз посмотрел на лежащие трупы бунтовщиков. По всей видимости, среди них ножа Ниринты не было. Это... было печально. Все же, это был ее личный подарок мне, к тому же, очень даже ценный - шутка ли, нож из адамантия. Но уже ничего не попишешь. Ублюдок, что украл его у меня, по всей видимости, сбежал с ним. "- Земля тебе стекловатой, уебок..."- подумал я про себя, после чего направился к повороту, который располагался между двумя вражескими баррикадами. Там располагалась пешеходная трасса, которую гвардейцы уже зачистили на несколько сотен метров, пока не уткнулись в сплошную баррикаду из всякого металлолома, которую даже мельтазаряды не взяли. Я прошел дальше, до первой баррикады, расположенной метрах в пятидесяти от входа на трассу. Ее, как я понимал, сожгли дотла - и пол, и стены, и потолок вкупе с самой баррикадой были обожжены до черноты, а сожженные мешки все еще дымились. Какой тут запах стоял, я даже не хотел себе представлять. Возле баррикады меня уже ожидала группа гвардейцев вместе с двумя техножрецами. И стоило мне к ним подойти, как я сразу же заметил... нечто. Это самое нечто представляло собой длинную широкую трубу, скорее всего водопроводную, установленную на платформу с двумя автомобильными колесами. На конце короткой части находился бочонок с подсоединенными трубками, что шли к непонятному баллону, который, в свою очередь, был проводами подсоединен к аккумулятору. - Господин комиссар,- произнес лейтенант, вытянувшись с остальными солдатами и приложив руку к виску. Двое солдат, однако, в начале приложили кулаки к сердцу, но быстро исправились. Это сразу же выдавало в них вильярцев. - Лейтенант,- кивнул я, также приложив руку к виску,- Докладывайте. - Обнаружили самодельное орудие,- лейтенант немного повернулся, давая мне лучший обзор,- Насколько мы поняли, работает на сжатом воздухе. Вон в тот баллон на трубе закачивали воздух с помощью насоса, который питался от аккумулятора, а через дуло заряжали вот такую вот вещь. Один из солдат согнулся и рукой поднял полиэтиленовый пакет, который сразу же забренчал. Внутри оказалась целая гора гаек разного размера. - Потом дергали рычаг, воздух выталкивал гайки и те летели, как картечь,- продолжал описывать лейтенант. - Довольно... необычно.- произнес я, неслабо удивившись услышанному. Вот чего я не ожидал, так это то, что бунтовщики умудрятся сделать пушку на сжатом воздухе. - Это да. Бунтовщики попытались оттащить ее к себе, но не успели - наши оказались быстрее. Думаю, мы сможем ее использовать. Нашим она очень поможет. Резкий металлический щелчок. Техножрец, что стоял рядом с лейтенантом, взмахнул рукой и длинный широкий клинок на ее конце врезался в горло лейтенанта. Голова отлетела в сторону, а тело отклонилось назад и рухнуло на пол. Из него сразу же хлынули фонтаном две струи крови, что быстро начала расплескиваться по асфальту. Остальные гвардейцы моментально потянулись за лазганами. В следующее мгновение механодендрит техножреца молниеносно схватился за лазган ближайшего гвардейца и отобрал его. - СТОП-СТОП-СТОП!!!- взревел я, раскинув руки в сторону и пытаясь встать на линии огня у техножреца и остальных гвардейцев, что уже отбегали назад, нацелив на нас лазганы. - Какого нахуй этот уебок творит!?- взревел один из солдат, целясь на меня. В этот момент Гихьян, что все это время стоял за мной, начал двигать своим лазганом в сторону солдат. Лазерный луч врезался точно в лицо гвардейцу. - ГИХЬЯН, СТОП!!!- прокричал я еще громче, от чего горло вновь вспыхнуло сильной болью,- ВСЕМ ОПУСТИТЬ ОРУЖИЕ!!! - Гихьян видит угрозу комиссару. Гихьян готов ликвидировать угрозу комиссару.- холодным голосом произнес сервитор. Гвардейцы же все нацелили лазганы на сервитора и меня. - Деактивировать оружие! Немедленно!- приказал я. - Гихьян деактивировал оружие. - Остальные - опустить оружие! Быстро! Гвардейцы посмотрели друг на друга и только через пару секунд все же опустили лазганы, но на предохранители их не ставили. По трассе к нам уже бежала толпа гвардейцев, уже держа лазганы наготове. Все они остановились метрах в десяти и начали выстраиваться в шеренгу и приготовились целиться. - Отставить!- крикнул я, активировав вокс,- Мы сами разберемся! - Но господин комиссар...- произнес один из солдат, некто сержант Гюйдарт. - Никаких "Но"! Это приказ! Продолжайте действовать по своему плану - тут все под контролем! Гвардейцы, которых уже выстроилось не меньше трех отделений, не считая тех, что стояли сзади, также посмотрели друг на друга, но затем все же начали строиться обратно в колонну по два. Уже спустя пару секунд они все направились через другой проем в баррикаде, косо поглядывая на нас. Теперь можно было разбираться самому. - Так, блять,- я повернулся к техножрецу и отошел от него. Тот также держал лазган наготове, но все же дулом вниз,- Какого хера вы устроили? - Предложение объекта "Лейтенант Багим Даимарут" об использовании вражеского оружия. Классификация: техноересь второй категории. Санкционирование протокола два-семь-четыре-один-один-девять во исполнение директивы чистоты один-пять-восемь-дробь-два-шесть - ликвидация носителя техноереси. Протокол исполнен. Действия объекта "Рядовой Рингер Хаткар". Классификация: покушение на жизнь техножреца "Ситиом-Дельта-Пять". Санкционирование протокола один-один-пять-два-девять-ноль-семь во исполнение директивы жизнеобеспечения семь - ликвидация противника. Протокол не исполнен. Причина: противодействие объекта "Комиссар Августин Мерцелиус." с последующим аннулированием угрозы. Голос техножреца был монотонный, синтетический, лишенный всяких эмоций и интонаций. От него прямо становилось неуютно. - Какая еще нахуй техноересь, мразь ты ебанутая!?- прокричал один из солдат,- Он просто предложил пушку эту ебучую использовать! - Объект "Пушка" создан богохульниками в нарушение канонов Адептус Механикус,- продолжил техножрец все таким же тоном,- Использование объекта по его назначению, а равно и идея подобного использования является техноересью. Шестьсот тридцать четвертая технобулла Пентаумвирата Архимагосов Мартифоса от семьдесят шестого шестого дня двести сорок девятого года тридцать восьмого миллениума. "- Блять, ну что за ебаный пиздец..."- подумал я про себя. - Даже если и так, зачем было его сразу же убивать?- задал уже я вопрос техножрецу, понимая, что еще немного и остальные гвардейцы просто сорвутся, даже не смотря на мое присутствие здесь. - Объект "Лейтенант Багим Даимарут" - носитель техноереси. Требование протокола два-семь-четыре-один-один-девять во исполнение директивы чистоты один-пять-восемь-дробь-два-шесть - незамедлительная ликвидация. - Он мог не знать, что говорит что-то не так,- возразил я,- Можно было просто объяснить ему, что он не прав. Можно было сделать выговор, отправить на покаяние, да хоть плетей всыпать, если очень хочется, но не убивать! - Техноересь не поддается разубеждению. Восемьдесят пятая технобулла Пентаумвирата Архимагосов Мартифоса от двадцать шестого дня сто пятого года тридцать восьмого миллениума,- парировал меня техножрец. - Лейтенант вообще не знал, что говорил техноересь. Я сомневаюсь, что он вообще хоть как-то разбирался в технике и уж точно не разбирался в догматах Адептус Механикус. Можно было просто объяснить, что он не прав и почему он не прав. Он бы понял и принес извинения. А вы его убили, даже не попытавшись объяснить, в чем он не прав! - Утверждение объекта "Комиссар Августин Мерцелиус" спорно и не поддается проверке. "Чтоб тебе пусто было, бляха-муха..." - Однако вы даже не попытались,- ответил я,- Я выставляю вам вотум недоверия. Ваши полковые полномочия приостановлены до отдельного решения по этому делу. Наступила тишина. И гвардейцы, и техножрец молчали, пока по трассе шли все новые и новые колонны солдат. Я не мог арестовать техножреца, на подобное даже у меня не было полномочий. Но я мог заявить ему недоверие от лица Комиссариата и запретить ему действовать в полку до особого распоряжения. Сейчас этого было достаточно. - Принято,- коротко произнес техножрец, после чего развернулся и спокойным шагом направился по трассе по направлению к Кольцу. - Э!- возразил один из гвардейцев,- Лазган мой верни! Техножрец резко остановился, повернулся и посмотрел на солдата. - Трофей.- коротко ответил он и направился дальше. - Пиздец блять...- горячо ответил гвардеец, схватившись руками за голову. - С этим разобрались,- произнес сержант,- Только какого хрена этот ублюдок Мирука пристрелил? Сержант показывал на Гихьяна. Рядом с ним, на полу, лежал труп гвардейца с прожженной маской противогаза. - Он направил на меня оружие,- объяснил я,- Сервитор принял это за угрозу и выстрелил. - Вы же встали прямо под прицел ему!- продолжил сержант. - Алтир, заткнись, блять.- прошипел капрал, что стоял рядом. - Я знаю,- признался я,- Я не успел запретить сервитору стрелять. Это... несчастный случай. По моей вине. - Блять...- злобно проговорил сержант, после чего отвернулся и медленно зашагал,- Лейтенанту голову отрубили, Мируку - прострелили по случайности... Да что за пиздец это все! - Хватит, Алтир! Все уже! Они мертвы, ничего не сделаешь!- капрал подошел к сержанту и, по всей видимости, попытался сказать так, чтобы я не слышал,- Заткнись или сам наговоришь себе на статью. Ты с комиссаром, блять, говоришь. Алтир посмотрел на капрала, после чего глубоко вздохнул. - Ладно...- сержант посмотрел на меня,- Я вас понял, господин комиссар. Мои... извинения за мои слова. - Не стоит. Это вы меня простите. За Мирука. Здесь... здесь я виноват,- честно признался я. Было очевидно, что вина действительно лежит на мне. Не юридическая - мне за это ничего не будет. Но вину я все же чувствовал. Ведь Гихьян был моим сервитором и выполнял приказ о моей защите. - Н-ничего, господин комиссар. Херня... случается. И не такое видел,- произнес сержант,- Вы ведь... разберетесь с этим ржавым уебком? - Алтир.- уже менее грозно, но все же строго произнес капрал. Ему явно не нравилось, что его командир так ведет себя при мне. Но меня лично это не волновало. Я сейчас и сам хотел материться по полной. - Постараюсь. Здесь... не все так просто. Но это будет под моим личным контролем,- пообещал я. - Что ж... уже хорошо.- согласился сержант,- Ладно, будем разбираться со всем этим. Надо младлея найти, обрадовать его внезапным повышением. И трупы вывезти. - Хорошо. Разбирайтесь.- приложив руку к виску и получив такой же ответ, я направился обратно к Кольцу. Сейчас мне делать что-то здесь было нечего. "- Что за ебаный день..."- подумал я про себя, идя по трассе, пока за мной мерно шагал Гихьян. Мне еще только конфликта с Механикус не хватало. Причем я понимал, что здесь ситуация была куда более сложной. Адептус Механикус имели куда больше автономности, нежели другие имперские Адептусы. Да, они не были полностью независимыми и по многим вопросам признавали верховенство имперских властей, но вот по части техники им уже никто не был указом. И этот конфликт был именно по их части. Я не мог просто взять и осудить техножреца за его действия - закон позволял только не согласиться с его действиями и разобраться самому, внутри полка, или же направить жалобу. И в таком случае нам будет разнимать Адептус Арбитрес. Не сказать, что мне этого очень хотелось. - Комиссар. Голос полковника по воксу заставил меня остановиться. - Слушаю вас, полковник. - Мне только что сообщили об инциденте с техножрецом Ситиомом-Дельта-Пять. Магос Хамгизанд выставил протест против вашего вотума недоверия и санкционировал рассмотрение дела при моем посредничестве. "- Ожидаемо..."- подумал я про себя. Учитывая, что конфликт был между Комиссариатом и Адептус Механикус, то полковник должен был стать кем-то вроде третейского судьи, который как минимум проследит за тем, что все было тихо мирно между нами. - Однако это все пока что отложено до лучших времен. У нас возникли новые проблемы. И достаточно серьезные,- продолжил полковник и его слова мне сразу же не понравились. - Что такое?- серьезно спросил я. Теперь мне было совсем не до убитого лейтенанта и техножреца, что отрубил ему голову. Когда полковник говорил, что что-то серьезное, это значит, что происходило что-то на уровне "Пиздец", как минимум. - Бунтовщики начали масштабное наступление на основной линии фронта. Передовые части СПО оказались или разгромлены, или отступили без приказа, или вовсе перешли на сторону противника. Что еще хуже, в тылу начались массовые беспорядки и атаки диверсионных групп, что серьезно осложнило переброску подкреплений. Сейчас противник быстро продвигается по нескольким важным магистралям, а оборону наладить не удается. Между седьмым, восьмым и девятым батальонами сейчас вбиты клинья, из-за чего восьмой под угрозой окружения. - Какого нахер?- прошипел я, уже начиная осознавать масштаб происходящего,- Каким образом у них это получилось? - Атаки там не предполагались. Насколько я смог понять, бунтовщики пошли в наступление без масштабной предварительной подготовки, сделав ставку на эффект неожиданности. Об этом же говорят данные разведки - противник только сейчас начал перебрасывать крупные подкрепления в сектора прорыва вместе со снабжением. По всей видимости, их наступление связано с нашей атакой на Кольцо - они пытаются заставить нас прекратить атаки и оттянуть силы оттуда, чтобы мы купировали их прорыв. Они слишком хорошо понимают, насколько важно Кольцо, как и понимают, чем чреват для нас настолько глубокий прорыв. - Вы сможете их остановить? - Постараемся,- уверенно произнес Шеркин,- Но это будет стоить нам немало. Часть территорий мы уже потеряли и в дальнейшем потеряем еще больше. - Сделайте все возможное, полковник. Мы не можем вывести Гвардию с Кольца. Насколько я понял, наши позиции здесь еще слишком хлипкие. - Я понимаю, комиссар. Однако резервы, что есть на Кольце, тут очень сильно нужны. Потому операцию у вас придется ускорить. Несмотря на потери. "- Блять..."- подумал я про себя. Слышать подобное было неприятно. - Я понимаю, полковник. Действуйте,- ответил я,- И удачи вам. - Вам также, комиссар. Отбой. Связь отключилась, после чего я остался стоять на Кольце, обдумывая происходящее. "- То понос, то золотуха, блять..." Эта фраза, которую знал еще с прошлой жизни, идеально описывала все происходящее. Вокруг происходил просто форменный пиздец. Мало того, что бунтовщики устроили на Кольце нам веселую жизнь с помощью самодельного дерьма, мало того, что один ебнутый техножрец отрубил голову сильно разговорчивому лейтенанту, мало того, что мой сервитор убил солдата ни за что, так еще и бунтовщики устроили наступление, которое грозила нам, как я понимал, если не обрушением фронта, то очень серьезными потерями и растягиванием конфликта. Пиздец. Просто ебаный пиздец. В этот момент я обернулся, ощущая острое желание с кем-то поговорить, высказаться... Но за моей спиной стоял только Гихьян. Только в этот момент я вспомнил, что рядом со мной никого сейчас не было, кроме него. Аскирт и Рингер сейчас были на операции, Дима - где-то в тылу бунтовщиков, собирал разведанные, а Филгеирт - пытался ловить несанкционированных псайкеров. С Гихьяном же поговорить у меня бы не вышло при всем желании. Возникла мысль позвонить Ниринте - благо, я мог это сделать, техника позволяла. Но потом я посмотрел на время - 3:16. Сейчас на Вильяр Уникусе была глубокая ночь. Ниринта говорила, что уже привыкла к местному времени и жила по нему, а это означало, что сейчас она спала. Понятное дело, мой звонок сможет ее разбудить... Но я не захотел этого делать. Да, вскоре мне нужно было снова идти в бой, где была вероятность, что я погибну. Хотелось услышать хотя бы ее голос еще один раз - вдруг он будет последним. И сама Нир тоже будет рада, я это знал. Вот только будить для этого все же не следовало. Она много работала целыми днями, уставала и ночью у нее была возможность отдохнуть сполна. Не стоило ей мешать. "- Спи спокойно, Нир..."- подумал я про себя и слегка улыбнулся, после чего направился к штабу батальона. Там следовало отдохнуть, подлечится более качественно, навестить Рингера и Аскирта, если получится, а затем - обратно воевать. "- И снова в бой, покой нам только снится..."- произнес я по памяти. Это было как раз про меня.