Признаки перманентного одиночества

— Живоглоту одиноко. Рон аж споткнулся, а Гарри недоверчиво оглянулся на Гермиону и переспросил: — Что? — Я полагаю, что Живоглот чувствует себя одиноким, потому что у него грустные глаза, — своим самым терпеливым тоном пояснила Гермиона. — Целыми днями сидит и смотрит в окно, перестал гулять по ночам. У него пропал аппетит, осунулись усы. — И-и-и? — протянул Рон, не уловивший логики. — Это признаки перманентного одиночества и депрессии. Рон тихонько фыркнул. — А я думаю, он просто повзрослел, — сказал Гарри. — Они же как коты... — Книззлы — не коты! — отрезала Гермиона. — Ему одиноко. — Так пусть общается с другими кота... — Рон поперхнулся. — Кхм, книззлами. — Книззлы — не социальные животные. Гермиона крепко задумалась, надолго замолчав, и Гарри позволил ей пройти вперёд по лабиринту коридоров восстановленного Хогвартса. — Разве мы не к озеру? — растерянно спросил Рон, когда они, не замедляясь, прошли мимо выхода. — Мы в библиотеку, — вздохнул Гарри, уже догадавшийся о цели их пути по одной только стремительной походке Гермионы. — Там должно быть что-то о депрессии книззлов! В отделе литературы про уход за магическими существами, — выпалила Гермиона, ускоряя шаг. — Надеюсь, не придётся перечитывать чудовищную книгу о чудовищах, — неловко пошутил Рон. — Живоглот — не чудовище! * * * — ...а также одна унция серебрелистника полуобморочного, три иглы иглобрюха и толчёный панцирь скарабея, — Снейп дочитал список ингредиентов и вопросительно поднял бровь. — И вы полагаете, мистер Поттер, всё это имеется в школьных запасах в том количестве, которое хватит и на удвоенную учебную нагрузку восьмого курса, и на ваши сомнительные эксперименты? Гарри кивнул, а затем помотал головой. — Я только хотел спросить, можем ли мы варить зелье здесь. Ингредиенты мы купим. Снейп ещё раз пробежал взглядом по списку и мельком взглянул на инструкцию. — Лаборатория свободна с трёх до пяти в пятницу, — серьёзно и спокойно ответил он. — Да, сэр. Спасибо, — осторожно ответил Гарри, ещё ожидая подвоха, но ничего не произошло. Всё вообще оказалось не так страшно, как ему представлялось — сарказм Снейпа заметно утих, словно кто-то убавил огонь под котлом. Может, колдомедики дали ему противоядие не только от змеиного, но и от его собственного яда? * * * — Так и сказал — приходите и варите зелье? — не поверил Рон. — Да он же мог что угодно придумать! "Желаете больше славы, мистер Поттер? Спасли мир, теперь вам бы хоть несчастного книззла спасти?" Гермиона нервно хихикнула над этой дурацкой пародией. Живоглот подошёл и потёрся огромной рыжей спиной о её ноги, но она его будто и не заметила. В четверг вечером Гарри напомнил Гермионе о предстоящем визите в лабораторию, а в ответ получил ошарашенное выражение на враз побледневшем лице. — Я забыла, — прошептала Гермиона. — Потому я и напомнил. Снейп второй раз не будет так любезен... — начал было Гарри. — Да нет же! Я забыла заказать ингредиенты! Столько дел было, у меня просто вылетело из головы! — Может, Снейп выделит нам из своих кладовых, что там нужно, а мы потом купим и вернём? — предложил Рон. — Гарри, сходи к нему ещё разок? Гермиона закивала, и Гарри понял — выбора у него нет. Как бы сильна ни была дружеская поддержка, все самые сложные задачи ему приходилось решать в одиночку. Он снова спускался по длинной лестнице в подземелья, ощущая, насколько холоднее с каждой ступенькой становился воздух, и думал, что Гермиона могла бы найти время и сама договариваться о зельях для своего кота. То есть книззла. — Нет, — сухо ответил Снейп, и Гарри понял, что запас его лояльности почти исчерпан. — Живоглоту очень нужно зелье, и чем скорее, тем лучше! В субботу мы будем в Хогсмиде и всё вернём! Снейп думал о чём-то пару минут, глядя прямо перед собой, а затем выдал странное: — Принесите книззла сюда. * * * — Гарри, прости, я обещала профессору Флитвику доделать классификацию чар, — пробормотала Гермиона, не отрывая головы от пергамента. Пару минут в гриффиндорской гостиной было тихо — только лихо потрескивал камин и скрипело старательное перо. Наконец Рон тяжело вздохнул и поднялся с кресла. — Ну как, тянем жребий, кто пойдёт? — предложил он Гарри. — У меня, конечно, эссе по трансфигурации не дописано... — Я его даже не начинал, — быстро ввернул Гарри. — Ступайте вдвоём, перепишете потом тезисы у меня, — Гермиона с минуту выжидательно всматривалась в их лица и сдалась: — Ладно, всё перепишете! — По рукам, — важно согласился Рон и отправился ловить Живоглота. Снейп ждал. Рон сгрузил зверя прямо поверх пергаментов с контрольными и принялся отряхивать свою мантию от шерсти — занятие, судя по масштабу бедствия, на весь вечер. — Его зовут Живоглот, — сказал Гарри. Пара диагностирующих заклинаний, и Снейп убрал палочку, а затем откинулся на спинку кресла. — Зелье не понадобится. — Гермиона сказала, у него депрессия и ему одиноко, но от этого поможет зелье, — осторожно объяснил Гарри. — Она ошибается, — Снейп, хмурясь, смотрел на Живоглота, но тот стойко выдержал суровый взгляд, потянулся, выпустив когти, а затем медленно стёк со стола прямо на профессорские колени. Бровь Снейпа поползла вверх. — За этим книззлом потребуется наблюдение и уход, которые ваша подруга обеспечить не в состояни . На какое-то время придётся оставить его здесь. — Ладно, — неуверенно сказал Гарри и посмотрел на Рона. Тот пожал плечами. Они вышли в холодный коридор подземелий и направились к лестнице, ведущей наверх — в тепло и уют гриффиндорской башни. — И что всё это значит? — почему-то шёпотом спросил Рон. — Точно не знаю, — так же тихо ответил Гарри. — Но кажется, Снейп только что завёл себе кота.