Сотня: Перезагрузка. Часть 2. Отмотать назад

Прогулка по лесу заняла пару часов по координатам, которые ей дал Совет. Однако Кларк не потребовалось много времени, чтобы ощутить две вещи. Во-первых, за ними следовал Дакс; она должна была дать ему это сделать, для того, кто делал это в первый раз, он на самом деле проделывал довольно хорошую работу, оставаясь незамеченным. Только благодаря ее тренировкам Кларк смогла заметить, что он все время был позади них. В противном случае она была бы так же удивлена, как и Беллами. Во-вторых, мальчик, шедший рядом с ней, казалось, глубоко задумался, вероятно, над ее словами и своими действиями, поэтому она не пыталась начать с ним разговор, позволив ему некоторое время побыть со своими мыслями. Она надеялась, что те немногие разговоры, которые у них были с тех пор, как они сюда попали, посеют семена в его сознании, чтобы он начал процесс изменений и стал более зрелым, более ответственным за свои действия, свои слова. С одной стороны, блондинка не была настолько наивна, чтобы не понимать, что всего нескольких мгновений ясности, которые она смогла ему дать, будет не достаточно, чтобы совершить такой подвиг. Нет, если бы ей пришлось гадать, Кларк могла бы поспорить, что он действительно не начнет взрослеть, пока их не отвезут на гору Везер, особенно после огненного кольца. С другой стороны, она также знала, что ее разговоры не пропадут даром; что-то осталось с ним и это означало, что он будет думать о вещах, которые она сказала, и взвешивать, хочет ли он следовать им, или игнорировать их. Рассуждая таким образом, она казалась очень высокомерной, как будто все это закрыто для нее, словно она совершенна и находится на другом уровне, что дает ей право судить и давать советы другим. Это было совсем не так. Кларк не была идеальной, никто не был идеальным, но это не означало, что люди должны перестать пытаться быть лучшей версией себя, которой они могли бы быть, и один из способов добиться этого — признать свои ошибки и недостатки, и работать над ними так, чтобы никогда больше не повторять ни того, ни другого. Нет, причина, по которой она может дать ему совет по этому поводу, заключалась в том, что она была там, где он сейчас. Раньше она думала, что не так уж плоха, как есть на самом деле и это привело ее к множеству ошибок, одна из которых привела к смерти ее девушки. Но время, которое она провела в Долине, она потратила не только на изучение предметов, которые позволили бы ей выполнить свою миссию; она также провела большую часть своего времени, узнавая себя, свои недостатки и свои качества. Кларк узнала, что значит расти и нести ответственность, она узнала, как важно справляться с последствиями своих действий, как это помогает научиться не повторять прошлые неправомерные действия. Имея возможность пересмотреть все свои ошибки и пройтись по ним гребенкой, видя каждую мелочь в мельчайших деталях, почти как сторонний наблюдатель, блондинка могла точно определить момент, когда она приняла неправильное решение, или момент, когда она должна была действовать, но не делала этого. Это также позволило ей лучше понимать других людей, потому что она начала смотреть на вещи, моменты и ситуации с разных точек зрения, с их точки зрения. Как говорится, в ретроспективе. Проведя некоторое время в тишине во время их путешествия, Кларк была почти удивлена, когда Беллами подошел к ней поближе и заговорил. «Говорила ли ты когда-нибудь что-то, чего не хотела, тому, кого ты любишь, просто чтобы причинить ему боль?» Она почти посмеялась над ответом. Почти все время, что она провела в Полисе после того, как Роан привез ее туда, было потрачено на то, чтобы сказать что-то, что причиняло боль Лексе так же сильно, как девушка причинила боль ей самой, бросив ее на Горе. «Конечно. Чаще, чем я хочу признать». «Ты извинилась перед ними?» «Честно говоря, нет», — она скорее почувствовала, чем увидела, как его голова повернулась к ней. — «В то время я была слишком эгоистична из-за своей собственной боли, чтобы понять, что я должна была это сделать. Я была так зла, что не могла, или скорее, не хотела видеть, что им также больно. Но теперь, зная то, что я знаю, я хотела бы, это исправить и если мне дадут шанс, я обязательно это сделаю». «Как они отреагировали на то, что ты сделала?» – ему действительно было любопытно. Кларк слабо улыбнулась: «Они знали меня так хорошо, что знали, почему я так набрасывалась и простили меня, даже если я не сделала ничего, чтобы заслужить это. Оба человека, с которыми я это сделала. Хотя перед одним из них я больше не могу извиниться, я хотела бы сделать это перед другим, не потому, что мне нужно, чтобы они меня простили, а потому, что им нужно услышать, что я сожалею о том, что вела себя так», — сказала она, думая об Уэллсе и Лексе. На этот раз Беллами глубоко вздохнул, снова глядя вперед, так ему было легче говорить о своих чувствах: «Я был так зол на нее за то, что она защищала землянина. Мы только что поругались, прежде чем она потерялась». «Ты набросился, потому что боялся за нее, я права?» Он повернулся, чтобы посмотреть на нее с явным шоком на лице: «Что? Почему ты так говоришь?» Она пожала плечами и слегка улыбнулась, когда мысли заполнили ее голову: «Мой папа такой же. Единственный раз, когда он когда-либо кричал на меня, по-настоящему, был, когда мне было больно. Он так боялся за меня, всего, что со мной могло случиться, что его страх проявлял себя как гнев. Он никогда не говорил ничего плохого, заметь, но наказывал меня строже, чем обычно это делала мама». Это была правда. Джейк был родителем который не наказывает своих детей, а Эбби наоборот, она решала, как долго дочь должна быть наказана, когда дочь не подчинялась, или нарушала какое-либо из их правил. И каждый раз, когда что-то, что она делала, заканчивалось тем, что ей было больно, пусть даже самую малость, Джейк слетал с катушек, а Эбби успокаивала его. Показательный пример, когда Кларк арестовали. Ее родители пришли проведать ее, убедиться, что с ней все в порядке, ей пришлось выслушать, как отец ругал ее за нападение на охранника и за то, что ее заперли на несколько часов подряд. Но она понимала, что все это происходило из-за того, что он так боялся потерять ее, что для него это был единственный способ выразить это в данный момент. Ей казалось, что Беллами такой же. Мальчик, казалось, действительно думал о том, на что она только что указала ему, прежде чем сухо усмехнулся и кивнул: «Знаешь что? Возможно, ты права», — он посмотрел на небо. — «Просто… после того, как я разозлился на нее, она обвинила меня в том, что я взял ее на вечеринку и в смерти мамы, поэтому я сказал, что причина смерти мамы в том, что у нее была она. Я никогда не должен был этого говорить, но теперь я не знаю, что делать. Мы никогда раньше так не ссорились, понимаешь?» — признался Беллами. «Тем не менее, в конце концов, нет никого, кого бы ты любил больше, чем ее. Ты все, что у нее есть. Иногда, Беллами, все, что тебе нужно сделать, когда ты облажался, это признать, что ты это сделал, извиниться за это и постараться больше никогда этого не делать. В отличие от моей ситуации, Октавия слишком упряма и горда, чтобы простить тебя без хорошей дозы унижения. Но пока ты извиняешься она почувствует, что ты действительно серьезно к этому относишься и она простит тебя быстрее, чем ты можешь ожидать», — утешила его блондинка, пытаясь вложить в его голову немного мудрости. После этого они остались в тишине, что дало ей возможность почувствовать, что Дакс подошел к ним намного ближе, чем был до сих пор. Может быть, он думает, что у него есть шанс напасть на Беллами прямо здесь, прямо сейчас? Он делал то же самое и раньше, или только в этот раз? Тем не менее, блондинка на всякий случай решила держаться поближе к Беллами. «Еще вопрос», — она хмыкнула в ответ, побуждая его продолжать. — «Ты действительно думаешь, что сможешь выторговать помилование? У Джахи? «Да», — кивнула она. «Брось, Кларк. Я выстрелил в человека. Он не простит такое и не забудет», — усмехнулся он. «А мы его не просим. Я уже говорила тебе, Беллами, что ты – маленькая рыбка в гораздо большем металлическом пруду. Или ты действительно думаешь, что Шамуэй сказал тебе застрелить человека из прихоти?», — парень покачал головой. — «В яблочко. Происходит что-то большее и тот, кто за этим стоит, использовал тебя как козла отпущения, чтобы сделать свою грязную работу. Проблема в том, что они, как и ты, не ожидали, что он выживет. Итак, мы не будем взывать к его сердцу, потому что, когда дело доходит до политики, у этого человека его нет. Мы собираемся обменять твое помилование на информацию о том, кто хочет его смерти. Он не откажет». «Почему ты еще не сказала ему об этом?» Кларк остановилась, когда они достигли склада, как и раньше, и повернулась к нему лицом, а он сделал то же самое и посмотрел на нее. «Потому что это твое решение. Ты тот, кто стрелял в человека, Беллами. Ты несешь ответственность за исправление своих ошибок, а не кто-то еще. И тем более не я. Что я делаю, так это предлагаю свою помощь. Я могу начать разговор и помочь тебе на этом пути, но ты должен принять решение встретиться с ним лицом к лицу, и впервые с тех пор, как я тебя встретила, отдать отчет о своих действиях и справится с их последствиями». Беллами на секунду опустил голову, прежде чем встряхнуться и сменить тему: «Мы уже близко?» Кларк позволила разговору закончиться, потому что уже, сама этого хотела: «Склад должен быть в этом районе. Или хотя бы вход в него». Она обвела жестом то место, куда они пришли и немного в сторону, где, как она помнила, находилась дверь. Доверившись ей, Беллами пошел следом и они начали обыскивать землю. Или он это делал, в то время как Кларк лишь какое-то время притворялась, прежде чем она «случайно» наступила на люк и привлекла внимание парня. «Он, наверное, заржавел. Сомнительно, чтобы он был открыт». «Аккуратнее ноги», — предупредил он, прежде чем взять свой импровизированный топор и ударить им по рукоятке, повернув ее. — «Отлично, помоги мне». Вдвоем, потянув крышку вверх, они смогли открыть люк, который привел их к лестничному пролету вниз. Кларк стала спускаться первой, Беллами следовал за ней. Добравшись до конца лестницы, она вытащила из сумки два фонарика и дала один ему, пока они осматривали помещение, теперь освещенное настолько хорошо, насколько могли осветить фонарики. «Думаешь, этого места не коснулось война?» «Да, я не задерживаю дыхание. Давай посмотрим, можно ли что-нибудь спасти из этого бункера». Повернув направо, они наткнулись на другую лестницу, ведущую вниз и, спускаясь по каждой ступеньке, они проходили мимо скелетов людей, прислонившихся к перилам и стенам. «Адское место, чтобы умереть», — прокомментировал Беллами. «Не уверена, что у них был выбор», — ответила Кларк, пока они продолжали осматриваться. — «Джаха предложил пожить здесь, пока не спустятся корабли Исхода. Еще чего. Он может это сделать, если захочет, но я думаю, что для меня это слишком». Парень кивнул в знак согласия, так как было очевидно, что это место представляло для них больше опасности, чем безопасности. «Здесь все разрушено». «Должно быть, они распределили большую часть припасов до того, как взорвались последние бомбы». В конце концов пара разделилась, чтобы иметь возможность проверить более широкую область и вещи вокруг них. Беллами, нашел несколько лайтстиков и сломал их, прежде чем бросить вперед, чтобы осветить комнату, в которой они находились. «Нашла что-нибудь?» — спросил он ее. «Одеяла», — был ее ответ. Беллами недовольно хмыкнул, прежде чем повернуться и посмотреть на нее: «Ты так взволнована парой одеял?» Кларк повернулась к нему спиной: «Ты будешь жаловаться на одеяла, когда у тебя замерзнет задница?» Он понимал к чему она клонит, но он слишком расстраивался из-за ситуации и это раздражало его. «Но нам нужно нечто большее, Кларк. Как насчет припасов, или аптечки? Или приличная палатка?! Мы обходимся объедками и ты знаешь, что только этим мы не выживем», — ответил он, проверяя бочки с маслом, прежде чем Кларк увидела, как он хмыкнул и пнул их на землю. И вот оно. Звук рассыпавшегося по полу оружия. Этого было достаточно, чтобы он остановился как вкопанный; что касается блондинки, то она вздохнула при мысли о том, что это значит для ее планов на миссию. «Боже мой». Такова была реакция, которую она услышала от него, когда он присел и увидел, что там лежит. Он поднял одну из винтовок и повернулся, чтобы посмотреть на нее с улыбкой на лице, как ребенок, которому подарили игрушку, которую он хотел на Рождество. Кларк попыталась притвориться, что удивлена ​​этим, но все, что она чувствовала, был ужас. Эти пушки действительно дали им шанс в борьбе с землянами, но также стали началом конца мирных отношений между двумя народами. Она знала, что есть некоторые вещи, которые она не могла изменить, но она надеялась, что на этот раз это оружие не попадет в неправильные и травмированные руки Джаспера Джордана, и ее встреча с Аней не будет прервана свистящими вокруг пулями. Решив отогнать негативные мысли на задний план, Кларк сосредоточилась на настоящем, а не на многих будущих возможностях. Обнаружение пушек означает, что вторая часть миссии подходила к концу и они были готовы перейти к третьей фазе. И что действительно имело значение, так это то, что она должна была быть готова к этому, потому что поездка должна была стать очень ухабистой.

* * * *

Земля. Лагерь Сотни. Октавия поднялась по лестнице, чтобы побыть с Линкольном. Мерфи там не было, но перед тем, как отправиться к землянину, она предупредила мальчика, что побудет там какое-то время. Он просто кивнул ей, прежде чем предупредить ее, чтобы она удостоверилась, что он остается связанным, с чем она быстро согласилась, хотя он знал, что это скоро изменится. Линкольн, выглядел довольно неплохо для заключенного. Прошлые раны, которые он получил, постепенно заживали и исчезали с его кожи, и новых больше не прибавилось, так что в целом Мерфи мог сказать, что он был очень и очень хорошим тюремщиком. Им даже удалось немного поболтать о Беллами и его глупости. Небесный мальчик заметил, что вопросы Линкольна в основном касались знакомства с Октавией через кого-то, кто живет с ней. Остановив Миллера от того, чтобы подняться туда с девушкой, предупредив его, что если он хотя бы подумает о том, чтобы сделать что-нибудь против землянина, то есть не подчинится прямому приказу Кларк, он окажется связанным рядом с парнем. Разобравшись с этим, Мерфи решил найти остальных своих друзей, так как знал, что Рейвен все еще находится в палатке с Финном, заботясь о нем и его ране. Он быстро нашел Джессику, помогающую сложить все орехи команде, отвечающей за приготовление пищи и где-то недалеко от нее, очевидно, помогал разделывать мясо Уэллс. Эти двое были влюблены и это заставляло его чувствовать себя очень одиноким и чувствительным, потому что его собственной девушки не было здесь, рядом с ним, поэтому он старался держаться от них подальше, если только не был в настроении задразнить их обоих до смерти, что было действительно весело, особенно если к ним присоединялась Рейвен. Если они старались, пара действительно краснела, как свекла. Это было довольно легко сделать. С другой стороны к палатке Финна направлялась Шарлотта и зная, что по просьбе Кларк, маленькая девочка отвечала за смену повязок Космического Волосатика, Мерфи предположил, что именно это она и пошла делать, когда нырнула в палатку. Она вошла, а Рейвен вышла наружу, оглядевшись вокруг, прежде чем непреднамеренно поймать его взгляд и направиться к нему. Механик остановилась рядом с парнем, который наблюдал за жизнью лагеря вокруг них, прежде чем заговорить. «Как поживает Земной Почти Изменщик?» Она толкнула его локтем в живот за игру слов с прозвищем «Космический мошенник», что, конечно же, только заставило его еще сильнее хихикнуть над собственной шуткой. «Не называй его так, придурок. И, к твоему сведению, ему на самом деле намного лучше. Шарлотта меняет ему повязки». «Я понял, когда увидел, как она вошла внутрь». «Только что разговаривала с ним. Пыталась дать понять ему, что Кларк на самом деле не интересуется им и никогда не будет, но, Боже мой, он тупой. Особенно сейчас, когда она спасла ему жизнь. Его сердце разобьется на мелкие кусочки, когда в дело вступит Та-которую-пока-нельзя-называть, потому что мы с тобой знаем…» — она повернулась, многозначительно глядя на него, — «Когда эти двое вместе, они сконцентрированы друг на друге и кажется, что больше никого не существует и невозможно отрицать их связь». Мерфи пришлось согласиться с Рейвен. Будучи единственным из них, кто был там, когда Кларк потеряла Лексу, он с болью осознавал, что то, что у них было, неоспоримо и может быть обнаружено за милю, особенно после их пребывания в Долине. Так что, скорее всего, Финн ощутит флюиды, проходящие между двумя лидерами и следовательно… «О, к тому времени, когда он придет в себя, увидев их вместе, в его сердце не останется даже крошечных кусочков. Он просто рассыплется в прах», – он пожал плечами. — «Кто знает? Может быть, это именно то, что ему нужно, чтобы понять своим толстым черепом, что она не хочет и никогда не захочет его таким». Повернувшись к ней, он продолжил: «Знаешь, я понятия не имею, почему кто-то из вас хотел быть с ним. Серьезно». Рейвен глубоко вздохнула, прежде чем выдать: «С каждым днем ​​я вижу, что твоя точка зрения становится все яснее и яснее». Он не мог не посмеяться над ее словами, прежде чем вернуться к наблюдению за лагерем: «Скоро начнется, если не уже». «Орехи и галлюцинации?» «Да. Ты ешь?» «Конечно, нет. Ты?» Он покачал головой: «Большое спасибо, но я пасс». Как раз в этот момент, как только он закончил говорить, они услышали крик Джаспера, так что они переключили внимание туда, где он был с Октавией, которая, должно быть, вернулась со своего с Линкольном свидания, чтобы принести для землянина что-нибудь поесть. Джаспер рассказывал ей о землянах в лагере и именно так Мерфи и Рейвен узнали, что орехи начали делать свою работу. Они, видели, как Октавия взяла рюкзак, прежде чем направиться на десантный корабль и знали, что она собирается делать. Рейвен повернулась и посмотрела на Мерфи. «Ты знаешь, что делать?» «Ага, — сказал он хлопнув в ладоши, — «Небесная Джульетта освободит Землянина Ромео и мы позволим этому произойти без сучка и задоринки». «Мило», — прозвища были очень подходящими, — «Финн должен помочь ему. Так он уговорит Линкольна организовать встречу с Аней». Джон кивнул, понимая важность происходящего: «Значит, поможет, если нужно, а в остальном ОВШ?» Рейвен ухмыльнулась: «Верно. Оригинальная временная шкала». Они смотрели, как Шарлотта наконец вышла из палатки, по-видимому, выполнив свою дневную задачу. Механик вздохнула: «Я пойду, чтобы проверить его. Ты справишься один?» Воспользовавшись моментом, чтобы осмотреться, поскольку все больше людей начали ощущать эффект орехов, он ухмыльнулся ей: «Хм, да. Думаю, сегодня мне будет очень весело». «Болван». С этими словами она ушла от него, а он просто стоял в стороне, чтобы посмотреть какое-нибудь бесплатное развлечение. Он заслужил это после такой проделанной работы, не так ли?

* * * *

Земля. Бункер. Найдя оружие, Кларк помогла Беллами найти валяющуюся вокруг одежду, из которой они сделали тряпки и использовали их, чтобы немного почистить оружие от масла, и пока они это делали, Кларк наблюдала, как ее некогда лучший друг ел орехи джоби, из пакета, который он принес с собой. В отличие от него, она следила за тем, чтобы во всей ее еде не было ни одного из этих орехов, а были только обычные орехи, которые не вызывали бы у нее галлюцинаций, потому что у нее действительно не было желания пережить это вновь; в прошлый раз это было достаточно плохо, а сейчас она просто знала, что вместо отца она увидит что-то, связанное с Лексой и ее смертью, а это не будет приятно, возможно, будет даже хуже, чем когда это была просто галлюцинация об ее отце и чувстве вины, которую она несла за то, что не смогла спасти его от казни. Как только они закончили, более или менее почистив большую часть оружия, у Беллами, похоже, возникла та же идея, что и раньше; он взял одно из одеял, используя масло из бочек, чтобы нарисовать на нем крест в качестве тренировочной мишени. Он не знал, что Кларк на самом деле была очень хорошим стрелком и теперь имела приличные знания о большинстве видов оружия, отдавая предпочтение луку и стрелам. Она все еще могла использовать свой пистолет, но на нем был такой эмоциональный заряд, что она не хотела бы иметь с ним дела вновь, предпочитая придерживаться более грубого оружия землян. Тем не менее, нужно было убить время и можно было потренироваться стрелять, прежде чем Дакс попытался убить их. Имея это в виду, она позволила старшему Блейку думать, что он будет тем, кто научит ее стрелять. Для нее это было бы забавно, не больше. «Это все меняет. Больше не нужно бегать от копий», – он закончил укладывать одеяло на место и направился обратно к ней, продолжая есть орехи. — «Готова стать крутой, Кларк?» «Как будто я уже не крута. Это же очевидно, но ты на стороне тупиц, так что я не буду на тебя обижаться». Он ухмыльнулся ей, прежде чем она серьезно продолжила: «Я знаю, что нам понадобится оружие, но это должно быть очень организованно, потому что я не почувствую себя комфортно, раздав его всем подряд». «Ну, ты лидер, так что, думаю, решать тебе», — пожал плечами он. — «И все же, нам повезло, что винтовки были залиты смазкой. Тот факт, что они целы, означает, что мы больше не легкая добыча. Тебе нужно научиться это делать, если хочешь продолжать вести группу». «Значит, я просто держу его на плече?» — сказала Кларк, вставая, решив притвориться, что ничего не знает об этом, даже о том, как правильно держать винтовку. «Да, теперь немного выше». Блондинка услышала в его голосе, что он взволнован их близостью, а также заметила руку, которую он положил ей на спину. Интересно, что она не заметила этого в первый раз. Тем не менее, было забавно тайно поддразнивать его, потому что он всегда был таким серьезным рядом с ней, что, конечно же, учитывая все, что они пережили, имело смысл, но это не было преступлением, когда она хихикала из-за трещины в его броне. «Э-э, да, так хорошо», — он отошел. — «Смотри и учись», — он выпятил грудь, взял винтовку и занял позицию, чтобы стрелять. Он прицелился и нажал на курок, но ничего не произошло. Он попробовал еще раз и все равно ничего. «Все еще смотрю, жду продолжения обучения», — усмехнулась Кларк. «У меня пули отсырели. Попробуй свой». Она улыбнулась, прежде чем поменяться с ним местами и подняла свою винтовку, на этот раз приняв правильную позицию, даже лучше, чем его, прежде чем она сказала: «Смотри и учись». При этом она прицелилась и выстрелила прямо в центр, раз, два, три раза; все пули попали в одно место. Выпрямившись, она обернулась и увидела его потрясенное лицо: «Итак, достаточно круто для тебя, мистер Хвастун?» Беллами посмотрел на нее с явным удивлением на лице: «Где ты научилась стрелять?» «Я ведь говорила тебе, что мой дядя — Маркус Кейн, верно? Начальник службы безопасности? Он научил меня», — была заготовленная ложь, которую она говорила ему и всем, кто спрашивал о ее умении обращения с оружием. На мгновение посерьезнев, Кларк поняла, что должна вывести его из себя, поскольку время приближалось: «Теперь, когда я проявила себя, ответь на мой вопрос. Ты все еще собираешься уйти?» Он застыл на мгновение и она увидела, как его глаза теряют фокус, так что она теперь знала, что орехи начали действовать: «Я не знаю. Еще не решил по этому поводу». «Беллами…» «Нет, Кларк. Я знаю, ты хочешь притвориться, что все будет хорошо, но ты не знаешь этого наверняка и я тоже. Все, что я знаю, это то, что я стрелял в Канцлера. Они убьют меня, Кларк. Даже если я сдам Шамуэя. В лучшем случае они запрут меня с землянином на всю оставшуюся жизнь, а я никоим образом не доставлю Джахе удовольствия разрушить мою жизнь больше, чем он уже ее разрушил», — он положил винтовку и пошатнулся. — «Продолжай практиковаться. Мне нужно немного воздуха». Он ушел, направляясь к выходу из бункера, а она просто смотрела, как он уходит, кивнув сама себе. Теперь это был вопрос идеального выбора времени. Кларк села и ее мысли обратились к лагерю. Она надеялась, что с их стороны все идет хорошо, но была почти на сто процентов уверена, что так и будет. В этой конкретной ситуации мало что могло измениться, мало что должно было измениться и Рейвен с Мерфи знали о важности побега Линкольна и того, что Финн позволил ему это сделать. Таким образом, ей оставалось только верить, что ее друзья способны выполнить эту маленькую миссию, точно так же, как они доверяли ей выполнить свою. Тем не менее, поскольку следующий день был так близок к другой временной шкале, она знала, что вскоре после того, как Беллами уйдет, придет Дакс, найдя ее и винтовки. И когда она впервые начала слышать звук шагов, становящихся все ближе и ближе, она устроила лучший спектакль в своей жизни и притворилась, что орехи подействовали на нее так-же, как и в прошлый раз. Это было бы нормально, потому что видя ее такой, Дакс думал, что она не будет проблемой, поэтому не думал о ее убийстве. Когда он взял одну из винтовок, это была именно та самая, которую она приготовила специально для него, так как в ней были отсыревшие пули и она продолжала притворяться, даже когда он смеялся над ней. Она изображала безумие, пока не убедилась, что он уже ушел. Она последовала за ним в поисках того места, где будут мальчики, а знание того, где они находятся, сделало поиски намного, намного проще. Найдя Дакса, она спряталась за дерево, наблюдая, как он сделал то же самое несколькими метрами впереди, не сводя глаз с Беллами, ожидая лучшего момента для нападения. Все, что ей нужно было сделать, это дождаться подходящего момента, чтобы вмешаться и привести свой план в действие. Когда Дакс решил сделать свой ход, она знала, что для Беллами эффект орехов уже закончился и теперь он растянулся на земле, лежа на спине, наконец, придя в себя, уставившись на дуло оружия, которое другой мальчик наставил на него. «Ничего личного», — сказал он перед тем, как попытаться выстрелить, только это не сработало. Беллами, все еще сбитый с толку, потянулся к несуществующему пистолету и когда Дакс приготовился сделать еще одну попытку, вмешалась Кларк, встав позади него. «Положи оружие, пока не навредил себе, Дакс», — предупредила она, направив на него пистолет и оба мальчика посмотрели на нее. Дакс направил на нее винтовку: «Надо было остаться там, Кларк. Я пытался не убить тебя, но вот ты здесь. А Шамуэй сказал, что свидетелей быть не должно». «Ты знал, что меня посадили, потому что я разбила лицо Шамуэю, здоровяк? Очевидно, из этого ты можешь сделать вывод, что мне наплевать на то, что говорит этот подонок». «Уходи сейчас же и я не убью тебя», — предупредил ее Дакс. Ухмыляясь, она сделала свой ход: «Кажется, я понимаю, почему Шамуэй выбрал Беллами, чтобы застрелить Джаху. По крайней мере, он был бы достаточно умен, чтобы понять, что все пули в этой винтовке отсырели». Удивленный ее словами парень несколько раз пытался выстрелить в нее, но оружие просто не срабатывало, что начало его раздражать; она также видела подкрадывающийся страх, поэтому она пошла на метафорическое убийство. «Понимаешь, что я имею в виду, Дакс? Все это делает тебя идиотом», — продолжала девушка. — «Однако пули из этого пистолета, Дакс… эти пули очень настоящие», — она прицелилась и выстрелила ему в ноги, заставив его испуганно отскочить назад. «Какого хрена?!» — ответил он, на что она только усмехнулась. «Беллами, ты меня слышишь?» — он медленно кивнул. — «Тогда вставай и иди ко мне». Беллами, попытался встать на ноги, но она видела, что его ноги все еще не слушались, так что он просто пополз к ней. Когда Дакс попытался сделать что-то против Беллами, она выстрелила ближе к его ногам, заставив его снова отпрыгнуть назад, после чего она подняла пистолет и направила прямо ему в лицо. «Эй, ты не хочешь этого делать», — сказал Дакс, наконец приняв ее всерьез и начав по-настоящему опасаться за свою жизнь. «Ты прав. Я не хочу никого убивать, но мне нужно». Она сделала движение, чтобы выстрелить и он поднял руки, чтобы защитить себя, прежде чем понял, что она ничего не делает, и уставился на нее, беспокоясь о том, что она будет делать. Что ж, он узнает. Кларк продолжила: «Обязательно нужно, но я не собираюсь тебя убивать. Вместо этого я изгоняю тебя из лагеря. Подойдёшь к нему и тогда тебя убьют на месте. Ясно?» Увидев, что он не ответил, она прицелилась и выстрелила ему в руку, заставив его вскрикнуть от боли, схватившись за рану, когда кровь начала покрывать его пальцы. — «Я ясно выразилась?» «Да, да, сука. Все ясно», — согласился он, стиснув зубы из-за своего гнева на нее и боли от раны. «Тогда начинай бежать, потому что следующий выстрел будет прямо в голову», — пригрозила ему Кларк, когда Дакс глядя то на них, то на себя, вероятно, оценивая свои шансы выбраться живым, если он сделает что-то кроме того, что она велела. Увидев, что она не шутит, он бросился в лес, в направлении, противоположном тому, откуда они пришли. «Кларк», — позвал ее Беллами, садясь, прежде чем она шикнула на него, прислушиваясь к Даксу, пока не перестала его слышать. Глубоко вздохнув, блондинка повернулась к Беллами: «С тобой все нормально?» Он кивнул, хотя казалось, все еще был немного не в форме: «Что случилось?» Она подошла к нему и присела, чтобы осмотреть его: «Орехи вызывают галлюцинации. Эффекты должны полностью исчезнуть через пару минут. Кроме этого, ты в порядке? Он навредил тебе?» «Н-нет, я-я так не думаю», — покачал он головой. «Хорошо. Ты можешь встать?» — парень кивнул. — «Тогда вперед. Нам нужно собрать некоторые из этих винтовок и вернуться в лагерь. Здесь слишком опасно. Ну давай же». Одну его руку она закинула себе на плечо, а своей обняла его за талию, поддерживая его, когда он поднялся на ноги и они направились обратно к бункеру, где были их вещи. Даже если она была почти уверена, что Дакса и след простыл, Кларк была начеку, на случай, если она ошибается и Дакс попытается сделать что-нибудь. Однако что-то подсказывало ей, что он этого не сделает. Ее план на счет него был приведен в действие и по какой-то странной причине Кларк почувствовала, что все сработает именно так, как она надеялась.