Запах

Горячая ванна - это именно, то чего желает каждый после тяжёлого или неприятного дня. Линь опустилась в воду. Было горячо и больно. Вода, которую можно сравнить с разогретым маслом на сковородке, обжигала свежие раны на теле китаянки. Она подняла свою сферу с которой стекала вода. Хотелось бы скорее залечить эти раны, но так же оставить их. Зачем? Чтобы в следующий раз мексиканка видела, что творит с медиком и какую боль причиняет ей, каждый раз, когда приходит ночью. Чувства хотят править над ней, быть выше, а не сидеть в глубине сердца, где с каждым разом их становится все больше. Линь сильнее этого. Поэтому применив на себе сферу она закрыла глаза и окунулась с головой в воду. *** - занимаешься самообслуживанием? Рейна заходит тихо, рыская взглядом повсюду, но он остановился на медике и пожирал её вместе с косточками. Мексиканка сделала несколько шагов, перед тем, как закрыть дверь за собой. Сейдж стояла без верха, перед зеркалом, пытаясь проверить, все ли раны зажили и требуют ли дополнительный уход. Все было в порядке и потому, девушка надела на себя бежевый свитер, а сверху накинула халат. - Нам.... действительно стоит поговорить... даже не о тех ночах, когда в конце оставляешь меня с мыслями. А просто о нас и есть ли вообще эти «Мы»? - Линь. Нет... - Я запуталась. Я не знаю, кто мы друг для друга. Нормально ли мое поведение и отношение к тебе. Имею ли я право на ревность, переживания за тебя? Я не понимаю... больше ничего. Зьнья вздохнула. Она никогда не любила эти разговоры, которые так докучали ей и заставляли сразу же уходить, дабы не разжигать ссору между ними. Но сейчас, видимо не обойтись без этого. - Ты говоришь, что тебе нравится, как мои волосы распущены, мой халат, вои вещи. При свете где угодно, ты ведёшь себя, как влюблённая, но когда появляешься в моей комнате, то ты становишься охотником, а я твоей жертвой. Оставляешь только холод, пустоту и запах своих духов. Всегда забираешь мой халат и не возвращаешь. Я нахожу его только в стирке. - Линь хватит... - Думаю, мое тело знало, что ты не останешься. Медик смотрела в пол, там было явно, что-то интересное, нежели лицо или глаза собеседницы. Она не боялась глядеть на неё. Нет. Она боялась, того, что если взглянет в эти манящие глаза, то не сможет потом простить себя. Потому что, Линь отдаст всю себя, лишь бы глядеть на них на столько долго, сколько хватит у них времени. Зьнья ушла из кабинета оставляя уставшую китаянку в догадках. Девушка вздохнула. Ничего другого не стоило ожидать. Снова убежала, как маленький ребенок, уходит от ответственности. Она села за стол, пытаясь сделать хвост. Настроение упало, пробивая новое дно. Медик оставил резинку на запястье, что жадно впивалась в её кожу приостанавливая поток крови к руке. Стук в дверь. Потом еще один. Такие странные и необычные. Линь встала с места и взволнованно надев халат все таки открыла дверь. Она ждала, что там будет, кто-то из агентов, ранен, весь в крови. Но там была Императрица, которая держала поднос. Оставался вопрос, как она стучала? Есть одна догадка и потому сразу посмотрела на её ноги.   - Я знаю, что ты не любишь, когда я стучу в твою дверь ногой, но мои руки заняты. Так что извини... Китаянка обомлела, но все таки отошла, давая пройти мексиканке. Императрица поставила поднос на чужой стол. Она взяла с него кружки и расставила по местам, где каждый скоро сядет. Она ложкой набирала заварку, которую успели ополоснуть, а затем заливала горячей водой с чайника. - Где ты взяла чай? - С нотками усталости проговорила Линь, усаживаясь на своё место. - У Сайфера. Mi favorito, Я надеюсь, что Вы меня не сдадите. - Рейна говорила спокойно, монотонно, давая понять собеседнице, что последующий диалог все таки состоится. Положив три кубика сахара в свою кружку, мексиканка присела напротив. Размешав сахар, та вздохнула наконец поднимая взгляд на Линь. - Хорошо... давай поговорим. - Ты будто бы вымещаешь всю свою злость на мне... Я всегда выслушаю тебя, но что мне делать со своими чувствами, после твоих приходов? Это больно... твои когти и клыки впиваются в мою кожу, в мое тело оставляя тысячу ран... - Извини. Последние дни стали совсем...тяжкими. Я не сдерживаю себя и боюсь за... - Я не хочу оправданий.. - Тогда чего ты хочешь? Китаянка долго молчала отпивая жидкость из кружки. Это был не дурной вкус. И все таки вина за кражу чая, присутствовала. Дорогой чай, который Сайфер очевидно, не хотел бы никому отдавать. - Я хочу...- Линь начала, но снова смолкла. Пару секунд молчания и дева продолжила. - Чтобы ты вжала меня в этот стол и снова дала почувствовать все, то что я чувствовала раньше рядом с тобой... Я никогда не захочу тебя отпускать. Прощу тебя... не оставляй меня одну. - влюбись в свое одиночество... Рейна вздохнула допив свою кружку чая, мексиканка встала с места. Пройдя к китаянке, девушка сняла с неё халат, надевая на себя, а потом присела на месте, рядом с ней, заглядываясь в глаза. - Меня все чаще и чаще отправляют на миссии, скоро меня тут почти не будет. Я должна собрать, как можно больше душ ради Люсии... Не смотри на меня так, mi amor.Ты же знаешь я таю и хочу остаться еще, но не могу...мне правда пора. Извини... - Твои извинения не смогут забрать мою обиду... -Yo lo sé. Зьнья встала, взялась за щеки медика и поцеловала в лоб. Отстраняясь, она бы ушла, но выдохнув поняла, что удержаться не в силах и потому легонько поцеловала в уста, уходя из кабинета. Мексиканка появится здесь ещё не скоро.Линь только и ощущала, что чужие губы, даже после того, как их уже давно там не было. И все же. Её вопрос так и остался.

Кто они друг для друга?