И что же лучше мифов килограмм иль жестокая правда?

Дима для Игоря слишком мягкий, слишком чистый и испачкать, испортить его — жалко. Дима ходит за ним восторженным щенком, в рот заглядывая. Дима рисует в своих скетчбуках, носит дурацкие рубашки и при взгляде на него у Игоря что-то болит в груди. Дима для Игоря слишком хороший. Дима влюбленно смотрит. Не умеет пока симпатию скрывать, у него всё на лбу написано. Игорь смотрит на него и понимает, что он попал, но Дима слишком хороший, а он ведь обязательно испортит, сломает, испачкает. Игорь решил, что Диму нужно спасать. Игорь решил, что оттолкнуть от себя его будет лучше. Дима обязательно отряхнётся, встанет и пойдёт дальше, найдёт кого-то, кто его этой искренней любви действительно достоин. Но Дима всё бегал за ним хвостом. Игорь, Игорь, Игорь, Игорь. Свет клином на нём что-ли сошёлся? — Слушай, Игорь, я тут тебе кое-что сказать хотел? Давно, знаешь я, -- Договорить Дима не успевает, потому что его жестко перебивают. — Мне мелочь вроде тебя не интересует, так что нашёл бы ты кого другого, напарник. - Грубо отшивает Игорь и говорит ещё много чего, наблюдая, как радость и решительность в чужих глазах угасает. Дима молча уходит, говорит, что он всё понял и попросит поставить ему в напарники кого-то другого. Дима плачет дома и на себя злится за то, какой он глупый-глупый и жалкий-прежалкий. Игорь смотрит ему в след и не понимает, что чувствует. Ну, спас же? Радости только от этого "великого спасения" он не чувствует, а от чувства вины прячется за каменными стенами, убеждает себя в том, что это было правильно. У Димы другой наставник-напарник, А у Игоря дело за делом и он то и дело думает о том, что с Димой под боком оно может и продвигалось всё побыстрее. Но это всё дело привычки. Это дело привычки и Игорь привыкает снова работать один, а потом из Москвы к ним переводится Хазин и становится совсем просто. Петя, как и сам Гром говно-человек, зато чуйка у него отменная, они сработались и сошлись просто подобное к подобному. Дима тогда окончательно отстранился и правильно сделал, в какой-то момент и вовсе один работать начал и поменялся кардинально, только Игорю это было не важно, не интересно и не до этого. Между ним с Хазиным искрило только так, они работали вместе, потом вместе трахались. Им было заебись, было ненапряжно и мозги до поры до времени никто никому не ебал. Ну как, Игорю ебали мозги Юля и дядь Федя какое-то время за Димку, а потом перестали. Оно и к лучшему. Игорь и Петя оба неприспособленные к нормальной жизни, оба переломанные и хвататься друг-за друга почти два года им было очень удобно, пока всё не схватилось исключительно в ссоры и секс, а потом и до драки дошло. Петя напоследок выплюнул всё ядовитое, что внутри скопилось и дверью хлопнув, уехал в Москву обратно, потому что в отношениях баланс нужен, а они оба -- чёрные дыры. — Ты думал, чё? Я буду за тобой щенком бегать и в рот тебе заглядывать? У тебя дебил такой уже был, белобрысый тот, только ты его проебал. Игорь думает, что и правда проебал, но зря Петя о Диме так. Зря. Игорь должен расстраиваться, наверное, что его бывший парень вот так уехал, что вот так всё закончилось, но Игорь почему-то думает о другом. Дима тем временем изменился, деформировался, в нём и от Игоря что-то появилось и даже от Пети. По крайней мере бежевое пальто точно было в хазинском стиле, как и сигареты. Дима теперь повзрослевший, у него куча своих дел и нет времени думать о прошлом. Пылится где-то в шкафу старый скетчбук, убраны куда-то далеко старые рубашки в клетку и джемперы, а в кармане пальто появилась пачка сигарет с зажигалкой (возможно и правда в хазинском стиле). Диму бесит, что его с Громом сравнивают, потому что он не какой-то тупой отросток от Игоря, он даже, блять, не работает с ним уже, а его всё сравнивают. Дима закрылся от всех, с головой в работу ушёл и думал, как дельце выпросить поопаснее, чтоб прям от пуль и ножей побегать. У Димы и шрамов уже прибавилось к тому с митинга новогоднего. Дима отчего-то был этому рад. Дима вырос, Дима больше не глупый и жалкий и уж точно не потому что такая мелкота, как он не нравится какому-то там Грому. Когда Хазин уехал Дима видел со стороны, как Грома ломает, но ничего не делал, потому что ему совершенно не до этого, да и Игорь обязательно оправится, не маленький же мальчик. Не то что ты, Дима, да? Ты ведь всё еще? Дима уверен, что он уже нет. Дима выкуривает пачку в день, получает нагоняи от Прокопенко и бесится, когда в очередной раз слышит, что не с того опера он пример взял. Заебали. За-е-ба-ли. Блять, неужели он не может быть отдельно от Грома, неужели его отдельно от Грома никогда воспринимать и не будут? Дима весь холодный и одинокий и у него такого холодного и одинокого под боком появляется поддерживающий и любящий Валик и Дима пользуется. Чувствует себя паршиво, но уж слишком в тепле нуждается, как бы не старался это отрицать. в 26 Дима становится капитаном и его поздравляют, даже Игорь пару сообщений зачем-то пишет. Поздравляет... Диме даже смешно. Говорит, мы с тобой теперь конкуренты по раскрываемости и ты, мол, молодец. — Фёдор Иваныч, вызывали? — Вызывал, капитан Дубин, садись. Фёдор Иваныч сообщает, что один над новым делом он работать не будет, а возвращаясь Дима видит в своём кабинете Игоря. Полный реверс и Дима на секунду думает, что может отыграться. — Мы с тобой не напарники. - Говорит и зарывается в документы. Отличный реверс. Просто прекрасный. — Как скажешь, но работать то нам вместе надо, капитан Дубин. Дима весь колкий и закрытый, всё пытается его оттолкнуть, но Игорь лишь улыбается про себя. Действительно полный реверс и даже как-то смешно становится. В Диминой коже рыболовными крючками, тонкими, острыми, всё ещё сидит он сам, воспоминания о нём и мысли. И Игорь тянет, мягко, осторожно - знает, что больно Диме будет всё равно, но он старается не сделать слишком больно. Игорь обещает себе, что на этот раз не накосячит.