Глава 29 Один из нас виновен
4 ноября 2022 г., 08:30
∙•☽●════════════════════════════☽✪☾════════════════════════════●☾•∙
ПРИМЕЧАНИЕ: Рассказ ведется от лица двух разных людей. Я ненавижу идти против совести. И терпеть не могу подлецов, как бы высоко ни ставила их судьба. Ненавижу слабость, слабых людей и, особенно, когда слаб я. Для аристократии бессилие всегда заканчивалось вместе с ней самой — вырождением, пленом и смертью. А я теперь, кажется, даже умереть не могу. Это я тоже ненавижу. Я всю жизнь от кого-то зависел, от родителей, правил, от собственных принципов. Возраст ничего не меняет, просто начинаешь зависеть от чего-то другого. А я люто ненавижу подчиняться. В последнее время я в основном иду на поводу у собственной плоти. Какое у него суровое и гордое лицо... В сочетание с красотой особенно притягательно. Словно готический принц, всегда в черном, элегантный и загадочный. Жаль, что мы так и не можем сблизиться, он все равно остается чужаком. А так ли мне нужна дружба с ним? Я хочу его фамилию. Если бы забеременеть... Но он же просто маньяк безопасности, даже не проколоть. И запасы, похоже бездонные. Чуть больше месяца и я уеду, жалость какая — не успела. Терпеть не могу, когда срываются планы. Не выношу, когда на меня смотрят без восхищения! Что ты о себе возомнил, мальчишка? Кто ты такой, вообще? Ах да, да, помню. Не прикасайся ко мне, я сам разденусь. Не надо мне помогать! Я тебя не люблю. Я тебя даже не хочу, это просто... нужда. Я сам себе мерзок: два человека в одной постели раз за разом, и даже не разговаривают — не о чем. Но она знает, я буду приходить. Ненавижу зависимость. Что будет потом, когда она уедет? Я не буду скучать, но мне будет ее не хватать. Какой-то части меня. Ненавижу себя за то, что хочу ее унизить, сделать больно. Что я за скот такой? Я бы давал ей деньги, если бы они были. А так ощущение, будто у нас отношения. Когда я только увидела его, уже знала, чего попрошу. Чего потребую. И что он не сможет отказаться — таковы правила. И было забавно наблюдать как он злится, негодует, точно его в само достоинство укололи. В пресловутую честь. Я здесь главная, мальчик. Потому что женщина. Потому что с самого начала поставила себя выше. И не надо быть таким злым, я только в первый раз тебя заставила. Потом ты сам пришел. И потом. И сегодня. Но он такой красивый, когда сердится... Сегодня понял это дебильное выражение — наказать поцелуем. Я с ней груб, очень. Я не бью ее, я равнодушен, это хуже. Так относятся к куску мяса, вещи, шлюхе. А я даже денег не даю. Не могу быть сволочью. Поцелуи становятся мягче, дольше, я спускаюсь ниже, к груди соскам, веду губами по мягкому животу. Какое совершенное тело! Я немногих видел, но точно знаю — она прекрасна. Я мразь, что не могу увидеть в ней личность и душу. Ненавижу за то, что не могу перестать ненавидеть. Ее или себя? Потом будет время подумать. Раз за разом один сценарий. Сначала он злой, как пес Анвина, потом жизнь берет свое. Гордец с фамилией, ему просто претит подчиняться, но какой красавец! Интересно, сколько у него было женщин до меня? Он молчит, когда я пытаюсь разговорить его, задаю вопросы. Такой холодный. Может, не надо замуж? Я же с ним с ума сойду в маленькой квартирке. Вот если бы дворец! Годами бы не виделись, как детей родили. Фамилию жалко... Ну и ладно, пусть его заберет маленькая испуганная девочка, или другая, с глазами подстреленного олененка. У меня будут партии получше, пусть с фамилиями попроще, зато с деньгами. И влюбленные. Пошел ты, мальчик. Мне нравится, как ее тело выгибается, предлагает себя, покрывается влагой. Нравится чувствовать ее пальцы на плечах и бедрах, как она сжимает меня, как царапает. Похоже, мы соревнуемся, кто будет главным, кто больше оставит на теле другого отметин. На ее шее почти исчезли следы прошлых моих засосов и я с извращенным удовольствием оставляю еще. Когда я подминаю ее под себя, я Бог. Когда она заставляет меня перекатиться и сама оказывается сверху... Я гоню от себя мысли, что мне это нравится. Я никому не подчиняюсь, даже в мелочах. Но почему тогда меня все побеждают, раз за разом? Ненавижу свою жизнь. Перекатываюсь обратно и вхожу сразу рывком, на полную длину. Сразу максимальный темп. Если не нравится, можешь больше не смотреть на меня в коридорах, не хватать за руку, когда никто не видит. Все будет по-моему. Движения все более резкие, дыхание рваное, ее красивое лицо теперь напоминает гримасу. Со своей женой я не буду мразью. Когда напряжение наконец-то отпускает, я мгновенно встаю и начинаю одеваться. Кажется, именно сейчас уместно было бы дать денег, но я пропускаю этот момент. Она поднимается на локте и все еще пытается манить своим идеальным телом, но сейчас это не действует. Я уже думаю о другом. — Куда ты пойдешь? Ночь. — К себе. Не собираюсь тут ночевать. — Нарушаешь правила? — ехидно спрашивает она. — Удачно вернуться из портала. Мгновенно все сожаления пропадают. Она должна понимать, что я ее не люблю. Что мы не ровни. Когда она встает и пытается поправить мне воротник рубашки, я отстраняюсь. Имела бы она гордость, это оскорбило бы сильнее пощечины, но она только улыбается. Дешевка. А я еще хуже, если связался с ней. — Скажи мне правду, — бормочет она, когда я уже готов выходить, — Это все-таки ты сделал? Пару секунд я не понимаю, но тут же отвечаю: — Прекрасно знаешь, что ты. Она мягко проводил пальцами по шее, по ожерелью, по оставленным мной отметинам. — Врешь сам себе. Я даю слабину, когда громко хлопаю дверью, и спускаюсь на первый этаж клуба. Тумана я не боюсь, я ненавижу того, кто в нем скрывается.
