Без тьмы не будет света

Драко ушел с бала одним из первых. Он мог вынести все: глупый флирт со стороны своей спутницы, глупые шутки Кребба и Гойла, ошивающихся поблизости, глупые речи профессоров и многое другое. Но не появления глупой Грейнджер в компании с Крамом. Он украдкой посматривал в сторону гриффиндорки, которая сегодня выглядела просто невероятно. Парень также заметил, как другие ученики посматривают в ее сторону. А противный Уизли и вовсе сверлит взглядом. Она искренне веселилась, от нее буквально исходило какое-то свечение. А Малфой в это время потихоньку закипал. В итоге, не выдержав напряжения, он спровадил Паркинсон на Блейза и направился подальше от объекта своих волнений. И вот, сидя в углу астрономической башни, он спрашивал себя – «Какого Мерлина она меня волнует?». И сам же понимал, что вопрос риторический. За последние месяцы Драко сделал много необдуманного. Он старался не оскорблять Грейнджер, по крайней мере лично. Учил заранее рецепты зелий, стал чаще ходить в библиотеку и тому подобное. И лишь замечания Блейза о его странном поведении ненадолго возвращали в реальность. «Я все еще Малфой. А она все еще Грейнджер. Почему я на что-то надеюсь?». Драко догадывался о том, что именно чувствует по отношению к сокурснице, но признаться себе не мог. «Я уверен она меня ненавидит, пусть мы и ладим в последнее время. А если я сделаю что-то еще более странное? Об этом узнает отец. И тогда в опасности будет уже она. Мэрлин, во что я вляпался…». Зарывшись руками в волосах, он продолжал перебирать всевозможные мысли. Отвлечься от внутренних копаний Драко заставил тихий звук. Кто-то плачет. Подняв голову, он увидел напротив себя силуэт волнистых волос и блестящего платья. «Надо же, вот и Грейнджер. Когда она успела зайти? Почему она ревет? Она что, не заметила, что я здесь?», подумал он. Девушка продолжала лить слезы, пока Малфой неподвижно сидел в стороне. Он понимал, что уже слишком долго провел в тени, и, если сейчас покажется, она явно его не отблагодарит. Но и уйти незаметно у слизеринца не получилось бы. Поэтому он продолжил сидеть рядом, в тишине. Парень поймал себя на мысли, что просто обязан выяснить причину, по которой он сейчас впервые видит гриффиндорку плачущей. Спустя около десяти минут девушка начала успокаиваться. Она смотрела на небо, а Драко на ее профиль. Влажные щеки блестели при свете луны. Глаза напомнили светящиеся камни. Она светилась в его глазах. — Тут так красиво, — прошептала она. «И правда», ответил он сам себе. Еще минута в тишине. Чем дольше он смотрел на нее, тем больше пропадал. Внезапно, хриплым, тихим и срывающимся от слез голосом, Гермиона начала напевать себе под нос незнакомую Драко песню. Он старался расслышать как можно больше слов. «There's a place where I can go Есть такое место, куда я могу попасть Every time I close my eyes Каждый раз, когда закрываю глаза It's the place where you and I can meet again Это место, где мы можем снова встретиться When things get tough and it’s hard to believe Когда все становится только хуже и очень тяжело верить, I hear you say: «Be strong», Я слышу, как ты говоришь: «Будь сильной» I know you're halfway there... И знаю, что ты где-то здесь... So don't give up now, everything's alright Так что ты не сдавайся, все хорошо For the best things are yet to come Самое лучшее еще впереди, And everyday is full of magic... И каждый день наполнен волшебством... I hear my heart sing a lullaby Я слышу, как мое сердце поет колыбельную, And I feel safe in the arms of this big world И чувствую себя в безопасности в руках этого огромного мира». — Мне вас не хватает… — прошептала она. И снова наступила тишина. Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Девушка легла с закрытыми глазами на свои колени. Парень не уловил смысла песни, кроме того, что для нее это что-то личное. И теперь он знает что-то, о чем не должен. Стало ясно, что Грейнджер не собирается в ближайшее время уходить. И оставить ее здесь одну Драко не мог. «У меня явно будут проблемы». Воспользовавшись ситуацией, он как можно тише пробрался к середине башни. Снял мантию, подошел к гриффиндорке со стороны и надел ее ей на плечи. Девушка тут же вздрогнула и посмотрела на него с испуганными глазами. — М-малфой? Что ты здесь делаешь? Как ты так тихо вошел? — пробормотала она, смотря то на него, то на мантию. — Вдыхаю святую энергию звезд, Грейнджер. А ты, я смотрю, давно тут сидишь. Решила помереть от переохлаждения? — сказал он, присаживаясь рядом. — С чего такая забота? Почему ты здесь в такое время? Башня закрыта для посещений. — Это я должен тебе говорить. Повисло обоюдное молчание. Он не зал, что спросить, она не знала, что ответить. — Хватит ежится, Грейнджер. Раз уж ты здесь, давай просто посидим. Он буквально чувствовал, как ее выпученные от удивления глаза сверлили его лицо. Но всеми силами старался просто смотреть вдаль, не подавая вида, что и сам сконфужен. Через какое-то время девушка последовала его примеру. — Почему ты здесь, Малфой? — спросила она уже спокойным тоном. — Наскучило в зале, надо было уйти еще раньше. А ты? Я вроде видел тебя в компании Крама. — Просто… То же самое. Он понимал, что делиться своими переживаниями гриффиндорка явно не собиралась. — Как-то сюрреалистично, тебе не кажется? То, что мы сидим тут вдвоем. — сказала Гермиона. Драко не ответил, молчаливо соглашаясь. Он размышлял над тем, как эта девушка, что пару минут назад ревела, правдоподобно отыгрывала такую непринужденность. «Неужели ей и со своими дорогими друзьями приходится так делать?» Возможно, у них гораздо больше общего, чем ему казалось раньше. — И ты не боишься сидеть тут наедине со своим, по сути, врагом? — Разве ты мне враг? — с усмешкой спросила она. — Разве нет? — Это слишком сильное слово. Скорее просто надоедливый слизеринец, не следящий за своим языком. — Думаешь? — Ну для Гарри возможно враг, а для Рона так уж точно. Но у меня нет столько сил, чтобы ненавидеть всех, кто хоть как-то меня задевает. — Мерлин, не упоминай их имена. Я пришел посмотреть на красивые звездочки, а не вспоминать эти тупые лица. И тут он почувствовал, как резко остолбенел. Громкий смех гриффиндорки звучал еще громче, отражаясь от стен пустой башни. «Я вроде как оскорбил ее друзей, так чего она смеется? Разве она не должна бросить что-то колкое в ответ?» Он с немым вопросом уставился на девушку. — Ой, прости. Думаю, сегодня у меня такая же цель. — сказала Гермиона с улыбкой на лице. Образ девушки в эту ночь напрочно отпечатался в памяти Малфоя. Ее уже неаккуратные, но плавные кудри, мерцающее платье, глаза, в которых отражались блики от недавно пролитых слез, и ее первая искренняя улыбка, причиной которой был он. От переизбытка эмоций у Драко загудело в висках. Гермиона опять отвернулась и посмотрела вперед. Он явно поднял ей настроение. Но сам понимал, что в таком темпе долго не протянет. Ему до безумия хотелось обнять ее. Малфой встал на ноги и посмотрел на девушку. — Что ж, раз уж я, оказывается, не враг для тебя, хочу тебе кое-что показать. Завтра вроде как выходной день, приходи после завтрака к воротам школы. Если конечно, ты меня не боишься. Не дождавшись ответа, парень направился к выходу. Подальше от человека, который заставляет все внутри него переворачиваться вверх дном. Ведь если он сделает что-нибудь не так, появятся еще больше проблем.