Прекрасный Падисара

Аль-Хайтам долго смотрит поверх книги на своего сожителя. У Кавеха руки на бедрах, он немного наклонился вперед, а на лице выражение крайнего недовольства, словно еще чуть-чуть, еще капелька и его раздражение сменится на слезы. Щеки розовые, брови сведены к переносице. Это именно недовольство, Аль-Хайтам знает, Кавех - не тот, кто может злиться всерьез. Однако, правда в том… - Почему ты такой? - шипя, выдавливая из себя слова, спрашивает блондин, встречаясь со льдом в чужих глазах. Конфликта можно было бы избежать, именно так всегда говорит про себя Кавех. Но он отлично понимает, что у обоих характер не сахар. Не дожидаясь ответа, Кавех взял мешок для одежды, поспешно запихнул в него самое необходимое, напрочь забыв про чертежи и записную книгу, а потом ушел. Аль-Хайтам вздрогнул - дверь не хлопнула. Осторожно закрылась, и он, секретарь Академии, обладая отличным умом, так и не смог сразу понять, что это значило. Обычно они спорят, ругаются, и в конце всегда хлопок дверью, как ритуал. Словно восклицательный знак в конце предложения. Но на этот раз секретарь не хотел осознавать - закрытая дверь означала точку. Аль-Хайтам поднялся с кресла, а потом выбежал на улицу, ища взглядом знакомую белокурую голову с глупым, вульгарным пером. Он слишком поздно осознал - Кавех разозлился по-настоящему. «Нужно бы радоваться» - думает он. - «Надоедливый сосед съехал! Ура!». Вот только идет третий день, а домой из Академии возвращаться не хочется. Пустой дом не приносит радости, тишина давит. В дверь их дома постучали. В дверь Его дома. Открыв ее, Аль-Хайтам увидел на своем пороге Итера, рядом парила Паймон. Девчушка сразу нахмурилась, подняла подбородок вверх, демонстративно отвернувшись. - Добрый вечер, - улыбнулся Итер. - Здравствуй, - Аль-Хайтам открыл дверь шире, приглашая гостей, но Итер отрицательно покачал головой. - Мы по делу и задерживаться не будем, - сразу выпалил он, виновато улыбнувшись. - Что же вас привело? - поинтересовался секретарь. - Нас прислал Кавех, просил забрать его чертежи. - Спустя три дня вспомнил, - выпалил Аль-Хайтам. Он наделся, что Кавех придет за ними сам, они обсудят проблему, может быть даже архитектор бы извинился перед ним, но на пороге стоит Итер. Аль-Хайтам ушел вглубь дома, собрал чертежи, бумагу, и отдал их Итеру. - И еще кое-что… - Извинись перед Кавехом! - встряла Паймон. - Я радуюсь его отсутствию, потому глупо было бы с моей стороны давать ему повод вернуться. Если на этом все, мне нужно идти. У меня много работы, - дверь он захлопнул, прижался к ней спиной, опустив взгляд в пол. Еще пара дней и, возможно, он сам извинится перед своим сожителем, золотым ураганом, сжигающим его нервные клетки. С их большой ссоры минуло шесть дней. Аль-Хайтама никогда не видели в таком подавленном состоянии. Никто его не видел настолько рассеянным, нервным и уставшим. Так и от Сайно не ускользнула эта деталь: он выждал до конца рабочего дня секретаря и подстерег его у входа на Базар. - Какая встреча. - Генерал махаматра, - кивнул Аль-Хайтам в знак приветствия. - Тигнари зовет на чай, надеюсь ты придешь, - неприятные нотки были у Сайно в голосе, и будь Аль-Хайтам хотя бы немного в тонусе, то сразу бы понял в чем дело. Секретарь кивнул на его предложение. - Прямо сейчас, - словно он отдавал приказ, секретарь немного удивился такому тону. Шли они в тишине в лес Авидья, лишь иногда перекидываясь парочкой фраз по работе. На половине пути, Сайно все же, будто между прочим, спросил: - Так, что у вас произошло? – он шел, смотря вперед, всегда внимателен и осторожен, как и полагается для человека с его должностью. - У нас? – глупо переспросил Аль-Хайтам, заглядывая на сумерские розы вдоль тропинки. – Ничего особенного. Я высказал свою позицию, и его это похоже задело. - И что ты сказал? - Архитектор из него, как из меня танцовщица. И он идиот, раз позволил Дори его обмануть. И проекты его никто не купит. И… - Подожди, - перебил его Сайно. – Ты серьезно сказал ему это? - Правда, похоже, режет ему глаза, - хмыкнул секретарь, продолжая путь. – Если его так задевает правда, как он вообще до сих пор бегает весь такой… с миленькой улыбкой? - Господин Секретарь, - позвал его Сайно слишком уж вежливо. Когда Аль-Хайтам повернулся на зов, сразу же получил по лицу. У Генерала махаматра тяжелый кулак. – Думай, что говоришь. Для тебя может это нормально, но Кавех не такой, как ты. Прекрати быть таким грубым. На работе – пожалуйста, но с друзьями и теми, кто еще ближе, не нужно. Совсем зазнался, Аль-Хайтам. Пошли, Тигнари ждет. Аль-Хайтам сплюнул кровь, вытер рассеченную губу тыльной стороной ладони и, не сказав ни слова, последовал за Сайно. - Сайно! – воскликнула Коллеи, резво подбегая к мужчине, но заметив помятого Аль-Хайтама, уже с беспокойством поинтересовалась. - Ничего серьезного, просто Секретарь поскользнулся на Туманном цветке. Дай ему что-нибудь приложить. Коллеи не поверила, но расспрашивать не стала - догадывалась. Настрой за столом был не очень, сразу же подметил Аль-Хайтам, место удара еще немного побаливало. Все напряженные, хоть и пытались не подавать вид. Всех сильнее выдавала себя Коллеи, вытянувшись на стуле как струнка, нервно поправляя то столовые приборы, то волосы. - Что происходит? - не выдержал Аль-Хайтам, прерывая рассказ Тигнари о зонах Увядания. Троица посмотрела на него. Первым заговорил Сайно. - Помирись с Кавехом, - серьезно сказал Генерал. О его мотивах друзьям только стоит догадываться. Но сам от себя он их не скрывает. Простая ревность, не более. Сейчас архитектор часто бывает у Коллеи с Тигнари, что сильно не нравится Сайно. Вся их экосистема пошла под откос, как только эти двое недолюбовников разбежались. Жизнь начала портиться у всех. Они, конечно, ценят товарищей, но, если одна пружина в механизме решит перебраться в другую часть, вся конструкция будет плохо работать. Кому, как не им это знать. Тигнари опустил взгляд в стол, Коллеи ойкнула. - Почему же он сам не извинится? Мне без этого идиота намного лучше, - спокойно сказал секретарь, отпивая травяной чай, чуть морщась от боли. Похоже, у Коллеи тоже начали сдавать нервы. Она шумно поднялась, хлопнула хрупкой ладошкой по столу. - Аль-Хайтам, что Вы, что господин Кавех, стоите друг друга! - громко сказала она. - Вы хотя бы знаете, где жил Кавех эту неделю? Чем питался? - Мне дела до этого нет, уважаемый Лесной Страж, - Аль-Хайтам держался, но в глубине души было интересно. - Хватит лгать самому себе! - девушка поспешно удалилась. - Вы все это устроили, чтобы помирить нас? - Вообще-то да, - сказал Тигнари, доставая еще одну кружку из буфета, но был уверен, что она не пригодится. - Понимаешь, ты хоть и умен, но отказываешься принимать очевидные вещи. - Вы друг без друга не можете, - подключился Сайно. - Ты себя в зеркало когда последний раз видел? Разве такой человек является секретарем Академии? Разговор был прерван. На террасу возвращалась Коллеи, за руку она держала сопротивляющегося Кавеха. - Я не буду с ним разговаривать! - кричал и упирался архитектор. Коллеи его не слушала, Аль-Хайтаму стало немного не по себе. Он привык видеть Коллеи как спокойную милую девушку, но сейчас… - Вы не решите свои проблемы, пока будете прятаться друг от друга! - она была права, но вся операция могла провалиться из-за упрямства Кавеха и непробиваемости Аль-Хайтама. Кавех перестал упираться и кричать, когда его подвели к столу. Его ждала кружка чая, фрукты и Аль-Хайтам. - Тигнари, Сайно, срочное дело, - выдала Коллеи, удаляясь. Эта неделя для троицы была тяжелой. Кавех часто жаловался на Аль-Хайтама, Сайно ревновал, Тигнари становился нервным. А у них, между прочим, еще работа. Даже Итер ушел из города Сумеру по неотложным делам. Где же жил Кавех? Путешественник не остался в стороне и на время пригласил его в свою Обитель - пространство, созданное Адептами Ли Юэ, только Архонт знает, что там происходило, потому что спустя несколько дней Кавех появился на пороге дома Тигнари. - Садись, - безразлично сказал Аль-Хайтам, даже не смотря на Кавеха. Тот сел, взял в руки чашечку горячего чая. - Ладно, раз мы все равно встретились, - Аль-Хайтам запустил руку в свою сумку и достал оттуда небольшую книжку, немного потрепанную с красной закладкой-ниточкой. - Твоя записная книжка, ты ее забыл. Ему не хотелось ее возвращать. Ее наличие означало, что Кавех вернется. А отдать записную книжку сейчас означало точку невозврата. Архитектор взял ее, стараясь не касаться Аль-Хайтама, но мимолетное прикосновение пальцами запустило волну мурашек по его телу. - И что, даже спасибо не скажешь? - хмыкнул Аль-Хайтам. Голова немного кружилась, но на душе стало капельку спокойнее. Кавех упрямо молчал, иногда отпивая свой чай. - Твоя идея была позвать меня? - секретарь покачал головой. - Если извиниться решил, я жду. - Извинись, - только сейчас Аль-Хайтам заглянул в его глаза. Холодные, словно утро в Снежной. - Извинись и отъебись. То ли усталость, то ли чай, но Аль-Хайтам поднялся, покачиваясь из-за стола, надвигаясь на Кавеха. Тот вздрогнул, вжался в стул, уже испуганно глядя на сожителя, но потом, словно осмелев, поднялся. Кавех был готов к драке, крикам и обвинениям, но то, что произошло, никак не укладывалось в его голове. Аль-Хайтам обнял его. Крепко, уткнувшись в волосы. От него пахло Итером, лесом и уходовой косметикой для волос Тигнари. - Прости, - переступив через гордость, прошептал Аль-Хайтам. - Я был не прав. Ты чудесный архитектор, не лентяй, не идиот. Извини меня… За эти шесть дней Аль-Хайтам понял, насколько хрупкий его мир. Насколько сильно сам он зависим от другого человека. - Ты прощен, - Кавех обнял его в ответ, поглаживая по мускулистой спине. - Я скучал. - Если я забуду, напомни, пожалуйста, завтра отчитать Тигнари и урезать ему финансирование. Он подмешал что-то нам в чай. - Я тоже это заметил.