Ты не будешь одинок.

Прошло 2 месяца с того момента, когда монстры покинули подземелье. Узнав о том, что барьер, удерживавший их, оказался разрушен, монстры, один за другим, покинули подземные места и основали своё поселение недалеко от горы Эботт. Люди встретили это событие по-разному. Кто-то встретил их с радостью, кто-то нейтрально, а кто-то с недоверием или презрением. Однако потребуется не один день или месяц, чтобы доказать то, что люди и монстры могут жить дружно и в согласии, дабы война, произошедшая в прошлом, не повторилась вновь. И казалось, все должны быть счастливы. Монстры обрели свободу и живут под одним небом с людьми. Но было….или же был кое-кто, кто не мог всецело разделить этой радости с другими. И это была никто иная как Фриск. В одну летнюю ночь она сидела у окна и смотрела на ночное небо. Этой ночью она не могла заснуть. Она думала о том, кто остался в подземелье совсем один, а именно Флауи, или же Азриэль, обращённый в цветок. В том время как все монстры покинули подземелье, освоившись в построенной ими деревне, он решил остаться. Сидя у окна, она вспоминала о первой встрече с ним, будучи цветком, битвах, рассказанной им истории о Чаре и всём остальном. Перед тем как расстаться Фриск хотела спросить что-то ещё у Азриэля, но всё, что он сказал это: «Фриск тебе что заняться больше нечем?» С тех пор прошло 2 месяца. Но думать об этом она начала не так давно. Каждую ночь она сидела у окна и размышляла об этом. В глубине своей души она не могла принять того, что все монстры живут счастливо. А он вынужден жить в одиночестве за совершённое им зло. Ведь он стал таким не от хорошей жизни. Будучи цветком, ему приходилось делать плохие вещи. Но ведь каждый заслуживает того, чтобы исправиться и жить счастливо. Она не говорила об этом никому думая, что её не поймут или что-то в этом роде. Как и то, что она очень хотела помочь цветку. Но как? Она могла бы отправиться жить в подземелье, но есть вероятность, что Ториель или Санс с Папирусом будут её искать. За раздумьями Фриск не заметила того, как уснула. *** В это же время обращённый в цветок Азриэль пребывал в самом начале Руин, где когда-то он встречал каждого упавшего в подземелье ребёнка. Когда монстры ушли, он через какое-то время превратился обратно в цветок. С того момента он каждый день появлялся в начале Руин, проверяя всё ли спокойно. Однако сейчас он с тоской смотрел в проём, откуда виднелось ночное небо. Известно то, что будучи цветком, он не может иметь каких-либо чувств. Однако это не так. Он чувствовал одиночество, что разъедало его изнутри. Тоска о ком-то. И эта была отнюдь не Чара. Можно ли считать то, что по вине Чары он стал таким? Да, но лишь отчасти. Он думал о ней и о том, что за этим всем последовало. Будучи бесчувственным цветком, ему приходилось делать плохие вещи. Он мог быть дружелюбным, а мог бы и злодеем. Каждый подобный раз ему приносило это то или иное удовольствие. После все его мысли о содеянном переносились к мыслям о Фриск. Та, что пощадила и простила его. Она была добродушна к каждому монстру. С каждым, с кем она сражалась, она могла найти подход, дабы прийти к мирному решению. В том числе и к нему. Он вспоминал момент прощания, когда она обняла его. Для него это, пожалуй, было одно из самых приятных воспоминаний. Фриск завела друзей среди монстров. И думая обо всём этом, он всё время задавался вопросом. — Почему, Фриск? Почему? — спросил он вслух. Ответом ему была лишь тишина. Глубоко вздохнув, он продолжил смотреть на ночное небо, а через пол часа покинул начало Руин. *** Ей снился сон, как она была в начале руин. Из-под проёма пробивался дневной свет. А в центре помещения на траве расположился один знакомый ей цветок, осматривавший помещение. Увидев его, она хотела подойти к нему. Вдруг раздался откуда-то шорох, и она застыла. — Кто здесь? — спросил цветок. Фриск посмотрела туда же, куда смотрел цветок. Там она увидела, чью-то тень. Она не могла знать, кто он или она. Однако что-то подсказывало ей, что этот некто был настроен недружелюбно. Некто начал медленно подходить к цветку. Цветок забеспокоился. — Эй ты. Не подходи, — сказал цветок, почти крича. — Пора закончить твои мучения — промолвил некто и занёс для удара что-то напоминающее острый предмет. — Нет. Не надо, — крикнула Фриск. Но к сожалению, её никто не услышал. Она могла лишь наблюдать за происходящим. Некто бросился на цветок. Цветок, крича, сжался и… *** — НЕТ — открыв глаза, закричала Фриск, проснувшись от плохого сна. От столь бурного пробуждения она упала на пол. Когда же она пришла в себя, то встала с пола и села на кровать. Она посмотрела в окно. Было раннее утро. Солнце постепенно начало выходить из-за горизонта. Глубоко вздохнув, Фриск стала думать о том сне. — Это всего лишь плохой сон — сказала она. Но этот сон не хотел её покидать. Она прокручивала в голове тот сон, пытаясь понять, что это было. Но в голову ни одной здравой идеи не приходило. Всё, что она видела, так это то, как кто-то хотел избавится от цветика. От того, кто обрёк себя на одиночество. Но зачем? Сделал ли он что то плохое сейчас? Ведь с тех пор, как монстры покинули подземелье, о нём успели забыть. Лишь она его помнила. Она продолжала прибывать в раздумьях пока… — Нет. Я не могу этого так оставить, –решительно сказала Фриск. Встав с кровати, она первым делом написала записку в которой говорилось: «Кое-куда ушла. Не беспокойся, Ториель. Буду к обеду». Оставив записку на видном месте, она полезла на чердак, где нашла кучу ткани, от которой хотели когда-то избавиться. Она решила её взять и использовать по назначению. Там же она нашла небольшой цветочный горшок. Взяв всё необходимое и уложив в сумку, она отправилась в путь, дабы сделать то, что должна. *** Фриск добралась до горы Эботт без приключений. Вся деревня, в которой она жила с Ториель, спала. Так что она добралась до нужного места быстро. Оказавшись на месте, Фриск начала создавать верёвку, благодаря которой она могла бы спуститься и подняться обратно, дабы не обходить всё подземелье. За пол часа она сделала довольно большую верёвку. Один конец верёвки она обмотала вокруг ствола дерева. Поняв, что та крепко связана, она спустила другой конец верёвки в пропасть. Закончив все приготовления, она спустилась вниз по верёвке. Она, к счастью, оказалась достаточно длинной, дотягиваясь почти до пола. Так что на землю она опустилась без проблем. Оказавшись на земле, она осмотрелась вокруг. Всё те же цветы, на которые она упала, попав сюда, всё те же стены. Утренний свет пробивался внутрь, освещая цветочную поляну, что была вокруг неё. Это навевало воспоминания. О её первом попадании сюда, о её приключении и битвах. И конечно же тех, кого она повстречала здесь. Постояв тут немного, она отправилась на поиски того, за кем она пришла. Сами поиски продлились недолго. Покинув цветочную поляну и войдя в начало Руин, она осмотрелась. Именно здесь она впервые встретила Азриэля, будучи цветком. Здесь же она встретила Ториель. — Азриэль, — позвала Фриск. Но ответом ей была тишина. Она решила осмотреть помещение. Она осмотрела каждый камень. Каждый уголок. Его нигде не было. Она позвала ещё раз, но никто не ответил. Тогда она решила пойти в сами Руины. Только она подошла к двери, как её кто-то окликнул. — Фриск? — позвал её кто-то. Она обернулась и увидела того, кого она искала. — Привет, Азриэль — поприветствовала она его. — Я не Азриэль. Я Флауи. Цветочек по имени Флауи, — сказал цветок раздражённо. Впрочем, он был рад видеть её спустя столько дней. — Для меня ты навсегда останешься Азриэлем, — добродушно ответила Фриск. Цветок хотел было проявить раздражение в её адрес, но сил что-либо делать у него не осталось уже давно. А потому он не стал с ней спорить. — Зачем ты здесь? Что ты забыла в опустевшем подземелье? — поинтересовался он. — Я пришла за тобой — ответила Фриск. — За мной? — удивился он. — Да. Я хочу, чтобы ты отправился со мной, — ответила Фриск улыбнувшись. В разуме Азриэля это идея прозвучала как тревожный сигнал. — Это плохая идея, Фриск. Я не могу отправиться с тобой, — грустно ответил он. — Но почему? — поинтересовалась Фриск. — Я не могу находиться в окружении тех, кому я причинил боль. Особенно тебе, — грустно ответил цветок. — Азриэль, — проговорила Фриск его имя. Она подошла и села на колени рядом с цветком. — Фриск, посмотри на меня, — сказал он, показывая на себя. — Я тот, кто причиняет вред другим. Вернее, причинял. В том числе и тебе. Будучи цветком, я мог быть дружелюбным, а мог причинить кому-то вред, словно играя с игрушками. На протяжении долгих лет мне это нравилось. Сейчас же после всего случившегося у меня не осталось сил ни на что. Даже для проявления какой-либо злости. Я абсолютно опустошён. Я…слишком многое сделал, чтобы прийти к этому и осознать это. Опустевшее подземелье — лучшее место для моего душевного состояния. — Но, Азриэль, так нельзя, — сказала Фриск. — Находясь в одиночестве, ты делаешь себе не лучше, а только хуже. С каждым днём это будет съедать тебя изнутри. Разве не это ты чувствовал всё это время, находясь здесь один? Она была права. Будучи единственным в подземелье, он испытывал одиночество день ото дня, не надеясь на то, что однажды он с кем-то встретится. Но он сам себя на это обрёк в качестве наказания за содеянное. Сам цветок ничего не сказал, но Фриск поняла всё и без слов. — Никто не должен быть одинок. Каждый имеет право на счастье. Даже ты. Мне больно видеть, как ты истязаешь себя, занимаешься самобичеванием, ограждаешь себя от других. От этого тебе не станет лучше. Потому я здесь, чтобы помочь тебе, Азриэль. Я не оставлю тебя одного. Мне будет спокойнее, зная, что ты в порядке, — сказала Фриск добродушно. Вытащив горшок из сумки, она поставила его на землю и стала копать яму в том месте, где был цветок. После она пересадила его в горшок. Сам цветик не сопротивлялся. Вместо этого он смотрел на Фриск с непониманием и грустью. Затем Фриск сказала то, чего он никак не ожидал. — Однако… Если тебя тяготит твой облик, ты можешь взять мою душу и стать прежним, — сказала спокойно она. От таких слов цветок был в шоке, если не иначе. Фриск только что предложила ему свою душу. Но какой ценой? Ценой собственной жизни? Раньше он бы согласился без раздумий, так как его цели были далеко не дружелюбными, но сейчас… — Прости, Фриск, но я не могу пойти на такое. Просто не могу, — проговорил он упавшим голосом. К тому моменту она закончила утрамбовывать землю в горшке. Фриск и Азриэль пробыли минуту в тишине. После цветок спросил. — Фриск, я не понимаю. Почему? Почему ты так добра ко мне? Даже после всего того, что я сделал? — спросил цветок с грустью в голосе — Чем я заслужил это? — Потому что ты мой друг. А друзей в беде не оставляют, — ответила она, скромно улыбнувшись. В какой-то степени для цветка эти слова были неожиданностью. Эта добрая девочка стала для него первым другом за столь долгое время. Он ощутил приятное чувство, которое он не мог объяснить. Радость, благодарность. Кто знает, может он и правда способен что-то чувствовать, и всё не так безнадёжно. Но было кое-что, что не оставляло его в покое. — Это всё здорово, Фриск. Но я по-прежнему считаю это плохой идеей. Ведь монстры ненавидят меня. А что Ториель подумает… — не уверенно сказал Азриэль. — Я уверена, монстры простят тебя. Да, потребуется время для этого. Но со временем всё наладится, и всё будет хорошо. Знай, чтобы не случилось, я всегда буду с тобой, — ответила Фриск и добавила. — А если дела пойдут худо, мы вместе убежим и будем вдвоём. Ты не будешь одинок, обещаю. После этих слов Фрик встала и, отряхнувшись, как следует, взяв горшок с цветком, отправилась к выходу из подземелья. Сам же цветок решил, что начнёт жить с чистого листа и больше не причинит никому вреда. Хватит с него. — Спасибо тебе… Фриск, — всё что мог сказать в ответ Азриэль. *** Спустя какое-то время наши герои выбрались из подземелья тем же путём, каким сюда попала Фриск. К тому моменту солнце, уже находясь на небе, окрашивало небо в приятные тона и дарила своё тепло. Чтобы взобраться по верёвке вверх, Фриск придумала засунуть горшок в сумку. При этом расположить его так, чтобы он не упал при подъёме. К счастью, размер сумки позволил расположить горшок как надо. Пока Фриск поднималась по верёвке, цветок наделся на то, что они не упадут при подъёме. Он даже прижался к Фриск, словно боялся высоты. Как только они оказались на поверхности, Фриск поставила сумку с горшком на землю. А сама вытащила верёвку и развязала узел верёвки, обхватывающий ствол дерева. Закончив с верёвкой, она вытащила из сумки горшок, чтобы потом положить туда верёвку. Закончив с приготовлениями, Фрикс взяла в руки горшок и подошла вместе с ним к краю пропасти, чтобы в последний раз посмотреть вниз. Так прошло несколько минут. Отойдя от пропасти, Фриск взяла сумку и повесила её себе на плечо. — Пойдём, Азриэль. Нам пора домой, — Улыбаясь, сказала Фриск. Цветок согласился, и они отправились навстречу новой жизни, надеждам и новым приключениям. Им предстояло сделать многое. Но вместе они справятся. Последние слова, прозвучавшие рядом с подземельем, были…. — Фриск, скажи. Тебе что, и правда заняться нечем? — спросил цветок. — Заняться есть чем — ответила она — Но знаешь что? Без тебя это было бы скучно.