Словно мы встречались раньше

Студенчество – лучшая пора жизни. По крайней мере так все говорят. Криста устало выдыхает, кладёт голову на парту и гадает, когда эта прекрасная пора достигнет и её, ведь, судя по словам одногруппников, все они нашли своё место в жизни, наслаждаются этими студенческими годами, пока есть возможность испить все прелести молодёжной жизни. – Криста, идёшь завтра на выставку? Мы планируем потом ещё в развлекательный центр зайти, как смотришь? Девушка быстро поднимает голову и соглашается, вспоминая своё обещание себе влиться в коллектив, попытаться наладить отношения со всей группой, а не только двумя соседками по комнате, но немного трудно понять других, когда не понять даже себя. – Кстати, мы на выходных идём тусоваться к Хитч, хочешь с нами? Правда, тебе бы найти кого-то, такая красивая, но всё ещё без парня, как так, Криста? Хочется встать и ответить им, выпалить всё, что у неё на душе, высказаться хоть кому-то о своей проблеме, в своей нужде в человеке, которого она даже не знает. Однажды приснился сон, такой прекрасный и возвышенный, но оставивший пустоту в душе, словно вырвали оттуда нечто дорогое, что-то очень важное и не оставляющее её никогда, вынуждая засматриваться на других, пытаясь найти того, кто восполнил бы это пустующее место. Хочется сказать, как она устала искать этого незнакомого человека в лицах прохожих, в звучании голосов, в шёпоте ветра, но всё ещё безрезультатно – этот человек не спешит появляться в её жизни, а может, она зря ищет того, кто не появится, того, ради кого она не раздумывая отшивает всех. Кто бы ни подходил – не он, не её человек. – Да как-то не складывается – Криста лишь неловко улыбается и пытается подальше спрятать тоску по этому неизвестному. – Раз такое дело, я тебя познакомлю кое с кем на вечеринке! Она лишь отворачивается от соседки, пытаясь скрыть своё разочарование – эта попытка найти парня заведомо провальная. – Этот рисунок в нашем музее уникален, его рисовали не обычными красками того времени, что-то отличное, совершенно иного качества, не выцветшее даже в наше время. К тому же, это единственный портрет, к которому прилагалось письмо, скорее всего адресованное девушке на рисунке. Содержание письма странное, подходящее на вымысел, но всё ещё подлинное: «Ваше Величество, У нас всё как всегда: Конни пытается удержать Сашу, та ест провинцию, Жан с Микасой стоят на карауле, Армин у командующего Эрвина, скорее всего придумывают новый план, который обязательно будет хорошим, ведь Армин всегда умел выбирать лучший вариант. Я сижу, берегу свои силы по приказу Леви – вмажь ему ещё раз за это потом, завтра со всеми выдвигаюсь и, клянусь, я сделаю это для тебя. Хистория, я перебью всех титанов и спасу твоё королевство, спасу тебя и близких, твоих и моих. Просто позволь мне ещё раз сказать о том, какой мир я вижу в твоих глазах, я расскажу какой сон мне снился, когда ты убаюкивала своим нежным голосом, позволь вновь ощутить этот запах солнца в твоих волосах, позволь коснуться тебя вновь. Хочу запечатлеть твою красоту и изящность в картине, чтобы все видели, насколько ты прекрасна, хочу показать тебе, какой сокровенной частью меня ты являешься, хочу показать тебе тебя моими глазами, просто позволь мне увидеть тебя ещё раз. С чистейшей любовью, Ваш смертник» На картине изображена девушка с небесно-голубыми глазами, в которых плескалась жизнь, в которых горел огонь, способный укутать весь мир, даря тепло и надежду, с пшеничными волосами, собранными небрежно, но даже так уложенные прекрасно, на голове корона блестит своим золотом, напоминая скорее нимфу, а сама девушка что-то неземное, у неё аккуратное, миловидное лицо, так и сияющее чистотой и добротой, какой мир ещё не видал, она стоит на фоне бескрайнего моря, такого беспокойного, но создающего свободу. Художник использовал все существующие цвета, чтобы передать эту благородность девушки, синий фон моря дарит ощущение прохлады и свободы, только потянись и волны уносят прочь. Каждый мазок лежит идеально, цвета гармонично сочетаются друг с другом, словно времени на написание этой девушки у художника было близкое к бесконечности. Девушка в письме названа королевой, но на картине она запечатлена в странной форме, кажется, военного, на ней зелёный плащ и белые штаны. Она кажется такой хрупкой на вид, она воевала? – Криста, это же ты! – Да, как с тебя писали! – Может, это ты из прошлого, а? Слова одногруппников успешно прослушаны, всё внимание девушки было приковано к картине, на которой словно изображена она. Так называемая Хистория выглядела в точности как она, то же лицо, те же волосы, даже одинаковой длины, те же глаза, но уже не настолько яркие, разве могут существовать люди настолько похожие? – Хистория… Это имя, слетевшее с губ мимо проходящего парня, эхом разошлось по сердцу Кристы, этот голос словно был полон печали и тоски по этой нарисованной девушке, точно знал её и потому скучает. Тембр голоса этого парня продолжал резонировать в душе, заставляя сердце биться о грудную клетку, словно этот человек – тот, кого она искала всё это время, по которому скучала невыносимо каждый раз после сна, и вот, сейчас он стоит позади неё, смотрит на Хисторию и произносит её имя так, словно это – самое дорогое для него, словно хватается за спасательный круг, словно положит любые города лишь бы увидеться с ней. Криста поворачивает голову к источнику голоса, всё ещё не веря в происходящее, она до сих пор не разобралась в себе, но тут встретила того, кого возможно искала всегда. – Это ты – парень с зелёными глазами удивлённо смотрит в ответ, то открывая, то закрывая рот, точно есть что сказать, но слов не находится. – Я? Криста кладёт руку на грудь, пытаясь успокоить своё бешено стучащее сердце, но, пока она смотрит на него, оно бьётся сильнее, тянется к нему как намагниченное. Эти на вид шелковистые волосы, чуть тусклые зелёные глаза, приятные глазу черты лица, глубокий голос, крепкое телосложение – кажется всем, чего ей не хватало, тем, что могло бы заполнить пустоту, которую она всё время ощущала. – Криста! – девушка трясёт соседку за оба плеча, пытаясь привести в чувство – ты меня слушаешь вообще? Нам идти надо! Идти! – А, да – блондинка приходит в себя и сразу отворачивается от парня, которого в наглую разглядывала уже пару минут – извини, задумалась. – Подруга, ты не просто задумалась, ты пялилась на этого парня! Всё, пошли. Пока её за руку уносят дальше по выставке, Криста лишь улыбается знакомому незнакомцу и коротко машет рукой, хотя даже не здоровалась, чтобы прощаться. Когда ей улыбаются в ответ, сердце успокаивается, а в груди разливается тепло от осознания – теперь у неё есть вся жизнь впереди, чтобы узнать этого смертника получше. Всё-таки эта выставка стоит того, чтобы назвать студенческие годы самым лучшим в жизни.