любовь нежная

сережа любит ваню сильно и безмерно. а ваня сережу очень даже мерно. он знает сколько времени нужно ему уделять. поэтому когда серëжа, захлёбываясь в собственных горьких и больших слезах, звонит ване, то тому всё равно. ваня сейчас уделяет время другому человеку и совсем об этом не жалеет. кудрявому он уделит потом. он же знает, что серëжа подождёт-поймет-простит. но в какой то момент кудрявый откидывает телефон с истерикой. он бежит в ванную и не выдерживает напряжения. совсем не выдерживает. хватается за лезвие и всё. и всё хорошо. и не так уж ваня и важен. теплая кровь стекает по рукам на контрасте с ледяной водой. сердце колотится со скоростью света, а может и больше, потому что ощущение, что оно сейчас вырвется из груди и побежит в руки к холодному ванечке. ванечке, что сердце жалеть не будет и сжимать до последней капли крови будет. сережа не живёт уже даже когда трясущимися руками принимает вызов. — чего звонил, серëг? — кудрявому никогда не нравилась эта форма своего имени. да и голос у вани пьяный-пьяный. противно звучит. даже хуже чем обычно. — я тебя очень люблю, ванюш, — хриплым голосом без сил. улыбается криво, но искренне. в последний раз, кажется. и всё. и теперь серëже не придётся терпеть эту боль и унижение по отношению к себе. он надеется, что хоть где-то будет спокоен. такие последние мысли его. во всех смыслах последние. приезжая домой, ваня не рассчитывает увидеть реанимацию, потому что серëжа кому-то в чат предсмертную записку напечатал. не рассчитывает увидеть холодное тело. и не рассчитывает увидеть записку на столе. «прости, ванюш, что меру любви своей не знал.» и только тогда, закрывая рот ладонью, ваня поймёт, что сам любил кудрявую голову безмерно. любовь только проявляться не хотел. как жаль, что понял слишком поздно.