sliders

I often dream of huge numb buildings

jet-black sinister architecture

being installed when nobody sees

Their appearance so sudden

that few would take notice

In Flames — Jotun

— Надеюсь, вы помните прошлую лекцию, где я… Пара шла уже десять минут. Ещё через минут пять профессор имел бы полное право не пускать опоздавших в аудиторию. Благо, я знал об этом и старался успеть максимально вовремя. Ну, вовремя — вещь относительная. Для профессора я в любом случае останусь «slacker», а для аудитории — главным посмешищем, как ему казалось. На деле я всегда выворачивал ситуации в свою пользу: смеялись не надо мной, а над тем, насколько профессору сложно было оспорить мою правоту. Он закапывал себя всё больше и больше своими нравоучениями и никак не мог остановиться. — Таким образом, это число тождественно… О, Сентари, опять успел. Так вот, продолжим решать уже с этой формулой… Кстати говоря, меня зовут Сантери. Сан-те-ри. «Тройка», «рука», «принцип». Так я объяснял Юкихиро, который ну совсем не внимал и вечно путался в слогах. Да-да, не Сентари, не Синтаки и никакие другие неверные производные. Но, если честно, я это воспринимал как шутку. Я уже даже привык к тому, что Илья называет меня Саньком. Странная у русских забава — для друзей переделывать имена на свой манер. Где мы? Мы в аудитории, где сейчас проходит пара по одной из дисциплин, связанных с физикой. По какой? Этого я не помню, в отличие от прекрасного профессора Артуро, с которым у меня вечно какие-то недомолвки. Он, кстати, ещё держится, чтобы не прервать лекцию и не начать отчитывать меня. Так держать, док! Места не осталось толком. Юки-чан и Илья сидят у окон (надо бы им не забыть напомнить про проект), а мне же достался уголок прямо рядышком с моей «финской диаспорой», которую я старался избегать в последнее время. Они не плохие ребята, но не останавливаться же только на них в стране, пестрящей разнообразием национальностей и культур. Ведь как только любой из новоприбывших получит здесь ПМЖ, так сразу попадёт в "культурную мясорубку" и присоединится к единородной американской массе. Я хотел узнать их всех. Всех, с кем мне довелось попасть на один курс. А эти два угрюмых финна совсем ничего нового мне не расскажут да и не покажут тоже. Ах да, знакомьтесь. Злюка №1 — Вилма Ала-Коуккари. Милейшая девушка. Говорит не много, но в любом случае метко. Вроде у неё основной профиль — журналистика, но я никогда не вдавался в подробности. Иногда мне кажется, что из нас троих она сама умная. Но только иногда. Хиляет пары исправно, в особенности те, что преподают Артуро или «Айрон Мейден» — старуха, которая намыливает себе веки походу чернильным камнем и которая якобы пытается преподавать Мировую литературу. «Смотри мне в глаза, когда отвечаешь!» — говорит она, а Вилма просто косит под аутизм, чтобы меньше доёбывались. А Злюка №2 — Йоэль Хокка. Я знал его с детства, вместе гоняли на хоккей, баскетбол да и вообще куда угодно. А когда поступили в универ и переехали в Америку, вместе прогуливали пары. Ещё думали замутить группу, но слились в итоге… оба. Я не хотел работать с челом, который шляется хрен знает где, а он был такого же мнения и обо мне. Знать человека с четырнадцати лет оказалось недостаточным. Я его ещё называю «человек-хамелеон» — фиг знает, как ему удается подстраиваться под людей, но от «мне никто не нужен» до «дай мне тебя обнять» он скачет как не в себя. — Слушай, ты где был?.. Что нас ещё связывает, помимо прогула универа и национальной идентичности? Вы не поверите, но мы ненавидим физику. Именно ту самую, что преподаёт док Артуро. Мы выбирали предметы по кредитам и когда пришла пора выбирать между физикой и философией, всех потянуло к чему-то более знакомому со школьной скамьи. Рассуждать о смерти божества? Жив кот или мёртв? Учить религии и учения с их основателями? Увольте, в музыкальной практике по итогу мне бы это не помогло. Так я думал поначалу. — Эй, Сантери… Вы только не подумайте! У нас хороший университет, а разнообразие выбора делает всё только лучше! Ну, только если не считать физику и мировую литературу. И именно те предметы, которые не входят в наши специальности. С другой стороны, мы бы не встретились с Вилмой, а с Йоэлем я бы виделся только на Теории музыки и Музыкальном производстве (это если не считать вечеринки в конце каждого месяца). *БАМ* Мои размышления резко прервает больно приземлившийся на голову учебник по физике. Это оказывается Вилма. — Тебя не дозовёшься. Опять о своих девках думаешь? — Ага, бессонные ночи, короче, — хмыкает Йоэль, даже не обратив на меня свой взгляд. — Да, бессонные. Но у меня есть шикарное оправдание! — Тише! — шипит Вилма. — Неужели ты сваливаешь? — Дура что ли? — я продолжаю уже тише. — Лучше. Я переплюнул дока. То, к чему я пришёл, ему и не снилось! — Да что ты несёшь? У меня есть секрет. Не строгий, никто просто не интересовался. Никто даже подумать не мог, что я смогу это сделать. Артуро тем более. Док, кстати, у нас тут уважаемая шишка! У него есть целый патент на какую-то штуку, которую нужно использовать в коллайдерах каких-то и в прочем. Честно, не вдавался в подробности. Но слава его преследовала недолго — дальше почёта в универе он не ушёл. Не успел он подписать контракт на производство или что-то подобное, как его изобретение сменила штучка получше. Помню, как он вечно хвастался на этот счёт, но будем честны, Интернет помнит всё. Однако стоит согласиться, он молодец. Не был бы эгоцентристом, может быть груда того металлолома и не стала просто продвижением по карьерной лестнице… Но вернёмся к нашим баранам! Полгода назад я решил взяться за голову и наконец сам сделать домашку у дока. Но провалился в науч-поп. Если честно, я так сильно в это углубился, что вместе с задротами на борде /sci/ замутил один проект, который я смог протестировать вчера. Но я не хочу сейчас рассказывать это всё ни Вилме, ни тем более Йоэлю. Тот, кстати, продолжает втыкать в одну точку, раскручивая ручку в руках. Что, лекция интереснее, чем реальные открытия?! — Теппола! — а вот и док. — Что ты там так активно жестикулируешь? — А вам возьми и всё расскажи. — Расскажешь. Ребята, все свободны. Теппола, подойди-ка. Я прав. Я знал, что прав! И я готов это доказать! Пока толпа ускользает через выход из аудитории (а с ними и мои соотечественники), я с гордо поднятой головой шагаю к Артуро. Он тоже держится достойно: высокий мужчина лет пятидесяти угрюмо поглядывал на меня своим… думаю, что всё же мудрым взглядом. Взглядом человека, который повидал всякое дерьмо. Поравнявшись с ним, я выдаю: — Я был в параллельной Вселенной. Тишину аудитории нарушает громкий смех дока. Я чувствую, что готов провалиться сквозь землю. Каков позор! Я должен сейчас же, сверкая пятками, бежать к мамочке и плакать, жалуясь на плохого препода. Но я знаю, что я видел. — Я никогда не поверю, что у тебя получилось, — чуть успокоившись, говорит Артуро. — У тебя даже мозг под это не заточен. — Вы правы, я делал это не один, но чертежами и формулами я занимался сам. Я знаю, как оно работает! — Постой, малой, — он прерывает меня, выставив вперёд ладонь. — Даже если я поверю, что это всё шло под твоим руководством, ты же понимаешь, что мне нужны будут существенные доказательства? Сможешь повторить? — Нет, поэтому я и хочу, чтобы вы мне помогли! Просто придите и оцените сами. Он мне не доверяет, он никогда не согласится. За этот год я изрядно ему насолил, чтобы он в итоге согласился помочь студенту даже не его основного курса. Но я решил завлечь другим способом. — Я видел огромные немые здания. Угольно-чёрная зловещая архитектура, что возводится, пока никто не видит. Кругом ни души, я нашёл только одного парня, что одиноко сидел и смотрел в пустоту. Он был один, но в округе ощущалось ещё чужое присутствие. Внезапное и столь незаметное, но такое ощутимое. И сам антураж. Это была Америка, но так много знакомых вещей, будто бы я вернулся в Финляндию… И тот мальчик… — Финн? — Он говорил по-фински, да! Он был до жути мне знаком, но я никак не могу припомнить, кого он мог мне напомнить… — А потом что? — А потом портал засосал меня обратно. — Портал? — Через который я пришёл в параллельную Вселенную. — Постой-постой! Абсолютно всё, что ты только что мне рассказал больше похоже на сон, чем реальную параллельную реальность. Или sci-fi сериал 90-х. Лоскутки из всех твоих воспоминаний и то, что ты не можешь вспомнить деталей, это доказывает. — Но Вы даже не дослушали!.. — я отчаянно пытаюсь вставить хоть слово. — Нет. Либо приносишь устройство или что там у тебя, либо не пудри мне мозги. Даже время на это тратить не буду. А теперь иди, скоро перемена закончится. Я ушёл. До жути обидно знать, что тебе не верят. Но я действительно не принёс доказательств. Остаётся только последовать его совету или пойти наперекор и найти других светил науки. Решение в любом случае мне придётся принять. Выйдя из аудитории, я не сразу понимаю, что меня всё это время ждали. Вилма и Йоэль стоят прямо рядом со входом и пытливо смотрят на меня. Я срочно натягиваю свою самую типичную и, со слов Йоэля, «мерзкую» улыбку. — Как видите, я ещё жив, не переживайте! — «Ещё», — язвительно подмечает Хокка. — Ты буквально цитировал In Flames. — Рад, что ты заметил! Но то, что я говорил — правда. Пусть я и сомневаюсь, что мне кто-то когда-то в принципе поверит. — Ты же работал не один… — с сомнением в глазах говорит Вилма. — Аноны на форчане на то и аноны, что потом их фиг найдёшь. Но, правда, всё в порядке. Этот хмырь ещё сильнее обделается, когда поймёт, что потерял. Если честно, я хочу побыть один. Когда я начинаю отходить, то предполагаю, что и эта парочка тоже отцепится. Но они продолжают следовать за мной. Что с вами не так? — Что такое, Вилме? Твои пары в другом крыле. — Эй, мы можем и прогулять Айрон Мейден. Вряд ли она расскажет что-то, что не входило в школьную программу дома. А ты как раз покажешь, что там за изобретение века у тебя.

***

И всё же я слукавил. Процессом я никогда и не руководил, просто «делал всё по инструкции» тех самых обитателей форча. Но что-то всё же добавил… Сам уже не вспомню, что конкретно… Поэтому прямо сейчас мы возвращаемся ко мне на съёмную квартиру, чтобы со всем разобраться и заодно заиметь свидетелей. Я живу на третьем этаже многоквартирного дома. В подвале раньше у нас была прачечная, теперь её заменила импровизированная студия звукозаписи. Конечно, у нас не было нужного материала для шумоизоляции, поэтому на стенах и натянутых верёвках для сушки одежды в висят ковры. Там тепло и темно. А ещё туда как-то пробираются бомжи, однажды на такого наткнулся. Куда только консьерж смотрит?.. Ах да, в общем, в этом подвале я и соорудил сие волшебное устройство. Однажды даже пригласил Юкихиро, чтобы тот оценил процесс и сверился с чертежами. Может, это из-за него всё сработало? Японские нанотехнологии, все дела. Как бы то ни было, я случайно активировал портал. Инстинкт самосохранения мне не кричал, и я решил пройти туда. Как я вернусь? Вернусь ли? А вдруг это имитация чёрной дыры?.. Хотя это работает по-другому… Не суть важна! Я прошёл через портал, не думая о последствиях, — факт. И я уже готов был разочароваться, потому что пройдя через портал… ничего не произошло. Точнее, да, он исчез, устройство исчезло, но комната была та же. Я побрёл к себе в комнату, однако… тут начались странности… Здание полностью опустело: ободранные стены, заколоченные двери, тяжёлое чувство в лёгких, будто бы на них образовался толстый слой пыли. Я испугался, думая, что попал в условный Сайлент Хилл и мне придётся сначала выживать наедине с монстрами и культами, а потом ещё и с богами сражаться, но вроде бы всё было тихо. Гробовая тишина. Ни души. Никого. Выход был один — надо было искать путь домой. Однако искал я долго. И чем дольше я искал, тем больше мне казалось, что я действительно нахожусь… не на своём месте? Меня не покидало стойкое чувство ностальгии. Будто бы я и не в Америке вовсе, а дома, в Оулу. А может я просто так сильно привык к этому месту, что уже не вижу различий? Я будто бродил по параллельному миру. Ощущался только запах приближающегося дождя. Который начался спустя пять минут с момента, как я об этом подумал. И почему именно во время столь важных поисков пошёл ливень? Я уже не особо разбирал, куда меня несли ноги. Просто шёл вдоль проезжей части, надеясь поскорее найти остановку, чтобы переждать под навесом. И мне повезло — я всё же дошёл до остановки. Однако убежище от непогоды искал не я один. На остановке сидел и ждал автобус мальчик. Его русые длинные волосы были сухими, значит сидел он тут ещё до начала ливня. Он мне кого-то напоминал, но пока не мог точно сообразить кого. Ему было около шестнадцати лет. Очень по-простому одет, совсем не так, как одеваются местные подростки. А ещё рядом стояла клюшка для хоккея и больших габаритов спортивная сумка. Может хоккеист? Или, НЕ ДАЙ БОГ, как те дьяволята из «Догмы»?! Хотя роликов при нём я не видел… Он будто бы меня не замечал. Сидел и пялил вперёд. Он мне не был знаком, поэтому лишний раз к нему лезть было не комильфо. Но сидеть нам вместе предстояло ещё долго, посему стоило скрасить это ожидание хоть каким-нибудь small talk’ом. — С тренировки идёшь? — начал было я разговор. Парень продолжал смотреть в одну точку. Я что, умудрился умереть и стал духом? Или же это Ад во плоти? — Эй, парень, всё хорошо? — я тронул его за плечо и на автомате с переживанием на сердце задал вопрос по-фински. Тот зашипел будто бы от боли и всё же обратил на меня внимание. — Что вам надо? — с долей раздражительности спросил парень. — Просто проверял. Ты пялил в одну точку, редко моргал. Вдруг инсульт, а я не вызвал скорую. Парень вздохнул и отвернулся. На этот раз он просто уставился себе в ноги. Казалось, что внутри него бушевал ураган из различных эмоций, но показывать он их не собирался. Он пытался держать это в себе, что не есть хорошо. Тогда, поприветствуйте, на сцену выходит ваш-лучший-друг-Сантери, хотя пока ни одна душа не смогла подтвердить, что я действительно таковым являюсь. — Тебя точно что-то беспокоит, — утвердительно сказал я. — Это не ваше грёбаное дело. — Так со старшими не разговаривают, к тому же, я преподаватель, — это ложь. Максимум, чему я могу научить, как с каменным лицом сочинять сказки. — И где же уму-разуму учите? — малой посмотрел на меня с вызовом. — Средняя школа Кастелли. Хотя вряд ли тебе это о чём-то скажет… — Да знаю я эту вашу школу. У меня там друзья играли, — он опять перевёл взгляд на руки, что были усеяны ссадинами. За всё время нашего общения он так ни разу и не смог удержать зрительного контакта. Если честно, я только тогда понял, что он говорил по-фински и что он сам говорил так, будто бы мы реально были в Оулу… Хотя я не мог припомнить таких мест родного города. Я решил идти по правилам этого нового мира. — Правда? Это же прекрасно! А что с хоккеем? — Всё плохо… — на его глазах начали выступать слёзы. Ну вот как так? Я не думал, что спортивные парни могут реветь из-за пустяков. Я же по себе это знал! — Что-то случилось? — я не мог это оставить просто так. Мне нужно было узнать! Да, нужнее всех. — Подрался. Эти придурки просто не понимают меня. — Почему? Что они не понимают? — Я бы мог забить. Мог забить шайбу! Но я всё продинамил… Я просто… не смог… — И ты с ними подрался из-за этого? — Я не помню… Где-то я это уже слышал. — Думаю, помнишь… У меня есть очень хороший друг, у него в детстве была буквально такая же ситуация. — И что же он делал? — Его обзывали растяпой, а он начинал с ними поединки на клюшках. Получали по самое не балуй обе стороны. — Тогда у нас и правда похожие ситуации. Но сегодня я выхватил конкретно. — Сломал что-то? Он не ответил, опять залип. Хотя быстро пришёл в себя и посмотрел на меня. На щеке зиял большой и чуть припухший синяк. Он долго рассматривал меня своими большими голубыми глазами (сказать честно, это единственный цвет, помимо серого, который я смог там определить), а потом, в один определённый момент, улыбнулся. Я не успел и задуматься о причине такой внезапной перемены настроения, больше обращая внимание на то, что у него выбит один из резцов. — Пиздец, — всё, что я смог из себя выдавить. — Он то же самое мне скажет, когда увидит. Ещё и лекцию прочитает… — Кто? — Отец… Вы много вопросов задаёте, вы точно преподаватель, херра…? — Зови меня Элиас, — я до сих пор пребывал в некой дезориентации, поэтому решил назвать своё третье имя. — Иностранец? — Да, я вообще из Бельгии. Стажировку прохожу. — Ого, далековато занесло. — Здесь неплохо… Мы замолчали. Больше было не о чем говорить. Ливень не прекращался, а парень продолжал залипать на свои ноги. — Знаешь, я вообще профессиональный пловец! Если бы этого парня можно было анимировать, то над его головой появился бы материальный знак вопроса. — И не только! Я прекрасно играю в футбол, у меня есть вокальные данные, я даже в Америку поступил! — Что Вы этим хотите сказать?.. — То, что я на деле очень неуверенный в себе человек. Я бы так и продолжал заниматься одним плаванием, если бы не один… друг, которого ты мне напомнил. Суть в том, что до того, как переехать в Америку, мы с Йоэлем всё время тусовались в Оулу. Мы учились в разных школах, нас ждало разное будущее, но мы всё равно зависали вместе. Его жопа искала приключений, а моей нужно было зацепиться за другую жопу, чтобы не повеситься от скуки. — Я успел поработать и офисным планктоном, мы с ним и группу хотели замутить, но… — я продолжал изливать ему свою душу. — Но мы так и не смогли. В один момент всё оборвалось. Мы просто ходили на пары, иногда встречались на вечеринках. Магия исчезла… — Огонёк в отношениях исчезает только тогда, когда исчезает магия и загадка… — Малец, ты чего? Мы не этого… — Да? А рассказываете с таким лицом, будто бы то ваш муж. В Бельгии же это распространено. Господи, откуда такие выводы о Бельгии? Где он это взял? — Суть в другом, — я продолжил. — Пробуй новое. Пробуй всё. А потом делай выводы, что тебе нужнее. Не будь дядей Сантери, не останавливайся на достигнутом. Найди друзей, пригласи на хоккей, а они пригласят… на караоке, допустим. Разностороннее развитие точно поможет в развитии уже имеющихся навыков! Как тебе такой план? — Дядя Сантери? — Да? … Ах, блять. — Это мой дядя! Идиот уехал в Лапландию и совсем одичал, ха-ха, — дядя Сантери — идиот, так и знайте. — Так у вас ещё и родственники из Финляндии. Все Сантери странные, да?.. — И не говори! Кстати, а этёт жье горёд Ёулу? — я очень поздно сообразил сделать французский акцент. Малец посмотрел на верх. Вновь без эмоций. Ладно, пора было отставить цирк. — Мне часто снятся огромные немые здания. Угольно-чёрная зловещая архитектура, что взводится, пока никто не видит. Их появление так внезапно, что немногие бы заметили… Где-то я это уже слышал. — Это же In Flames. — Рад, что заметили… Не вдумываясь в резкую смену атмосферы в воздухе, я только тогда понял одну вещь: всё пространство давило, туман, здания из чёрного кирпича и чувство, что кто-то держит тебя горло. Буквально. Отпечатки чёрных пальцев были у него на шее. Я думал было взглянуть на свою в отражении стеклянной стенки остановки, но та не давала и малейшей мутной картинки. Но я чувствовал. Чувствовал присутствие. Ливень начал стихать. Парень встал с места. — Я думаю, что хочу создать группу. Я хочу влить краски в этот мир, спасти его. Спасти от… них. Хотя одному спасать мир будет скучно. Да и… Не уверен, что справлюсь сам. — Я верю, что ты найдёшь хороших людей, что помогут тебе, — и как только он успел поменять своё отношение на позитивный настрой? Так сильно, что я на секунду забыл о дышащей в спину «смерти». — Я тоже могу помочь! Только оставь контакты. Не знаю, что заставило меня это сказать. Я хотел помочь или просто обнадёжить? Его или себя? В любом случае в новом мире мне нужны будут связи. Хотя бы такие. — Нет уж, тут я сам. Думаю, это должна быть независимая идея. «Моя». Или «наша». — Скажи хотя бы имя. У меня есть студийное помещение. Ну, импровизированное. Призадумавшись, он назвал мне свою фамилию. — Это имя? — я нахмурился, чувствуя, что что-то не так. — Фамилия. Этого достаточно. Тогда задумался уже я. Пять букв. Фамилия, которую я хорошо, даже слишком хорошо знал… Чего? Нет… Но как? Русые пряди, торчащие из-под капюшона, In, чёрт возьми, Flames… Теперь многое встало на свои места. Просто вся моя жизнь пронеслась перед глазами. Я тоже встал. Он улыбнулся во все свои оставшиеся зубы и подобрал свои вещи. Я услышал приближающийся автобус. — Побереги зубы и ничего не бойся. — Постараюсь. Знаете… — он тоже заметил приближающийся автобус. — Херра Элиас, спасибо, что составили компанию. Я постараюсь наконец разобраться, чего хочу от жизни. — Изменить мир? Раскрасить его? — Идеалистично, но было бы неплохо. Попробовать стоит! Я поддался некому порыву и обнял его. Он не сопротивлялся, лишь неловко похлопал ладонью по спине. Я на секунду почувствовал, что «смерть» отпускает мою шею. А на его… не осталось пятен. — Надеюсь, Вы это без задней мысли. — Конечно без. Просто помни, лучшее только впереди. — Не забуду. Прощайте, Элиас! Он сел в автобус, а тот через несколько секунд скрылся с горизонта. Меня же одолевали мысли… Я только что действительно говорил с ним? Или это просто его, не дай бог, точная реинкарнация? Мне нужны были ответы. Тот мир был серым. Чёрно-белым. Монохромным. Называйте как угодно. Этот мир не был моим, и я начал чувствовать, как меня поглощает тьма. Я просто решил сделать то, что сделал мой новый старый знакомый несколькими минутами ранее. Я тихо напевал «пьяные частушки», которые приходили на ум. Становилось проще, но я всё равно чувствовал, что из меня высасывают последние жизненные силы. Но среди этого серого моря я увидел «свет в конце тоннеля». Буквальный свет. Синий такой. Он был так близко. И он меня поглотил. — И когда я проснулся, я представил, как один из них раздавит меня; представляю его тяжесть, его молчание и отсутствие оправданий за разрушенную жизнь и привилегию 22-километрового надгробия…

***

— Это оно? — О да! Моё чудо, моя детка! И вот мы в студии, где стоит МПМ. Машина Путешествий по Мирам (тестовое название). Вилма и Йоэль разглядывают её с особым интересом. — Что-то я сомневаюсь, что её делал ты, — высказывает своё мнение девушка. — Попридержи коней, милая, клянусь небом и землёй, делали это всё я и аноны с форчана. — Ага, чаще слушай людей в Интернете, — очень быстро потеряв интерес, Йоэль занимает своё любимое место на импровизированном гамаке из синего пледа с Муми-троллем. — И это мне говоришь ты. С ума сойти. Тот лишь закатывает глаза и отворачивается от нас, уставившись в телефон. — Если учитывать, что ты сказал о том мире, я всё равно не понимаю, как ты смог вернуться, — Вилма продолжает. — Я тоже! Вообще я просто забыл вот эту штуку. Я показываю маленькое устройство, похожее на часы. Там были всякие значения, которые особо ничего не значили. — Её Юки-чан наворотил. Сказал, что тут типа карта и ещё какие-то причиндалы. Но тут всё на японском! Я и забил. — Надо было у него спросить… — Это подождёт. Давайте лучше попытаем эту штуку. Мне не терпится наконец самому поверить, что это не сон! Не особо обращая внимание на то, что говорит Вилма и что там бурчит Йоэль, я нажимаю в нужной последовательности все рычаги и кнопки. Однако ничего не срабатывает. — Не-судь-ба, — со смешком произносит Хокка. Он лишь на секунду оборачивается, ожидая увидеть результат. — Да не может быть такого! Я принимаюсь вспоминать, что нужно было сделать. Я повторяю то же самое пару раз, но из раза в раз всё, что мне удается, это вызвать искры из розетки и острых концов арки, которая должна создавать портал. — Сантери, мы тебе верим, но давай подумаем, — она не успевает договорить, как во всём доме отрубает свет. — Блять… Может это оно? Я нажимаю на большую кнопку на «часах». Не знаю как, но это срабатывает. Свет не возвращается, но как раз арка и начинает давать мягкий холодный свет, разрастаясь до более яркого. Портал начинает шуметь и пульсировать, якобы зазывая внутрь. И это даже Йоэля равнодушным не оставяет! Ну так что, выкуси! Все выкусите! Артуро, Йоэль, Юки-чан, Айрон Мейден, отец — все-все! Кто теперь из нас обуза? Точно не я! — Выглядит опасно… — Вилма не решается подойти близко. — Я лучше пойду, позвоню в аварийку… — Йоэль уже собирается уходить. Ну уж нет! — Кто со мной, тот герой! С этими словами я хватаю их за локти и тащу за собой в гущу приключений. В новый мир! Может даже не один… Главное только вернуться домой к ужину…