Прости

      Попытка Касуми уснуть потерпела поражение где-то раз на четвертый. Знала изначально, что отдохнуть нормально не получится. Помимо того, что постоянно бурчал живот, а маленький кусок какого-то найденного в холодильнике бутерброда особо не помог, так еще и постоянные возгласы на фоне каждый раз сбивали. К звуку бензопилы Нагато привыкла вполне быстро: скорее, это уже было похоже на белый шум, а не на скрежет лезвий. Не давал окончательно забыться непрерывно кричащий Денджи, вместе с ним и демон, с которым был бой. Иногда пищала Кобени, пугаясь происходящего, но на нее Касуми постепенно стала обращать все меньше внимания. Больше радовало то, что она просто сидела на месте, укутавшись в одеяло, и иногда пряталась под ним. Главное, что не представляла той опасности, что раньше.       Араи сидел с другого бока от Хигашиямы: так же завернутый в одеяло, но вел себя тише. Дергался, хмурился, через раз что-то говорил, больше обращаясь к Химено, как к главной в отряде. В основном спрашивал о том, как проходит бой, а девушка, тяжело вздохнув, кидала взгляд в сторону перевернутой двери. Сказать точную оценку действиям ей было трудно, поэтому она отвечала, что, возможно, пока что ведет Денджи. Ну, или демон. Касуми, чуть корчась, сама двигалась ближе, чтобы удостовериться. Только, кроме кровавого месива, практически ничего не видела. Лишь маленькая фигурка товарища мелькала с одной стороны, а потом перемещалась в другую, размахивая пилами.       Нервный тик стала вызывать Пауэр, которая, словно с каким-то конкретным промежутком, тихо хихикала. Касуми, сидящая в углу комнаты, косилась на изверга, а та будто знала, что сделала что-то не то. Удивленно таращилась на охотника и прикрывала рот руками. Только особо не помогало. Кобени вновь пугалась, сильно дергалась, а после скулила, чем заставляла Пауэр расплыться в улыбке. Нагато оставалось закусить щеку, чтобы самой не сказать лишнего. Знала, что она это не контролирует, пусть и была довольна, поэтому препираться не было смысла.       Более менее себя в руках держала оставшаяся тройка. Аки физически не мог позволить себе активные действия. Пусть Пауэр и остановила кровотечение, от этого сильно лучше не стало. Парень нуждался в медицинской помощи, а им ничего, кроме как ждать, больше не оставалось. Поэтому на дозоре по большей части были Касуми и Химено, по очереди сменяя друг друга. Хаякава, конечно, порывался помочь, но каждый раз получал от второй отказ. Со временем уже и Нагато подключилась к отговоркам, потому что иного исхода не могло быть. Так просто убедительнее. — Почему не спишь? — спросила Касуми, по ощущениям где-то день на второй. На середину второго дня. Наверное. — Не спится, — ответила Химено, сразу устремляя внимание на Денджи, — Они вообще прекращали хоть на немного? — получила отрицательный кивок. — Если он остановится, то проиграет, — Касуми пожала плечами, — Пьет его кровь, восстанавливается, продолжает, — она же переключила свое внимание на подругу.       Химено выглядела очень уставшей. Даже не столько физически, сколько морально. Заметно было по измотанному и печальному взгляду, который Касуми видела у нее уже достаточно долго, только чаще всего решала не зацикливаться на нем, словно чего-то опасаясь. Хотя, казалось бы, что состояние вполне ожидаемое, но было что-то не так. Сейчас, почему-то, слишком засмотрелась. Как-то получалось у Химено разбавить обстановку своим звонким смехом и постоянными шутками, поэтому для Нагато это было даже удобно, пусть и не хотела этого признавать вот так явно. Где-то глубоко внутри себя думала об этом. Да и вместе с этим она понимала, что вряд ли подруга ей расскажет что-то средь белого дня. Хоть Химено и доверяет Касуми, но разглагольствовать не станет на ровном месте. Криво улыбнется, пожмет плечами, а потом предложит вместе сходить на перекур со стаканчиком кофе. Нагато скорчится, помотает головой, вызывая смех у другой, поэтому напиток поменяют на крепкий чай, а Химено потом еще поделится сигаретой.       Почему-то именно тогда, когда они успели провести явно больше суток в замкнутом пространстве, Касуми слишком крепко задержала подобные мысли в своей голове. Но заняться-то было больше и нечем: только и могла постоянно проверять испуганный отряд да поглядывать на Денджи. Главное, чтобы он издавал какие-то звуки: они служили показателем, что он жив и, вроде как, еще имел какие-то силы. Поэтому, чтобы не сойти окончательно с ума, Касуми и начала фантазировать. Это то ли пугало, то ли успокаивало — непонятно.       Думала о своей маленькой квартире в хлипком домике, где ее ждет привычный полупустой холодильник и телевизор с любимыми фильмами: на душе появлялось тепло. Думала о том, как много еще должно пройти времени, чтобы они выбрались: становилось тревожнее, из-за чего она дергалась. И так по новому кругу, каждый раз придумывая новый повод для радости или грусти.       Полет фантазии заканчивался в тот момент, когда девушка обращала внимание на Химено. Очень не к месту вспомнились ее слова о скорой кончине. Касуми слышала, что иногда люди могли такое предчувствовать, но все эти случаи можно было списать на пятьдесят на пятьдесят. Одно дело, если подобное говорили люди — в теории, понять можно, только никто из них не мог знать наверняка. Чаще случался недуг, нежели наступала смерть. Совсем другое дело, если такое было слышно от охотников — конечно, их жизни практически ежедневно находятся в критической опасности. Касуми отчаянно не хотела принимать такие громкие высказывания от Химено. «Она ведь не глупая, да и не слабая… Точно на пенсию еще выйдет».       Но даже после этой «печали» становилось спокойнее от вида старшей. Она выглядела так, словно бывала в подобных ситуациях чуть ли не ежедневно. Конечно! Можно сказать, так оно и происходило — Химено не выбрала путь «спрятаться в кабинете и ждать чуда». Касуми не могла так говорить про себя, потому что чуда она не ждала уже как года два точно. Она только пряталась, показывалась тогда, когда чувствовала хоть какой-то интерес, который появлялся «раз в пятилетку», если уж очень хорошо повезет. На мгновение задумалась, что она вообще забыла в этом треклятом отеле, а потом вспомнила недовольный голос Химено и ее слова — «спиваться в одиночестве я тебе не дам». Жаль, они даже в компании этого не сделают.       Как бы Нагато не сердилась, злость становилась слабее. Химено, несмотря на всю усталость, старалась как-то поддержать группу. Комично выглядело, конечно, когда она, будто бы невзначай, вспоминала какую-то историю, которой срочно нужно было поделиться, а на фоне - прекрасное музыкальное сопровождение в виде крика Денджи. Если уж Касуми могла вяло улыбнуться, как и Аки, пусть он и отворачивался, то Кобени вновь бледнела. Спасибо, что до обморока доходило всего пару раз.       Жаль только, что такой настрой удалось продержать первые полтора дня, когда шансы на выживание были довольно высокими. Когда же стала заканчиваться еда, то все значительно ухудшилось. Уже и улыбка на лице Химено появлялась реже, порой больше была похожа на оскал от боли. Даже Пауэр перестала смеяться от двух испуганных охотников и все больше кривилась на одной из коек — видимо, даже у извергов силы могут заканчиваться. Хуже было Аки, который явно близился к тому, чтобы загнуться без медпомощи.       Все усугубилось к вечеру — хотя, кто вообще знает, какой час это был, — третьего дня. Ни еды, ни воды, один лишь испуг и голова, готовая вот-вот расколется на две части, как тот демон, которого Пауэр «убила» еще в первые часы их нахождения здесь. Касуми была готова на стену лезть от отвратительных чувств, смешавшихся воедино — голод настолько сильный, что желудок, казалось, уже успел свернуться три раза и при этом проделать в себе дыру; обезвоживание, из-за которого язык разбух, а дышать ртом было болезненно неприятно. Человек может прожить без воды три, от силы пять дней. Касуми, выпившая бутылку саке, явно была готова повернуться ногами к проходу куда раньше.       А внезапно наступившее желание ко сну можно ли вообще назвать чем-то нормальным? Вот и Нагато не знает, но что-то подсказывает держать глаза открытыми до талого. Хотя, косясь на Химено, которая уже каким-то образом успела перебраться на кровать к Аки и сейчас лезла к нему с объятиями, хотелось поддаться столь великому соблазну и все же расслабиться.       Не позволил этого сделать неожиданно прекратившейся скрежет. С места никто не подорвался, но в глазах читается то ли надежда, то ли отчаяние. Касуми, сидевшая ближе всех к двери, выглядывает из нее. На лицо сразу ползет улыбка, которая немного подрагивает, слышится тихий смешок. Она лицезреет прекрасную картину, ради которой этот план, если его таковым вообще можно было назвать, изначально и задумывался: все то же месиво, все тот же Денджи в крови, и все тот же демон, только он уже не нападет, а жалобно показывает свое сердце. Что-то лепечет, а у Касуми, кажется, в ушах до сих пор звенит после звука бензопил. Лишь по действию парня понимает, что все закончено.       Тишина висит в воздухе меньше и половины минуты, а затем следует грохот. Такой грохот, потому что помещение «возвращается» в свое былое состояние. Касуми вместе с остальными понимает это тогда, когда дверь, находящаяся рядом с ней, стоит на своем законном месте, а не кверху ногами. — Все закончилось? — еле слышно спрашивает Аки. — Нам надо будет всем выпить, когда выберемся оттуда, — Химено лишь крепче обнимает его, прикрывая глаза. Будто вот-вот и уснет. — Эй! — возмущается Касуми и поднимается на ноги, опираясь на стену для поддержки. — Тут повод есть, — отвечает старшая. Вполне обоснованно.       Несмотря на всю усталость в теле, несмотря на отсутствие сил, что держалось уже больше суток, небольшая группа охотников собрала всю оставшуюся волю, чтобы наконец покинуть этот буквально проклятый отель. Касуми даже готова поспорить на пару сотен йен, что состояние заметно улучшается. По крайней мере моральное, про физическое говорить пока что трудно. Стоит ей сделать шаг через порог главного входа, так с плеч как будто падает огромный балласт, заставив сделать глубокий вдох. Но словно и от этого вздоха все становится хуже — на грудную клетку неприятно давит, поэтому ей приходится согнуться в спине, чтобы опереться ладонями на колени. Вдобавок и солнечный свет бьет по глазам так сильно, что тонкая ткань век не спасает. Касуми прячет лицо куда-то ближе к своему плечу.       Слышит бормотание на пороге, поэтому, щурясь, все же оборачивается: Денджи шатает, пожалуй, сильнее вместе всех взятых. В руке держит маленький кусочек демона, ради которого — Касуми уже успела раз десять забыть, — и была организована эта операция. Он и шагнуть не успевает, как его начинает заносить в сторону. Химено ловко подхватывает Денджи под плечи. — Уснул, — говорит она, словно зная появившиеся вопросы в мыслях остальных, — Ну, поздравляю, мы выжили. — Ура? — спрашивает Касуми и садится на ступеньку, руками опираясь на свои колени. — Ура, — жалобно подтверждает Аки, а рука его все еще находится где-то под ребром. — Ур-ра! — с заиканием радуется Кобени и все еще трясется на ровном месте, но уже явно не от страха.       Появилось задание еще сложнее — сдвинуться с места и дойти до машины, а на ней еще и доехать до штаба. Хотя состояние всех присутствующих напоминало последствия трехдневной попойки, и за руль никому категорически было нельзя. Только Пауэр как будто стало заметно лучше относительно других, потому что она чуть ли не прыгает из одного угла улицы в другой. Либо на нее так солнце влияет, что, может, немного странно. Или же мысли о другом… — Кстати! — на двух ногах как солдатик поворачивается в сторону Касуми, которая с трудом поднимается со ступеньки и предлагает помощь Аки. Он-то все еще раненный в их отряде. — Нет! Ну-ка! Отстань! — наспех звонко выдает Нагато, свободной рукой как будто пытается отпугнуть от себя другую, — Не трогай меня сейчас с этим, иначе я убью либо тебя, либо себя. — Но потом… — Потом! — голос срывается, Хаякава даже дергается и прикрывает ухо, — Прости.       Еле как они доползают до машины, которая им вообще никак сейчас не поможет. Повезет, если Химено получится в принципе ее завести и не въехать в первый же столб на повороте. Поэтому, голосованием (на самом деле все определила все та же Химено) было решено вызвать машину скорой помощи, которая уже и довезет всех присутствующих до больницы. Всем было необходимо обследование, а вот двоим - полноценное лечение, поэтому, к счастью Касуми, к вечеру она уже держала путь до дома. Так и не помнит, как зашла в свою любимую квартиру, по которой успела соскучиться несколько раз за время отсутствия, и завалилась спать черт знает до какого часа дня. Тогда можно было.       Зато помнит, как следующие дни вновь превратились в привычную для нее рутину: «любимые» отчеты, а вместе с ними и какие-то мелкие дела, на которые Касуми либо не отправлялась вообще, либо отправляла кого-то другого. Да, это точно то, чего ей не хватало все время! Сама, к слову, могла вообще стоять в стороне и молча наблюдать за происходящем, оправдывая это все тем, что «новеньким так-то опыт нужен». В чем-то она была права, а в чем-то все же нет. Пожалуй, в том, что это был способ вновь схалтурить. Главное, что работало! И совсем неважно, что на том задании она успела практически помолиться богу, что начнет жизнь с нового листа.       Только от своей работы Касуми не сбежит никогда. Ее никто за нее не сделает, все самой и каждый раз одно и то же, ничего не меняется. Она качается на стуле по ощущениям где-то минут пятнадцать, но на деле, скорее, все тридцать. Как решила взять небольшой перерыв, чтобы отдохнуть, так и пропала на столь веселом «аттракционе». И вот ведь неприятное все в этом то, что какое-то мелкое дело Касуми писала весь день, постоянно отвлекаясь на стаканчик кофе или на посмотреть в окно, а вот сейчас масштаб был совсем другой. Нагато уже и позабыла, как ощущаются задания, на которых можно пропасть не на одни сутки. Помимо того, что все это нужно расписать чуть ли не до мельчайших подробностей, так еще и не упустить что-то важное. — Эй, работяга! — слышит Касуми со стороны двери и резко поднимает голову, которая уже слишком сильно завалилась назад. Все же успела закемарить, обычное дело, — Знаешь, что меня удивляет? То, что у тебя есть свой кабинет! — Химено разводит руками на всю комнату и немного крутится на месте, смотря по сторонам. — Ой, эй! Ты пришла об этом мне сказать? — ворчит Нагато и поднимается с места, чтобы как можно скорее выпроводить подружку за пределы комнаты. Она все же занята как-никак.       Да вот не успевает, потому что Химено упирается ногами в пол и наклоняется чуть назад, поэтому Касуми не может сдвинуть ее с места. — Помнишь, я говорила, что надо отпраздновать? Так вот, мы хотим устроить встречу для новичков, приходи! — от предложения лицо младшей вытягивается в сильном удивлении, и даже не то что от самой задумки — все еще обычное дело — а вот от того, что ее приглашают, — И что ты так смотришь на меня? — а еще она так кривится, потому что вспоминает свой первый вечер с таким «посвящением». Взгляд сразу отводит от лица другой. — Помнится, ты меня ругала за мои запасы пива дома, — Касуми решает выпроводить Химено другим образом, поэтому обходит ее и любезно открывает дверь. Для дополнительного «пинка» еще указывает рукой, а слушает ли ее другая? Конечно нет! — Я ругала тебя за то, что ты избавляешься от этих запасов в одиночестве, — и всё же она подходит к выходу, только дальше порога не идет, — В компании уже хоть немного лучше.       Нагато еще и успела когда-то расстроиться, что не собираются они большой группкой. Вот, все как по заказу! — Пьянка будет у меня дома? — Касуми все еще язвит. — Ну, хватит! — недовольно отвечает Химено и обнимает ее за плечи. Ого, удивительно, это случилось не в первые минуты диалога! — Тебя, как обученного специалиста, — Касуми не получается сдержать себя и она смеется в кулак, за что получает цоканье и щелбан, из-за которого хмурится, — Ты все еще умелый боец, не надо тут! Так что твое присутствие обязательно. Считай, это приказ от старшей по званию. — Но я даже не в вашем отряде! — Да? А мне казалось, что ты уже давно присоединилась к нам! — видимо, границы стерлись тогда, когда Касуми против своей воли просидела в отеле три с лишним дня, — И все же, приказы тебе отдавать мне не мешает ничего, — правда ведь.       Касуми все равно корчится. И что вообще ей мешает? Она сама не может ответить, как будто хочет лишний раз повредничать непонятно для чего, ну а Химено, если что, все еще знает ее не первый год, потому и не уходит. У Нагато прямо-таки выбора не остается, бедная! — Дава-а-ай, все равно заплатит за все Макима, — пытается подкупить другими аргументами, на халяву Касуми точно должна купиться. — Макима тоже там будет? — на первое мгновение она игнорирует смягчающий фактор, больше удивляется наличию начальницы на данном мероприятии. — Как и обычно: будем соревноваться, кто больше выпьет пива. — А лучше бы сыграли в «Бир-понг», — Химено шлепает Касуми по плечу: — Видишь, ты уже готова! Так что точно жду тебя с мячиками! — крепко обнимает ее, а это уже говорит о том, что сейчас она уйдет. — Когда хоть? — со вздохом спрашивает Касуми перед тем, как дверь почти что закрывается. — Через три дня! — крайне тихо слышит она, но вполне достаточно, чтобы распознать.       И вот правда же, казалось бы, Нагато уже как по старой «доброй» привычке опрокидывает хотя бы одну баночку пива для хорошего настроения. Которого все равно нет, но это не столь важно. Ей попросту непривычно пить в компании, пусть когда-то она и использовала это как повод для встреч. Ладно, непривычно пить в большой компании с людьми, которых она едва знает, так будет правильнее. Последнее совместное задание пусть и закончилось крайне удачно, это ей толком ничего не дало. Денджи — все еще странный парнишка, взявшийся черт знает откуда, с чудо-шнурком в груди, Пауэр — неуравновешенный изверг, которого держит рядом с людьми что-то крайне сомнительное, Кобени… А что говорить? Она чудом не зарезала Денджи, только потому, что Аки героически не подставил свой бок. Араи примерно из той же серии, хоть и зарекомендовал себя изначально лучше, так что… Кто знает, как они вообще себя поведут?       Касуми даже смеется со своих мыслей. Вот как она начала рассуждать, называется, два дня к алкоголю не притрагивалась! Стала немного вредной ворчуньей, как бы еще добавила Наоми: «душнила». О нет, лучше убейте. Это же Нагато всегда так называла свою подругу! Девушка даже от удивления из-за самой себя ударяет руками по столу и хватается за голову, при этом криво улыбаясь. Эмоциональные качели. Скорее даже Американские горки.       А еще горки подтверждает то заявление, которое Касуми начала писать, как только вернулась в офис после задания — просьба о переводе в другой отдел, туда, куда предлагала Химено. Конечно, никто об этом пока что не знает, потому что Нагато и не решила еще толком ничего. Успела начать, вписать свои имя с фамилией, и на этом все. Чего-то опасается, сама не понимает чего, вместе с тем и не знает, зачем все это тянет.       По крайней мере Касуми решает разобраться с этим позже, снова. Но! Тут немного все отличается, потому что она хочет понаблюдать за теми, с кем ей предстоит работать. Химено и Аки совсем ее не настораживают, а вот другие… Точно надо идти на встречу.

***

      Нагато резко наклоняется вперед, потому что на спину ей давит рукой Аки. Над головой пролетает бокал, который со звоном бьется об стену. Еще немного и осколки бы красиво расположились в голове девушки. Она удивленно смотрит на своего спасителя, а потом уже и на обидчика. Точнее, обидчицу. Пауэр сдерживает смех, прикрывая рот рукой, сама же уже готовится бежать. — Вот так ты со мной, значит?! — возмущает Касуми и поднимается с места, — Я тебе часть долга вернула, а ты! — Часть! Не все! — правда! Пауэр срывается с места, только из съемной комнаты, в которой и проходила встреча, не сбегает. Она лишь мечется из одного угла в другой, от темпа и скорости наваливаясь на стены, а Нагато летает за ней примерно по тому же маршруту.       Нет, ну точно не зря пошла! Все празднование длится уже то ли второй час, то ли третий, но этого времени хватило с головой, чтобы напиться, как выразилась Химено, «в слюни». Касуми даже не сдерживалась, наоборот! От мысли, что за все это придется платить не ей, она старалась как можно больше набрать. Еще даже Макима не успела прийти, как девушка опустошила две большие кружки пива, да закинула все это большим количеством еды. Удивительно, но хоть здесь она была немного избирательна и хватала под руку не все, что попадалось. Правда, это все равно не отменяло и не отменяет того факта, что на утро Касуми будет сидеть в обнимку с унитазом и бутылкой воды. Желательно газированной.       Так, речь о догонялках. Нагато, к слову, понятия не имеет, что ей делать, когда она поймает Пауэр. В прошлый раз это закончилось тем, что ее чуть не прибили в комнате допроса. Вряд ли сейчас такой же случай, хотя перестраховаться никогда не будет лишним. Такие мысли подтверждает и то, когда Пауэр в один момент останавливается, а Касуми, поймав ее за плечо, слышит в свою сторону шипение. Да еще какое! Она невольно замахивается кулаком, который все равно никак ее не спасет. — Не шипи на меня! — возмущается Нагато заплетающимся языком, из-за чего Пауэр смеется, — Не смейся надо мной! — Хватит мне приказывать! — изверг тычет охотнице в лоб, явно сбивая ее с толку.       Как же хорошо алкоголь сближает. Еще несколько часов назад Касуми и подумать не могла о том, что вот так… по-дружески (?) будет носиться с Пауэр, попутно перешагивая через некоторых пьяных сотрудников и игнорируя Аки, который отчаянно просил успокоиться. — Я от тебя не отстану! — все по новой! Голова вот-вот взорвется уже. — Почему ты так рвешься за шоколадом? Это же, ну… Не кровь! — Касуми разводит руками, тяжело дыша, пока сама идет обратно на свое место. Хоть одна успокоилась. — Во-первых, он вкусный. И сладкий! — отвечает Пауэр все также у стены, — Во-вторых, у нас сделка. Ты продала мне душу. — Не дай Бог, не дай Бог… — самой себе повторяет Касуми, пока рыскает в карманах.       Ничего конкретного, просто проверяет наличие всего у себя, потому что решила никакую сумку не брать. Нащупывает ключи, там же и телефон, в другом уже мелочь звенит, а еще шуршит бумажка. Хмурится и достает ее, потому что уже забыла. — Заявление на увольнение? — спрашивает Аки, на что Касуми цокает. — Не дождешься! Еще больше тебя проработаю, — отвечает она, смотря на бумажку.       И даже не сразу замечает смешок со стороны другого. Нет, явление, конечно, крайне редкое, но иногда такое случается. Раньше Касуми чаще слышала от него подобное, в какой-то момент он стал серьезнее и девушка практически постоянно называла его «душнилой». Ну, пока не покинула отряд и не перевелась в другой отдел. — С такими успехами я просто умру раньше, — вот! Еще и непривычно шутит. Видимо, опрокинутый стакан не без помощи Химено делает свое дело.       Нагато держит в руках письмо. Письмо, которое ей передали все те же пару часов назад, когда она заскочила на работу, чтобы где-то поставить недостающие подписи. Почти что заслуженный выходной! Конверт ей вручил один из подчиненных с отряда Наоми, попытался даже что-то сказать девушке, а та лишь быстро поблагодарила его и так же быстро направилась к выходу. Касуми не открывала, не читала даже то, что было написано на конверте. Зато читает сейчас и видит свое же имя, а снизу подпись, что оно от Наоми. Вряд ли стоит его раскрывать сейчас, поэтому он обратно отправляется в карман.       Касуми еще раз окидывает взглядом всех присутствующих и как-то очень-очень грустно вздыхает. Вот же бывает! Увидела имя подруги, невольно задумалась про нее, а ей уже грустно, что Наоми нет сегодня. Она даже не знает, приглашал ли ее кто, но точно знает, что если такое и было, то Фукуда как обычно отказалась. Работа, как никак, важнее. Поэтому даже на вечер бы никуда не пошла, что грустно. По крайней мере, грустно для Касуми. Ей даже приходит в голову, как она считает, гениальная идея, поэтому она достает свой телефон и с горем пополам печатает сообщение подруге, в котором предлагает ей встретиться. И быстро добавляет следом: «Не пить! Просто погулять». Такого уж точно не было давно.       Внимание привлекает на себя крик откуда-то со стороны. Крайне звонкий крик. Денджи недовольно смотрит на Пауэр, которая кинула в него… Картошку? — Не бросайся едой, заманала уже! — возмущается он, пытаясь найти кусок еды в волосах. Пауэр же в ответ смеется и тыкает в него пальцем, Химено сама хихикает и обнимает парня за плечи. — Да ладно, Денджи, не ворчи, сегодня можно! — Она каждый день так делает, — добавляет Аки. — Ты тоже не ворчи, — Химено переключается на другого и тыкает пальцем в щеку. Только ей практически сразу прилетает что-то в лоб от Пауэр. Одобрила, — Ах ты… — Да у вас веселье в самом разгаре, — на фоне музыки, вперемешку с различными разговорами и спорами, голос Макимы звучит достаточно громко, но вместе с тем и спокойно, — Пришлось задержаться, прошу прощения. Я ведь ничего не пропустила? — Только беготню Касуми и Пауэр, а в целом — ничего, — отвечает Аки и взгляд Нагато невольно падает на Химено. Она, удивительно, даже почти что не слушает. — Вы все о своем споре? — спрашивает она у Касуми, та на мгновение теряется, — Пожалуй, половина штаба знает. — Да не только об этом, — отвечает девушка и как-то смущенно трет затылок. В последнюю очередь ей хочется рассказывать начальнице что-нибудь об этом, — Может, сыграем в старое-любимое? — Так ты уже напилась! — заявляет Химено. — Вообще-то нет! И кто бы говорил! — Касуми скрещивает руки на груди и в шутку обиженно задирает нос, — Я готова и полна сил! Я даже мячики взяла, — точно! Она проверяет внутренний карман пиджака и достает три штучки. — Ого, в «бир-понг»? — спрашивает Макима. — А Вы схватываете налету, — отвечает Нагато, — Будете играть? — Конечно!       Стоит говорить о том, что через кружку пива Касуми вообще не могла попасть мячиком? Нет, хорошо, она честно старалась и пыталась, через раз что-то да выходило, но когда опустошился еще один стакан… Наверное, девушка чудом не кидала его в противоположную стену, потому что косить в сторону ее начало с неимоверной силой. Казалось бы! Должен быть иммунитет, но… Может, она перепутала количество кружек и выпила больше? Не исключено.       По итогу Касуми вновь спокойно сидит на своем месте, успев перед этим опять поспорить с Пауэр (спасибо, что не сказала лишнего), так еще и перекинуться с Кобени парочкой слов и понять, что она, так-то, очень даже милая и приятная девушка. Немного странная, явно со своими заскоками, но тем не менее. Состояние какое-то около того, чтобы то ли пойти опять беситься и невпопад подпевать песням в караоке, то ли прямо сейчас уснуть под столом. Держится она где-то в балансе до определенного момента.       До момента, пока внимание не заостряется на Химено с Денджи. Та все никак не отпускает парнишку из объятий и явно не собирается этого делать, а он явно не против. У них завязывается диалог, который Касуми, очевидно, не слышит. Но продолжает смотреть на них одним открытым глазом. Видит, как Химено тянется к Денджи и… И Касуми наклоняет голову.       Еще три дня назад, когда Химено говорила про «посвящение», Нагато вспомнила «свое время». В голову сразу врезалось то, как на утро после попойки ее рвало несколько часов подряд, а желудок болел еще пару дней точно. Без помощи таблеток не обошлось. Точно яркие воспоминания, не иначе.       А сейчас у Касуми каким-то образом картинка складывается вновь. Она ничего не пыталась забыть намеренно, да и не то чтобы было в тот день что-то травмирующее или около того, но у нее напрочь стерся из головы конец вечера. Даже не помнила, как оказалась у себя дома и как она вообще смогла найти таблетки. Сейчас же понимает, что Химено тогда любезно предложила остаться у нее, потому что жила она ближе к тому кафе, или что там было. Ну, а что было Касуми терять? Нечего. Да и состояние оставляло желать лучшего, точно бы не смогла дойти до своего, поэтому согласилась.       В квартиру завалились с звонким смехом, Касуми практически легла на пороге у Химено, а та пыталась держать ее под локоть, но не особо что-то получилось. Как она сама выразилась, «старшая и по званию, и по возрасту, поможет Нагато доползти до ванной». Там уже сидела рядом с ней и периодически таскала воду. Удивительно, но ей хватило небольшой прогулки на свежем воздухе, чтобы прийти в себя, а вот у Касуми была ситуация хуже. Делать-то было и нечего, оставалось только ждать. — Представляешь, а вот если бы ты домой пошла? — спросила Химено, доставая из брюк пачку сигарет. Еще протянула ее Касуми, но тут же вернула себе, одумалась. — Я бы не дошла, — ответила Нагато и протерла лоб мокрым полотенцем, а потом сделала несколько глотков воды.       Уже оторвалась от керамического друга и облокотилась на ванну. Холодная, приятная, еще по полу, по кафелю, тянулся легкий ветерок с открытого окна, который в тот момент только улучшил ситуацию в несколько раз. Говорить тогда не хотелось совсем, да оно и не было нужно. Правда, задать вопросы появилось желание практически сразу, когда через несколько минут тишины Химено чуть приподнялась с пола и села уже рядом с Касуми. Обняла ее, как того и ожидала другая, положила голову куда-то на плечо, пока сама смолила сигарету, пепел которой падал на все тот же кафель.       Нагато не знает до сих пор, что именно в тот вечер случилось, как и не знает, что было в голове Химено, но что-то дернуло ее поцеловать другую в щеку. У старшей есть привычка до сих пор распускать руки, если это можно так назвать и чудить примерно такое же, только тогда это ощущалось по-другому. То ли дело было в том, что рассудок до конца не протрезвел и Касуми вообще была еще пьяной, то ли в том, что Химено как-то чересчур долго не отлипала от подруги, при этом положив руку ей на колено, то ли еще что. Потом еще, когда все же оторвалась, аккуратно опустила голову на плечо и как-то печально вздохнула, после чего продолжила курить сигарету. Касуми так и просидела замершая на месте, пока Химено не спросила про самочувствие, а потом за ручку повела до кровати. Неудивительно, спали в одной койке, так еще и в обнимку. Так еще и старшая так крепко прижимала младшую, что та и забыла думать про желудок, скрученный в три узла.       Касуми не спрашивала ничего по поводу того вечера. Касуми так и не знает. Знает только то, что что-то изменилось. По крайней мере у нее. Так и вылезает это «изменение» в неподходящие моменты. Нагато уже хотела лбом об стол биться, чтобы из головы все вылетело.       Только не успевает. Воспоминания заканчивают возвращаться тогда, когда поцелуй Денджи и Химено переходит грань. Господи, сотрите память всем, кто там есть, но видимо девушка перебрала крайне сильно, потому что все то, что было ею съедено и выпито, прямо сейчас практически фонтанировало в рот парня. Касуми уже прячется в стол, чтобы этого не видеть, да сложно не обращать внимание, потому что крик ужаса и отвращения разнесся на все кафе. — Нет, я на улицу! — выдает Нагато и быстро поднимается с места, крайне не желая испытать схожие чувства. Как у Химено, не как у Денджи.       Это было лучшим решением. Стоит девушке выйти из помещения, как сразу становится легче. Как будто бы и не такая уже и пьяная, как будто бы уже почти и не тошнит и она вообще готова домой аж пешком пойти! Наверное, она так и сделает. Сейчас как будто бы самый подходящий момент, потому что на нее накатывает ко всему какая-то неприятная послетусовочная тоска. Если уж Касуми вернется в кафе и ее не стошнит, то с кислой миной она будет сидеть до конца попойки точно. Вдруг еще и попросят добавить денег в общий счет, а у нее в кармане все еще несколько монет вместо пачки йен.       В кармане, кстати, еще есть письмо, о котором Нагато вспоминает из-за очередного шуршания. Опять проверяла содержимое, все на месте. Достает конверт и долго смотрит на него, пытаясь понять, хорошая ли идея открыть сейчас.