Мой любимый...демон?

      После занятий Леви осталась делать реферат, но Люси согласилась ей помочь и осталась с ней. Сначала они упорно искали подходящую информацию, подходящие книги, в общем, трудились не покладая рук под присмотром преподавателя. Но когда он вышел, девушки развеселились и забыли про незаконченные бумаги. Они просто оживлённо болтали, забыв обо всём на свете. Но вскоре мужчина вернулся, и им пришлось снова приняться за работу. К этому времени обе уже устали и работать совсем не хотелось. Поэтому написание реферата затянулась до вечера.       Когда девушки уже выходили из здания, на улице немного потемнело, к тому же было пасмурно. Но это ничуть не ухудшило настроение подругам. Синевласка решила проводить Люси до дома, ведь они довольно долго не общались, и общих тем было хоть отбавляй. Всю дорогу МакГарден и Хартфелия болтали, хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Даже пасмурная погода была кстати, она показывала, что с лучшей подругой даже такой хмурый вечер может быть весёлым, ярким и забавным. Девушки шли не спеша, поэтому добрались до дома блондинки только через полчаса.       К тому времени окончательно стемнело, и синевласка побрела одна в сторону дома. Она чувствовала приятную грусть. По вечерам часто такое бывает. Наверно потому что ты понимаешь, что этот день заканчивается, и ты грустишь, что его не вернуть, что эти моменты не вернутся, но в то же время грусть приятная, становится легче, когда понимаешь, что завтра наступит новый день. Много новых моментов и событий ждёт впереди, и Леви в преддверии этого ощущает эту лёгкую, приятную тоску. Глаза слипались, хотелось спать. Это чувство усталости и сонливости породило в голове девушки высокие мысли, она шла, глубоко погрузившись в них. Но то что она увидела, проходя по той неприятной подворотне, заставило её резко вернуться в реальность.       – Гажил! – пораженно воскликнула МакГарден, подбегая к лежащему на земле брюнету.       – Леви, ты в порядке?       – Я-то да, а вот с тобой что?       – Я… тебя долго не было дома, и я заволновался, вдруг тебя… И я пошёл за тобой в институт, но как только я дошёл досюда… у меня сильно закололо сердце, и я упал. Видимо мои жизненные силы подходят к концу… – он шептал прерывисто, было видно, что ему сложно говорить.       – Нет, зачем? Ты не должен был ходить за мной. Я сейчас не смогу дотащить тебя до дома. Что мне делать? – паника затуманила разум. Сама мысль о том, что нужно быстро принимать решения, иначе умрёт дорогой человек, не давала свободно мыслить. Синевласка думала: «Нужно срочно что-то сделать!» – но ни одной толковой мысли в голову не приходило.       – Леви… – хриплым, слабым голосом произнёс Редфокс.       – Нет, ты только не умирай. Не вздумай умирать! Я сейчас что-нибудь придумаю.       – Леви… пора передавать силы.       – В смысле? – недопонимала синевласка, с надеждой уставившись на парня.       – Поцелуй, – выдавил из себя Гажил.       – Точно! Что ж ты раньше молчал, – торопливо проговорила МакГарден и упала на колени перед лежащим на холодной земле парнем. Но тут она поняла, что это будет её первый поцелуй. Ладони тотчас вспотели, она разволновалась. Леви взволнованно наклонилась к побледневшему лицу Гажила. Они заглянули в глаза друг другу. В этот момент синевласка почувствовала некое облегчение, этот родной, любимый взгляд алых глаз заставил её успокоиться и просто поддаться чувствам, сердцу. МакГарден закрыла глаза, и их губы мгновенно сомкнулись в жаждущем поцелуе. Редфокс сильнее прижал хрупкую девушку к себе.       Хотелось, чтобы этот поцелуй продолжался вечно, но тут Леви вспомнила, что рискует отдать слишком много жизненной силы, это заставило её нехотя разорвать столь желанный и долгожданный поцелуй. В глазах брюнета зажёгся огонь, взгляд снова стал живым, он сам стал живым. Они вновь посмотрели в глаза друг другу, теперь в них отражалась мучительная тоска, ведь оба понимали, что пришла пора прощаться навсегда.       – Я могу остаться ещё ненадолго.       – Нет, не нужно. Это бессмысленно, – с тяжестью в голосе и на сердце произнесла МакГарден.       – Хорошо, тогда… мне пора, – в голосе парня отражалась неуверенность. Он так хотел верить, что всё ещё можно изменить, что они ещё могут остаться вместе и жить счастливо, но, к сожалению, это не так.       – Наверно, – синевласка прикусила губу, чтобы не расплакаться, но маленькие слезинки все равно выступили на глазах, мешая видеть чёткую картину. По телу разливалась жгучая боль, горькое осознание того, что сейчас ты потеряешь одного из самых дорогих тебе людей в жизни. Одна слезинка начала скатываться по бледной щеке.       – Обещай мне, что я больше не увижу слёз в твоих бездонных глазах, – нежно прошептал тёмноволосый и провёл своей рукой по щеке девушки, убирая ненужную слезу.       – Обещаю, – в ответ прошептала синевласка. Её голос дрожал, она понимала, что эти прикосновения, этот взгляд больше не повторятся никогда. Она больше не сможет его почувствовать, увидеть. Она обняла его в последний раз. Так хотелось просто дать волю чувствам и расплакаться, чтобы слёзы текли ручьём, скатывались по щекам и разбивались об асфальт, но данное только что обещание она будет держать до своей смерти. Гажил крепко прижимал к себе Леви, будто бы желая слиться с ней в одно целое, вдыхал её запах. Такой знакомый, родной, любимый, неповторимый запах, хотелось вдыхать его вечно, будто это эликсир жизни. Наверно этот момент они не забудут никогда.       Они медленно разорвали объятия. Последний взгляд, последнее соприкосновение рук. Гажил отошёл на безопасное расстояние и начал открывать врата в мир демонов.       Леви видела подобное в первый раз. Вокруг всё закружилось, как вихрь. Вдруг этот вихрь начал преобразовываться в круг. Огненный, пылающий круг. После чего он принял форму портала, через который можно было спокойно пройти. Девушка поняла всю значимость этого момента и с непередаваемой гордостью посмотрела на парня. Тот смотрел на неё.       – Я тебя не забуду, а ты помни меня.       Он произнёс последние слова и шагнул вперёд. Полудемон скрылся в пылающем портале. Затем пламя начало вновь преобразовываться в вихрь, поднимая столбы пыли, и вскоре совсем исчезло.       – Нет! – что было мочи вдруг прокричала Леви на всю округу. Её душа рвалась на куски, сердце обливалось кровью. На глаза вновь навернулись слёзы. Синевласка опустошенно упала на колени от бессилия. По щеке покатилась слеза, она вот-вот была готова разбиться об асфальт, но МакГарден подставила руку, и слеза упала на неё. Девушка сжала кисть в кулак и преподнесла к груди, прошептав:       – Я выполню своё обещание.       Гажил прибыл в мир демонов, что не осталось без внимания его брата, Нацу.       – Гажил? Я знал, что ты вернёшься, – все же с удивлением ухмыльнулся розоволосый. Но заметив хмурое, серьёзное и сосредоточенное лицо Редфокса, с его лица тут же пропала глупая ухмылка. Он просто чувствовал, насколько тяжело сейчас брату, поэтому не решался сказать и слова. Гажил бесшумно прошёл в сторону коридора. Тут Нацу таки не утерпел вставил своё слово:       – Ты точно этого хочешь? Ты ещё можешь вернуться, – быстро и неуверенно произнёс он. Но в глазах брюнета не отразилось ни капли сомнения.       – Я уже принял своё решение, – безэмоционально вымолвил он и вошёл в длинный тёмный коридор. Несмотря на такую хлипкую, но все же уверенность в ответе Нацу, Гажил всё-таки волновался, ведь он не знал, как отреагирует мать на его возвращение. Он подошёл к нужной двери. Сама она была просто огромна. Сделана из тёмного дерева и гладко отполирована, что придавало солидности. Тёмноволосый нерешительно постучался, а затем, приоткрыв дверь, спросил:       – Позволь мне войти, дорогая мать.       – Входи, – произнесла тёмноволосая женщина, величаво восседающая посередине огромного зала. Её низкий и властный голос разнёсся эхом, отражаясь от высоких стен. Растрёпанные волосы, похожие на крыло ворона, неуклюже лежали на широких плечах. Голова была высоко поднята, и можно было без труда сказать, что она привыкла смотреть на всех свысока. Этот строгий пронизывающий взгляд не каждый мог выдержать. Её бледные руки с длинными красными ногтями аккуратно и с некой величественностью покоились на подлокотниках. За широкой величавой спиной были видны огромные тёмные крылья. Вот оно, настоящее воплощение демона.       Гажил подошёл поближе и, выражая уважение, учтиво поклонился.       – Неужели ты соизволил вернуться? Не смог прожить в мире жалких людишек?       – Я глубоко извиняюсь за свое поведение, надеюсь, ты сможешь меня принять обратно.       – Да, но с одним условием.       – Я готов выполнить любой указ.       – Ты должен стать полнокровным демоном.       – Я согласен.       – Уверен, что не хочешь вернуться на землю?       – Нет, там меня больше ничего не держит, – переступая через себя, с трудом выговорил брюнет.       – Что ж, тогда приступим?       – Начинай!

***

      Девушка до сих пор растерянно сидела на коленях в том закоулке. Ох, как же много связано с этим местом. Здесь началась невероятная история любви двух миров, здесь она и закончилась. Леви понимала, что нужно отпустить всё, что было связано с ним. Воспоминания, взгляды, объятия, поцелуй. Единственный поцелуй. Есть счастливые пары влюблённых, которые каждый день могут наслаждаться объятиями и поцелуями, ну так почему же судьба обделила эту пару? Им достался всего один, но зато какой! Единственный поцелуй, такой долгожданный, такой запоминающийся, такой хранимый, такой любимый. Им нужно дорожить, как жизнью. Да, синевласка понимала, нужно отпустить, но не могла… Она обессилено поднялась с колен и, подняв голову, устало посмотрела на небо.       Густые тёмные тучи заслонили некогда голубой небосвод. Как точно состояние погоды отражало внутреннее состояние девушки. Порывы ветра развевали нежно-голубые волосы. МакГарден брела по пустым улицам серого города. Сейчас её душа тоже была пуста, хотя нет… в ней таился маленький осколок надежды. Надежды на светлое будущее. Но она никогда не забудет эту историю. Историю, изменившую её саму и её взгляд на жизнь и окружающий мир. Она поняла, на сколько подлы бывают… нет, не люди, а демоны. Как они коварны и завистливы. Она стала жертвой безумной игры Роуга. Леви уверена, что Гажил сможет полностью превратиться в демона, и тогда он точно отомстит этому наглому лжецу.       Кто знает, может, так было задумано с самого начала, с самого рождения синевласки. А может, всё должно было быть по-другому. Но если бы Гажил тогда не спас её от маньяка, сейчас было бы намного хуже, чем есть на самом деле. Так что вероятно, это лучший исход из всех возможных.